Расколоть Солнце

Вдалеке виднелись каменные ворота Веллмиры: высокие, размером с дерево, на котором застрял Арион, и с вырезанными на них сюжетом. Сверху Солнце, что раскалывалось на части, а снизу вымершая земля, с Разломами и монстрами, рыскающими в поисках жертв. Справа запечатлели первых Люмиров. От них шёл ярко-жёлтый свет вбитых кристаллов, и они выделялись на сером полотне. Каждый сражался с чудовищами, поражая их магией и мечами.

Арион знал историю, которую писали Люмиры и передавали потомкам, но сам он, являясь Ноктурном, помнил и другую правду. Здесь, в городе беззаботных, хоть и трудолюбивых, мало говорили, как выживали те, кто только столкнулся с катастрофой. Когда Солнце погасло, никто не был готов, а уж люди подавно – они умирали один за другим. Почему же выжили те, кто потом стал звать себя Люмирами и Ноктурнами? Одни верили в божественное провидение, другие – в проклятие, обрекающее человека на вечное существование. Кто прав, а кто нет – не разобрать, но одно было ясно: Люмиры превозносили свои успехи, гордились прошлым, но едва ли отличались от Ноктурнов, по-прежнему живущих по законам Ночи.

– Значит, мы ничем не отличаемся? – спросил Кайрен, подходя к воротам и рыцарям, стоящим рядом. Он махнул им рукой и показал свой значок из рыжего металла, на котором изображалось Солнце с пятью лучами – символ, присущий только роду Рейнардов. Их пропустили без лишних вопросов, вручив каждому тёмно-зелёный плащ с капюшоном.

– Почти, – тихо отвечал Арион, озираясь на рыцарей, которые их пропускали. Ему не хотелось, чтобы кто-то подслушал и узнал, о чем беседуют двое. Хотя худшее уже свершилось. – Разве что воспитание и образ жизни разные. В остальном – те же руки, те же ноги.

– Неужели?

Кайрен точно веселился, и находил в сложившейся ситуации для себя одни плюсы. От него буквально зависит жизнь этого паренька, которому не повезло попасть на чтеца мыслей. И хоть свой дар ненавидел всей душой, но тут не мог быть не благодарен ему.

Они вышли за ворота и оказались пусть ещё не в диких землях, но уже стоило забеспокоиться. Некоторые монстры слишком хитры и пронырливы, чтобы оказать под боком незамеченными.

– Не веришь? – удивился Арион и показал руки, закатив рукава, – Я такой же как ты.

– Допустим, но почему тогда Ноктурны живут отдельно от Люмиров? Разве не безопаснее держаться вместе? И знает ли вообще Страж Света о вашем существовании?

Арион задумался и не знал, что ответить. Перевернув всю свою память наизнанку, он не вспомнил ничего. И чувствовал себя лишь наживкой, которую кинули в один из городов Люмиров, думая, что он будет полезен. Но парень сомневался, ему не удалось выведать никакой стоящей информации. Всё время, что прожил в Веллмире, он потратил на то, чтобы обустроиться и завоевать доверие жителей.

– Вот как, – хмыкнул Кайрен, положив руку на плечо парня. – Получается, ты сам не знаешь, зачем тебя сюда отправили?

– Не совсем, – признался Арион, прекрасно понимая, что в любое время его мысли всё равно прочтут. – Я точно помню, что меня просили узнать, есть ли особая тюрьма в Веллмире. Кажется, она связана с магией... Иначе наши бы вернулись оттуда. Так сказал тот, кто отправил меня.

Кайрен остановился и несколько мгновений неотрывно смотрел на Ариона. Значит, думал он, некоторым Люмирам известно о существовании Ноктурнов. А это означало, что по каким-то причинам Страж Света и Совет Ордена скрывали информацию от обычных Люмиров. И Кайрен сейчас оказывался слишком близко, чтобы пересечь черту дозволенного. Он должен был сейчас же выдать чужака, либо подставит себя позже.

– Почему ты не использовал пыльцу светокапусты, чтобы скрыть свои мысли?

– Когда бы я успел? Чтоб ты понимал, я даже ванну толком не принял. Рухнул вчера на глазах... – парень покраснел, когда понял, что выдал лишнего, и, собравшись, продолжил. – Неважно. Не до этого было. Да и может вам, богатеньким, легко достать всё нужное для ритуалов, а у меня и пяти лун нет в кармане!

