Глава 6
У края шоссе заметила два джипа. В голове заметалась мысль «Меня уже нашли!?» Потом появилось предположение, что так открыто беглянку искать не станут, или у кого-то не всё в порядке с головой.
Я бросила взгляд на мужчин. Судя по их спокойному виду – все в порядке. И только мне так не казалось.
Водители автомобилей рассматривали меня с открытым интересом, а я следовала их примеру. Взаимное не скрытое разглядывание происходило несколько секунд. Странно, но я точно увидела нечто пугающе звериное в их глазах. Радужка глаз наблюдателей поблескивала медово-золотыми искрами. Уже факт приравнивания людей к животным заставлял подумать о собственных бедах с головой.
Как только пятая точка коснулась кожаного сидения, тело стало ватным. Человеческие возможности явно не безграничны. Сейчас я уже поняла, что минутами позже легла бы посередине дороги в форме звезды, раскинув руки и ноги.
Машина почти бесшумно ехала по трассе. В салоне была гробовая тишина, мы были один на один. Джеерд молчал. Могло показаться, что он и не дышал вовсе. Совсем скоро волнение пересилило, и я решилась на разговор.
– Вы уверены, что готовы мне помочь?
– Если я захочу дать отрицательный ответ, – мужчина посмотрел в зеркало заднего вида и ухмыльнулся – то смогу высадить вас здесь и снять с себя любую ответственность?
Действительно, что его останавливает?
– Тогда почему вы так уверенны в своих силах? Я не преувеличила ситуацию, о которой рассказала!
– Не сомневаюсь... – Что-то внезапно привлекло все внимание Джеерда.
Джип ускорился, а сзади послышался странный звук. Авто, в котором ехал Уолкер, поравнялось с нашим. Оба мужчины опустили стекла и начали переговариваться. Никто не выражал волнения и непонимания, словно всем было ясно, что происходит. Хотя происходит что-то явно нехорошее и непонятное лично мне.
Начало бесить то, что все всё знают, но не говорят. Ощущать себя неосведомленной или единственной, кто паникует, было неприятно. Особенно в компании незнакомых иностранцев, когда и речь-то сложно понять. Не припоминаю ни одной истории, где жертва преследования и похищения ничего не знала и при этом хорошо закончила.
– Что случилось?
Я устроилась так, чтобы обзор происходящего был лучше. Размер салона позволял. Неестественно просторный. Но заострять на этом лишнее внимание или, более того, жаловаться, было бы глупо.
– Куда ты полезла!? – Поинтересовался Джеерд, разворачивая машину в обратную сторону.
– Не посмотрю сама – никто не расскажет.
За нами следовал красный спорткар с тонированными стеклами. Клише какое-то... Он быстро нагонял, но смены маршрута не ожидал.
– Не говорите мне, что мы едем обратно! – То, что всё так просто не пройдет, было ясно, но возвращаться желания не возникало.
Ответа я вновь не получила. Села на место и постаралась нормально завязать волосы, чтоб не лезли в лицо. Вытащила пару веток из спутанных прядей. Это занятие позволяло отвлечься.
– Знаете, грустно, что все так закончилось. – Сказала это тихо, даже не думая, что это услышат.
– Не закончилось.
Я чуть не подавилась воздухом от неожиданности.
– Вы отвечаете только на те вопросы, которые вам понравятся?
– Я не отвечаю ни на какие вопросы, – мужчина снова посмотрел на меня через зеркало заднего вида, – я спасаю твою жизнь и трачу на это свое время.
Возмутиться и ляпнуть что-то из серии «Остановите машину!» уже побоялась, потому что всё сказанное было правдой. Больная гордость сражалась со здравым смыслом все неохотнее.
Внезапно я осознала, что перед нами уже ворота имения. Машина без проблем въехала на территорию. Под колесами зашуршали мелкие камушки. Оказывается, через лес убираться отсюда дольше, чем по нормальной дороге... Возьму на заметку, когда попытаюсь выбраться отсюда еще раз.
Темное небо отражалось в окнах особняка, как в фильмах ужасов.
Мне не довелось побывать на экскурсии по этому месту, но с уверенностью можно заявить, что не только здешние подвалы навевали страх. Синяки и ушибы предательски заныли, усиливая злость и страх. Еще я только сейчас заменила, что измазала кровью половину салона. «Да у меня таких травм нет, чтоб столько крови вытекло!». Просто дело было в том, что кровь сворачиваться сама не собиралась, пропитав всю одежду, а эта одежда уже и оставляла следы. Бесмертна
Джип остановился у самого входа.
