Глава 7 "Любит исчезать"
Скотт и Стайлз успели съездить в больницу и хорошенько все разузнать о той девушке, чью кровь, предположительно Скотт почуял на участке Дерека. Не обычный азарт охватил мальчиков узнать правду насчёт этой девушки и в первую очередь — найти убийцу, но так же, когда на город опустилась ночь, их начала беспокоить подруга. Канада до сих пор не дала о себе знать. Скотт задумался, а должна ли? Стайлз с ним заезжал к ней домой по пути из больницы, кроме приятной по характеру дамочки и Басты в доме никого не оказалось. Приёмная мать Кэнеди, видимо, не считая парней гостями, вручила поводок и отправила выгуливать собаку. По выполнению задания Кэнеди так и не появилась. Увы, но у Беатрис была лишь маленькая садовая лопатка, не пригодная для затеи Стайлза.
— Нам нужно позвонить Канаде, — со всей уверенностью молодого волка заявил Скотт, ища в чулане у себя дома что-то, напоминающие лопату, хотя бы отдалённо.
— Постой, ты думаешь, она ответит? — Не скрывая своих чувств, проворчал Стайлз, хлопая в ладоши. — Переоцениваешь ты волчицу.
— Она наша подруга.
— Я не спорю, Скотт, — Стайлз вздохнул. — А ещё она дикий зверь. Свободолюбивое создание. А может, она работает именно на нас? Не зря исчезла вместе с Дереком.
— Вместе, — прорычал МакКолл, сдвигая пару ящиков. Стайлз, придерживающий спиной дверь, закатил глаза. — Он серьёзно мне угрожал. Может быть, в чаще леса произошла битва двух оборотней и она умирает? Канада сама говорила, что слабее Дерека.
— Слабее — не значит смерть. Скотт! Ищи лопату, умоляю.
Когда лопату всё же отыскали, МакКолл посчитал нужным позвонить подруге. Стайлз был настроен в этом плане иначе и имел другое мнение. Спустя пять вызовов, он начал думать, что действительно ничего не выйдет, но надежда его не оставляла. Он вспомнил, что она оставила сумку у дома, но возможно, инвентарь вновь с волчицей
Наконец, трубку взяли. Скотт моментально поставил на громкую связь.
— Да? — Растянуто и весело ответила Канада. Ребята нахмурились.
— Чего ты такая весёлая? — Раздраженно обратился к ней Стайлз.
— Я? — Канада громко захихикала. — Просто я немного... Ох, отпусти... Щекотно... Скотт, Стайлз, что у вас случилось? Я просто, правда, немного занята.
— Ладно, — так же растянуто сказал Скотт. — А чем ты занята?
— Кое-чем щекотным, — снова раздались вспышки смеха. — Давайте быстрее. Скотт, если ты такой медленный, то пусть Стайлз поведает, чего вам надо от Кэнеди?
— Поведую! — Торжественно объявил Стайлз. — Рядом с тобой кто-нибудь есть?
По телефону разошлось тихое басистое рычание, а потом на него ответили другим, более звонким.
— Ох, Стайлз. Можно сказать — я не одна. Ну, говори.
— Постой, ты у Айзека? — На вопрос одного из двух парней Канада рассмеялась:
— Чего? Нет! Уф, — Повисло долгое молчание, потом вновь смех. — НУ же!
— Кажется, во дворе дома Дерека Хейла зарыта половина трупа, о которой мы тебе говорили. Мы хотим поехать и откопать его. Поможешь?
— Оу, ой-ой-ой... — Повисло неловкое молчание. — Да! Я как раз в том месте. Мне кажется, Дерек уедет этой ночью, вы можете спокойно этим заняться. Я буду ждать вас у самого дома. Ви!
Связь оборвалась. Скотт с минуту смотрел на мобильный телефон, а потом медленно и с явным недоумением, взглянул на Стайлза. Тот не отличался другими мыслями — был так же удивлён.
—Кое-чем щекотным? — Брови Стилински оказались поднятыми, а губы расплылись в улыбке. От взгляда друга Скотт рассмеялся.
— Идём, — с усмешкой отозвался МакКолл. — Я вспомнил где вторая лопата...
***
Как и друг, на другом конце провода, Канада смотрела на телефон в вытянутой руке. Она блажено прикрывала глаза, но в основном смеялась. Постепенно, пальцы ослабли, и дорогой телефон с грохот приземлился на старый обгорелый пол, а рука в яростном порыве обхватила шею парня, который целовал и покусывал каждый кусочек её шеи. Половину вечера Кэн провела в этом доме и с Дереком, а это именно он сейчас шалил с её кожей, они успели многое. Сейчас же и девушка, и парень заслужили передышку и в знак поощрения решили провести время на обшарпанном диване.
— Скотт хочет сюда приехать, — прошептала между стонами Канада. Дерек засмеялся по-волчьи прямо в плечо Клиффорд, от чего по её телу разошлась бодрящая дрожь. Тело хмурого Дерека оказалось идеальным во всех понятиях, когда она увидела его обнаженным, но сейчас она старалась не смотреть на него и благодарила всех богов, за то, что он одел брюки. Иначе бы Канада никак иначе продолжила бы влюбляться, захотела большего и до самого приезда друзей занималась бы тут тем, что положено её сущности волчицы-беты. — Мне повторить?
Дерек, казалось, решил пропускать любые попытки к разговору у девушки, пресекая это глухими гортанными рычаниями. Периодически в ласках ему надоедало бесконечно облизывать и кусать Канаду, он сжимал своими пальцами и её небольшую, но вполне удобную и манящую грудь. Прошло около двадцати минут после звонка, а Хейл всё не унимался. Да, и Канада, по сути, ничего не имела против — расслабилась и лишь подчинялась инстинктами. Затем Дерек пропустил под Кэнеди свою левую руку, прижимая к себе. Оба они расположились больше сидя, чем лёжа. Канада, уперев спину в валик дивана, обняла Дерека руками и ногами, а он в свою очередь, устало расположился на её ключице и груди в целом. Дом пробирал уличный полуночной морозец — всё же, даже в Калифорнии осенью бывает прохладно, но это ни капли не волновало оборотней — им было тепло по отдельности, а сейчас ещё больше — тепла их тел согревали обоих. По исчерпанию часа, Дерек приподнял голову и придвинулся ближе, оказавшись головой чуть выше самой девушки. Их взгляды встретились — светло-зелёный принадлежал Хейлу, а золотисто-голубой Канаде. Наконец, вне рычания и фырканья, она услышала его голос, почти первый раз за время, проведённое здесь. И он был не капли не наигранным, напыщенным. В нём сплеталась забота и страсть:
— Канада, ты...? — Выйдешь за меня замуж? Канада в голове рассмеялась от своего дерзкого предположения. — Ты сможешь меня любить?
— Дерек, — она, улыбнувшись, взяла его лицо в свои ладони, почувствовав бесконечные искорки щекоток от щетины парня. — Я думаю, что да. Я уже тебя люблю. Но я не хочу, чтобы это как-то влияло на мою жизнь, семью, учёбу и друзей. Все должно прийти постепенно, я не имею права так быстро зажигать в новом городе. Чёрт, даже если Скотт поймёт, это будет странно.
— Беспокоишься, что только приехала? Я ведь тоже здесь не так уж давно. Конечно, этот дом принадлежит моей семье, точнее, тем, кто остались из неё.
Дерек с тенью тоски взглянул на Кэнеди.
— Значит, ты не один из своей семьи? Ты мне расскажешь?
— Всему своё время, — усмехнулся Дерек, проведя рукой по спине девушки. Канада улыбнулась и страстно поцеловала Дерека. Это был долгий и долгий поцелуй, полный нежности и угасающей страсти. Она вспомнила разговор с Айзеком, в котором она говорила, примерно, что-то такое же. Ох, постепенно это стало совершенно не важным. Наступало такое время, когда не хотелось вновь испытывать агрессии и азартности волчьей любви, а каждая клеточка тела желала другого — испытать нежности человеческих чувств, этот наивный флирт и трепет сердца, не опытное сбивчивое дыхание, волнительный пульс. Канада не хотела расставаться с таким нежным, заботливым, желанным волком. С его манящими губами. Не хотелось, и обрывать этот поцелуй, не напоминающий остальные в этот вечер. Казалось, сейчас Кэн или Дерек задохнуться, лишь от близкого положения обоих. Канада резко отпрянула, как только мысли затронули Скотта и Стайлза.
— Что такое? — Обеспокоенно поинтересовался Хейл, а Канада с той же улыбкой, ответила вопросом:
— Ну, так что насчёт Стайлза и Скотта? Они скоро приедут, можешь не сомневаться, — Канада так же не сомневалась в том, что весь разговор Дерек провёл не только, покрывая её тело поцелуями, но так же слушая телефонный диалог.
