VIII
Загадочное убийство Рабастана Лестрейнджа — когда-то сбежавшего из мира Магии и Волшебства! Напомним, что мистер Лестрейндж был связан напрямую с Тем-чье-имя-нельзя-называть, но вовремя отступил. Суд оправдал его поступки и встал на защиту, однако волшебник решил покинуть родовое Поместье и Волшебный мир. Авроры, работающие под прикрытием вместе с Детективом Дейзи Джонсоном, сообщили, что одного из сильнейших волшебников нашли мёртвым. Медицина магглов дала окончательные результаты — инфаркт. На месте преступления нашли фотографию с девушкой!— Катриной Паркин. Она погибла от непростительного заклинания двадцать лет назад.
Однако, лучшие Колдомедики Англии назвали другую причину его смерти — убийство непростительным. А фотография возлюбленной оказалась под рукой случайно. Жители уютного городка Кембридж утверждают, что видели Рабастана последний раз в компании с его приятелем Джеком Паутлевым, но по неизвестным причинам маггл отказался давать показания, ссылаясь на то, что очень болен и боится заразить кого-нибудь. Что случилось на самом деле, как и точная дата смерти — остается загадкой. Но Министерство точно уверено, что это дело рук Сириуса Блэка, сбежавшего…
— Прекрасная работа, Перси, — змеиный голос Пожирателя смерти вызывал мурашки по коже. — Мне нравится твой подход.
— Благодарю вас, Мой Лорд, — парень оскалил свои зубы в подобие улыбки. — Давать указания Министру и его офисным крысам — одно из приятных занятий.
— И внушать необыкновенный страх! — воодушевленно подхватил его мысль Лорд Волан-де-морт, возвращая выпуск. — Признаю, меня порадовала работа твоя работа, как и прекрасно выполненное задания мистера Монтегью.
— Для нас это честь, сэр, — хором ответили парни, стоявший на приличном расстоянии от их предводителя.
— Кажется у Рабастана был брат. Где он сейчас?
— Рудольфусс Лестрейндж. Отбывает заключение в Азкабане вместе со своей женой Беллатриссой.
— Прекрасно. Ступайте. Уже рассвет, вам пора, — Темный Лорд лениво повернулся к узорчатому окну, по которому стекали капли дождя. На его змеином лице проскользнула довольная улыбка. Рука поднялась вверх, направляя палочку к высокому потолку. И в этот момент комната опустела.
***
Гермиона проснулась от глухого бормотания и крика. Последнее время она начала пить успокоительные, из-за чего стала часто теряться во времени. Открыв сонные глаза, девушка увидела Гарри. Пот на его теле выступал с каждым движением тела, словно у него жар, тело бешено колотилось, а грудная клетка часто вздымалась.
— Гарри, — Грейнджер шепотом откликнула друга, но в ответ никакой реакции. Решив, что кричать бесполезно, гриффиндорка подошла к лежавшему на диване парню и слегка дотронулась тыльной стороной своей ладони до лба Поттера. — Гарри!
И в тот же миг парень вздрогнул, резко открыв глаза и тяжело дыша.
— Где… Что… Гермиона? — Поттер в недоумении уставился на подругу, еще совсем не различая реальность от сна.
— Ты в общей гостиной, — Гермиона с настороженностью смотрела на друга, нахмурив брови. — Ты в порядке?
— Да, кажется…
Кивнув, Гермиона встала на ноги, прибираясь в гостиной. Ночь оказалась бурной, последствия этого повсюду валялись: перья и исписанный пергамент. Гарри привстал с дивана, придерживая голову, дабы облегчить боль.
— Опять кошмар? — из уст Гермионы это определенно был вопрос, для ответа которого хватило бы обычного взгляда зеленых глаз. Она прекрасно понимала Гарри, ведь сама долгое время мучилась с ними и продолжает до сих пор. Но, они, конечно, ничего не знают. Тяжело вздохнув, девушка направилась к выходу. — Поговори об этом с Дамблдором.
— Найти бы его для начала… — голос лучшего друга слегка подсел от усталости. Гриффиндорец уже битый месяц пытался застать директора, чтобы поговорить с ним о снах, но тот словно избегал его. — А ты куда в такую рань?
— У меня сегодня поход в Хогсмид с третьим курсом. Надо привести себя в порядок.
— Смотри случайно не убей Малфоя, — улыбнулся Гарри, провожая подругу взглядом и ловя ее смешок.