– Тебя никто не тронет, – открывая мне дверь, тихо сказал Джеерд, – мои ребята за этим проследят.
Я обернулась на двух мужчин и Уолкера.
– Проследят... – Повторила я, погружаясь в собственные страхи. Уверенность окружающих насторожила.
«Да кто они, черт возьми, такие!?»
Когда за ворота въехал наш преследователь, Уолкер, не говоря ни слова, покинул нас, забирая с собой одного из неизвестных парней.
Второй, не представленный мне индивид, составил нам с Джеердом компанию. Я с видом смертника направилась за мужчинами к ступенькам замка, а затем и к каменной лестнице с узорчатыми перилами, ведущей наверх. Ковры, расписанные вазы, картины – все как в старом замке, переделанном под музей. Оно и понятно, в таких строениях в наше время почти никто не живет, поэтому обстановка и напоминает исключительно что-то старинное и музейное. На втором этаже все было на удивление тихо, будто все вымерли, пока мы не подошли к одной из резных дверей. За ней отчетливо звучали бульканья и хлюпы в ансамбле с лязганьем и клацаньем.
Мужчина, шедший позади, неожиданно оттащил меня за себя. Ощущать себя тряпичной куклой не хотелось, поэтому я быстро сориентировалась и, схватившись за руку «защитника» стала смотреть за происходящим. Собирать все острые углы я больше не намерена.
В коридор вышел Вазензей измазанный краской. Уверенности в том, что он адекватный по-прежнему нет, а атмосфера накаляется!
Я подняла взгляд на человека, чьи глаза искрились кровожадным азартом. Это не краска?... В эту секунду показалось, что вокруг нас никого нет, словно сейчас меня разделают на куски. А за что? За то, что этот человек не принимает "нет".
Но все быстро закончилось. Как только из-за двери начало показываться что-то кроваво красное на моих глазах разместилась широкая ладонь Джеерда:
– Что это?! Там кровь?! – в этот момент стало ясно, что полиция тут не появится – Теперь вы и меня прикончите?!
– Тише, – раздалось над ухом – я над этим подумаю.
Меня подняли на руки, продолжая удерживать так, чтобы я не смогла смотреть в сторону злосчастной комнаты.
– Это не правильно... Зачем я вернулась, зачем вообще из дома уехала?
Почему-то Вазензей не кинулся изничтожать меня, хотя возможность выдалась прекрасная. Наверное.
Сложно представить, чего ожидать от неадекватного человека с задетой гордостью. Он мог вскрыть мне горло, захотеть устроить нешуточные пытки, и ему мешает Джеерд? Сомнительно, но если так, то я согласна ещё немного посидеть на ручках.
Тут Джеерд обратился к Вазензею, который молчал это время. Я была уверенна в том, что выражение сумасшествия на его лице не изменилось:
– Я вижу, ты совсем оборзел.
–Ты пришел не для того, чтобы вернуть мне игрушку? – саркастично спросил Везензей. Его голос прозвучал как бритва по стеклу.
Раздался раздраженный рык прямо над моим ухом. Я вздрогнула.
– Буду считать, что мальчики ошиблись, когда вовремя не остановились. Но ты нарушил закон. Тебе об этом известно. Ты ведь знаешь, зачем я тут, – он сделал глубокий вдох, – молись.
Чересчур пафосные речи вызывают отторжение, но в такой ситуации, похоже, обязательно нужно было уйти победителем. Уже спускаясь по лестнице, я осознала свое положение: на руках у какого-то незнакомого мужчины. Я чёрт знает сколько сидела в старом подвале, потом подверглась рукоприкладству. Окровавленная, грязная, лохматая, да и пахну далеко не розами! От понимания всего этого лицо залилось краской. Я буквально чувствовала, как к ушам прилила кровь. Или это от какой-нибудь царапины на лице? Может теперь у меня будет синяк во все лицо и это один из признаков?! Надеяться на это было бесполезно. Я от души покраснела...
В то время как я придавалась самобичеванию, Джеерд неумолимо двигался вперед. Весь замок стал каким-то пустым после его появления. Или он все время таким был? Хотя, с таким хозяином как Вазензей я бы тоже предпочла не высовываться. Но не может же быть настолько пусто, что даже горничной нет.
Уж чем только не пыталась занять мысли, отсчитывая секунды до того, как окажусь подальше отсюда.
А что дальше? Сейчас меня повезут прямиком в пункт выдачи невезучих родственников? Позвонят Снежане, а та в свою очередь будет пытаться лично меня прибить за вымотанные нервы...
