Орел.
В лазурной вышине меж облаков,
Средь птиц и яростных ветров,
Где солнце зимнею порою,
Скрывается за белою горою,
Где туч порывистых и черных,
Летают целые стада,
Где молний ярких или злобных,
Неуловимых никогда,
Летел орел, могучий, одинокий,
Бесстрашный в вышине высокий,
Летел без цели и желаний,
Один, и в суете скитаний,
Не знал, куда, зачем летит?
И в тучах часто он терялся,
Природа вся вокруг блестит,
Но ею он, не наслаждался.
Он гордым был и непокорным,
Холодным, мелочным и злобным,
И к миру с чуждою душой,
Летал над ним лишь с пустотой.
Ни прелесть жизни, ни природы,
Ни красок, звуков благодать,
Людей пустых труды, невзгоды,
Он презирал, и стал блуждать,-
Душою ненавистным ядом,
Презренным к миру своим взглядом,
Не видел цели и конца,
С главы тернового венца,
Он снять не смог, и так страдая,
Вдруг пролетая над водой,
Остановился, и наблюдая,
Плывущих лебедей толпой,
Сред всех однообразных их,
Заметил ту, белее что белых,
Красой блиставшей несусветной,
Стала мечтой орла, заветной.
И долго, долго наблюдая,
Не мог с небес спуститься он,
Он сердцем снова оживая,
В душе раздался странный звон,
Он с новым чувством стал знаком,
В душе его каким-то новым языком,
Мечты сказанья, новой жажды,
«Как раньше, он любил однажды
И неудачную любовь,
Он проклял, ненависть оставил,
И смыл позорную он кровь,
Убийством сердца, и лукавил,
И ненавидел все вокруг,
И был ему один лишь друг,
Что его тень, во мраке дня,
Он ненавидел и себя.»
И день за днем, ее он видел,
Боялся, мыслил и хотел,
Уже он мир не ненавидел,
Со страстью к ней он подлетел-
Но вдруг, из отдаленья,
Раздался звук, и на мгновенье,
Печаль, испуг, в душе орла,
Как будто грозная стрела,
Вонзилась в сердце, вновь живое,
То была смерть, охотник злой,
И пуля, сердце молодое,
Остановила той рукой.
Орел тот видел, смерть любви,
Тот пруд наполнен был крови,
Возненавидел род людской,
Наполненный страшной тоской,
Он на охотника напал,
Когтями острыми как нож,
В него он сильно их вонзал,
По крыльям била страшна дрожь,
Охотник, выстрелил опять,
И смерти новую печать,
Он наложил и на орла,
Погиб, и снова как стрела,
Он никогда теперь уж снова,
В лазурь не полетит опять,
И охотника плохого,
Не сможет больше проклинать.
Он ненавидел и любил,
Он страстью новою пожил,
И пал стрелою побежденный,
И страстью новою лишенный,
Полюбит вновь, в других мирах,
Забудет злость, вражду и мрак,
И будет снова в облаках,
Парить как верный небу знак,
Погибший, злобною рукою,
И попрощавшись он с тоскою,
Любви, добра и прелестей,
Навеки раб, любви страстей.