Десятая часть.

Айрин.

Мы ехали на внедорожнике ДиО. Он был любителем скоростной езды, поэтому картины за окном сменялись со скоростью света, что аж глаза начали болеть. Я сидела позади джипа, обдумывая каждую деталь и слова, которые я скажу Лухану. Также я тренировалась ни о чем не думать, дабы избежать опасности. Шутки с Луханом плохи.

— Как думаешь, Лухан не заподозрил? — проговорил ДиО, нарушив тишину.

— Понятия не имею. Кстати, ты скоро попадешь в аварию, ДиО, будь осторожен, — спокойно говорю я и вижу, как мой друг, улыбнувшись, кивает. Он часто попадает в аварии либо сбивает кого-то на трассе.

— Я пойду с тобой к нему, — вдруг проговорил Чанель.

— Ты не можешь пойти. Во-первых, ты не умеешь держать мысли при себе, так же, как и свой язык. А во-вторых, он ненавидит тебя, как я поняла.

— Тогда будь осторожна, — не возражая, говорит Ёль.

Машина затормозила возле ворот академии. Я должна была отбросить все проблемы и мысли за этими воротами, но я не могла не думать о Сехуне. Как же это невыносимо — не быть рядом с ним в такой ужасный для него момент. Я глубоко вздохнула, пытаясь сосредоточиться. ДиО и Чанель покорно ждали меня позади. Я слышала их вдохи, как они открывают и закрывают глаза, взмах их ресниц. Слишком шумно. Я закрыла глаза в надежде избавиться от ненужной информации. Мне помешал звук сирены машины, остановившейся возле машины ДиО. Это был Крис — брат Лухана.

— Айрин, как твои дела, дорогая? — спросил он хриплым голосом.

— Отлично, — игриво ответила я, — не знаешь, а Лухан у себя?

— Зачем тебе мой братец, когда у тебя есть я, красавица?

— Следи за языком, — прорычал Чанель, срываясь с места, пока его не задержала рука ДиО.

— Ты не в моем вкусе, Крис, — усмехнулась я и отвернулась в надежде, что он отъедет подальше. Но я ошиблась: он вышел из своей иномарки и подошел к нам.

— Похоже, тебя интересуют слащавые парнишки?

— Как ты угадал? — удивленно ударила его, как любая другая девчонка ударила бы.

— Хватит притворяться. Я же знаю, что ты не такая.

— А вдруг я не хочу, чтобы я тебе нравилась, — уже серьезно произнесла я, на что он лишь ухмыльнулся, не переставая глазеть на меня.

— Лухан в саду, как всегда, ухаживает за цветами, как девчонка, — фыркнул Крис и прошел мимо меня.

— Ну что ж, — я обратилась к ребятам, — я пойду к нему.

— Будь осторожна, — шепнул ДиО, кивая в сторону тропинки, ведущей в сад.

— Не волнуйтесь. Встретимся в классе.

Я медленными шагами пошла по тропе, натыкаясь на других вампиров, проводящих взглядом, наполненным любопытством. Вдали я видела силуэт мужчины, привлекательного и прекрасного. Он так красиво поливал цветы, с любовью разглядывая каждый распустившийся цветок. По особому он смотрел на ало-розовые пионы. Эти цветы с древних времен считаются царскими, цветком императоров. Он с давних пор является цветком аристократизма, изящества и мужественности. Пион — Королева всех цветов. Великолепный цветок с множеством лепестков, что так гордо шатается на утонченной ножке. Лухан протягивает руку к одному из изящных создании и аккуратно срезает её.

— Разве не прекрасна? — не оборачиваясь, говорит Лухан, все еще любуясь отрезанным цветком. Я быстро улавливаю его слова и подхожу чуть ближе уверенными шагами.

— Вам так нравятся пионы?

— А тебе орхидеи, – утверждает он, наконец посмотрев мне в глаза. Он подходит ко мне, оставляя между нами смехотворное расстояние.

— Похоже, нет ничего, чего бы вы не знали, — ухмыляюсь я.

— Есть много чего. Но про тебя я знаю даже больше, чем ты можешь себе вообразить, — уверенно сказал Лухан, протягивая мне цветок.

— Читая мои мысли? — непринуждённо произнесла я, вдыхая прекрасный аромат подаренного только что Луханом пиона.

— И не только. Я понимаю, это действует на нервы, когда знаешь, что твои мысли как открытая книга, но я ничего не могу с собой поделать.

— О чем же я думаю сейчас?

— Ни о чем. Ты научилась управлять своей головой, — усмехнулся он.

— Крис скоро уедет собирать твоих собратьев. Скажите ему не ехать в Италию, — спокойно говорю я, не поднимая глаз.