Хотя удивительно, что мне на голову ещё не упала какая-нибудь тяжёлая горгулья с фасада этого старинного замка. Сейчас, когда все так гладко идет, сердце замирает в ожидании подставы.
Гробовое молчание продолжалось. Уолкер уже стоял рядом с одной из машин, когда мы оказались на улице. Я все ждала, когда меня поставят на ноги, но Джеерд перехватил меня поудобнее и остановился.
– Я всё сделал, – отчеканил рыжеволосый – впредь они будут внимательнее. И... – Он замолк, не договорив, и с прищуром посмотрел на меня.
Прочистив горло, я уже подготовилась что-нибудь сказать, но Джеерд начал первым:
– Отвратительно. – Это было коротко и ясно. И опять неинформативно.
– Исчерпывающе, – брякнула я, попутно думая, не обо мне ли он говорит.
– Мы сделаем все возможное, чтобы такого больше не повторилось.
– Вот что я тебе скажу, друг мой, они начинают восхищённо "заглядывать ему в рот". Они заражаются от него безумием и жаждой. Братец перешел все границы.
Повисла тишина, но этого мне хватило, чтобы сопоставить почти все сказанное. Брат?! Тот, который... Чёрт возьми! Что тут происходит, я абсолютно не понимала, но это было явно хуже смерти от горгульи.
– Брат?! – неосознанно я начала нервно выкручиваться из мужской хватки, – Тот садист?!
Я почти упала на землю, но Джеерд успел меня поймать. Может и к лучшему, а то с такой "удачей" я останусь калекой.
Машинально спасаясь от собственной глупости, вцепилась в шею мужчины клещем, а он, кажется, не возражал.
– Не кричи мне в ухо! Иначе станешь не только жертвой гравитации, но и моей!
А мне стало страшно уже и от того, что эти люди имели что-то общее. Да не "что-то"! Они были братьями! Если он окажется ещё большим маньяком, только под прикрытием, мне уже не спастись. По факту - я добровольно с ним пошла, а остальное для полиции не важно...
И это было финальной точкой. Я сама не поняла, как это произошло, но мои тараканы помогли сопоставить все произошедшее в одну картину, и теперь стало ещё труднее. В глазах защипало, а горло сковало так сильно, что невозможно было вздохнуть. Лица людей вокруг исказились, а фонтан и деревья с их яркой зеленью превратились в мазню. По щекам покатились слезы, а в ушах зазвенело так громко, что я не слышала ничего другого.
Похищение, темница, издевательства, чья-то кровь... Все это потому, что я врезала этому ублюдку между ног?! Конфликт давно исчерпал себя, а события продолжают накручиваться друг на друга.
Уткнувшись в плечо мужчины, который сжал меня чуть крепче, я зарыдала, из последних сил пытаясь не выть в голос. Теперь его одежда будет безжалостно пропитана моими слезами.
Джеерд повел головой и за руль машины сел Уолкер, сам же он, не выпуская меня из хватки, сел на заднее сиденье.
Мне было стыдно, плохо, грустно, холодно и одиноко. Странно, правда? Это похищение, теперь я не знаю, где нахожусь, и в чьей компании оказалась! Но было не важно, кому в плечо я реву и к кому прижимаюсь, пытаясь забыть все как страшный сон.
Теперь уже и стесняться нечего. Даже Женя в таком виде меня не видел, ему всегда доставалась чистенькая, красивая, ухоженная Василина, а теперь я нечто противоположное.
Силы были на исходе и даже слезы кончились. Остались судорожные попытки вдохнуть воздух. Когда я поерзала на коленях у Джеерда, он внезапно повернул меня к себе, обхватив большими ладонями мое явно уступающее в размерах лицо:
– Прошу, перестань плакать. Мой брат не получит тебя, – он шумно втянул воздух и продолжил, – Он больше не причинит тебе зла.
– Верится с-с струд-дом. – Еле ответила я, не в силах успокоится.
Он не ответил. Положил руку мне на затылок, кладя мою голову себе на грудь. Второй рукой уместил мои ноги у себя на коленях. Я без труда поместилась на теплом теле и дрожь как рукой сняло. От мужчины не исходило ничего пугающего, и я закрыла глаза. Завтра будет очень стыдно. Будет стыдно перед собой и перед ними, хотя бы за то, что я доставила столько проблем, а потом уснула на незнакомце, который эти проблемы решал. Но это будет завтра, сейчас сил думать о чем-либо не осталось, и я провалилась в темноту.