Революция

#np

Pink Floyd – Time

Кейтлин со скучающим видом сидела на уроке истории, слушая лекцию преподавателя, который вел свой предмет слишком примитивно. Он то и дело отступал от своей основной темы, переключался на другие, может и нужные, но пустые. Разговоры о прекрасных эпохах, когда у власти была исключительно элита, аристократия, тратящая огромные средства лишь на себя любимых, ничуть не интересовали Кейтлин. Ей было совершенно все равно, как одевалась Мария-Антуанетта, что хотела изменить в поведении монархов и тем более ее знаменитые фразы. Как вообще история может интересовать, если не приносит никакой практической отдачи? Это огорчало и раздражало, заставляя нервничать. Понятно, что учителя не по своей воле рассказывают о том, что написано у них в плане (хотя по воодушевлению мистера Фаразэ такого не подумаешь), но что могли еще сделать преподаватели? Государство на экзаменах требует все подробности истории страны, какой устрашающей она бы не была.

- Эх... - протянула Кейтлин то ли устало, то ли грустно. Рука вырисовывала изначально квадрат, потом куб, а дальше понеслась пространственная композиция. Это занятие нравилось ей намного больше, чем нынешний урок, это приносило столько же полезного в копилку знаний. Нарисовать объемно здание на самом деле так же сложно, как и запомнить реформы Людовика XVI, и ровно так же пригодится в жизни. Строгие линии завораживали, и уходила реально, а за ними и проблемы. Вот бы жизнь всегда протекла так - сидишь, не о чем не думаешь, занимаешься делом, которое нравится. Но тогда жить стало совсем скучно.

- Ну, чтож, ребята, - мистер Фаразэ стал говорить свои будничным тоном, и Кейтлин прислушалась, - сейчас будет звонок, а домашнее задание я напишу на доске...

Учитель вернулся к своему столу и завозился с бумагами, а в классе тем временем потихоньку начал разрастаться шум. Ученики отвлекались, переговаривались, как обычно, ничего нового и удивительного. Кейтлин вновь вздохнула, завершая эскиз и начиная собирать вещи. Она хотела успеть прийти в столовую одной из первых, поэтому поспешить - мотивация у нее была достаточно основанной. Запомнив задание, которое вызвала у нее очередной приступ неудовольствия, девушка со звонком поднялась и хотела была выйти из комнаты, как кто-то тронул ее за локоть. Обернувшись, Кейтлин заменила одноклассницу, тихую и не многословную, что сейчас глядела в пол.

- Да? - аккуратно спросила Кейтлин, нервно стреляя глазками. 

- Эм, ну, меня зовут... Виолетт...

- Отлично, Виолетт, что-то случилось?

- Ну, я, - девушка начала теряться и мямлить, что отнюдь не радовало Кейтлин. И, выглядя как можно дружелюбнее, она потрепала ее плечу, улыбнулась и пулей вылетела из класса. Знакомства ей, конечно, необходимы, но еда так же входит в перечень необходимых вещей. С утра в ее желудке покоился только тост да кофе - на больше с утра не хватило ни времени, ни желания. А из-за разборок, нервов и потребностей растущего организма, пища давно переварилась и не приносила ничего, кроме как очередного желание перекусить. 

Столовую она нашла интуитивно - первый этаж, дальше от входа и глаз – словно ее хотели спрятать, чтобы дети умерли с голоду. Шутка, но в каждой шутке есть доля правды: войдя внутрь, она не заметила больше, чем пятерых ребят. С виду они казались незнакомыми, но, может быть, они просто были из параллельного класса, а может и старше. 

Взяв поднос и встав в очередь, Кейтлин начала подниматься на носочки и придирчиво рассматривать рацион обычного французского лицея. И, по ее скривленному лицу, можно было понять, что с пищей какие-то проблемы. И они были, не смотря на право выбора, он был ограниченным : мясо, рыба, концентрированные соки, йогурты… дальше обзор закрывали парни. Огорчаться было не в ее стиле, ибо Кейтлин свыклась, что часто в школах питание оставляет желать лучшего. Тем более лицей на государственном обеспечении.

