•5•
«Тайна Ян Юны и Хван Лирён»
(автор ввела такое существо как гамма. Гамма - это существо, сильнее альфы, у которого множество преимуществ. Обычно дети рождаются физически сильными)
*В доме Хванов*
Хёнджин вернулся домой ближе к девяти, и сразу направился в гостиную. Именно там папа часто сидел со своими друзьями и коллегами.
- Вернулся?
- Да.
- Как проект по криминалистике?
- Отлично, у меня хорошая напарница.
- Омега?
- А какая, собственно, разница?
- Тебе 22, не забывай об этом, не натвори делов.
- Ты узнал кто написал эти придурковатые статьи о моей бурной ночной жизни?
- Да, частное лицо, сто процентов как-то связанное с моей компанией.
- И что?
- Тот кто это делал - посредник. Ему давали указания с одноразовых телефонов. Но его ждёт административная ответственность в любом исходе.
- А что насчёт Ян Тэона?
- Слишком много вопросов, сын. И при чем тут вообще он? - Папе явно не нравилось это любопытство сына.
- Ну вы же сейчас часто контактируйте, у вас и проект какой-то совместный?
- Да, ты прав, трудолюбивый.
- Почему он так часто остаётся в офисе, и не возвращается домой.
- Все просто, его уже неделю нет на месте, работают его сотрудники.
- Чего ты сказал?
- Чего он тебе приспичил?
- Да так, я к себе.
Хван решил не звонить Ёнджу. Хотя он явно понял, что кажется её отец не просто так не на работе. Джини сделал несколько копий детективного дела, и отправился в душ. А после снова перечитал документы от начала до конца.
На следующее утро Чонвон остался дома, а я уехала в академию, как договорено. В восемь утра Хёнджин уже стоял у входа.
- Утречко!
- Привет, Хёнджин, - *зевнула*
- Что-то ты какая-то вялая. - мы вошли в академию и направились отметиться на вахте.
- Суббота определенно тяжёлый день.
- Вырубилась вчера как младенец, - Слегка хихикнул Хван.
- Йа! Я же ударить могу, моя мама между прочим гамма! - я пригрозила кулаком Джини, - Понял?
- ОГО, понял понял, а как так вышло что ты омега?
- Спроси у алгоритмов природы. Куда пойдем?
- Для начала к расписанию, мне один предмет добавили, нужно глянуть, я пока спрошу о свободных аудиториях.
- Ладно!
Я села на подоконник и достала дневник. Встала рано, чтобы начать читать досконально и делать пометки, а рядом с собой положила ватманы.
- А вот и она... - Я услышала женские голоса и подняла голову.
- Ну привет, это ты в паре с Хваном?
- У него имя есть. Да, я.
- Смотри, как смело отвечает. А ничего так, что тут уже слухи про вас идут?
- Какие же?
- Что он тебя как последнюю...
- Произноси слова чётче, ничего не понимаю из твоей лепетни, - Хёнджин стоял сзади девчачьей компании. И его эмоция на лице была очень ехидной и отнюдь не доброжелательной.
- А! Хёнджини! Ты тут? Да так, ничего!
- Ещё раз подойдете к Ёнджу, будете иметь ворох неприятностей. Эй, Джу! Пошли на четвёртый этаж!
- Д-да, иду! - я схватила ватманы и рюкзак, крепко прижав к груди дневник, и подбежала к Хёнджину.
- Будут обижать - говори. - Хван специально сказал это громко.
Мы молча поднимались.
- Спасибо, Хёнджин.
- Пустяки, - Хван посмотрел на ключ а потом на коридор, - Так, нам в предпоследний кабинет.
Мы вошли в небольшой класс. Здесь было всего две парты, и несколько стульев, пара тумбочек и шкафов, на подоконниках множество зелёных комнатных растений, а стены окрашены в нежно-сиреневый цвет.
- Как будто мы и не в академии вовсе.
- Да, тут обычно проходят уроки корейского языка и декламации. Преподавательница бесподобная.
- Я бы тут постоянно находилась.
- У вас будет этот предмет всего пол года на первом курсе во втором семестре, а потом на третьем весь год. Этот кабинет очень часто свободен, но всем лень подниматься на четвёртый.
- Пхах, ясненько, - я разложила громадные белые листы и свой блокнот с пометками из дневника.
- Оу, как много ты перечитала в дневнике?
- Меньшую половину, но я поняла, что агенты корейской разведки постоянно в неимоверном стрессе.
- Работка такая. Что уж теперь делать.
- Мда, чтож, давай попробуем собрать все, что мы знаем воедино, но перед этим нужно вникнуть в последнее дело бабули.
- Прочитаешь?
- Конечно, - Мы сели на столы. Хенджин склонил голову вбок и прикрыл глаза, - я начинаю.
« Секрет.
Сегодняшняя операция определенно изменила мою жизнь, вкорне. Если точнее - подорвала её продолжительность. На часах было 4.21, 9 октября, 1989 года. Наша команда была на грани истерики, так как мы сидели в засаде несколько дней, и сказать, что мы устали, так это ничего не сказать. С минуты на минуту к границе между Северной Кореей и нашей страной должна была подъехать делегация. КНДР нарушила договор, ибо пять дней назад мы обнаружили чужих солдат на территории нашей республики. И вот подъехало спец. подразделение на встречу с нашей делегацией, а именно:
Спецназовцы - четыре человека,
Ян Юна - моя дочь, по совместительству заместитель министра обороны...»
- Почему ты не говорила что твоя мама такая серьезная гамма? - Хёнджин был очень удивлен.
- Не было повода. У моей мамы была опасная работа, хоть она достаточно молода. Мы мало виделись, но она очень нас любила. Про спец. операцию я и знать не знала...