***
Ледяной зимний ветер встречает только вышедшую девушку из замка. Все вокруг было покрыто воздушным одеялом из снега. Девушка не заметила, как начались холода, день становился короче, а ночь длиннее.
Только вчера, когда они гуляли с Пэнси, снег падал с неба и тут же тял. Пожелтевшие листья шуршали под ногами, а уже сегодня земля была покрыта слоем снега.
Дети с младших курсов играли в снежки, ожидая своих друзей. Девочки, как истинные леди, укутались в теплые шарфы и мантии и начинали строить ледяные замки, окруженные снеговиками. Гермиона наблюдала за ними легкой улыбкой, вспоминая о том самом беззаботном детстве.
— Они еще не знают, что их ждет в будущем, — в воздухе почувствовался еле заметный запах сигарет, обжигающий все внутренности, но перебитый чем-то сладким, вроде яблок с корицей.
— И что же их ждет? — даже не повернула голову в сторону парня, понимая, кто стоит рядом.
— Хм, скучные и занудные уроки, лишение свободы. Многие из них женятся или выйдут замуж сразу после совершеннолетия, — девушка проследила за тем, как слизеринец потушил сигарету об дверной проем замка.
— Как ты? — неожиданно для себя спросила Гермиона, заглянув в глаза слизеринцу, но не увидела в них ничего, кроме безысходности.
— Если ты не задумала замерзнуть здесь и превратиться в ледышку, то советую поторопиться. Нам надо вернуться до темноты.
Малфой ускорил шаг к третьекурсникам, что веселились на берегу озера, ничего не ответив девушке. А Гермиона смотрела вслед ему, кусая губу. Воспоминания о прошлой их встрече вспыхнули яркой вспышкой, заставляя ее краснеть. Но спустя пару минут девушка собралась с силами и пошла вслед за ним.
— Ты и у себя в поместье портишь стены маггловскими сигаретами? — Гермиона поравнялась с Малфоем. Она грела свои руки, растирая их.
Надо было взять перчатки.
— Там мой дом, Грейнджер. Для этого есть пепельница, — Драко остановился, повернувшись лицом к Гермионе, показывая воображаемую емкость. — Ну, знаешь, это такая штучка куда…
— Я знаю, что это такое, Малфой, — раздраженно посмотрела на него, заглядывая в серые, как дым, глаза. И в этот раз в них не было ни холода, ни презрения. Он смотрел на нее с весельем и… Добротой? — К твоему сведению, Хогвартс — тоже наш дом.
— К твоему сведению, — повторил за ней. — Дом — это место проживания, жилище; также любое здание или комплекс зданий.
Гермиона слабо улыбнулась, подойдя к парню ближе на шаг.
— Дом — это место, где тебя всегда будут ждать близкие тебе люди. Пусть это Нора или палатка для ночлега, но наполненная любовью и теплом, — Грейнджер смотрела в даль, вспоминая, как она с родителями украшала дом к своему любимому празднику — Рождеству. На ее лице заиграла теплая улыбка, а в глазах блестели нотки счастья. — Не думаю, что в Малфой-Мэноре тебе настолько хорошо, как здесь.
Гермиона понимала, что, возможно, сказала лишнего, но жалеть об этом она точно не собиралась. Она просто ушла к детям, которые явно ее заждались.
***
— Три метлы известны своими историями и лучшим Сливочным пивом, — рассказывала Гермиона, пока они остановились у заведения. Как и предполагалось, заинтересованные взгляды были прикованы к бару. — Но, туда строго настрого запрещено заходить детям.
— Ну почему? Можно хотя бы один раз? — спросил маленький мальчик из толпы.
— Нет.
— Не расстраивай их, Гермиона, — сказал Малфой, изображая из себя душу компании. — Но эта ведьма права. Вам туда нельзя. Зато я знаю, где вам точно понравится.
Малфой с улыбкой развернулся и направился в сторону леса. Порой Грейнджер завидовала его самооценке. Такой самоуверенный и красивый парень каждой может запасть в душу. Кроме Гермионы, конечно.
Единственный случай, когда он застал ее врасплох — это отработка у Снейпа. И только потому, что он хорошо умеет располагать к себе людей всеми способами.
— Сомнительное у тебя направление, Малфой, — сказала Гермиона, сложив руки на груди.
— Хочешь, оставайся. Но в таком случае ты пропустишь все самое интересное.