— Пусть приезжают, и делают, что хотят. Мне это абсолютно не интересно, — он прильнул к щеке Канады, но она уклонилась.
— Так не пойдёт, — с усмешкой сказала Кэн. — На твоём участке зарыт труп, а ты хочешь, чтобы они его нашли? Знаешь, мне ведь нужно в этом им помочь.
— Я понимаю, — голос Дерека стал тихим, но упрямым и уверенным, обрел вновь сильные нотки. — Но это будет, хм, весьма на пользу мальчикам.
— Скотту, — тихо подтвердила Канада, почти шёпотом. — А Стайлз? Я не совсем уверенна, что ему стоит принимать в этом участие. Он прекрасный мальчик, Дерек. Стоит ли ему настолько погружаться в этот мир?
— Канада! — Дерек произнёс это с восхищением. — А ты, хорошая девочка. Правда? Стайлз сам решил себя посветить этому. Заметь, Кэнеди, он помогает друзьям — как и ты. Я считаю, вы похожи. Такие маленькие, задиристые — со светлой шерсткой волчонок, и пятнистый щенок. Если честно, я не помню, сколько лет назад говорил такой бред, но вас можно сравнить ещё с кофе и сливками. Прекрасно дополняете друг друга.
Канада рассмеялась, так громко, как привыкла.
— О, да! Что же дальше? Горький шоколад МакКолл и очаровательный бисквит Эллисон? Разумеется, это пирожное пропитали французским вином. Дерек, что же я несу?
— Канада, а кем был бы я? — Шёпотом спросил Дерек, вновь прижавшись к ней. Девушка не стала противиться, позволив крепко себя обнять.
— Ты? — Переспросила Клиффорд, наивно помахав ресницами. — Честно? Ну, если Айзек у нас овсяное печенье, то ты, определенно, хм ... Точно, я знаю! Шоколадный кекс с мятой и изюмом. Я изюм не люблю и его так забавно выковыривать. Так же, как и твои тайны, скрытые черты характера. Я верю, что ты прекрасный человек, — с резкого смеха Канада опустилась к нежному урчанию, а Дерек лишь подтверждающее посмеялся. Такого чистого смеха она у него не слышала с самого дня их знакомства, от чего девушке стало чертовски приятно.
— Но, увы, — прервал долгое молчание и наслаждение присутствием оборотней Дерек. — Ты права, Канада. Скотт и его приятель не будут ждать, а мне действительно пора. В твоём распоряжении первый этаж.
Он кратко поцеловал Канаду в губы и отправился наверх по дряхлой лестнице, за новой верхней одеждой. Всё кроме брюк, к несчастью, они успешно порвали. Когда Хейл исчез, Канада прошлась до двери, открыла её и забрала свои вещи в сумке. Времени для того, чтобы одеться, много не потребовалось. Позвать ли Дерека? Канада, поправив джинсы и бордовую рубашку, Кэнеди подумала, что лучше воспользоваться не вниманием юноши и осмотреть дом. Разумеется, каждое её движение просматривалось лучше, чем смогла бы передать любая видеокамера. И всё же... Долю романтики Дереку лучше не нарушать.
Постепенно Канада обратилась к своим мыслям. Ей придётся пробыть в одежде совсем не долго. Её полное обращение требовало вечной суматохи с одеванием и тасканием сумки, что, конечно, иногда ломало всё хорошее настроение. Вот и сейчас Канада, обходя комнату за комнатой сгоревшего особняка, представляла с огромным ужасом, как через минут пятнадцать-двадцать снова раздевается. Может быть, проделать это на втором этаже, для оригинальности? Нет, Канада не отличалась особенной ленью, но такая частая смена, всё же действовала на нервы.
А возможно, проще сидеть рядом и смотреть, как мальчики копают? Она же, всё-таки, девушка, а не оборотень-с-какого-то-далёкого-городка-волчица-копалка. Канада присела на стул, который чуть не развалился, но удержал её. Нет, это не по-братски. Раз вызвалась помочь — так поможет. Послышались шаги, и девушка вскочила со стула, отправившись в гостиную. Точнее, в бывшую гостиную, но развязавшийся на ботинке шнурок зацепился об то ли гвоздь, то ли щепку в полу, и Кэн с грохот приземлилась на деревянную, покрытую сажей, поверхность. Дерек торопливо поспешил на звук, а Канада, стараясь не кричать от смущения, выгребала обломки дощечки, которую случайно сломала локтем. Под убранной доской оказалось углубление. В комнате уже появился Дерек, но Канада успела смахнуть с бетона слой пепла и многолетней пыли. Крепкие и надежные руки Хейла ловко подцепили её за плечи и обратили маленькую девушку в вертикальное положение.
— Да ладно тебе, Дерек. Я же оборотень, а не простая, почти семнадцатилетняя девчонка, которая боится сломать ноготь, — ветрено усмехнулась Канада, когда её довели до дивана.
— Вижу, Канада, вижу. Учитывая, что ты только что проломила достаточно крепкую доску локтем, — с улыбкой отнёсся к её промаху Дерек. Тем ни менее, Канада чувствовала вину.
— Прости... — И девушка вспомнила, что успела что-то выхватить из дырки в полу. Разжав пальцы, она осмотрела слегка помятую и кое-где обгорелую фотографию. Рядом на диван примостился Дерек, обняв её. Он ни капли не мешал осматривать находку. Изображение было не совсем старое, учитывая, что на фотографии, похоже, был сам Дерек. На самой картинки была представлена полянка, на дальнем фоне большое светлое и толстое дерево, с раскидистыми ветвями. Главными героями было трое маленьких детей. Нет, не совсем. Канада узнавала в старшей девочке на фото возраст, когда сама Клиффорд расстался со своими родными — семь лет, но всё же, эта девочка была на несколько лет старше, или просто так казалось. Героиня на фотографии была высокой, с гладкими, но слегка вьющимися длинными волосами — достаточно тёмными. Качество снимка оставляло желать лучшего, но Канада определенно могла сказать, что у этой девочки светлые глаза. Наверное, такие же, как у Дерека, или более ясные. За руку она держала, точно Дерека — не нужно лишних слов, что бы описать крепенького мальчика, с взъерошенной копной чёрных волос. Ему было от пяти-шести лет и в свою очередь, он держал за ручку совсем маленькую девочку, едва ли ещё начавшую ходить. Малышка совсем не уверенно стояла на толстеньких ножках, придерживаясь одной рукой за свои короткие каштановые волосы. На ней было милое розовое платье, она улыбалась. Все дети, по лицам, наслаждались летом, были босыми. Канаде на миг показалось, что Дерек внимательно осматривает фотографию так же, как и она. Словно, никогда раньше не видел. Удивительно, как она не сгорела в пожаре. Кэнеди с интересом перевернула снимок, и на белой задней стороне обнаружила запись чёрной ручкой или фломастером:
«Лора, Дерек и Кора (первое её фото без вспышки)»
Рядом был пририсован знак. Канада видела его на спине Дерека, но не осмелилась спросить. В прочем, смысл так называемого «Трикселиона» она знала — обращение жизни и смерти, смена дня и ночи, течение энергии и что-то в таком духе. Собрат «Триквестра» на груди у Канады, и имели похожие значения, но обращалось внимание в значении татуировки Канады, что она создание чистой любви, страстная натура и в первую очередь — женщина, самка, волчица. Наконец, Канада нарушила молчание, вновь перевернув фотографию:
— Дерек. Лора и Кора, твои сёстры? — Она в какой-то мере понимала, что может случайно его обидеть или просто вогнать в плохое состояние, но он вздохнул и спокойно ответил:
— Да, это так. Старшая девочка — Лора, младшая — Кора. Сейчас бы она была твоей ровесницей, может быть, чуть старше. Вся наша семья погибла в страшном пожаре, уготовленном охотниками на оборотней. Семья Эллисон имеет к этому прямое отношение, как бы грустно это не звучало. Я и Лора последние из тех, кто выжил в ночь, когда это случилось. А теперь, даже Лора уже мертва. Я не знаю, могу ли сейчас тебе говорить, что выжил ли кто-то ещё. В любом случае, ты можешь узнать ещё одного Хейла позже, думаю, пока этого достаточно, Канада? Я не хочу рассказывать о том времени ровно так же, как ты не хочешь о своём прошлом. У нас у обоих, оно, похоже, было действительно мрачное и полное боли. Что ж, мне пора.
Дерек поднялся с дивана. Вместо белой разорванной кофты на нём появилась тёмная. Всё правильно. Канада следила затем, как он берёт свою куртку с кресла и направляется к двери.