— Его там ждет смерть? — мрачно спрашивает Лухан.

— Хуже. Там он найдет свою любовь. А вам, думаю, это не в пользу.

— Зато он отстанет от тебя. Так что пусть находит кого угодно.

Я подняла взгляд и увидела не того плохого парня и не чудовищного кровососа — я увидела обычного парня с искоркой в глазах, с надеждой и любовью.

— Ты видишь мое будущее? Когда же меня настигнет смерть? — нарушает он тишину. Да, я все вижу. Все его радостные моменты, все страдания и его смерть.

— Когда придет время, слушайтесь меня, хорошо? Только тогда у вас все будет хорошо.

— Ты хочешь таким образом сделать меня своим рабом? — возмущенно проговорил он, а потом громко рассмеялся.

— Я предупредила.

— Зачем ты меня искала, Айрин? Думаю, тебе захотелось объясниться за тот вечер? Ты даже не представляешь, как я тебя обыскался. Я хотел потанцевать с тобой.

— Кай. Ему нужна была помощь. Я не смогла оставить своего друга в беде. Прошу простить меня за это. Я обязательно подарю вам один танец в любом удобном случае, — серьезно сказала я и сделала реверанс, как в девятнадцатом веке, чем вызвала еще одну волну смеха Лухана.

— Умеешь же ты обратить на себя внимание и забыть обо всем. Сделаешь для меня одолжение?

— Какое?

— Проведи со мной сегодняшний день, — тихо сказал Лухан.

В голову лезли немыслимые вещи, так много всего я себе надумала, чем рассмешила блондина. Он посмотрел на меня в ожидании ответа. Я была еще не готова отвечать. Хотела отказать, но что-то внутри меня щёлкнуло и утверждало согласиться. Для чего ему проводить со мной целый день? Может, таким образом он хочет узнать побольше обо мне, чтобы ударить ножом в спину?

— Просто хочу провести с тобой день, — невозмутимо произнес Лухан, ответив на мои вопросы.

Я ему не верю и искоса смотрю на него. И с какой целью?

— Ты мне нравишься.

Мой голос пропал и в мыслях, и в горле. Я сглотнула, пытаясь открыть проход для хоть какого-либо звука.

— Неужели впервые слышишь такие слова? — спросил Лухан с усмешкой.

— Это сто тысяч шестнадцатый раз, — пролепетала я в спешке.

— Так «да» или «нет»?

— А вы очень упёртый, — помотав головой, прошипела я.

— Когда дело касается того, чего я хочу.

— Ладно. Ваша взяла. Я согласна. Куда пойдём?

Он, ничего не говоря, прошел через свои горшки с цветами и среди них взял одну маленькую и принес ко мне. Орхидеи.

— Это тебе. Не забудь чуть позже забрать их, — сказал он, не отрывая глаз от цветка, и продолжил: — А сейчас мы поедем в одно красивое место. Уверен, тебе понравится.

Не возражая, я поплелась за ним на парковку, где стояла его машина. Только неделю назад он ездил на «Феррари», а теперь на его месте стоит новенькая красная «Ламборджини». Он, как истинный джентльмен, открыл мне дверь и после того, как я села, направился на водительское место. Он несся на скорости сто шестьдесят километров в час, даже заезжая в город. Я временами смотрела на его невозмутимое лицо, сосредоточено смотрящее на дорогу, пытаясь понять его выходки. Но перед глазами вставали лишь картины его будущего. В итоге я проиграла самой себе и выбросила все свои попытки подальше.

Где-то в горах сверкнула молния, а через несколько секунд невдалеке пророкотал гром, а на северной части шел ливень. В город дождь пока не успел прийти, лишь тучи закрыли голубое небо. Внезапно одна капля упала на лобовое стекло машины. За ним вторая и третья, через некоторое время пошел весенний дождь, разбиваясь об сырую землю.

— Наверное, ваши цветы рады дождю, — радостно лепечу я, смотря на капли дождя.

— Я вижу только один цветок, что так рад, — с улыбкой произнес Лухан, бросив на меня взгляд.

— Когда же мы приедем? — фыркнула я, отвернувшись к окну. Мы проехали город по трассе, окруженной деревьями.

— Приехали. — Он затормозил так резко, не успев закончить.

Перед нами был лишь вход в обычный лес. Может, он собирается убить здесь меня? Зачем же я согласилась на эту поездку? Но я покорно шла за ним сквозь лес, густую чащу. По лесу петляла небольшая тропинка. Она уводила нас глубоко в лес, кружа между деревьями. Лес был таким темным и мрачным как никогда. Мы пробирались сквозь кустарники и густые травы.

— Почему бы нам просто не прыгать через деревья? Зачем нам так медленно пробираться через все эти кусты и заросли? — не выдержав, выразила я свое недовольство.