Гермиона смотрела на уходящую толпу, кусая нижнюю губу. Она чувствовала всем своим телом его фирменную Малфоевскую ухмылку. Но он прав, гриффиндорка ни за что не позволит себе пропустить очередное шоу от самого Принца Слизерина.
***
Они шли около десяти минут. Малфой вел небольшую группу людей в самую глубь леса, пока те, в свою очередь, игрались в снежки.
Чем ближе они подходили к назначенному слизеринцем месту, тем Гермиона все больше проникалась воспоминаниями, как Гарри мастерски обвел Малфоя вокруг пальца, напугав его и его друзей до такого состояния, что они еще долго не могли ходить в Хогсмид одни.
— Это Визжащая Хижина, — сказал Малфой. Усмехнувшись, он повернулся к толпе.
— И что это? Твой дом? — хихикнул парень, на что толпа и сама Гермиона звонко рассмеялись.
Кажется он был со слизерина.
— Ошибаешься, — фыркнул Драко, с презрением смотря на мальчика. — Есть легенда. Давным-давно в этом доме жила семья маглов, которая была убита своей же родственницей. Говорят, что она владела темной магией.
Малфой указал на домик, а толпа детей сделала шаг назад, ахнув. Гермиона видела в их глазах нескрываемый интерес смешанный со страхом, но не смотря на это,они, разынув рты, слушали старосту. По их глазам можно было понять, что с каждым словом их накрывает с головой. Именно так выглядели сама Гермиона с мальчиками. И именно так начались все их истории.
— Что было дальше?
— Ходят слухи, что она поместила души своей семьи в музыкальную шкатулку, а тела использовала для жертвоприношения. Она хотела вернуть своего возлюбленного, которого убил ее родной отец.
— И у нее это получилось?
— К сожалению, нет.
— И что было с ней потом?
— Она убила себя, заложив проклятье в дом. Жители Хогсмида частенько слышат вой и крики, доносившиеся из мрачного домика, но такое, как правило, бывает только в полнолуние.
— На самом же деле, все те страшные звуки издавал Люпин, который будучи оборотнем истязал себя и крушил все вокруг, находясь в полном одиночестве; окна при этом были забиты, двери заперты, — успокоила детей Гермиона, посмотрев на время. — Уже поздно. Пора возвращаться в Хогвартс.
— А можно еще страшную историю, Мистер Малфой? — из толпы подошла маленькая девочка.
— Дядя Драко очень устал. В следующий раз. А сейчас домой. Вы же не хотите получить от Макгонагалл выговор и пропустить ужин? — Гермиона опередила Малфоя с ответом, и дети побежали к школе.
— Ну вот умеешь ты портить веселье, — недовольно посмотрел на нее Малфой. — прямо как в ту встречу.
— Нам пора, Малфой.
***
В школе как обычно было шумно. Парочки гуляли по коридорам, держась за руки. Первокурсники спешили на улицу, пока им позволяло время. До обеда оставалось около часа, так что Гермиона распланировала все свои планы на это время. Вот только осталось проводить детей, и тогда она сможет отдохнуть за чашкой чая.
— И так, сегодня вы посетили лишь половину того, что должны были. На следующий неделе пройдёмся по другим местам, — Грейнджер с улыбкой рассматривала детей, на лице которых были счастливые улыбки и красные от холода щеки.
— А Мистер Малфой пойдёт с нами? — несколько человек смотрели на старост с такой надеждой, что девушка даже не знала, как на это ответить.
— Конечно, пойду! Я вам ещё не все рассказал, — и тут гриффиндорку спас Малфой. Он прошёл вперёд, чтобы внимание детей было обращено на него. — А сейчас бегом переодеваться и на ужин.
Толпа третьекурсников радостно разошлась по своим гостиным, оставив Гермиону с Драко наедине.
— Не думала, что ты умеешь ладить с детьми, — задумчиво призналась девушка.
— Ты многое обо мне не знаешь, Грейнджер, — спокойно ответил Малфой, повернувшись к ней лицом, и по его выражению было понятно, что это не конец их разговора. — И, Грейнджер, то, что произошло в прошлую встречу… Это не было необдуманным решением. Не считай меня такой скотиной, которая решила просто над тобой поиздеваться. Без взаимного согласия я не сплю с девушками. Если бы тогда ты сказала сразу, я бы даже не пытался.
я бы даже не пытался.
Малфой отвел взгляд, явно погружаясь в воспоминания. Понять это можно было только по его задумчивому виду и улыбке на лице.