— Стой! — Он обернулся, улыбнувшись. Канада подбежала и ещё раз его поцеловала. — Я рада, что сделала правильный выбор. Спасибо тебе за прекрасный вечер. Это то, что нужно.
Дерек поднял руку и провёл по её волосам.
— Надеюсь, мы скоро встретимся, — с великой любовью произнёс Хейл, от чего Канаде хотелось таять, но это не допустимо. Нужно учиться быть рядом с ним сильной. Не пропускать этот запах. Не ломаться под малахитовым взглядом его глаз. Кэнеди закрыла глаза и печально улыбнувшись, сетовала без слов на то, что им придётся надолго расстаться. Возможно, на несколько дней. Хейл, поддерживая, заключил её бледноватое лицо в свои ладони. Канада вновь ощутила приятную надежность этих рук. Он прижался губами к её макушке. Для этого ему стоило лишь опустить голову — прекрасная, невероятная разница в росте, но волнующая и опасная разница в возрасте. Он, можно сказать, почти настоящий мужчина, хотя по годам этого не скажешь. Кэнеди поняла, что так на него легли тени прошлого. Эллисон однажды сказала, что и сама Канада, когда хмурая, выглядит лет на двадцать. Внутренняя боль рвётся наружу.
Когда Кэнеди открыла глаза, то обнаружила, что Дерека не было. С улицы послышался шелест под колёсами автомобиля, который они вместе пригнали, незадолго до основного переселения из леса в дом. Тяжело вздохнув, девушка открыла дверь и вышла на веранду. Облокотившись на обгорелую, но крепкую колонну, Канада задумалась. Правильно ли поступает? Может быть, стоило лучше дать шанс Айзеку? Он человек, а она может любить любого человека, но оборотни — дело иное. Вспоминая законы своей стаи, Кэнеди вспоминала крепкий завет, которому подчинялись все волчицы их семьи. Волчица может выйти замуж лишь однажды, за бету, но до конца своих дней и дней альфы стаи принадлежит главному самцу — пусть, он будет даже не альфой, но супругом альфы-волчцы. Этот закон, вызывающий у Кэн сомнения, заставлял вспоминать другой — она наследница её матери альфы, и в определённый момент силы должны были перейти ей. Как бы банально это не казалось, для их стаи такой волчонок значит что-то вроде принца или принцессы, и она должна принадлежать альфе, для создания своей стаи, даже если силы ей не перешли.
Это требовалось обсудить с Дереком. Пока, все немного забыли о том таинственном Альфе, о который оставил на теле Скотта укус с подарком. Если Канада хочет остаться на этой территории, в этом городе, то она должна стать волчицей того самого альфы. Ей это не нравилось, она с ним не знакома, но если он призовёт, Канада в страхе понимала, что откликнется. Пока разум был в раздумьях, её тело и душа всё по-прежнему горели желанием обрести место в стае, не быть бетой в теле омеги. А теперь, когда Кэн завела хорошие, обоюдные отношения с Дереком, ей не хотелось это всё в раз сломать. Как же быть? Для Канады оставался единственный выход, который она решила обсудить с Хейлом. Это лучшее решение.
— Канада! — Девушка бы закончила мысли совсем иначе, но её громко окрикнули. Из джипа, хлопнув дверью, выскочил Стайлз.
— Чего на весь лес орать? — Надменно и устало проговорила девушка. Скотт последовал за другом.
— Это там, — Младший оборотень ткнул в воздухе пальцем на насыпь земли слева от дома. Канада посмотрела туда и вздохнула. Весь приятный осадок вечера вылили в раковину к чертям. Потянувшись, она пошла за Скоттом и Стайлзом.
— Значит, будите копать? Чужой дом, чужой труп, а вы копаете. Не совсем хорошо. Вы уверены? — Обратилась к мальчикам Канада, стоявшая за присевшим на корточки Скоттом. Стайлз, напротив них, внимательно всматривался в друга, а МакКолл втягивая носом воздух, медленно обернулся к девушке. — Что?
— Твой запах, — грозно начал Скотт. — Ты не пахнешь как раньше.
— А как же я пахла раньше? — Удивлённо произнесла девушка, замахав ресницами.
— Как лаванда, наверное, — в сомнениях обратился к Канаде парень. Кэн прикусила нижнюю губу. — А сейчас корица и сырость.
— Уф, ладно. Скотт, чтобы не врать. И ты Стайлз, только не подумай ничего. Просто, как бы сказать. Начнём с предыстории и биологии. После физической близости самец волка оставляет на волчице свой запах. Он быстро выветривается, если контакт продолжается не долго. Для этого может хватить и день. У оборотней примерно так же, но этот запах ещё может вызывать лёгкое отвращения у других оборотней-мальчиков.
Скотт промолчал, а Стайлз, казалось, посинел:
— Значит, пока тебя не было, мы выясняли про этот труп, а ты кувыркалась с кем-то?
— Можно и так сказать, — робко улыбнулась девушка.
— Канада! — Резко вспыхнул Скотт. — Корица — запах Дерека, и он, впрочем, тут повсюду. Не хочешь ли ты сказать, что ты этим занималась именно с ним?
Скотт поднялся на ноги, посмотрев прямо на девушку. Она немного сжалась в размерах. Ей было немного неприятно.
— Ну, и насколько долго продолжалась ваша эта связь? — С явным интересом хотел узнать Стайлз, на что Канада медленно подошла к Стилински, подальше от Скотта.
— Настолько долго, что держаться запах неделю будет.
— Мне уже тошно, — с агрессией процедил МакКолл.
— Давайте просто сделаем это! — Крикнула девушка. — Если я изменюсь, будет легче. Я скоро приду.
Когда волчица присоединилась к молодым людям, они уже копали. Канада пристроилась рядом и утруждено начала передвигать передними лапами под собой.
— Кэнеди, — шёпотом окликнул её Скотт. Светлая по окрасу волчица перестала копать, и прижав уши, посмотрела на друга. Он продолжил копать, но посматривал на неё, приглядываясь. — Ты плакала? Когда животным больно, у них под глазами шерсть намокает, а нос — сама всё знаешь.
Она хмыкнула, ударила по носу большим светло-розовым языком. Волчица тихо зарычала и продолжила копать. Она полностью разделяла мнения Скотта и Стайлза, но всё же, это её жизнь. Канада решает, что с кем, и как. Когда, где и так далее. Кэн уверена, что скоро и Эллисон будет пахнуть Скоттом — и тут он сам будет как побитый щенок.
— Это слишком долго, — устало заворчал Скотт. Стайлз, вздохнув, посверлил друга гневным взглядом.
— Да копай ты уже.
— А если он вернётся?
— У меня приготовлен план — Канада прыгнет на него и залижет, выводя из состояния боеготовности, а мы убежим, в разные стороны, — Канада по-волчьи, издавая короткие гортанные хрипки, которые означали подобие смеха.
— А если догонит? — С не скрытым недовольством полюбопытствовал Скотт. Канада посмотрела на Стайлза.
— Ну, тот, кого догонит, трупак и нас закопают в этой же яме, которую мы вырыли. Всё предельно просто.
— Фигня твой план, если честно. И да, трупак ты — я бегаю быстрее.
Канада вновь принялась копать, как только всех осмотрела. Её мех постепенно покрылся слоем грязи. Пару утружденных движений и Стайлз прокричал:
— Эй-эй, стой! — Скотт оставил лопату от земли после крика друга, а Канада с интересом посмотрела на место, где Стайлз, видимо, нашёл то, что они искали уже около двух часов. Ребята начали смахивать слой земли, а Канада фырча, носом водила вдоль находки. Это был, похоже, чёрный мусорный пакет, или простая плёнка, обмотанная верёвкой. Стайлз, ругаясь, начал развязывать узлы. Когда всё было готово, они отдёрнули край плёнки и увидели гниющий труп чёрной волчицы. Стайлз и Скотт с криком отскочили на край вырытой могилы, а Канада, визжа от страха, оказалась на руках у Скотта.
— Это не простой волк, — сказал МакКолл. — Такой же, как Канада.
Стайлз кивнул и посмотрел в сторону, обнаружив торчащий из земли цветок с сине-сиреневыми лепестками.
— Скотт, я ручаюсь, что это Волчий Аконит, — Пояснил Стилински и после объясняющего краткого диалога с другом, направился к растению, выдирая его из земли. Вместе с цветком показался длинный корень, но Стайлз потянул и за него, обнаружив, что корнем, видимо, окружена вся поляна у дома Хейла. Канада сначала хмурилась, а потом с фырканьем начала носится за Стайлзом и облаивать его, словно простая собака. Конечно, звуки, были не совсем принадлежащие к волчьим родственникам, но всё же... Стилински не останавливался, лишь наматывая всё больше и больше корень на руку.
