meek letter[l.t]

«Да, мне действительно хотелось твоих объятий, уткнуться носом в шею, запуская холодные, как лед пальцы в твои волосы. Да, мне ужасно хотелось остаться рядом с тобой после первой же встречи. Еще мне чертовски хотелось расплакаться, чтобы ты успокоил меня, а я, положив голову тебе на колени, говорила: «Я очень устала. Помоги мне», чтобы ты нежно гладил меня по спине и шептал ласковые слова.
Мне было так трудно держаться, сохраняя границы привычного одиночества. Одной из главных причин была она. Именно та, про которую ты рассказываешь мне постоянно. Расхваливаешь. Та, на которую ты злишься и пишешь мне о том, как ты ее ненавидишь, а потом говоришь, что ты любишь ее больше всего на свете. А я, в свою очередь, больше всего на свете люблю тебя. Именно тебя, Луи Уильям Томлинсон. Я так долго не могла себе в этом признаться, а когда я поняла это, было уже слишком поздно. Слишком.
Знаешь, а еще я помню, как ты писал мне милые сообщения, делился музыкой, спрашивал, как я себя чувствую и как я спала, рассказывал о проблемах. Помню, как ты назвал меня «милым ребенком».
Ох, а как же наша первая игра в откровения? Ты не забыл, Луи? Вот тогда-то я и узнала о ней, о той самой. А когда ты спросил, в кого влюблена я, в ответ получил полную чушь. Не думала, что ты поверишь в мой обман, но у меня получилось.
А еще, знаешь, что хуже ада? Вспоминать поцелуй с тобой. Поцелуй, которого не было. Какая ирония.
Любовь к тебе буквально убивает меня изнутри. Пожирает. Минуту за минутой. Заставляет забыть все самое лучшее, заставляет переставать смеяться .А знаешь почему? Потому что каждый раз я слышу ее имя из твоих уст, мне хочется умереть. Проклятье. Я так ненавижу ее. Но ведь не за что испытывать к ней неприязнь, верно? Ведь это ты ее выбрал.
Каждый раз, когда ты рассказывал что-то с ней связанное, я внимательно слушала, а потом когда ты задавал один и тот же вопрос: «Что ты думаешь по этому поводу?», я поворачивалась к тебе и с высокомерным умилением, молча кивала. Но на самом деле, внутри, я раскалывалась на части.
Я тебя очень любила, Лу. Да и до сих пор люблю. И буду любить, до самой последней минуты. Я обещаю.
Возможно, ты тоже любил меня, но не той любовь, какой тебя я. Пока ты не видел, я смотрела на тебя с детским восхищением и искала хотя бы единственный изъян, но так его не нашла. До сих пор.
Но я не жалею, что люблю тебя. Я сама выбрала эту дорогу. Да и к тому же, в душе было бы так тихо без тебя. А ты помнишь ту измятую, уже совсем увядшую, фиалку, которую ты сорвал и вложил в книгу? Она все на той же самой странице, все в той же книге. Она служит напоминанием. О тебе. Обо мне. О нас, которых даже не существовало. Кстати говоря, у нас с ней столько общего. Мы обе мертвы. От твоих рук, мой милый Луи.
Любовь - это простуда, а ты мои симптомы. Но кажется эта болезнь не излечима, и больна тобой я буду всегда.
На этот моменте кончается вечность.
Прости за все и прощай, мой дорогой Луи.»
Свернув записку, которую так долго и старательно Лив писала, выводя каждую букву, она оставила листок на столе. Дрожащими руками она открыла окно и забралась на подоконник.
-Пришло время сделать это. - прошептала она.
Больше Оливии Леферб не существовало.