Любовь ангела и демона.
В далеком прошлом и прекрасном,
По миру ангел пролетал,
Летел, душою безучастной,
И людям больше не внимал.
В лазурной вышине меж туч,
Был одинок он и прекрасен,
Был добр и еще могуч,
Как само небо был он красен.
И над вершинами холмов,
Посланник рая пролетал,
Природы ярких он даров,
С печалью терпкой наблюдал.
Средь ночи мрачной и холодной,
Посланник ада пробуждался,
В душе его, пустой и злобной,
Коварный план вновь просыпался.
Он, пролетая над холмами,
Увидел в доме яркий свет,
Слегка взмахнув крылами,
Он проложил преступный след.
И в доме том, демон узрел,
Печаль рабыни, за трудом,
Украткой к дому подлетел,
Как будто вспомнил о былом.
Печаль лилась, с души прекрасной,
У девы жившей меж холмов,
Отец, был строгий и ужасный,
Не пропускал в дом женихов.
И дева, в одиночестве своем,
Покой найти уж не сумела,
Она мечтала быть вдвоем,
С тем, кого еще не зрела.
И дева, часто у окна,
Слезу роняла за слезой,
И лишь в покое мило сна,
Ей мнилось «кто-то за тобой».
В день ясный, солнечный как свет,
Над домом ангел пролетал,
Увидел он, печальный след
И деве тихо прошептал.
«Ты не печалься, дивное дитя,
Твои страданья временная мука,
С тобой останусь я до дня,
Когда пройдет твоя уж скука.»
И дева на одно мгновенье,
Почувствовав в душе своей,
Божественно благословенье,
Но не поняв, кто перед ней.
И демон видел, херувима,
Представшего пред девой той,
И злостью, ревностью томимой,
Он вновь зажегся, страстью злой.
Ее увидев, на мгновенье,
В душе своей пустой и хладной,
Почувствовал прикосновенье,
Любви, и страсти сильно жадной.
В душе его вновь звук повеял,
С блаженством вновь он стал знаком,
И слух той девы он лелеял,
Своим лукавым языком.
«О чудо, милое создание,
Я пред тобой главу склоню,
И прошлых дней мои деянья,
Любовью пред тобой пролью,
Прошу тебя, ты внемли мне,
Мои страданья оцени,
К одной лишь только я тебе,
Скажу печали все мои,
Века, я жил, творил несчастья,
И злобу сеял в мире сем,
И к жизни был я безучастен,
И мир ко мне был также нем.
К тебе предстал я, в мирном страхе,
С тобой хочу быть вечность я,
Я будто вечность, отдал плахе,
Но и палач, отверг меня.
я не был мил природе, миру,
Никем я не был уж любим,
И гордо снял, святую лиру,
И проклял знамя «Херувим»
И стал отверженный блуждать,
И злобу сеять, мстить, не верить,
Людей я принуждал и лгать,
И ненависть повсюду веять.
Я был один, уж век за веком,
Не знал любви, не знал тебя,
И проклят был я человеком,
Как Богом был и проклят я.
Но тебя встретив, в отдаленье,
Своей пустыне ледяной,
Я чувств иное уж волненье,
Постиг презренною душой.
К тебе взываю, и молюсь,
Ты жизнь новую даруй,
И пред тобой я поклонюсь,
Как речки жизни новых струй»
«Но кто ты? Расскажи, не знаю,
И речи лестны твои мне,
Невольно о тебе мечтаю,
Иль ты мечтаешь, обо мне.
Мне грустно, страшно и томимо,
Я сердцем чувствую печаль,
И кто ты? С жизнью мне молимой
Возносишь радость мою в даль,
Ты дух лукавый и порочный,
Прошу тебя, оставь меня,
И будет путь мой, хоть урочный,
Не стану слушать я тебя.
Мне в жизни, вечное мученье,
С рожденья было суждено,
И ты свое прикосновенье,
Оставь, не нужно мне оно.
Я Богу верная рабыня,
И Бог мне верный уж судья,
Господь уж есть, моя святыня,
Не ты, а он, меня любя,
Прошепчет вскоре мое имя,
И я предстану перед ним,»
«Но ты и есть моя богиня,
И не исчезну я как дым.»
«Оставь меня, прошу тебя я,
Я не взлюблю тебя вовек,
Ты как пурга, зимою злая,
Души погибель, не человек.»
И демон, злобными очами,
На деву с ревностью взглянул,
И яростно взмахнул крылами,
Во мраке черном утонул.
И в ясный новый день, рожденный,
Пред девой херувим предстал,
Он был любовью покоренный,
И с нежностью он ей сказал-
«О Божье чудное создание,
Я снова пред тобой стою,
И слез горячих уж рыданье,
Я пред тобою лишь пролью.
Я полюбил тебя с печалью,
Так полюбить не сможешь ты,
И моей чистой, божьей дланью,
Я усмирю твои мечты.
С начала мира мне в раю,
Покой был не знаком с любовью,
И пред тобой я воспою,
И все грехи твои, обмою кровью
Мне образ твой был ярким сном,
Тебя мечтой я называл,
И тяжким бременем и времен,
Я демона от тебя гнал.
И вот ты видишь, все мученья,
Моих страданий глубину,
И твои тяжкие сомнения,
Я вижу так же, как луну.
Прошу тебя, из сожаленья,
Прости мою ты мне любовь,
Мое земное впечатленье,
И слез моих, проливших вновь»
«О светлый, чудо ты небес,
Ответь, за что меня ты любишь,
Ведь ты не ангел и не бес,
Зачем же ты меня уж губишь»?