Кайрен поправил кудрявые пряди, упавшие на лицо, когда он наклонился, чтобы поднять с земли кусок, заинтересовавший его. Арион только и рад был, если тот его не услышал, такой стыд за себя испытывал Ноктурн. Перед Кайреном он чувствовал себя неловко, словно его читают и видят насквозь, а этого Арион боялся больше всего. Не хотелось, чтобы о прошлом узнали, ведь тогда участь его решена – гореть ему на костре.

– Это коготь, – разглядывал Кайрен матовый треугольник с остриём с одного конца. – Причём недавно сброшенный. Скажешь, чей, и дам пять баллов.

Арион поймал брошенную частичку монстра и скривился – пахла она отвратительно.

– Тенижор.

Кайрен кивнул. Элинара часто жаловалась на паренька, что учился вместе с ней у Тарена, называла его неумелым и вечно всё портящим, будто он не мог даже различить скрека от другого монстра. Но что-то подсказывало, что Арион не так плох, каким хочет казаться. И именно его притворство в присутствии Люмиров заинтересовало Кайрена. Он точно мог оказаться полезным.

– Судя по тому, что следов нет, он летал. Думаешь, скрек его сюда принёс? – оглядывался Кайрен, не переставая шутить. – Или, может, мы Разлом не заметили и сейчас выскочит вся стая из тех кустов торна?

Ариону было не до смеха. Он не раз оказывался в ситуациях, когда жизнь где-то на волоске, а сам ты скоро облысеешь от страха.

Бурые деревья стояли высокой стеной. Между ними проходила широкая тропа, по которой, видимо, возили ресурсы извне. Слева царила тишина, справа доносился тихий шелест. Но это был не монстр. Звук приближался, и Арион уже схватился за рукоять. Ещё чуть-чуть, и он вынул бы меч.

Из зарослей торна вылетел световой шарик размером с клубок шерсти и обогнул сначала одного парня, потом и другого. Он остановился возле хозяина, и тот ухмыльнулся, развеивая магию.

– Проверял меня? – обиделся Арион, но рукоять не отпустил.

– Должен был. Дорога опасная. Если реакция у тебя никакая, то оставил бы тут.

Кайрен заложил руки за голову и поплёлся, довольный собой. Как только он скрылся за поворотом, Арион подумал, не бежать ли ему, пока не поздно. Бежать. Через лес, полный монстров... Нет, такого себе он позволить не мог. И шедший где-то впереди Кайрен прекрасно это знал, так спокойно оставляя чужака.

Они встретились на развилке, указывающей дороги к деревням. Название одной пробирало до мурашек — это был Люминвиль, куда недавно троица незаконно проникла.

– Хочешь ещё раз посмотреть на трупы? – спросил Кайрен с издёвкой. Он вынул карту из-под плаща и развернул так, чтобы видно было и Ариону. – Сегодня мы идём в Тиховодье. Заметь, идём. Перенос туда не заслужили. Заодно может парочку монстров отправим обратно в Тень.

Арион даже не стал спрашивать: зачем, почему и надолго ли, — и так знал, что Кайрен не отцепится, скажи ему хоть одно слово. Легче было идти в тишине, пусть и не полной. Скрипели хилые ветки деревьев, а сами стволы будто собирались встать, приподняться на корнях и наброситься на путников. Небо свисало уже привычными тёмными тучами, грязными и мрачными, словно творец растерял все краски, оставив у себя только чёрный и сероватый. И сам воздух противился шедшим людям, он становился тяжелым и жарким. И вскоре Кайрен обернулся на звуки хрипа и сбитого дыхания. Арион еле шёл и был готов снова, как вчера, упасть в обморок.

Плох тот путник, что не подумает о себе в дороге. И, к счастью, Кайрен не первый раз выходил за стены. Он достал из-за пояса стальной бутылек, наполненный обычной водой, и плеснул на лицо Ариону. На лице того смешались стыд и страх, передаваясь Кайрену. Ноктурн не мог прийти в себя, а рядом в любое время могли оказаться монстры.

– Как ты дожил до своих лет? – тряс его Люмир. – Что делать надо? Говори!

Почему-то ему казалось, что сам Арион должен знать, как с ним поступить и что ему может помочь. И Кайрен не прогадал. Говорить парень не мог, но в мыслях у него медленно возникали слова: «Любую руну... защиты». «Разлом его забери! Почему я должен с ним нянчиться?» — подумал парень и, опустив Ноктурна на землю, стал искать руны.

– Их нужно дать или применить? – пытался понять парень, наклоняясь к поясной сумке Ариона.