Гермиона наблюдала, как меняется выражение его лица,но так и не смогла понять: ненавидит он её,как прежде или что-то иное испытывает. Но,как бы там ни было, все уже в прошлом.
— Это было ошибкой. У нас с тобой разные пути, так что я даже рада, что все так закончилось, — почему-то внутри девушки все сжалось от неприятной боли. Она подняла взгляд на парня, улыбка исчезла с его лица. И теперь перед ней стоял привычный для неё слизеринец.
— Ошибка… — повторил он, отвернувшись. — Я думал, тебе понравилось.
— А я думала, тебя тошнит от грязнокровок, разве нет?
Парень смотрел на нее около минуты. Гермиона пыталась прочитать в его лице хоть что-то, но он смотрел на неё так, будто она чем-то его задела.
— Всего хорошего, Грейнджер, — просто сказал и ушёл.
Девушка смотрела на уходящий силуэт, нервно кусая в тысячный раз свою нижнюю губу. Если бы не гигиеническая помада, то ее губы давно выглядели так, словно каждую ночь их кусает сам дьявол.
Гермиона считала, что поступила правильно, сказав об ошибке, которая не отпускает её уже который день после случившегося. Они оба состоят в отношениях. У Малфоя есть Астория, а у Грейнджер Рон. И, казалось бы, винить себя не в чем, но неприятный осадок все ещё гудит в ее грудной клетке, лишая возможности вздохнуть как следует.
Грейнджер шла в сторону общей гостиной, убеждая себя в правильном решении. Хоть они и поговорили на эту тему, но много недосказанностей все-таки осталось.
— Неблагодарный ребенок! — неожиданно, со стороны главного холла второго этажа прозвучал писклявый голосок, сопровождающий звонким хлопком.
Гермиона, нахмурив брови, поспешила наверх к этим звукам, совсем позабыв о своих мыслях. И каким несчастьем было увидеть на месте розовую жабу с ребёнком. Девочка в слизеринской форме держалась за щеку, опустив голову так, что Грейнджер не смогла даже разглядеть ее лица; Амбридж после удара навела на ребенка палочку, но не успела произнести заклинание.
— Какого черта здесь происходит?! — крикнула староста, подбегая к маленькой девочке и опережая действия профессора.
— Наказываю учеников, мисс Грейнджер, — усмехнулась Амбридж, будто бы только что совершила обыкновенное дело.
— Вы не имеете право наказывать учеников насилием!
— Ох, вы ошибаетесь. Согласно реформе образования, — выдохнула Амбридж, словно она этого только и ждала, чтобы похвастаться своим никчемным величием. В ее маленьких, пухлых руках оказался пергамент с надписью, гласившей: «МИНИСТЕРСТВО ПРОВОДИТ РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ. ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА НА НОВУЮ ДОЛЖНОСТЬ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА». — Еще как имею.
Гермиона в недоумении уставилась на документ, подписанный самим министром магии.
Когда она упустила тот момент, что эта жаба заняла такой пост? Сколько вообще прошло времени? Когда министерство стало таким безжалостным?
У гриффиндорки возникло желание высказать ей столько всего хорошего , но в последний момент отговорила себя от этой затеи. Потерять пост, о котором она давно мечтала, из-за какой-то жабы — последнее, что сделала бы Гермиона. К тому же, у отряда не будет преимуществ без старосты школы
— Ты что-то хотела сказать, милочка?
— Я отведу нарушителя в комнату, — просто сказала Гермиона, отвернувшись от профессора, надеясь, что она уйдет скорее, чем терпение истратит свою силу. Но Амбридж не торопилась уходить.
— Несмотря на ваше происхождение, мисс Грейнджер, я была бы очень признательна, если бы вы присоединились к Инспекционной дружине и работали вместе со мной и другими ребятами, — Амбридж с нескрываемым крысиным интересом изучала Гермиону. И если бы староста посмотрела в ответ на нее, ее тут же вырвало бы.
— Мне это неинтересно, — сухо перебила Гермиона.
— Все же, я настаиваю обдумать этот ответ, — профессор ЗоТИ оставила розовую визитку, где были изображены колдографии с котятами, а сама направилась в свой кабинет. — И еще кое-что.
Боже, скройся уже…
Гермиона, не задумываясь, убрала в карман визитку, которую даже не прочитала.