— Да убери же ты собаку! — Прикрикнул Стайлз на МакКолла.
— Она мне в лучшем случае руку оттяпает, ты чего? — Скотт продолжил внимательно наблюдать за лучшим другом и подругой. Постепенно прошлось лёгкое красное свечение вокруг и Скотт в туже минуту почувствовал, как в прыжке на него обрушилась примерно пол центнера весом, волчица. Она в жалась в Скотта, заставляя ещё и обнять себя. Скотт работает в клинике для животных, поэтому, для него это не так в новинку, но правда, волка он никогда не прижимал к себе.
— Что случилось?
— Аконит, — только прошептала... Волчица? Скотт понял, что густая шерсть больше ни плотно прилегает к нему, а руки уже лежат на гладкой человеческой спине. Стайлз кашлянул, указывая, что сейчас к Скотту прижалась обнажённая маленькая девушка. — Посмотрите в яму, всё поймёте.
Стилински глянул вниз и вздрогнул — там лежала та самая половина трупа девушки.
— Аконитом иногда обматывают могилы оборотней как я — нашли, и вроде волк, ничего такого. Влияет на обращения. Скотт, отпусти меня медленно на землю. А ещё лучше, если просто отвернётесь, — с улыбкой отозвалась Канада и когда её друзья выполнили небольшое указание, сползла на листья с сидящего на краю ямы Скотта и одним быстрым движением оказалась в доме. Одевшись, она вернулась.
— Что теперь будем делать? — Поинтересовался Скотт.
— Дерек — убийца, мы сообщим в полицию, — ответил Стайлз.
— Нет! — Закричала Канада, едва ли не скалясь. — Это не он. Мне кажется, это его сестра... Кажется, Лора... Лора Хейл, точно! И ему незачем убивать свою сестру!
— Кэнеди, успокойся, — Скотт, прошептав, попытался взять её за руку, но Кэн отскочила. Стайлз достал свой телефон, и, видимо, уже нашёл номер отца. Весь разговор с шерифом, Стайлз посматривал на подругу, которую оградил от Стилински Скотт. — Если он не виноват, его отпустят, понимаешь?
— Всё, скоро они будут здесь, — закончив телефонный разговор, с печалью бросил Стайлз. Канада зарычала и отправилась в сторону леса:
— Ну, вы и предатели! Я поддержу Лидию, позвоню всем своим бывшим парням и познакомлю с Эллисон! И парочка даже Лидии понравится. Я не хочу, чтобы я как-то была причастна к тому, что вы устроили, — она с всхлипами исчезла в ночной тишине леса.
***
Когда Канада вернулась домой, было уже светло. С огромной болью на душе, девушка с трудом смогла дойти до ванны. Ведь ещё школу собираться, а она ничего не сделала по урокам. Это очень плохо. А в прочем...
— Беатрис, — простонала девушка, оборачиваясь в атласный белый халат.
— Да-да? — Послышался с кухни ответ. Канада открыла дверь из своей комнаты и встретила Басту на своей любимой софе у окна. Клиффорд радостно потрепала собаку за ухом. Её лапа была почти здорова — кость срослась, правда, немного не так, но босс Скотта, Дитон, заручился, что возможно, постепенно эффект прихрамывания пройдет.
— Пойдем, Баста, — с улыбкой произнесла Канада, прежде чем начала спускаться по лестнице. По звуку, Беатрис была на кухне, но когда Кэн оказалась там, мать не нашла. Дверь на задний двор была открыта.
— Беатрис? — Вновь позвала Канада, выходя следом в открытую дверь. Почему ей стало так не по себе? Из-за альфы, гуляющего в окрестностях? Из-за общей статичной опасности этого городка? От страха и прохлады осеннего утра по Клиффорд прошлись мурашки. — Беатрис...
Никого не оказалось и на заднем дворе. Канада прошла весь дом по периметру, но никого снаружи не нашла, но чутьё оборотня подсказывало, что женщина не покидала этот участок. Наверное, стояло бы зайти в гараж, но там, скорее всего, в такую рань, никого кроме Джека не было. Он бы давно вышел на крик Канады, которая звала мать, но это если бы не включал музыку на всю катушку в наушниках. Канаде стало интересно, какой раз там уже проигрывается альбом Queen. Неожиданно, на плечи Кэн опустились чьи-то руки.
— Ба! — Крикнул женский весёлый голос.
— Беатрис! — Завопила Канада. — Чёрт возьми, никогда так не делай, умоляю. Я так испугалась, Беатрис, — к огромному удивлению хозяйки дома, Канада бросилась на неё с самыми крепкими объятиями. Баста, играющая в кучке листьев до того, подбежала и залаяла.
— Чего случилось-то, малая? — Беатрис со смехом не могла понять, когда же уже Кэнеди её отпустит.
— Я боюсь тебя потерять, Беатрис! Будь осторожна, я прошу, — Канада почувствовала, как по щекам полились слёзы, а женщина, зажатая в тески, застыла на месте.
— Дорогая, — заботливо сказала Беатрис, ожидая, когда дочь отпустит. Спустя, примерно, три минуты, Канада опустила руки. — Ты правда испугалась того, что не нашла меня на участке?
На покрасневшие щёки младшей из Клиффордов легли прохладные руки Беатрис, от чего Канада расплакалась больше.
— Конечно! — Подтвердила Кэн. Теперь Беатрис её обняла.
— Тш, моя храбрая волчца, я всего лишь вышла за солью к соседям. Прости, я ведь слышала, что ты звала, но так вылетает из головы быстро. Ты же меня знаешь, маленькая моя.
— Всё Беатрис, перестань, — смахнув слёзы, заявила Канада — она уже не плакала и даже не всхлипывала, больше смеялась. — Вот ты точно знаешь — я этого не люблю.
— Ладно-ладно, чего уж там, я же с тобой почти десять лет не зря вожусь, — Беатрис нагнулась и чмокнула губами Кэн в лоб. Так по матерински, и с такой огромной дозой любви, что Кэнеди пришлось глубоко вздохнуть, чтобы вновь не расплакаться, но Канада неожиданно для самой себя поняла, что всё это время ходила босиком в одном атласном халатике по участку. Отлично! Канада с улыбкой посмотрела на Беатрис, убегающую на кухню через чёрный вход. Собака и её хозяйка последовали за ней. Уже в доме младшая Клиффорд следила, как мать, пусть и не родная, готовит что-то. У неё не всегда хорошо получалось — Беатрис была созданием эмоциональным, но иногда слишком простым. Хотя, понимающей, любящей, позволяющей то, до чего другие мамаши бы и не додумались. Она знает своё дело, за что и Джек, и Канада её сердечно любят, так же, как она их. Нельзя так же таить тайну и врать, но Беатрис была зачастую ленива. Хотя, если её что-то завлечёт, то не отступит до последнего. Иногда её занятия превращались в смехотворное безумие — год она продержалась, занимаясь гимнастикой перед телевизором, но хобби этого года — её садовые гномы. Этой женщине всегда было семнадцать, но иногда в ней играла взрослая строгость и скептичность — не отставала от мамаш со стереотипами, но это лишь иногда. Иногда в этом доме означало именно то, что должно.
— И так, — Развеяла тишину рыжеволосая женщина у плиты. — Ты определённо что-то хотела.
Канада почти задремала, подперев голову рукой, уставленную прямиком в стол. Она не спала сегодня, а поспать любила. Собственно, с переездом сюда — Канада вообще стала редко спать. Иногда её терзали мрачные, но вполне естественные сны, которые в двойне пугали. В одном сне, Канада видела Беатрис с кровоточащим укусом между плечом и шеей. Укусом оборотня, альфы. Кэн, посмотрев в данный момент на мать, слегка затуманенными глазами цвета солённых фисташек без скорлупы, кивнула и понадеялась, что тот сон никогда не сбудется.
— Да, — Канада убрала одну руку от головы, а другую достала из под стола. Она была блестящей от слюны Басты, занявшей места у стула хозяйки и чрезмерно заинтересовавшейся в пальцах девушки. Руки Кэнеди вытянула, а голову положила между ними, зевая, расплывшись по поверхности мебели. — Сегодня много чего произошло. Можно я не пойду в школу?
— Это ещё что такое? — Беатрис обернулась к дочери с таким выражением лица, которое Кэнеди больше всего не любила. Одна рука женщины нашла место на боку, другая с угрозой удерживала кухонную лопатку.