Но тот уже не мог даже и подумать, вместо слов слышались только неясные звуки, похожие на шуршание сухой травы под ногами. Заглянув в пожитки несчастного, Кайрен понял, что имел в виду Арион, когда говорил о том, что не имеет и пяти лун в карманах, ведь это была правда. Он был ужасно беден, и при себе у него были только несуразные печенья, которые, по-видимому, он взял из дома. В остальном только крошки и небольшой амулет на тонкой верёвке. Но и он не представлял из себя ценности, магии в нём не было.

Поискав что-то похожее у себя, Кайрен плюнул на это дело. Не носил он с собой никогда защитные руны. Если бы отец хоть раз увидел одну такую у сына, то в тот же день бы отказался от него, ведь использовать их — признак слабости. Не позорно истекать кровью и облачаться в шрамы, а вот наоборот, конечно, да. И если вдруг к шестнадцати годам твоё лицо светло и ясно, то ты уж точно не из Рейнардов. У тех уже в шесть лет разбит нос, не хватает глаза или уха... И хорошо, если ты отделался парочкой царапин на теле. А кто-то ведь вообще не доживал и до шестнадцати.

– Добил бы тебя! – выкрикнул Кайрен, сжав кулаки и ударив ими по земле. Он был зол от своей беспомощности.

Его не обучали, как Ариона и Элинару, нет. Подход в их семье немного другой. Рейнарды хоть и верны Стражу Света, возможно, даже больше, чем кто-либо другой, но детей наставникам не сдают, считая, что те, наоборот, только испортят будущих рыцарей и магов Света. Глава семейства назначал родственника, притом известного и заслуженного, и приставлял ко всем детям. У Кайрена не было ни братьев, ни сестёр, и всё мастерство наставник передавал ему одному. Но всё-таки магия стояла не на первом месте, и защитных рун семья по-прежнему избегала, не давая ни знаний о том, как начертить, ни о том, как использовать. Какая руна помогла бы сейчас Ариону? Кайрен терялся в догадках.

– Ясности, Овода или Восстановления?

Время ускользало. Они не могли терять его, за стенами всегда таилась опасность. Теперь Кайрен понимал, как глупо пошутил, и если бы кто-то попробовал позабавиться так с ним, то тут же получил бы в морду.

Луна входила во владения, поднимаясь в вышине неба, и свет её опускался на землю, скользя по высоким бурым деревьям. Казалось, даже он мог сломить их. Но они выстояли, только скрипели ветки и покачивались на лёгком ветру. Сверху плыли стайкой кристаллы, такие же Кайрен видел возле Люминвиля. Они слабее, чем в городах, но в диких землях и такие спасение. Не убьют монстра, но хотя бы подсветят его, ведь и скреки, и тенижоры, обитавшие в мраке, словно невидимы. Конечно, и маг мог магией осветить себе путь, но зачем тратить потенциал, если давно уже придуманы другие способы?

Взгляд Кайрена упал с улетающих кристаллов на поясную сумку Ариона, валявшуюся рядом. Рука парня потянулась за кулоном. Сначала показалось, до чего нелепое творение, но, покрутив камень, нанизанный на верёвку, Кайрен заметил тонкие линии. Они были вырезаны умелой рукой, и разглядеть их сразу не получалось. Словно кто-то хотел скрыть их от глаз посторонних. Это точно была руна, но что она значила, Кайрен не знал.

Ничего не оставалось, кроме как нарисовать её, и парень взял небольшой лист бумаги и чернила с пером. Так аккуратно, как было высечено на камне, у него не получалось, но все линии Кайрен копировал точно — ни одной не пропустил. Руна получилась острая, непохожая на защитную, ведь те обычно закруглённые, и парень даже остановился перед тем, как положить лист на грудь Ариона. Не убьёт ведь это его?

— И что говорить? — уже почти сдался Кайрен. Теперь он точно будет просить уроки по рунам...

Как оказалось, слова здесь были не нужны, и лист с нарисованной руной засветился и истлел, оставив после себя только пыль.

Арион закряхтел и даже присел, разглядывая окружающие его объекты. Он держался рукой там, где было сердце, и пытался вспомнить, что случилось. Долго думать не пришлось, Кайрен поднял его за подмышки и поставил на ноги. Видеть перед собой недовольное лицо нервозно, и Арион смог выдавить из себя только:

– Извини.