— В Министерстве известно, что вы с мистером Поттером и мистером Уизли были в хороших отношениях с Рубиусом Хагридом. Он не появляется в школе с начала семестра. Не знаете, где он может быть?
— Нет, не знаем. А если бы и знали, то вам точно не сказали бы, — холодно бросила Грейнджер, и это была правда. Они сами задавались этим вопросом. Даже интересовались у Макгонагалл и Дамблдора, но ответы на свои вопросы так и не получили.
— Пока что, — усмехнулась женщина своей ядовитой ухмылкой, и наконец-то покинула этаж.
Гермиона присела рядом с девочкой, собираясь ее успокаивать, но, к ее удивлению, на лице девочки не было и слезинки.
— Жестоко для гриффиндорца. Будь это какой-нибудь другой ученик, Амбридж сразу бы преподнесла пару уроков этикета, — голос бедной девочки немного дрожал, как и она сама, но настрой у нее был боевой, что не могла не заметить Гермиона.
— Плевать я хотела на этот этикет, — повернувшись к девочке, Гермиона только сейчас узнала ее. — Ты как?
*Распределение первокурсников*
Разговоры разом прекратились, а первокурсники выстроились в одну линию перед преподавателями. Профессор Макгонагалл бережно поставила перед ними табурет и отступила. Лица детей, освещаемые огоньками свечей, казались очень бледными. Одного мальчонку, стоявшего в середине шеренги, била дрожь. Гермионе даже стало жаль его.
— Гермиона, та девочка очень похожа на тебя, — Джинни указала на одну девушку из толпы, и улыбнулась.
Вперед всех стояла маленькая девочка, с копной светло-русых волос. Серые глаза блуждали по зачарованному небу, а в руках лежала маленькая книжка. Действительно. Она очень напоминала Гермиону.
***
— Да, все хорошо. Спасибо, что помогла, — слабо улыбнулась слизеринка, убрав с щеки свою ладонь, и посмотрела на нее, словно там должен был остаться какой-то след.
— Что эта жаба в туфельках тебе сделала?
— Пытала меня своими заклинаниями, — пожала плечами маленькая слизеринка.
— Видимо арсенал заклинаний у нее не такой уж и большой. А это что? — Грейнджер указала на красный след от пощечины, который красовался на щеке у девочки.
— А, это, — улыбнулась девочка. — Я ее выбесила.
— Что ты такого сделала, что она решила тебя ударить?
— Пробралась в ее кабинет через потайной вход. Утром она забрала мою палочку, и я решила вернуть ее.
Гермиона помогла подняться с пола, подхватив свою сумку с пола.
— Как тебя зовут? — почему-то поведение этой девочки чертовски напоминало Паркинсон.
Маленькая девочка ухмыльнулась, услышав вопрос так, словно ждала его.
— Je m'appelle Winda Rozier, — и слабо сделала реверанс, улыбаясь.
Гермиона усмехнулась. Еще один француз в ее жизни.
— Не знаю какие у вас обычаи, но я безумно рада нашему знакомству, — Грейнджер повторила реверанс за девочкой, склонив голову чуть ниже, чем она. Винда звонко рассмеялась. — Я Герм…
— Ты все правильно сделала, но имя надо говорить во время поклона. И, да, я знаю кто ты, — улыбнулась юная слизеринка.
— Вот как? Значит я не так безнадежна, — улыбнулась ей Гермиона. — Слушай, она показала документ, но что он значит ты не знае...
— Ты не читала утренний выпуск, — проговорила девочка, будто только что поняла причину реакции Гермионы. Она аккуратно достала из сумки новый выпуск Пророка и протянула его старосте. — Дрежи.
***
Общая гостинная была наполнена сладким ароматом свежевыпеченных булочек, горячим какао и взбитыми сливками. Всегда, когда Гермиона заходила сюда, то вспоминала уютный домик в Королевском лесу Дин, куда она каждый год с родителями уезжала на рождественские праздники. Прекрасное беззаботное детское время.
— Я и не ожидал высшей оценки, раз он ставил их, как на СОВ. Но проходные на этой стадии тоже неплохо, ведь правда? — говорил Рон, всматриваясь в свою работу. — У него вообще возможно получить хотя бы У?
Гарри неопределенно хмыкнул, пожав плечами.
— Спроси об этом Гермиону. Уверен, у нее одной стоит У, — предположил Джордж.
Гриффиндорец развалился на диване, бросая в стену бейсбольный мячик, который отскакивал в его руки. Фред же раскладывал шуточные игрушки в коробку. Гарри сидел у дивана, поджав ноги под себя, он всматривался в свои ошибки вместе с Роном.
