С ПРЕЗРЕНИЕМ, Ю
Тусклый свет лампы отразился в лезвии острого ножа, и девушка улыбнулась. Сколько раз она это проделывала – потрошила мясную тушу, пританцовывая в такт музыке из колонки – не счесть. Очередная тупая курица теряла под острием свою кровь и молила о пощаде. Последней была блондинка с кучей глупых и бессмысленных тату. Она начала верещать, стоило лишь девушке с ножом отрезать ей парочку длинных прядей.
- Я – Ю, - говорила она, усмехаясь и отрезая новую прядь.
Все начиналось с волос и переходило все ниже и ниже. Последним оставалось исправить лицо. Конечно, если курица все еще оставалась жива.
За все время своей «работы» Ю наслушалась многого: от «угроз судом и всемогущим папочкой» до миллионных вознаграждение за свободу. И она бы согласилась, во всяком случае на последнее, но цель ее стараний материальных благ не предусматривала.
Расправа над тупыми, очищение города – вот что доставляло истинное наслаждение. Оставлять тонкие полосы и глубокие порезы на коже, глядя в глаза. Многие из них до последнего так и не могли понять, что живыми из этого подвала не выйдут никогда, что родительские деньги и связи не помогут им выторговать жизнь.
Ю находила их по профилям в Instagram, постукивая уже сверкающим и заточенным ножом по столу. Фото с зеркалом на последний IPhone, на фоне папиного Lexus, с тонной косметики на лице, вытянутыми в трубочку губами и кучей фильтров, которыми удается сделать свою рожу привлекательной для поиска еще одного «папочки». Десятки показушных фотографий, указывающих на состояние (родителей) и чувство стиля (слишком вызывающе) – этого было вполне достаточно, чтобы достать новый рулон пленки и скотч.
В этот раз на глаза Ю попалась Нина – сгусток понтов и полное отсутствие мозга. Только получив (или купив) права, Нина выкручивала руль новенького мерса и совершенно не смотрела на горящий красным светофор. Едва не столкнувшись с заворачивающей в ее сторону машиной, она показала водителю средний палец и пригрозила наябедничать отцу.
Ее выловили у ночного клуба, выпившую не один коктейль и абсолютно ничего не соображающую. Дотащить ее до машины и запихнуть в багажник для Ю не составило никакого труда. Девушке приходилось справляться и не с такими особыми, так что Нина оказалась заперта уже через несколько минут.
Когда боль в спине и конечностях прогнала пьяный сон, Нина медленно открыла глаза. Она оказалась сидящей под лампой напротив высокого зеркала, примотанная к металлическому стулу изолентой. Под ногами шуршала пленка, а за спиной что-то стучало. Нина повернула голову, насколько это было возможно, и увидела силуэт в конце помещения. Насколько жертва могла судить по очертаниям – из темноты на нее смотрела длинноволосая девушка.
- Эй! – воскликнула Нина и закашлялась.
Силуэт сделал пару шагов вперед и попал под освещение лампы. Тусклый свет отразился в лезвии ножа, и девушка улыбнулась.
- Класс, у тебя есть нож! – засветилась Нина, ерзая на неудобном стуле. – Помоги мне выбраться!
Ю лишь качнула головой и подошла ближе, заходя за спину. Их взгляды встретились в отражении зеркала.
- Помоги мне! – протянула Нина, вытянув голову вперед и с напором глядя на девушку.
- Как думаешь, почему ты здесь? – спросила Ю, резко стягивая резинку с волосами девушки. Так ойкнула и дернулась, зашипев.
- Ты че творишь?!
Нина начала раскачиваться из стороны в сторону и крутить головой.
- Вопрос, - почти пропела Ю, вытягивая одну из прядей ее волосы, - ты не ответила на мой вопрос.
Нож снизу вверх рассекает воздух, и русая прядь падает на застеленный пленкой пол. Тут Нина осознает, что спасать ее темноволосая не собирается. Девушка визжит и вырывается, кричит что-то про родителей и уже организованные поиски, давясь собственной слюной. Она затыкается, когда краем глаза замечает еще одну отрезанную прядь. Вскинув голову, она видит взлохмаченные волосы, потекшую тушь и сдержанно улыбающуюся за ее спиной Ю.
- Вопрос, - повторяет она и поднимает руку с ножом.
- Не знаю! – кричит Нина, поддаваясь вперед. – Я не знаю!
«Тупая курица», - вздыхает Ю и поднимает оставшиеся волосы. В этот раз нож режет на несколько секунд медленнее, но все же успешно справляется со своей задачей – длинные русые волосы водопадом летят вниз.
- Охренела?! – опять кричит жертва, не сдерживая злости. Она не понимает всего, и в этом ее ошибка. Ю не реагирует на вспышки гнева и агрессии, ведь сидящая перед ней заберет все обратно, уж она знает.