Очередь медленно, но верно исчезала, и вот она может осмотреть весь «ассортимент». Ничего нового девушка не увидела, лишь наконец-таки в поле ее зрения попало нечто удовлетворяющее вкусовые потребности. Порции небольшие, но этого хватит, чтобы прекратить думать о пище, как животному, а с однообразием можно бороться.

«Будем надеться, что сегодня просто не мой день».

Остановившись на овощном салате и кус-кусе, девушка схватила воду и начала дожидаться момента расчета. Получать деньги за обеды женщины хотели явно больше, чем накладывать их, поэтому через несколько секунд немолодая и крупная повариха уже пробивала счет, грузно дыша себе под второй подбородок. Пока Кейтлин искала нужную сумму в кошельке, та иронично заметила:

- Худеем, да?

- Простите? – акцентировав на вопрос, чтобы никто не подумал о ее безупречном слухе, тут же вторила Кейтлин.

- Ну, ни мяса, ни рыбы, набрала какую-то белиберду, - кашлянув, женщина продолжила. – Ну, куда тебе худеть! Возьми что-нибудь посущественнее!

- Спасибо, обойдусь, - убийственным тоном ответила она, отдавай деньги без сдачи, – мне потом будут сниться кошмары.

Оставив повариху в полном недоумении, но с кучей школьников, Кейтлин победоносно отправилась на поиски свободного места. Приняв позу поудобнее и менее раздраженную, отвернувшись от остальных, девушка приступила к своей одинокой трапезе. Под плеер и ритмичную музыку еда казалось намного вкуснее, чем она была, а шумная суета не имела значения. Мысли бунтарского характера были в данный момент сосредоточены о пище. А конкретно о рационе - у нее возникло столько идей, как же разнообразить его!

- Хэй, Аяччо.

Рядом с Кейтлин примостила ее двоюродная сестра – Капустин. Она была младше на год, поэтому девушки не могли пересечься раньше, чем за обедом. Поставив на стол лишь тарелку спагетти с мясом и ловя при этом неодобрительный осуждающий взгляд, девушка улыбнулась, потянувшись за вилкой.

- Тебе тоже приятного аппетита, дорогая.

Кейтлин нахмурилась, разворачиваясь и убирая наушники. Ей становилось не по себе, когда близкие от нее люди начинали так жадно жевать мясо, как дикие животные. В голове сразу начали всплывать образы несчастных маленьких зверушек, которых убивали без их желания и отправляли на разделочную доску.

- Пожалуйста, не смотри на меня и по возможности не дыши в мою сторону. Боюсь упасть в обморок.

- Дурочка, - хмыкнула Капустин, отправляя в рот порцию спагетти, - оно же приготовленное.

- Оно мертвое, - скуксилась Кейтлин, отвернувшись в сторону и поедая салат 

– Это как съесть человека! Кощунство! Тоже приготовленного, значения не имеет, хотя я бы посмотрела, как ты пытаешься съесть живое создание. 

Пока Капустин как-то пыталась ядовито оправдаться, внимание Кейтлин привлекли остальные ученики. Вроде бы ничего примечательного, но все разбрелись по компаниям и неспеша поедали ланч, при этом болтая. Наверное, это один из редких моментов, когда перед ней будут мелькать столько незнакомых личностей из параллельных классов и старше. Вот, поодаль, явно выпускницы сбились в группу и, поедая бургеры, весело болтали о выпускном. Кейтлин закатила глаза и перевела внимания на других ребят, парней явно ученого вида. Их идеи о биохимии были сложны, но интересны, но тут она заметила кого-то знакомого.