— Но Беатрис! — Протянула Кэн. — Я не сделала не один урок, не порти мне оценки. Это только один день. И я чертовски хочу спать... Почти сразу после школы я только и делала кое-что с кое-кем и до полуночи. А потом я копала лапами копала, копала и ещё раз копала. Обижалась на друзей, и копала... — Когда Канада случайно упомянула про кое-что с кое-кем, Беатрис всё прекрасно поняла. Об этом частично знать ей — привычно. От этого женщина стала выглядеть ещё более смертоносно. Однако, взгляд её смягчился, когда она поняла, что расплывшаяся на столе её девочка, говорит всё тише и тише, и в конце, голос заглушил звонкий скулёж Басты. Беатрис положила лопатку обратно в сковороду, предельно осторожно и с огромным умилением взглянула на дочь. Дочь. Не родная, приёмная. Найдёныш, но именно этот найдёныш так круто изменил её жизнь, и в какой-то степени, если бы не она, то Беатрис бы не чувствовала себя счастливой в этом прекрасном городе, прелестном доме. В окружении любящего мужа, дочери, а теперь и очень сообразительной собаке. Она вздохнула, и пошла за Джеком.
***
Канада проснулась ближе к вечеру. Она медленно потянулась, с огромным удивлением и восторгом заметив, что находится в своей постели. Бережно и надёжно укрытая одеялом. В комнате не был включён свет. Лишь горела настольная лампа на прикроватной тумбочке. Канада долго рассматривала потолок. В голову лезли всякие мысли. По-прежнему хотелось спать, но Клиффорд поняла, что это от переизбытка этого блаженного состояния в мире сновидений. В этот раз кошмары её не мучили. Проводя время в кровати, Канада так же вспомнила о Дереке. Ей стало невероятно тоскливо. Интересно, а правда ли он позволил себя арестовать? А как он вернулся домой? И где был всю ночь? Оборотень-загадка, и о семье своей так просто рассказывать не будет. Правда ли, тот труп — его сестра, Лора? Дерек говорил, она мертва, как и Кора. А ещё говорил про другого Хейла. Значит, не все они мертвы. Канаде становилось любопытнее всё больше и больше, с каждой мыслью. Закрыв глаза, она ещё раз представила дом Дерека в мельчайших деталях. Где и что стоит, согласно памяти.
— Чёрт! — Выпалила ругательство Канада и сама вздрогнула от своей резкости. Даже Баста, лежавшая рядом с кроватью, встрепыхнулась. Кэн поняла, что следует быть тише — стоял вечер, незачем беспокоить Беатрис и Джека — девушка прекрасно слышала, как они сидели на диване, как им было приятно держаться за руки. Слышала и тихий, совсем приглушённый звук телевизора. Они разговаривали о своём, взрослом. Канада сразу отмахнулась образно от этого источника — не хотела забивать свою голову их личным. А выругалась Кэн совершенно не стесняясь, так как вспомнила о своей сумке, оставленной в доме Дерека. Теперь, она, в какой-то степени, не должна превращаться, пока не заберёт. А телефон! На полу, или в кармашке внутри сумки? Подстава! Ещё раз вздохнув, Канада порывисто подняла ногу, даже, создав ощущение пинка. Одеяло подлетело в воздух и упало где-то внизу, на Басту. Собака заскулила, а её хозяйка засмеялась.
— Вылезай, Баста, сейчас гулять пойдем, — прошептала Кэн, поднимаясь и отправляясь в сторону шкафа. Ещё полусонная девушка едва ли искала в своей человеческой натуре искать нужную одежду. Чёрт с ней, простые, очередные, шорты, на этот раз белые, чёрная растянутая футболка и тёмно-серые гольфы. Надев это всё на себя, Канда заметила, что верх татуировки торчит, как часто бывало при ношении футболок и платьев, но в этот раз она не хотела видеть этот знак, поэтому повязала на шею чёрный платок с белыми звёздочками, но он был больше цвета мокрого асфальта, чем чёрный. Ну, так было написано при покупке. Чёрный так чёрный. Канада, закрыв шкаф, уселась на пол рядом с коробкой, ещё одной. Оттуда Клиффорд достала пару поношенных кроссовок и моментально натянула на свои ноги. Нет, она не собиралась идти к Дереку. Не сегодня. Сейчас ей нужно с кем-то поговорить. А с кем именно? Этот вопрос волновал ей совершенно не долго. Конечно, рядом жили Айзек и Джексон, дальше — Скотт, а ещё дальше Стайлз. Ни с одним из четырёх она не могла провести вечер, не только потому, что не хотела, но и ещё из-за того, что девушке требовалась девчачья компания, где можно обсуждать как раз таки девчачьи проблемы.
Канада знала только одно — она берёт Басту и идёт к Эллисон. Ещё не совсем поздно для сна, и если тихо сидеть в её комнате, то можно нормально пообщаться. Клиффорд поступила умно, захватив школьную сумку. Используя свою, пока ещё, не стабильную силу оборотня, она в один бесшумный миг у входной двери, слабо посвистывая. Баста направилась за хозяйкой абсолютно сразу, так же, таща в зубах свой красный поводок. Он идеально подходил в красно-коричневому ошейнику из кожи, на котором белой ниткой было вышито имя собаки. Застегнув карабин на пряжке, Канада потрепала серую шерсть на голове у Басты и тихонечко открыла входную дверь.
Вскоре они уже шли, совершенно одни, по пустынной улице. Их путь отмечали фонари — от одного освещённого участка к другому. Иногда было страшновато. Да, даже такой как Канада бывает страшно. Боятся совершенно простых маньяков и насильников, как из ужастиков, бывает забавно и приятно. Но темнота, из синего с золотым со стороны запада, становилась всё тусклее, и превращалось в чёрное небо с россыпью звёзд. Канада, вздохнув, ускорила шаг. Эллисон жила, далековато, но на то Кэн и нужны ноги, чтобы идти от цели к цели. Странно, ещё только был ранний вечер, но темнота настала довольно быстро.
Эллисон вздрогнула, когда услышала звон и дребезжание стекла. Снова. Словно в окно кидали камушки. Эллисон обернулась в своём кресле и застала тот момент, когда камушек соприкоснулся с домом ещё раз.
«Может быть, это Скотт?» — Подумала Эллисон, отрываясь от своего занятия — она только что закончила с уроками и собиралась распаковать остальные вещи, которые до сих пор находились в коробке. Эллисон отдёрнула занавеску и открыла окно. Арджент успела вовремя уклониться, иначе бы словила глазом камушек, в четвёртый раз, отправленный кем-то в полёт.
— Прости, — виновато прозвучал голос снизу. Нет, это точно не Скотт. Эллисон немного нагнулась и увидела Канаду с Бастой на поводке. — Пустишь?
Эллисон недоверчиво посмотрела на Клиффорд, потом взгляд переключился на собаку.
— Это ты меня прости, но...
Канада исчезла. И собака. Эллисон продолжила хмуриться. Странная ночь. Эллисон ещё больше удивило, когда к ней, по черепице, и явно осторожничая, подбежала собака. Разумеется, Эллисон сразу её схватила, вспоминая о высоте и недавнем переломе собаки. Только девушка отвернулась опустить четвероногую гостью на пол, как в оконном проёме появилась сама Канада, которая заботливо закрыла окно за собой.
— Канада, — негромко начала Эллисон. — Я понимаю, мы занимались в детстве спортом, но... У меня есть несколько вопросов. Сначала, как ты затащила собаку на второй этаж. Во-вторых, как сама залезла. Ведь конечно, с сумкой и собакой, должно было быть тяжко, верно?
— Эллисон, — улыбнулась Клиффорд. — Некоторые загадки остаются загадками.
— Говори тише, папы нет, но мама не должна о тебе знать. Мама придёт в ужас, если услышит хотя бы намёк на лай, понимаешь?
— Понимаю, но лаять сегодня никто не будет. Только скулить. Эллисон, я хочу рассказать тебе, и немного пореветь. А потом сделать домашнюю работу. Если ты заметила, в школе меня не было.
— Я тебе звонила пять раз, — прошептала Эл. Канада театрально хлопнула ладошкой по лбу.
— Ах да, телефон. Он остался в сумке в доме Дерека.
— Того самого Дерека? — Удивлённо, но по-прежнему, шептала Эллисон, явно желающая услышать ответ. Канада радостно дёрнула указательными пальцами в сторону Эллисон.
— А вот с этого, я, пожалуй, и начну.
Не уже ли прошло два часа? Канада и Эллисон сочувственно высказывались насчёт парней. У каждой были разные истории на этот счёт — прожили они, казалось, совершенно не похожие жизни, но в чём-то находились и одинаковые черты. Главную свою историю Канада рассказывала с большим трепетом, медленно и осторожно. Задача состояла в том, чтобы не было в нём никаких оборотней и сверхъестественных штучек. Почему то Канада хотела рассказать об этом Эл раньше, чем её родные. Возможно, потому что Кэнеди не хотела, чтобы подруга ей прострелила живот из арбалета на их вылазке-охоте. В общем, вечер слёз проходил по правилам — обе лежали на постели, прижавшись к друг дружке, уже не плача. Просто, вокруг глаз было мокро и красно.