- Думай, Нина, думай, - говорит девушка, рассматривая лезвие уже который раз.
- Потому что я красивая? – отвечают ей, и Ю усмехается. Нину не спасает даже толстый слой косметики, лишь чрезмерно завышенная самооценка и комментарии подлиз-подруг.
Девушка включила одну из любимых песен группы Ария и приступила к работе. Медленно надавливая ножом на руку чуть ниже плеча и пускай пачкающую одежду кровь, она заставила Нину вскрикнуть от боли.
- Думай, - повторяла она, делая порез длиннее, спускаясь к локтю и смотря в лицо своей жертве через зеркало. Жмурясь и шипя от боли, Нина поняла слезы на колени. Кровь уже прочитала весь рукав блестящего серебристого бомбера. На щеках девушки образовались длинные черные дорожки от так неудачно подобранной неводостойкой туши, которые Ю быстро растерла, оставляя грязные разводы.
- Потому что у меня есть деньги?
Порез на второй руке и новый крик боли.
«Не твои».
- Я оскорбила тебя?! Я была пьяна!
Нож прошелся по предплечью рядом с веной, но не задевая ее. Смерть от потери крови через их вскрытие не входила в планы Ю. Слишком быстро и слишком просто.
«Не совсем».
Она сделала музыку громче.
А жертва пошла по пути многих других и стала выторговывать свою жалуются душонку с помощью заработанные родителями денег. Чем выше становилась цена, чем больше сыпалось обвинений в жадности Ю, тем сильнее бесилась брюнетка. Улыбка не сходила с ее лица, тон же менялся на раздражительный, а голос повышался. Девушка покрепче перехватила рукоятку ножа и сделала пару глубоких вдохов – это позволило ей немного успокоиться и не прикончить Нину раньше времени.
Когда пленка зашуршала от шагов, Нина открыла глаза. Ю вышла из поля освещения лампы, направляясь куда-то в темноту. Что-то три раза щелкнуло, и по помещению разнесся слабый запах газа. Температура стала подниматься. Ю вернулась к жертве и, положив руку ей на плечо, сдавила его, произнеся с толикой лживого сочувствия:
- Ты не знаешь.
Нож снова блеснул над головой Нины и резко вошел ей в бедро.
- Не понимаешь.
Кровь брызнула на пленка и закапала с лезвия, чуть не попав на ботинки Ю. Нина закричала еще громче, уже не прерывая свой крик очередными попытками подкупить палача.
- И никогда не поймешь, почему находишься здесь.
Металл вонзился в том же бедро несколькими сантиметрами выше. Нина опустила голову, подавляя вырывающийся кашель. Долго и протяжно надрывая горло, она все же сорвала голос, и теперь ей оставалось лишь хрипеть и стонать от боли.
Температура же в помещении становилась только выше.
- От… пус… ти…
Нина посмотрела на девушку. Ю качнула головой и решила открыть жертве глаза на ее дальнейшую судьбу, надеясь, что хоть эти слова она сможет понять.
- Ты должна усвоить одну простую вещь – я позволила тебе видеть мое лицо не ради того, чтобы ты сдала меня ментам, - и вновь занесла нож для удара. Лезвие наполовину вошло в левую ногу Нины, и Ю медленно повела его к колену, глубоко разрезая плоть. Жертва выдавила из себя визг, а Ю лишь в очередной раз усмехнулась и повела плечом в такт музыке. Песни Арии шли одна за другой, девушка начала подпевать себе под нос, увеличивая громкость в колонке.
Нина уже не пыталась ничего предпринимать. Закрыв глаза и стиснув зубы, она ждала новых ударов.
Ю провела ножом от колен до ступней, делая почти симметричные порезы. Как и всегда, последним оставалось лицо. Девушка потянула за висевшую на шее цепочку, поднимая голову жертвы, и взглянула на изуродованное косметикой лицо, служившей для совершенно иных целей. Нож создал на лице Нины «улыбку Джокера», что было бы для него неким оскорблением – тупая курица не имела права ее носить. Но сейчас это было неважно.
- Пока, пока!
Ю широко улыбнулась, глядя в едва приоткрытые глаза, и совершила последний взмах. Лезвие скользнуло по горлу, выпуская наружу кровавый фонтан. Нина захрипела, задергалась и, закатив глаза, откинула голову назад.
- Минус одна, - прокомментировала Ю и сделала их совместное фото через зеркальное отражение.
Освободив тело от изоленты и сбросив на служивший «носилками» кусок пленки, она потащила его к источнику тепла и газа, запах которого уловила Нина. Кремационная печь быстро нагрелась до нужных температур и приняла в себя завернутое в пленку тело. Ю нажала на последнюю кнопку. Створки захлопнулись, и тело объяло пламя, превращающее в угольки и пепел.
Продолжая пританцовывать под музыку из колонки, Ю свернула испорченную пленку и села за ноутбук, начиная новые поиски в ленте Instagram.