— Министерство совсем с ума сошло! — Гермиона резким движением зашла в гостиную, кинув на журнальный столик газету. — Нет, вы это видели?
МИНИСТЕРСТВО ПРОВОДИТ РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ. ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА НА НОВУЮ ДОЛЖНОСТЬ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА.
Гарри, сидящий с правой стороны, взглянул на заголовок свежего выпуска.
— Амбридж — генеральный инспектор. — хмуро произнес Гарри, выронив недоеденный тост. — Да, мы слышали…
Гермиона прочла вслух:
«Вчера вечером Министерство магии приняло неожиданную меру, издав декрет, предоставляющий беспрецедентный контроль над Школой чародейства и волшебства Хогвартс.
Последнее время министр с растущим беспокойством следил за деятельностью Хогвартса. Сообщил нам об этом младший помощник министра Перси Уизли. Нынешнее решение принято всвязи с обеспокоенностью родителей, считающих, что школа движется в нежелательном направлении.
За последнее время это не первый случай, когда министр Корнелиус Фадж использует новые законы для усовершенствования образовательного процесса в Школе волшебства. Тридцатого августа был принят Декрет об образовании № 22, согласно которому в случае, если нынешний директор не в состоянии подыскать кандидата на преподавательскую должность, Министерство само подберет подходящего человека.
Именно так и получила назначение в Хогвартс профессор Амбридж. Об этом вчера вечером сказал Перси Уизли. Дамблдор никого не нашел, и, в результате, министр назначил Долорес. Выбор чрезвычайно удачен».
— Какой выбор? — возмутился Гарри.
— Хочешь сказать, что это вы не читали? Неважно, — шикнула на него Грейнджер, продолжая читать:
«Коренным образом изменилось обучение по защите от Темных искусств, кроме того, министр обеспечен теперь достоверной информацией о том, что на самом деле происходит в Хогвартсе.
Этой последней функции Министерство придало официальный характер своим Декретом об образовании №23, учреждающим должность генерального инспектора Хогвартса.
«— Это очередной решающий шаг министра в его стремлении остановить то, что многие считают упадком Хогвартса, — заявил Уизли. — Инспектор может контролировать работу коллег, чтобы поддерживался высокий уровень учебного процесса. Этот пост был предложен профессору Амбридж в дополнение к ее преподавательским обязанностям, и мы рады, что она приняла назначение».
Родители учеников Хогвартса восприняли этот шаг с энтузиазмом.
«— Узнав, что деятельность Дамблдора поставлена под объективный контроль, я испытал большое облегчение, — заявил вчера вечером в своем Уилтширском особняке мистер Малфой. — В последние годы многие из нас, кому небезразличны судьбы собственных детей, были обеспокоены отдельными эксцентрическими решениями Дамблдора, и мы рады услышать, что Министерство намеренно отслеживает ситуацию в школе».
К числу этих эксцентрических решений, безусловно, относятся спорные кадровые назначения, о которых уже писала газета; так были зачислены в штат некоторые персоны: оборотень Римус Люпин, полувеликан Рубеус Хагрид и бывший мракоборец Аластор Грюм.
Широко ходят слухи, что Альбус Дамблдор, в прошлом Верховный чародей Визенгамота и президент Международной конфедерации магов, уже не в состоянии выполнять обязанности руководителя престижной школы Хогвартс.
«— Считаю, что назначение генерального инспектора — первый шаг к тому, чтобы Хогвартс получил директора, которому мы можем полностью доверять, — заявил вчера вечером осведомленный сотрудник Министерства».
В знак протеста против учреждения должности инспектора старейшины Визенгамота Гризельда Марчбэнкс и Тиберий Огден подали в отставку.
«— Хогвартс — школа, а не филиал учреждения Корнелиуса Фаджа, — сказала мадам Марчбэнкс. — Это очередная возмутительная попытка дискредитировать Альбуса Дамблдора». (Подробно о предполагаемых связях мадам Марчбэнкс с подрывными организациями гоблинов — на стр. 17)».
Гермиона закончила читать и посмотрела на друзей.
— Вот говнюк! — прокомментировал Рон. — Я с первого курса заметил, как Малфой старший ненавидит директора.
— Его сын не так далеко ушел, — согласился Гарри.
Решив не обсуждать тему про Малфоев, Гермиона незаметно перевела ее.