— Ну, ты как думаешь по поводу Дерека? — Тихо спросила Канада, отворачиваясь к окну — вот-вот снова плакать начнёт. Нужно было перестать быть такой плаксивой маленькой девочкой.
— Конечно, он классный, — на выдохе произнесла Эллисон. — Но не слишком ли он взрослый для тебя?
Канада махнула рукой.
— Это не важно... Для меня. Если Беатрис узнает, мне не жить. У неё нет желания на то, чтобы я встречалась с парнем, который меня старше на пять лет, практически.
— Возможно, она будет не против, если ты не скажешь, чем вы с ним занимаетесь?
— Точно, Эллисон. Точно! Ай, не выйдет. Утром я уснула прямо на столе на кухне и точно помню, что сказала перед этим. «Занималась кое-чем с кое-кем». Хотя, у меня есть шансы, что она подумала об Айзеке, Скотте, Стайлзе... В общем, моя приёмная мать узнает сразу, когда я с кем-то сплю.
— Стоп, Скотт? — Эллисон передёрнуло. — У тебя с ним что-то было?
Канада рассмеялась, но едва ли слышно, не желая себя выдавать:
— Нет, Эллисон, нет. Никакой любви и пылкой страсти. Я с ним спала в одной кровати, и делаю это периодически, но только спим — вместе так приятно, а ему нужна моя помощь с кое-каким делом. И я его целую на прощание, иногда.
— Канада, — она начала сверлить подругу взглядом.
— Ну, ты прости, — она усмехнулась. — Теперь, когда у меня есть Дерек и друзья, которые умеют предавать, чувствую себя увереннее. Всё! Хватит ныть, вперёд делать уроки.
Канада поднялась с постели и нагнулась за сумкой у шкафа. Эллисон отправилась задёргивать занавеску, всё ещё отдёрнутую после Кэн. Канада в это время вздрогнула — ей показалось, что она почувствовала родное присутствие оборотня. Скотт?
Подозрительный звук удара. Эллисон и Канада выбежали на улицу, на свою удачу оставив Басту в комнате. И хорошо, их не заметила мать Эллисон. Девушки сразу заметили машину мистера Арджента и её хозяина, склонившегося над шевелящимся на траве Скоттом.
— Скотт! Папа, ты хотел его убить?! — Эллисон бросилась к МакКоллу, который мотал головой из стороны в сторону. Канада оказалась рядом.
— Нет, дорогая. Конечно, нет. Он выбежал так неожиданно... Парень, с тобой всё в порядке?
— Да-да, со мной всё в порядке! Про-простите меня, я сам виноват. Канада? Что ты тут делаешь?
— Эллисон, у нас гости? — Мистер Арджент посмотрел на дочь с укором и та виновато поёжилась. Кэн в это время с заботливой улыбкой смотрела на Скотта, нежно и бережно сжимая его ладонь. Она готова забыть все обиды, только лишь бы не терять эту юную бету — за короткое время Скотт стал для неё и поддержкой и кем-то, кто нуждался в её силе и защите. Есть ли вероятность, что когда-нибудь они поменяются? Разумеется, если Скотт серьёзно заинтересуется в своих способностях.
— Да, — Эллисон кивнула. — Канада... Помнишь её?
— Канада? — Отец Эл посмотрел на девушку, сжимающую руку парня. Их взгляды встретились. Второй раз за жизнь Канада смотрит в глаза охотника. Раньше ей, не смотря на более слова в доме МакКолла, приходилось уходить от их пуль, но более близкого контакта не было. — Да, Эллисон о тебе рассказывала.
Что в его глазах? В милой улыбке, в добром взгляде было что-то такое... Знает он о ней? О том, что Канада оборотень? В любом случае, требовалось ничем не показывать этого.
— Скотт, — вскрикнула Эллисон. — Что ты делаешь здесь?
— Я хотел поздороваться, — Скотт пытался отдышаться. — Я в порядке, — в спешке повторил юноша. — Простите, я должен идти. Скоро игра. Эллисон, ты же придёшь?
— О, Скотт, конечно! — В глазах Эллисон искрами загорелось не поддельное счастье.
— Мы все вместе придём, — с ехидством предложила Кэн и улыбнулась своей дьявольской улыбочкой по направлению к Скотту. Она знала, как парень переживает из-за игры, из-за Эллисон. Из-за того, что может начать обращаться прямо на поле. Что ж, вот ему ещё одна задачка, решением которой будет достойная выдержка.
***
По краям поля собралось много народу. Стоял шумный гул: кто-то повторял кричалки, кто-то громко искал место на трибунах. Это место выглядело очень живым, и, похоже, каждый присутствующий уже отхватил по чуть-чуть азарта предстоящей игры. Канада хотела сейчас маленько расслабится и побыть простой болельщицей — она всё же пришла взглянуть на друзей. Скотт, Айзек, Стайлз, Джексон. Последний, правда, пока не входит в круг её постоянного общения, но сильного недружелюбия больше не проявлял. Стайлз же никогда не покидал скамьи для запасных, судя по его собственным словам. Насчёт Лейхи Кэн не знала, чем он именно занимается в самой игре, да и не сильно интересовалась этим. Знала номера своих друзей, название самой игры и, пожалуй, этого ей было достаточно. Неожиданно Кэнеди поняла, что ей не хочется потеряться среди толпы, поддаваться радости или грусти, за кого-то болеть. Нет, больше нет. Для девушки стало более важным проследить за Скоттом в очередной раз и убедится, что с ним ничего не случится. Слишком много людей скопилось. Сохранилась ли обида? Скорее всего, нет, но разговор им предстоял. Вечер обещал быть напряжённым. Эллисон думала иначе, не вторя подруге, которая приобрела задумчивый вид на их месте среди людей на трибунах.
Эллисон, сидевшая ровно секунду назад рядом с Крисом, своим отцом, исчезла, только Кэн смогла бросить на неё свой взгляд. Канаде вовсе не хотелось проводить время с охотником на оборотней наедине. Её уже однажды едва ли не отравили аконитом, а аконитовую пулю схлопотать совершенно не хотелось. Интересно, а какое он взял с собой оружие? Брал ли? Да, скорее всего да. Канада пыталась об этом не думать, но... А где всё же кобура от пистолета? Или может, он обошёлся чем-то более компактным?
— Перестань! — Не громко воскликнула Канада, дёрнув за золотисто-карамельный локон её волос. Какая она глупая, теперь он обратил на неё внимание:
— С тобой всё в порядке?
Канада застыла с озадаченным выражением лица, и всё не отпуская волосы, соврала:
— Да, просто я нервничаю перед игрой. Там много наших друзей, вот так, именно так, — она улыбнулась и поднялась с сидения. — Я, думаю, должна найти Эллисон.
— Я с тобой согласен, — Он кивнул и улыбнулся. Кэнеди ответила неряшливым и хаотичным движением рук, и развернувшись, поплела прочь, обходя народ. Эллисон нашлась быстро, в обществе рыжеволосой Лидии.
— Кэнеди! — С надменной улыбкой вспыхнула девушка, только что увидевшая Канаду. — Пришла посмотреть на кого-то конкретного?
— Я...
— Ладно, не отвечай, но ты права! Джексону нужна наша помощь, особенно после истории с его плечом. Я даже приготовила пару плакатов, чтобы его поддержать! Вы согласны?
Кэн не успела закрыть рот, как Лидия выпалила всё желанное и, видимо, сегодня никаких за и против слышать не рассчитывала. Что ж, пусть этот вечер будет принадлежать Лидии. Кэн мило улыбнулась.
— Конечно! — Эллисон совершенно не имела причин отказаться и посмотрела на Канаду. Правда, Клиффорд рядом уже не оказалось — девушка отошла в сторону, ближе к нижним рядам трибун. Она бегло осматривала большие компании людей и на одной женщине её взгляд резко задержался. Мелисса МакКолл, счастливая, ожидающая от своего сына побед. Простая, не замысловатая мать. Интересно, чем сейчас занимается Беатрис? Канада взглянула в другую сторону — появились Скотт и Стайлз, неразлучные даже во время выхода на поле. И мимо Кэн пронеслась Лидия. Как она её минула? Девушка даже не заметила эту рыжую бестию возле себя. Кэн знала уже как минимум пятерых девочек, девушек и женщин с рыжими волосами и большинство по статистике были настоящими фуриями, стервозными пламенными созданиями с немалой искрой в характере. Не уже ли, они все такие? Но, правда, Кэн не совсем могла назвать Беатрис и Лидию похожими. Лишь приближенно. Погодите, а что Лидии понадобилось от Скотта в очередной раз?