- Ну, кто там дальше?
- Уу...Ты не поверишь...
- А?
« Хван Лирён - заместитель депутата по нашему городу, Сеулу.
Чхве Сан - пресс-секретарь президента Южной Кореи...»
- Вот оно что... - Хван нахмурился и сжал кулаки, - читай дальше.
«От КНДР были те же представители. Все ушли в палатку на переговоры. Им было о чем. Наши Северные соседи - очень агрессивные в последнее время. И никто не знал исход событий. Для этого мы здесь. Чтобы предотвратить беду, но... Мы не были готовы к такому повороту событий...
Никто из нас не знал, что обсуждалось в этой палатке, но у обеих сторон по выходу в руках были какие-то бумаги, по всей видимости документ-соглашение, что-то по типу пакта Риббентропа-Молотова во времена второй мировой. Возможно именно в нем стороны наконец договорились о неприкосновенности к чужим территориям. Вдруг откуда ни возьмись из-за палатки выглянула голова, в черной маске. Мы молниеносно среагировали и приготовили автоматы на случай перестрелки. Мы начали выбегать из укрытия, но опоздали, на одну секунду. Один из этих придурков выстрелил в делегацию Южной Кореи. Хван Лирён тяжело ранена в области сердца. Мы окружили наших людей. Потом все происходило слишком быстро. Мой товарищ попал в одно непонятное существо в черном, затем мы начали идти в кругу в сторону автомобилей, и тут снова выстрел. На этот раз попали в мою дочь. Спецназовцы расформировались по территории и началась ещё более жестокая перестрелка. Я убежала за одним из этих придурков в чёрном. Выстрелив в левую голень я закричала на него. Какого черта тут происходит и кто они такие. Фраза, которой я от него добилась, не внушала ничего хорошего: «Пока существует 'Меч самурая' - вы никогда не придёте к соглашению». И кто тянул меня за язык. Тогда я ответила, что останусь живой и оставлю доказательство о их существовании, сказав это слишком убедительно. Почему я так усложнила нашу жизнь? ...
Выстрелив в ребро я убежала и оставила нео-самурая изливаться кровью. Я спряталась за одну из машин. В это время Хван Лирён упала. Идти под пулями было никак. Тогда моя дочь прикрыла ее собой, приняв очередной выстрел, на этот раз в плечо, потащив её и себя за булыжник. Как дочь мне рассказала после, Лирён было мучительно больно, крови было много, спасти было никак, даже при быстрой помощи врачей... Хван Лирён погибла в неравной перестрелке. Она попросила передать мужу и сыну, что очень любит их. Но мы не могли этого сделать. Спаслись только трое. Вообще только трое. Убиты были и представители КНДР, и пограничники. Я, Юна и мой товарищ, Ким Гаон, еле выбрались. Но когда мы летели на бешеной скорости на двух внедорожниках, его машину подорвала мина, брошенная под колеса. Нас осталось только двое. И мы свидетели того, что 'меч самурая' все ещё существует. Мы знаем, что был документ. Как долго мы будем жить или как быстро нас найдут? Пожалуй, это одна из немногих операций, когда под ее конец мне действительно очень страшно. Когда мы доложили о случившемся министру обороны, нас, хранящих тайну, стало трое. Эта информация так и осталась висеть в воздухе. Наверное сейчас, мы можем только считать часы до нашей смерти...»
Мы с Хенджином сидели в полной тишине какое-то время. Каждому было о чем подумать. Где моя мама? Это был первый вопрос в голове. Жива ли она? Почему она не обратилась к людям, которым доверяет? Она пропала десять лет назад, что же могло произойти? А ещё, мы влипли. Теперь мы стали косвенными свидетелями того, что нельзя знать даже военным опасных подразделений. А мы знаем. И тот человек в черном наверняка догадался о том, что кто-то был до него в квартире. Значит ли это, что мы в опасности? Неужели судьба распорядилась так, что именно мы должны разобраться с этим делом? Но кто мы такие, чтобы копаться в таких вещах? Мы подростки, и наши корни не влияют на то, кто мы сейчас...
- Судьба интересная штука, - произнес Джини.
- Сейчас не время для философии.
- И тем не менее, мы сейчас сидим здесь, вместе, не просто так. Случайности никогда не были случайными. Я верю в то, что мы должны были встретиться, - Хван спрыгнул со стола и начал расхаживать по помещению, - о чем ты думаешь?
- Честно?
- А как иначе?
- Страх, Хёнджин, страх, и даже не за себя, - я обхватила колени двумя руками, - о чем я вообще думала, когда решила, что мы сможем разобраться?
- Ну мы же не знали, что все так серьезно.
- Должна была предположить...
- Я тебя не брошу, мы разберемся, как умеем! За нас твоя бабуля. Я уверен, - Хённи поднял взгляд на потолок, - она смотрит на нас оттуда, и гордится свой внучкой.
Настало небольшое молчание, но длилось оно не долго.
- Давай попробуем сейчас наметать все, что мы знаем о деле.
- Хорошо, давай попробуем.
Мы разложили ватманы, и начали вслух проговаривать все заново, попутно рисуя схемы и делать пометки. Рядом я заполняла и документ с текстом для теоретической части нашего задания.
- Нужно теперь выяснить, что за организация такая, 'меч самурая'. Ты что-то знаешь?
- Бабушка ничего о них не говорила.
- Доступа к военным архивам у нас нет, но есть интернет и городской архив, но ни там ни там не будет ничего, это я и без проверки знаю.
- Есть, может, что-то ещё?
- Да, - *потёр затылок* - у нас есть Бан Чан, мой самый верный друг.
- Что ты хочешь этим сказать?...
To be continued...