«О жизни ты очарованье,
Я не прошу тебя понять,
Ты мое первое страданье,
И моей жизни благодать.
Я ангел, херувим небесный,
И пред тобою вот стою,
И речью тебе уж не лестной,
Любви молитву лишь пою.
Я только божие творенье,
Ему служу вовек и всюду,
И тягостно, твое сомненье,
С тобой я все равно лишь буду.»
И в ночь, глухую, мрак тумана,
В обитель дома прилетел,
Дух злобы вечного обмана,
Он деву ту любить хотел.
И ангел деву защищая,
Прикрыл ее златым крылом,
И демона тем ослепляя,
Пролился свет на месте том.
И демон, яростно во тьме,
Взвился как молний, грома шум,
И ангелу он в светлой тьме,
Сказал одну из гордых дум.
«Она моя, не тронь ты светом,
Мою избранницу любви,
Она была моим заветом,
И на нее, ты не смотри.
Исчезни, нет тебе здесь места,
Она моя, ты не отнимешь.
И словом молвлю я, невесте,
К которой вскоре ты остынешь.
Ее я вечность всю искал,
Летал без мира и приюта,
Узри же ангел, мой оскал,
И внемли злости моей лютой.
Тебе не место тут, взлетай,
Не возвращайся сюда ныне,
И братьям своим передай,
Что это лишь, моя святыня.»
И ангел, синими глазами,
На злобный дух взглянул опять,
И безразличными устами,
Ему промолвил жизнь стать-
«Ты дух сомненья и тревоги,
Оставь мою любовь и святость,
Не возглашай лукавы слоги,
И возведи в себе ты кротость.»
И дева, чуждых уж признаний,
Не оценила, не вняла,
И лет печальных прозябаний,
Опять уж вспомнила она.
«Прости, но я одна поныне,
Любить мне Богом не дано,
Не называй меня святыней,
Душевных струн уж веретено,
Мне ангел сделал не для мира,
Не для любви и не для зла,
И жизнь мою, в пустынь эфира,
Он создал, лишь для божества.
Я вечность, в муках и страданьях,
С тобою уж не разделю,
И в моих временных блужданьях,
Слезой раскаянья сотру.
В монастыре при святом храме,
Я доживу последний день,
И адским или светлым пламе,
Приму душой своей, как тень.
Я в смертного влюблюсь,
Не в ангела ни в демона,
И перед ним я лишь склонюсь,
Любовью, что уж временна.
А вас, я полюбить уж не сумею,
И речи ваши, внимать я не хочу,
Собой отныне, не владею,
Простой я жизнью, жить хочу.
И демон, мрачное созданье,
Не внял молитв уж девы сей,
И его кроткое молчанье,
Погибель, означало ей.
Но ангел, что отвержен небесами,
За деву ту, защитой встал,
И своими строгими очами,
Он демона опять прогнал-
«Исчезни, след свой замети,
Не тронь ты божие творенье,
Отныне дева в заперти,
Моей защитой, без презренья.»
И демон, ждал, и злостью веял,
Уста той девы он лобзать мечтал,
И никогда б он не поверил,
Что злом в пустыне он сверкал.
И он, нечистый и отравный,
Момента истинного ждал,
В душе его, пустой и лавной,
Он целовать ее мечтал.
И он стоял, понизив очи,
Пред ней, склонив свою главу,
В безумно темном мраке ночи,
И к ней, оживши, на Яву,
Предстал к ней в снах ее мятежных,
И зрел он непокорный дух,
Ласкал ее, любил как прежде,
Лелеял ее четкий слух.
Подумать только, он изменчив,
Вломился в ее душу сквозь,
Речей опасных и беспечных,
Он любовался ей, и врозь,
Предал он злобу и мученья,
Отрекся от всего, любя,
И его черное сомненья,
Покинуло навек себя.
И дева, в сонном отдаленье,
Мечтала, будто на Яву.
Проснувшись чувствуя смятенье,
Она печалилась, в хлеву.
И ангел вновь туда явился,
И к деве чувства излагал,
Но демон, тут же появился,
И ангелу тому солгал-
« Мне не нужна она, бери,
Но дай мне слово на прощанье,
И все грехи ее сотри,
Мне нужно лишь одно сказанье.»
И ангел, чуждыми очами,
На демона тогда взглянул,
И снова он махнув крылами,
В зефире неба, потонул.
И демон, дух лукавый,
К ней снова подошел,
И гибельной отравой,
Ее он душу перешел.
Погибло чудное созданье,
И демон уж торжествовал,
И радужных лучей касанье,
Увы и храм не узнавал.
Она погибла, но душа жива,
И ангел с демоном уж ждали,
Кому дары сей божества,
Кого мечты все ожидали.
И тут, с небес, спустился он,
Ангел великий, серафим,
Блистал, и строгий его взор,
Был чужд к обоим, не осеним.
И он уж с грустными очами,
На ангела и демона взглянул,
И божьим светом он сияньем
Душу на небеса вернул.
И херувим в своей печали,
Вернулся в небеса опять,
Его давно на небе ждали,
Его вернули в благодать.
А демон, злостью своей лютой,
Проклял на веки свет земной,
И с каждой, каждою минутой,
Он поглощался в ад ночной.
Он как и прежде, злобу веял,
Людей греху учил опять,
Проклятье новое затеял,
И стал весь мир он презирать.
Как раньше, как всегда и снова,
Он ненавидел и учил,
Как ветра буйного и злого,
Людей он жизни уж губил.
И каждый, верил кто ему,
Внимал и делал, слушался,
Тот по закону своему,
Лишь хуже мучался.