— Теперь понятно откуда взялась Амбридж. Фадж провел этот декрет и навязал ее! И еще дал ей право инспектировать других преподавателей! — Гермиона с ненавистью смотрела на колдографию профессора, часто дыша. — Безобразие!
— Не понимаю, чем ему так насолил Дамблдор, — согласился с подругой Гарри.
Гермиона на реплику друга лишь пожала плечами. Рон же усмехнулся, тем самым привлекая внимание друзей, которые уставились на него в немом вопросе.
— Жду не дождусь, когда эта жаба начнет инспектировать Макгонагалл. Амбридж даже не поймет, что на нее рухнуло!
— Она же уволила Трелони, — произнес Фред.
— Что она сделала?
— Ну, Амбридж уволила Трелони и хотела выгнать из школы, но Дамблдор не позволил, — пожал плечами Рон, подхватив тему разговора близнецов.— Это если вкратце.
— Мерзкая злобная горгулья! — яростно говорила Грейнджер, меря шагами гостиную. — Мы не учимся защищать себя! Мы не готовимся к сдаче СОВ! Так она еще и взялась за преподавателей!
Рон уселся перед камином на диван и с растерянным видом наблюдал за девушкой, пока та возмущалась. Гарри же сидел около окна и молча сверлил ковер своими зелеными глазами. Гермиона прошлась взглядом по своим друзьям и шумно упала на свободное кресло у камина, сложив руки на груди. Ей совсем не нравилось то, что делала Амбридж с Хогвартсом. Безобразие какое-то. Куда смотрит директор?
— Как же здесь… ярко, — в гостиную зашла Паркинсон, сощурившись от яркого света. — В прошлый раз тут было темнее.
— Ну да, вы же слизеринцы привыкли к темноте. Какого это выйти в свет? — с недовольным лицом поприветствовал Рон Паркинсон.
— А вы, гриффиндорцы, видимо привыкли к сарказму, что уже не можете говорить нормально?
— Так, прекратили оба, — повысила голос Гермиона, а потом повернулась к Гарри.
— Я слышала ваш разговор. О чем вы хотели меня спросить?
Спор утих, а Гарри молча протянул один тест Гермионе, а второй Пэнси.
— Сегодня были занятия у Снейпа, так как тебя не было, он попросил это передать тебе, — Гарри слегка помедлил, но добавил, — Я решил, раз ты теперь с нами, — его взгляд переместился на слизеринку, — То проще забрать для двоих, нежели чем твой тест останется без внимания.
В гостиной повисла такая неловкая пауза, что можно было услышать треск дров в камине. Свет в глубине комнаты потух, создавая более приятную атмосферу.
— Вы будете смотреть? — хором спросили близнецы, устремив свой заинтересованный взгляд в тесты девушек.
— У меня «У», — улыбнулась Гермиона. Конечно, это не то, чего она бы хотела, но для Снейпа это вполне высокая оценка. — А у тебя, Пэнс?
— «П», конечно, — спокойно ответила Пэнси, кинув пергамент с тестом в камин. Она вальяжно присела на ручку кресла и наблюдала, как листья сгорают до тла.
— Ну, да, чего мы еще могли ожидать? Это же слизеринцы, им все самое лучшее, — закатил глаза Рональд.
— Рон, перестань, — шикнула на него Гермиона, на что рыжий еще больше надулся.
— Во-первых, то, что нам достается все самое лучшее — абсурд. Весь Хогвартс знает, что львы любимчики у профессоров. Хаффлпафф — факультет, который мало кто замечает, как и Рейвенкло. Хотя, они отличаются умом, кстати, я думала, ты бы там, Гермиона, была бы кстати, — Пэнси говорила спокойным, монотонным голосом, не отворачиваясь от камина. — Нас слизеринцев ненавидят из-за темной магии и прошлого. Многие судят детей по поступкам родителей. Нас об этом в семьях предупреждают, так что можно сказать, что нам все равно. Но факт остается фактом. Так что…
— Остаемся только мы, — грустно продолжила Гермиона. Пэнси была права. Если так подумать, им часто делают поблажки и это весьма несправедливо по отношению к другим. И все же они тоже очень много стараются для хороших отметок, как и другие.
— Да, но это не значит, что мы сдаемся. Нас обучают профессионалы еще до поступления в Хогвартс. Лично по зельем нас с Драко и Блейзом обучал Снейп. Так что ничего удивительного в моей оценке нет.