Он так и не объяснил ничего идущему впереди парню. Да и мог ли? Заглядываясь на заросли торна по пути, он думал, как там живут те, кого он называл своей семьёй и друзьями. Ненавидят ли всё ещё его или уже простили и готовы принять обратно? Тут, у Люмиров, ему было жутко одиноко, а проклятие, висевшее над ним, только омрачало существование. Он не мог рассказывать ничего про Ноктурнов, точнее, не должен, но ведь и они сами виноваты — бросили его среди заклятых врагов. И если первые годы с ним ещё связывались и присылали послания, то сейчас тишина. Его оставили одного.

Арион уже пришёл в себя и даже догнал Кайрена, спешившего в безопасность. Оно и понятно. Стоит луне скрыться, как даже её тусклый свет исчезнет, и уж тогда точно весь ужас и страх выйдет из мрака, чтобы пересчитать им косточки. А он, считай, один на один будет биться, ведь Арион и меча поднять сейчас не мог.

В руках Ноктурн сжимал кулон с тем самым камнем, с которого счертили руну, и Кайрен, перестав злиться, всё-таки спросил, что она значит.

– Это... – пытался что-то придумать Арион, но его ткнули в бок.

– Не ври мне, я же узнаю.

Улыбка, засветившаяся на хитром лице, тут же приземлила Ариона. И правда, пока он не придумал дешёвый способ обезопасить себя от чтения мыслей или попросту не украл магические ингредиенты, можно даже не пытаться врать. Было в этом и что-то приятное, ведь от лжи уже хотелось плеваться.

– Разлом, – открыл ладонь Арион и посмотрел на угловатую руну, словно разверзшую пасть, – Люмирам эта руна незнакома. Она наша, Ноктурнов.

– Почему ты потерял сознание? – внезапно спросил Кайрен и заметил за кронами деревьев каменные стены. Они уже близко.

– Мне нельзя говорить лишнего о нас. И если проклятие предчувствует, что меня вот-вот раскроют, то... вот так защищает.

Кайрен усмехнулся.

– Защищает? Больше похоже, что убить хочет.

Арион пожал плечами, но версия Кайрена и правда больше походила на правду. Сил ужасаться не было, да и кем? Ноктурнами? Они были готовы по головам своих братьев пойти, лишь бы достичь целей, понятных только им.

– А почему не упал тогда в деревне?

– Ты тогда ещё ничего не узнал. И я не всегда понимаю, как это проклятие действует. Вчера, например, я свалился, когда Тарен отчитывал за Люминвиль.

– Может, твой старик что-то понял?

Арион боялся этого. Тарен стал для него не просто наставником, но и ближайшим Люмиром, которому он верил и готов был прийти, когда станет на душе плохо. И потерять это будет больно.

– Ладно, допустим, – сказал Кайрен и указал на руну, всё ещё лежавшую в руке парня. – А это-то как помогает тебя вернуть? И сколько действует?

– Ноктурны верят, что Разлом несёт не только отрицательную энергию, но и часть положительной. У этой руны два вида, и моя вроде как со знаком плюс. Я и сам в этом мало понимаю, её дала мне мать. И про время действия тоже без понятия...

Тиховодье, в которое так спешили парни, встречало их сонно и тихо. Они спокойно прошли через ворота и оказались внутри деревни. По ней протекали реки, в которых жители разводили рыб и пресмыкающихся, идущих потом на стол к Люмирам.

Кайрен за весь разговор понял, что Ноктурны не очень-то добры даже к своим. И вряд ли они будут милы с Люмирами. В одном он был уверен: Ариона надо держать при себе: мало ли вспомнит что-то. Хотя больше было похоже, что тот совершенно ничего не знал. Но Кайрен ни за что не упустил бы возможности доказать отцу, что он не бесполезен, и Арион в этом ему точно мог пригодиться.

– Приветствуем, гости из города, – выплыла из-за дома старушка и, облокотившись на трость, встречала незнакомцев.

Она была низковата даже для своего возраста и приходилась парням по пояс. Арион поздоровался в ответ. Кайрен осмотрел женщину и, достав всё тот же знак с Солнцем, сказал:

– Нас прислал Орден. Где можно найти Смотрителя?

– Что же, никуда ходить не придется. Он перед вами.

Сложно было поверить, что эта приземистая женщина, на вид которой лет сто, была Смотрителем. У Кайрена, который и так сегодня настрадался, чуть не вылетела изо рта издевка, но Арион успел наступить ему на ногу. Он и сам с трудом представлял на таком ответственном посту старушку, но на поясе её болтался оранжевый камень с начертанными на нём буквами. Это как символ Рейнардов, только попроще, но сомнений не было — женщина и есть Смотритель.