— Скотт! — Канада сфокусировалась на Лидии и МакКолле. Голос Мартин был более чем угрожающий. Девушка притянула Скотта к себе за его футболку с номером. — Я хочу, чтобы ты запомнил кое-что!
Скотт недоумённо протянул что-то. Канада не смогла удержаться и усмехнулась. С явной иронией, Скотт ответил Лидии вопросом:
— Победа ещё не главное? — Лидия же тихонько посмеялась, артистично смахивая с МакКолла «пылинки».
— Никто не любит лузеров, — с улыбкой ответила Лидия, словно вопрос Скотта звучал совершенно иначе. Канада хмыкнула и закатила глаза, по-прежнему внимательно вслушиваясь в разговор её друзей, или, по крайней мере, одного друга и какой-то знакомой высокомерной штучки. Лидия под конец разговора хлопнула по груди парня своей пухленькой, но изящной, ладошкой «принцессы» и отправилась к трибунам. Канада момент с подходом к ней Лидии как-то упустила из-за парня, немного её толкнувшего, но развернувшись к полю, уже оказалась повёрнутая, но уже в сторону мест Эллисон, её и Криса. Лидия тянула Кэн за собой, прихватывая под локоть.
— Такое ощущение, словно ты всё слышала, — самонадеянно заявила Лидия. Они приостановились и взглянули друг другу в глаза, оказавшись в росте в малозаметных отличиях. Пронзающие, знающие всё и про всех, изумрудные глаза уставились, слегка прищурившись в широко распахнутые, более чем, удивлённые оливковые глаза Кэнеди, словно блестящие изнутри. Лидия надула губки, нахмурилась и сосредоточилась. Искала что-то в глазах Кэнеди? И неожиданно Мартин рассмеялась. — Ох, ладно, дорогая, я шучу!
Канада облегчённо вздохнуло и напряжение спало. Вскоре девушки оказались рядом с Эллисон. Кэнеди оказалась между двумя подругами и отдаленна от Криса ровно настолько, чтобы немного сбавить общее состояние опасности. Поудобнее устроившись, отказавшись от какого-то угощения у Эл, Канада решила посмотреть, как там дела у Стайлза.
— Привет ребёнок, — обратился к парню его отец, наклонившийся над Стайлзом.
— Привет, — Стайлз нервничал, его голос дрожал. Канада его почти не видела, только чуточку со спины, но он явно и сам был в напряжении. Беспокоился за Скотта, это точно...
— Есть вероятность, что сегодня мы увидим экшен? — Канада улыбнулась. Ей определённо нравился шериф Стилински.
— Экшен? — Стайлз обречённо вздохнул. — Возможно.
И, похоже, игра началась. В основном происходила череда действий, совершенно не понятных девушке. Иногда народ ревел громче, иногда мычал. А Канада сидела смирно и лишь следила взглядом за МакКоллом или Айзеком. Хотя, были и моменты, понятные и Канаде — у Скотта не всё получалось. Его даже подбивали, если говорить на языке доступном Кэн.
«Глупый, почему не воспользуешься силой?» — Обращалась мысленно к Скотту девушка. Возможно, стоит попытать удачу и обратиться к нему? Услышит ли? Нет, он сейчас глубоко в своих проблемах, это точно. Он не услышит. Скотт боится.
Только что что-то произошло, прибавился к команде Бэкон Хилз один бал. Большинство людей радостно вскочили, и, крича, захлопали в ладоши. Как только эта эйфория коснулась Эллисон и Лидии, Канада так же, но более лениво, без особого интереса, поднялась и похлопала.
— Эллисон, Канада, время исполнить нашу идею! — «Нашу». Канада фыркнула на возглас Лидии, но плакат, который они взяли словно из волшебной дымки, подняли. Почему-то Канаде от этого стало лучше, и она рассмеялась, иногда, что-то вскрикивая. Кэнеди представляла, что написано на плакатах, и поэтому в мыслях беспокойство росло. Канада заметила, как Скотт напрягся в стороне от ребят из команды в кучке. Он их слушал, а это порадовало Кэн — хоть что-то МакКоллу пригождается. Сама же девушка не стала обращаться в слух подобно Скотту и лишь ясно поняла, что эти секреты команды не сулят ничего хорошего.
Прошло немного времени. Да. Теперь игра Канаду заинтересовала. Скотт близок к обращению, что её приводило в немыслимый восторг. Риск, адреналин! Вот это да. Совсем не та игра, в которой нет оборотней. Пока МакКолл ещё не проявился на поле, кроме как пару раз поцеловался с ровной газонной травой. Канада была готова поклясться, что глаза её друга уже вовсю горят золотом! Она восхищенно замигала ресницами, уставившись на поле. Девушка очарованно сложила пальцы домиком и подставила их под голову, локтями уткнувшись в колени. Нижнюю губу Кэн до боли сжала. Как бы самой половинчато не обратиться? Канада напряглась всем телом.
— А кто из них Скотт? — Спросил у немного ослабшей в энтузиазме дочери Крис. Канада вздрогнула и выпрямилась — наверное, в эти минуты она выглядела как сбежавшая из психбольницы ненормальная.
— Номер одиннадцать, — Ответила за подругу Лидия. Канада осмотрела девушек: одна немного раздражена и немного нервничала, а другая постепенно угасала и смотрелась очень огорченной. — Иначе говоря, это тот, который ещё не поймал ни одного меча за всю игру.
— Надеюсь с ним всё в порядке, — с беспокойством сказала Эллисон, сжимая ладони. Канада так же заметила, как все были тепло одеты, а она одна более чем по-летнему.
— Лучше, чтобы было именно так, — процедила Лидия.
— Да он сейчас всех тут раскидает, порвет к чертям! — Воскликнула Канада так резко, что заставила соседей по сидению вздрогнуть. — И он, и Джексон — они должны победить, я знаю!
— А что? — Лидия хмыкнула. — Верный настрой!
Она поднялась с очередным своим плакатом. Канада, на своё собственное удивление, поднялась следом.
— Эллисон? — Спросила Мартин у той подруги, которая осталась сидеть на месте. Канада толкнула её:
— Поможешь? Мы должны победить! — Эллисон вздохнула, коснулась пальцами лба, и, посмотрев на девушек, поднялась. Кэн не отличалась ростом, поэтому могла спокойно уместиться между ними и никак не касаться плаката — его держали более высокие девушки. Канаде становилось смешно лишь от мысли как быстро она и Эллисон обменялись настроением.
Все захлопали в ладоши и Канада радостно закричала. Девушка словила на себе и подругах взгляд МакКолла.
О, да! Сейчас что-то будет.
Наконец, мольбы Канады услышаны, и Скотт делает так, как надо. Каждое его движение, резкое и почти звериное, встречается громкими аплодисментами и криками. Лидия, видимо, забрала настрой у Эллисон — теперь Арджент и Клиффорд, обнявшись, радостно прыгали и визжали. Канаде не требовалось много усилий, чтобы обратить внимание на Стайлза. Он прыгал и скакал, выкрикивая: «Да! Да! Да!». На огромном счётчике у количества очков команды Бекон Хилз сияла красным четвёрка. Канаду сейчас раззадоривала больше не сама игра, а ярость друга. Он изредка становился виден их трибунам, и девушка могла, внимательно всмотревшись, и блеск глаз, клубы пара на осеннем воздухе и маленькие белые клыки. От этого она визжала как пятиклассница перед кумиром в Голливуде. Когда игрок другой команды передал Скотту мяч, только его завидев, Канада начала просто безудержно ликовать от восторга, хватаясь за пальто Эллисон. Игра близилась к концу. Толпа вновь закричала.
— Эллисон, Лидия, вы видели?! — Канада почти плакала. — Мяч даже порвал сетку клюшки! Уху!
Осталось совсем немного до конца игры. Канаде постепенно становилось страшно, потому что Скотт мог не сдержаться, но вот, последний мяч в ворота врага забит, все рады, все ликуют. Кэн довольно хмыкнула — он выдержал, но с поля всё равно сбежал. Возможно, ему всё же не хорошо. Кэнеди надеялась, что Эллисон благоразумно отправится вместе с ней и Лидией ближе к дому, но Эл счастливая понеслась с толпой к команде. Где-то среди народу потерялась сначала Мартин, а потом и Крис. Канада осталась одна на трибунах. Половина уже уехала или ушла, а другая полетела поздравлять победителей, словно вороны на мясо. Уж в мясе Кэн разбиралась. Девушка невольно облизнулась, но дёрнув головой, отмахнула эти мысли об лесной охоте. Глаза Канады сфокусировались на Эллисон. Вот она, идёт в сторону, куда ушёл Скотт.