— Повезло, когда есть такие связи, — улыбнулась Гермиона, присев рядом с Пэнси, а Рон, закатив глаза, фыркнул.
— Я получил «С», — Гарри решил сменить тему разговора, за что Гермиона была ему очень благодарна.
— Стыдиться нечего, — вмешался Фред. В его руках появилась бутылка огневиски и два стакана. — Ничего плохого в честной крепкой «С». Кто-нибудь будет?
— Фред, мы вообще-то в школе! — шикнула на него Гермиона, всматриваясь в дверь.
— Перестань, Гермиона. Мы же немного, — улыбнулся Джордж, забирая два стакана.
— Но разве «С» — не «слабо»? — удивился Гарри.
— Да, «слабо», — согласилась Пэнси, отрицательно махнув головой на предложение Уизли. — Но все-таки лучше, чем «отвратительно». Я пью чистое вино, но не виски.
— Как скажете, Винная Королева, — сделав реверанс, Джордж вернулся к брату.
Гермиона наблюдала за ними с кружкой горячего чая, который был как раз кстати. После прогулки девушка хотела одного — плед и горячий шоколад, но сойдет и чай.
— Значит, высшая «П» — «превосходно», — говорил Рон, — затем идет «У»…
— Нет, «В», — поправил Джордж, — «выше ожидаемого». И я всегда считал, что нам с Фредом должны ставить «В» по каждому предмету. Мы превзошли все ожидания хотя бы потому, что явились на экзамены в прошлом году.
Вся компания подхватила шутку и засмеялась. Вся, кроме Рона
— Значит, после «В» идет «У» — «удовлетворительно», и это последняя проходная оценка, да?
— Да, — сказал Фред и, окунув булочку в суп, сунул в рот и проглотил целиком.
— Затем «С» — «слабо»… — Рон воздел руки, изображая ликование, — и «О» — «отвратительно».
— С каких пор Уизела волнуют оценки? — усмехнулась Пэнси.
— С тех самых, как начал встречаться с Гермионой, — шепнул Гарри, смеясь вместе со слизеринкой.
— Кстати, о ней, — тут словно Пэнси озарило. — Грейнджер, ты нашла место сбора?
— Думаю, да. Осталось навести справки и готово, — улыбнулась Гермиона.
— Что за место встречи? — спросил Фред, выпивая уже третий стакан.
Гермиона вместе с Пэнси принялись рассказывать план действий, касающийся дополнительных уроков ЗоТИ. И последующие полчаса друзья то и делали, что добавляли какие-то делали. Они решили, что на следующей неделе начнут собирать информацию и раздавать приглашения, конечно же, скрытно от любопытных глаз Амбридж.
***
— Ну, рассказывай, как прошла прогулка? — Пэнси с нескрываемым интересом повернулась к Гермионе, оставляя бумаги в стороне.
В гостиной никого не осталось, кроме двух девушек, а потому Гермиона с легкостью рассказала все в доскональных подробностях.
— Ошибка… Серьезное словечко, — задумчиво проговорила слизеринка, взмахом палочки заставив погаснуть свет. И теперь гостиную освещал только свет исходящий от костра в камине.
— Мы с ним из разного общества. Он аристократ, а я магглорожденная, — Гермиона говорила так, словно сама верила в этот предлог.
— Но это не повод. Хотя, в вашем случае… Конечно, это было максимально тупо с его стороны, но разве тебе не понравилось?
Гермиона закусила нижнюю губу, проваливаясь в воспоминания, и ее щеки вспыхнули красным огоньком, а в глазах можно было заметить искру.
— Поняла, не отвечай, — слабо улыбнулась Пэнси, опустив глаза вниз.
— Я не знаю, почему он вызвал у меня такие чувства, но у меня Рон, и я не хочу чтобы он знал…
— Не волнуйся. Никто не узнает, — твердо заверила слизеринка, и Гермиона слегла расслабилась. Гриффиндорка сама не понимала, почему Пэнси так на нее влияет. Но факт остается фактом — рядом с ней Грейнджер становится спокойнее, словно все проблемы приобретают исходные точки, а мысли выстраиваются в правильном порядке. — Малфой сильно изменился с прошлого года, но он никогда не делает что-то просто так… Ладно, я пойду. Bonne nuit!
Слизеринка вышла из гостиной, не дождавшись ответа, но ее слова эхом отдавались в голове.
Он никогда не делает что-то просто так…