— Никакой сегодня силы. Сегодня мы обычные люди, — спокойно ответил Лухан, обернувшись через плечо. И я уловила его улыбку. Ничего не ответив, я снова продолжила свой тернистый и долгий путь по темному лесу. Через некоторое время Лухан остановился, за ним и я.

— Почему остановились?

— Пришли, — радостно сказал он и отодвинул в сторону заросли и ветви сосны, открыв на взор прекрасную картину. Перед нами стояло небольшое озеро, куда лился водопад. Шумный, бурный, он переливался всеми цветами радуги, падая сверху-вниз и хватая на своем пути упавшие ветки и листья. Я смогла лишь ахнуть, не говоря ни слова. Лухан понял, что для меня красивее места больше не будет, и подтолкнул слегка, заставляя пойти вперед. Я послушно пошла к чистой воде, присев на один из больших камней. Рядом расположился Лухан, кинув небольшой камушек в озеро.

— Не знала, что здесь есть такая красота.

— Я сам был удивлён, когда нашел её.

— Не могу поверить.

— Во что?

— Вы можете просто прочитать мои мысли, — шепчу я.

— Никаких сил. Я стараюсь не читать их.

— Не могу поверить, что вы сидите здесь и любуетесь видом.

— Думаешь, я лишь чудовище? Глава Саббатов, прекрасный кровожадный монстр. Я не раз слышал такое утверждение, но я не был таким.

— А каким же были?

— Со временем, думаю, узнаешь.

Отец мне говорил, что сын главы Саббатов не такой плохой и грозный, как отец. Поэтому советовал поддерживать с ним хорошие отношения, дабы предотвратить в дальнейшем войну между кланами. Но я не слушала его, твердя, что он такой же хладнокровный убийца, как его отец. В конце концов, это он убил моего создателя, главу всего клана, и из-за него все обязанности возлегли на мои хрупкие плечи. Именно поэтому я его ненавидела и ненавижу по сей день, пусть и его глаза тянут меня в глубь. Перед глазами каждый раз при его виде стоит лишь одна картина. В тысяча восемьсот двадцатом году в Аризоне он практически уничтожил весь штат. Предвидев эту жестокость, я хотела остановить его, но не успела. Везде бездыханные тела и кровь, ободранные руки и ноги. В центре города, съедая последнего человека, сидел Лухан с красными от злости глазами, с кровавым лицом и руками. Я тогда в первый и последний раз помогла ему: перенесла тела в церковь и сожгла дотла, таким образом дав поверить, что всех собрали в одном месте и сожгли заживо. Дело закрыли недостатком доказательств и подозреваемых. До сих пор я не решалась спросить, зачем он тогда это сделал.

— Вы до сих пор питаетесь человеческой кровью? — начала я разговор.

— Да. Когда нужно.

— Я до сих пор помню, как вы убили моего отца...

— И я помню, — спокойно произносит он, отчего я начинаю злиться, но не успеваю я вставить слово, как он продолжает: — И мне до сих пор жаль. Я прошу прощения каждый день за каждого убитого мною человека. Меня вырастили жестоким, беспощадным, чтобы я смог стать отличным оружием. Но в глубине души я оставался собой. Грубо говоря, ничтожеством, которое не могло ничего с собой поделать, а лишь выполняло приказы. После смерти главы клана меня поставили на его место. И я должен был оправдать надежду своего жестокого клана.

— Хотите сказать, что на самом деле хороший и добрый? — сквозь зубы прошипела я.

— Нет, я был хорошим когда-то давным-давно. Сейчас я — монстр. Убивающий ради удовольствия, ради похоти.

— Я хочу уйти отсюда, — проговорила я, не в силах больше оставаться с ним после такого разговора.

— Скоро начнется война. Саббаты хотят стать единственным кланом во всем мире, — тихо сказал Лухан, смотря на водопад.

— Вы правы. Скоро начнется война. Но только не между нами. А между существами сильнее. Так что нам следует держаться вместе, пока те твари не поубивали всех вампиров.

— Ты хочешь сказать, что мы будем воевать с другими? — Лухан встал и подошел ко мне, сверля взглядом.

— Оборотни. Они появились снова.

— Мы ведь уничтожили их много лет назад.

— Их намного больше, чем мы думаем. И они стали еще сильнее. Скажи Крису собрать всех вампиров до единого.

— А вдруг ты обманываешь меня, пытаясь спастись? — спросил Лухан, подозрительно глядя на меня.

— Он вернулся. Чтобы отомстить.

Лухан понял и пошатнулся сделав шаг назад. Он знал: если тот, о ком я говорила, вернется, месть его будет страшна. И я это знала