«Если он сейчас в раздевалке, ей очень повезёт, если он успел охладиться под душем», — Будь что будет — это Канада уже не произносила даже в мыслях. Просто эти слова вызывали инстинктивно надежду, что подруга вернётся домой этим вечером. Кэн же признавалась, что устала, и ей требовалось самой пройти немало, прежде чем откинуться на спинку кресла в своей комнате и здраво всё обдумать. Так же требовалось тихонько забрать Басту. Клиффорд стало жутко — не пристрелили ли любимицу в доме Арджентов в отсутствии хозяйки? Канада, тяжело вздохнув, спустилась с трибун и пошла в сторону дороги. За спиной только и звучали крики людей — нет, не крики страха и ужаса. Сегодня они сами не подозревают, как должны быть благодарны судьбе. Опасения Дерека были напрасны, Скотт жив. Дерек-Дерек...
«Где ты сейчас?» — Робко и с долькой печали пронеслась вопросительная мысль в голове девушки, переступающей бордюр. Резко две, достаточно сильные, руки заключили её в кольцевой плен, сжали. Зрачки Канады сузились до мелких чёрных точек и сразу блеснули золотом, после чего незнакомец, позволивший дерзость столкнуть девушку и упасть вместе с ней на траву и асфальт, с границей в виде бордюра посередине. Мало-ориентировочно, но поддаваясь инстинкту, Канада выпустила когти и полоснула обхватывающую руку некто спереди. Сама она взвизгнула и едва ли не заскулила по-волчьи, когда услышала собственный хруст костей. Падать поперёк большого бетонного блока, по-честному, чертовски больно. «Нападающий» же визжал от рванной раны на предплечье. Канада перевернулась на бок, спиной к вечернему преступнику и постаралась своими силами заглушить боль. Похоже, ничего не сломано — уже хорошо. Около секунды назад, отдышавшись, девушка поняла, кого ранила.
— В этом городе все имеют привычку сбивать невинных девушек, идущих по своим делам, Стайлз? — Канада вновь вздохнула, зажмурившись.
— Ты не так уж и невинна, — простонал Стилински, прижимая пальцами кровоточащую рану.
— Прости, — спохватившись, Канада повернулась к парню и приняла сидячее положение. — Я не должна была выпускать когти...
— Сдурела? — Неожиданно твёрдо и серьёзно задал вопрос Стайлз. Канада вздрогнула и отдёрнула руку, которую положила поверх пальцев самого парня на ране. — Это я виноват, не ты. Дурацкая затея тебя так останавливать.
— Ну, — Канада грозно сложила руки на груди и оценивающе взглянула на Стайлза. — Ты прав! Нельзя же в современном мире крикнуть, позвонить, — надо подбежать, и, как маньяк набросится. Да. И всё же, чего надо? Я вроде бы с тобой не мирилась.
— Понимаю, ты обиделась, за то, что мы сообщили о трупе моему отцу. Сейчас Скотт в раздевалке разорвет Эллисон, а я узнал только что важную информацию, быстрее!
Канада недоуменно замахала ресницами. Образно говоря, подбитый и раненый, Стилински схватил здоровой рукой ладонь Кэнеди и потянул. Мгновение и они несутся по коридорам школы к своей цели. Наконец, желанный зал раздевалки. Стайлз, похоже, задержал дыхание, прежде, чем прикоснуться к дверной ручке. И Канада его напугала, дернув за руку, пальцы которой он не разжимал. Взятая в плен ладонь девушки стала липкой — именно этой рукой Стайлз зажимал свою не большую рану. Да, небольшая, но с кровью и вообще, приятного мало.
— Тш, — с угрозой шикнула на юношу Кэн. На его мнимый вопрос взглядом, Кэнеди поспешила ответить:
— Разбилось стекло, скорее всего — зеркало, — поясняющим шёпотом сказала девушка и снова сделала такое лицо, что Стайлзу она напомнила суриката, стаявшего на холме в прохладное утро, чтобы заметить опасность. На его взгляд, сейчас Канада была полностью обращена в слух. — Пошли, всё вроде нормально, но он не отвечает на крики Эллисон.
Стайлз сразу раскрыл под «он» Скотта и кивнув, открыл дверь Храбро, резко, не боясь, что Канада солгала и сейчас одичавший оборотень его схватит, как сделал с Эллисон минуту назад. Нет, разумеется, этого не произошло. Канада и Стайзл всего лишь попали в пустой, с высокой акустикой зал. Атмосфера была одновременно устращающе одинокой, словно во всём мире остались лишь они двое и их дыхание, но это был вновь обман — Эллисон шагнула, придав в большой комнате, натыканной стенками из шкафчиков и решетчатых перегородок, иное звучание. Канада застыла на одном месте. Девушке захотелось сказать громко и внятно, что они слишком рано пришли, но она промолчала. Большое помещение, как ни странно, создавало хорошую слышимость каждого слова в разговоре Скотта и Эллисон. Канада залилась краской от по правде милого момента, а так как рука Стайлза всё ещё её держала, то Кэн потянула Стилински к самой парочке рядом с душевой. Они застали их в момент поцелуя и застыли в сторонке, хихикая.
— Мне пора возврощаться к папе и Канаде, — в завершение произнесла Эллисон, отпрянув от Скотта. Последний в свою очередь воодушевлённо кивнул и за это был награждён ещё одним мимолетным поцелуем. Эллисон отправилась к двери. — Канада, вот ты где! Пошли, нам же надо Басту забрать и... Привет Стайлз!
— Х-хорошо, — заикнувшись от порыва смеха, сказала Канада и мгновенно переключилась с ушедшей Эллисон на МакКолла. Девушка искренне улыбнулась и бросилась на парня с объятиями, на что он ответил смехом и крепко сжал маленькое тельце девушки, которую легко оторвал от пола. Никто ни на кого больше не злился — это просто великолепно. Не уже ли звериная привязанность вызвана новой сутью Скотта? Канада блаженно закрыла глаза, втянув родной и полюбившийся запах МакКолла, который из-за пота чувствовался сильнее, но не давая себе утонуть в нём, Канада вспомнила, что по старому пахнет Хейлом и его жилищем. Так это крупно досаждало Скотту, она отпрянула и оказалась на своих двоих.
— Я готов согласится с подругой, ты был реально крут...
Скотт был на вид сам как ломоть масла, весь светившийся изнутри. Он взял Кэн за плечи и для большей убедительности слегка нагнулся.
— Я поцеловал её, — приглушенно сказал он, а потом, отпустив Кэн, переключился на Стайлза, подходя к другу ближе.
— Она поцеловала меня, — повторил в несколько другом контексте парень. Канада и Стайлз переместились в диаметре Скотта, оказавшись вновь рядом. Кэнеди и Стилински переглянулись и с усмешкой, одновременно, пояснили:
— Мы видели.
— Я не знаю как, — не сдерживая улыбки, сказал Скотт. — Но я контролировал это. Контролировал обращение. Возможно, я смогу справится и всё станет и в правду, ненормально нормально?
Канада довольно улыбнулась.
— Нет, — правдиво ответила девушка. — Но ты нашёл человека, который тебя сдерживает. И это реально классно. Стайлз, итак, что ты узнал?
В голосе девушки заиграли серьёзные нотки, улыбка Скотта по чуть-чуть угасла.
— Да, верно. Хотя нет, я думаю, обсудим потом, я...
— Говори! — Довольно громко обратился к приятелю Скотт. Канада от неожиданной резкости поёжилась, ахнув.
— Ладно, — Стайлз помялся на месте. — Мед-эксперт осмотрел вторую часть трупа, которую мы нашли и заключил, что убийца был не человек, а зверь. Дерек не зверь, он человек... Теоретически, конечно... Человек — значит, Дерек не убийца.
Канада закатила глаза:
— Что и следовало доказать! Его отпустили?
— Да, — Стайлз ответил с не особой радостью, и Канада поняла, что рада в их трио она одна. Что ж, и это тоже не плохо. — Но это не всё. Папа поведал мне о той расчлененной девушке. Канада, когда я закончу с учёбой, позволишь взять тебя в жёны?
Они обменялись ехидными улыбками.
— И это сестра самого Дерека, Лора Хейл, — не скрывая самодовольной усмешки, закончила за Стайлза Канада. Скотт изумился. Стайлз и Канада рассмеялись и дали друг другу «пять». Потом девушка посоветовала Стайлзу промыть рану на всякий случай и не забыть зашить форму, а потом намекнула, что её ждет Эллисон и... исчезла. Скотт подумал, что она любит исчезать больше, чем появляться.