В небольшой компании из трех людей находился тот самый парень, которого она облила. Его красная шевелюра приковывала взгляд, отличала от двух других. Он явно был чем-то встревожен и нервно рассказывал об этом своим товарищам – светлому парню и темному, а те кивали в знак солидарности. Услышать ничего не удавалось, а когда неожиданно красноволосый взглянув в ее сторону, желание совсем пропало. Наверное, он все еще вспоминает тот случай, и он его явно забавляет. Идиот.

- О, на кого поглядываем, - приторно-сладким голосом заговорила Капустин, о которой девушка совершенно забыла. – Но забудь о нем лучше. Он нравится Эмбер, а это та, с кем у тебя вряд ли сложатся какие-либо отношения, кроме как нейтральных. Ну, и ты же понимаешь логику, да?

- Знаешь, я соглашусь выслушать подобную речь от директора, и то, наверное, начну возникать, но от тебя такого не потерплю: кто вы все, чтобы запрещать? Мы живем в свободное время и в свободной стране! 

- О, Господи, ты только не заводись, - Капустин схватилась за тарелку, ибо закончила обед и собиралась покинуть сестру, – просто предупреждаю. Кастиэль - человек трудноватый на общение. До вечера. 

Проводив взглядом, Кейтлин вновь наткнулась на компанию трех парней, но тут же отвела глаза на порцию кус-куса с овощами. Ей еще предстояли два урока, а потом поход к старосте для длительного разговора. Достав блокнот и ручку, одной рукой она поедала остывший обед, а другой делала заметки, не отвлекаясь в шумном одиночестве. Нужно было еще столько обдумать, придумать и додумать, что внутри нее начинался разгораться нешуточный огонь азарта. Ей нравилось это чувство, ибо оно доказывало, что человек может мыслить и во благо человечества, и потому, что начинала чувствовать себя живой, не скованной никакими рамками или предубеждениями. Сколько можно изобрести в настоящее время! О чем можно говорить и находить единомышленников …!

- Эм, извини, - от мыслей ее отвлек знакомый тихий голос – Кейтлин, да?

- Да, - ответ был громче, а чуть позже стал таким же тихим и неуверенным. – Виолетт?

Смущенно улыбнувшись, девушка кивнула. В ее руках не было еды, а лишь большая разрисованная папка, которую она держала очень крепко, будто в страхе, что отнимут. Продолжая ее сжимать, она опустила свои светлые глаза на ботинки и вновь заговорила – все так же тихо и боязливо, запинаясь:

- Я… просто… видела, как ты рисуешь. Красиво, - последнее слово было сказано на выдохе, что вызывало ответную реакцию умиления. Кейтлин не знала, что делать с новой знакомой, но один ее вид успокаивал. Доев и убрав в сторону все лишнее, она жестом пригласила присесть, тем самым показывая свое желание к разговору. Виолетт послушно, но как-то понуро поспешила опуститься на стул, все так же не поднимая взгляда.

- Может… ты не хочешь вступить в кружок рисования?.. Нет, если ты не хочешь…

- Все нормально, не беспокойся, - тут же вмешалась в неловкий монолог Кейтлин, улыбаясь, - но я еще не определилась с кружками. Я точно подумаю над твоим приглашением, честно! Просто мне нельзя брать более трех кружков, поэтому пообещать не могу. 

- Ох… серьезно? Я рада… - лицо Виолетт приобрело более оживленный вид. – Просто… у тебя талант. Вот я и подумала. Ты хочешь поступить в архитектурный..?

- О, нет, - поспешно замотала головой Кейтлин, на миг серьезно задумавшись о перспективе, – боюсь, что когда меня отошьет приемная комиссия, к власти меня уже не допустят. – Улыбнувшись собственной шутке, и замечая непонимание во взгляде одноклассницы, девушка в тот же момент прикрыла глаза и выдохнула, тем самым заканчивая разговор. Небольшое молчание напрягало, с ним надо было что-то делать, а-то ее собеседница вот-вот уйдет. В очередной раз понимая, что образ Виолетт успокаивает, она решила заговорить с ней о более приземленных вещах: всемирном загрязнении, демократии и истребление животных.