Глава 9
– Извините, что напугал вас, – молодой человек продолжает мило улыбаться Амели. – Вы были так расстроены, что мне захотелось вам помочь. У вас точно всё хорошо?
– Да, не стоит беспокойства, – девушка отвечает холодно, несмотря на приветливость собеседника.
– Перед столь красивой девушкой я не могу не представиться, – мужчина подхватывает ладонь девушки и невесомо накрывает тыльную сторону потрескавшимися губами. – Мартен Даниэль, можно просто Даниэль.
– Я... – телефон молодого человека начинает звонить приятной мелодией, и тот достаёт его из кармана, поднеся к уху.
Парень просит отлучиться ненадолго, дабы ответить на телефонный звонок, оставив Амели в одиночестве. Девушка судорожно выдыхает, ощущая расслабление. Что-то внутри отталкивает от Даниэля и тревожит. Он выглядит, как тот, кого нужно остерегаться.
Позади себя она слышит громкие шаги, разносящиеся по всему помещению. Амели поворачивает голову в бок и видит слегка запыхавшегося Тэя. Его взгляд вновь суровый, кажется, он слегка злится. Некогда серые глаза будто светятся небесным оттенком, затем переливаясь в алый. Она часто промаргивается и понимает, что это лишь её разыгравшаяся фантазия.
Тэй подходит ближе и подхватывает женскую ладонь, несильно сжав в своей.
– Я почувствовал, как до тебя дотрагивается демон, – девушка застывает. Ток проходит в каждую жилку её тела, и она немеет. Демон с рыжими волосами и бледной кожей, от которого веет злобой и тревогой. Вот, что она тогда ощутила. – Ты с кем-то контактировала здесь?
Она странно застывает не в силах произнести нужных слов. Перед глазами вновь и вновь появляется силуэт с лисьими глазами, он забирает её в свой мир злобы и отчаяния, затем жестоко убивает каждый раз.
– Человек с рыжими волосами, – начинает Амели, ощущая, как сильно трясутся её губы. – Был демоном?
– Как его звали? – спрашивает Тэй. Он взволнован. Встречал ли он демонов ранее?
– Даниэль, – отвечает Амели, вспоминая его полное имя. – Мартен Даниэль.
– Нет, это французское имя, – говорит Тэй, отводя голову в сторону. Ищет глазами кого-то похожего на демона. – Он не мог сказать настоящее имя.
– Почему? – Амели следит за выражением его лица.
– Идём домой, – Тэй оставляет её без ответа.
Он ведёт Амели на выход, крепко сжимая её ладонь в своей руке. Тэй чувствует демона, затаившегося где-то там, в глубине здания, ходит меж стеллажей и продолжает следить за ними, испепеляя взглядом чёрных омутов.
Ему нужна не Амели. Ему нужен Тэй.
Солнце заходит за горизонт. Зажигаются вечерние огни фонарей. Прохладный ветер скользит по воздушной глади и обрамляет локоны вьющихся волос Амели. Пара идёт медленно и непринуждённо, словно привычная прогулка перед сном. Они практически весь день провели вместе, однако продолжают молчать и витать в своих мыслях, оставаясь друг от друга на расстоянии. Им нужно побыть в тишине после случившегося, им нужно больше времени.
Амели поднимает глаза к ночному полотну небес, старается разглядеть хоть одну маленькую звёздочку, но освещение большого города не позволяет. Слишком ярко, чтобы видеть звёзды.
– Хотела бы увидеть однажды звёзды, – сама того не осознавая, мычит Амели и продолжает мазать взглядом по тёмному небу.
– Ты никогда не видела звёзд? – Тэй вскидывает брови, заметно удивляясь.
– Я не выбиралась из города всю свою жизнь, не было возможности, – сухо отвечает она.
Воспоминания о тех днях, прожитых здесь, начинают вновь тревожить. Перед глазами проскальзывает силуэт отца с ножом в правой руке, а затем маленькая София, плачущая на руках у Амели. В голову въедается прошлое, ненавистное ей до сих пор, и она судорожно роется в кармане брюк, дабы найти таблетки.
Тэй замечает чужую реакцию и слегка прокашливается.
– Существует прекрасная легенда о двух детях: девочке и мальчике, – спокойным гласом произносит парень, взглянув на небо. – Девочка мечтала увидеть мириады звёзд и по дороге домой вместе с мальчиком за руку смотрела на небо, однажды поверив, что звёзды лишь отражение сильных чувств возлюбленных. Проходили года, дети росли. Звёзды... Так и не загорелись белоснежными огнями, но она продолжала неистово верить, – парень останавливается, громко цокнув каблуком ботинка, тяжело выдыхает разгорячённый воздух и переводит взгляд в глаза Амели. – И однажды она увидела те самые звёзды в глазах напротив.
Амели забывает о таблетках и всём, что её тревожит. Голова становится пустой, в ней лишь серые глаза и непринуждённая полуулыбка. Лёгкий румянец покоряет бледные щёки, что-то внутри сбивается в сплошную кашу. Молчаливое сердце, словно пропускает удары один за другим, и она прикладывает ладонь к груди, убеждаясь в том, что оно продолжает молчать. Дыхание сбивается прочь. Ей не описать своих чувств и эмоций, что ощущает, не описать того, что творится внутри. С ней такое впервые, и она не представляет, что за шкатулку ледяной души открывает Тэй в её груди.
Тэй видит румяные щёки, взволнованные глаза и подрагивающие в непонимании губы. В жилах приятной негой разливается некая теплота, не виданная ему доселе. Что-то заставляет смотреть на неё и что-то улыбаться до беспамятства. Эта девушка влияет на его состояние, как моральное, так и физическое, и он не понимает этого.
Пара не отрывает глаз друг от друга, засматриваясь в самую глубину чужих зрачков, где на дне видны крохотные отблески будущих ярких созвездий.
Тэй отводит взгляд в сторону. Тем тёплым чувствам на замену приходит тревожность. Он осознаёт, что совершает глупую ошибку – вторую за своё существование, если не третью. Сближение с ней равняется разбиванию о скалы, ведущее к суровой гибели. Она призрак, он ангел. Два существа с различными судьбами. Её дорога продолжается в Царстве Алой Крови, его дорога уводит в Царство Духов.
Однако... Почему-то не может отступить, сделав несколько шагов вперёд.
Внезапный звон в ушах и режущая боль одолевают голову Тэя, затем и тело. Он не контролирует себя и хватается за волосы, различая лишь темноту перед глазами. Амели хватает его под локоть и придерживает, что-то пытается донести до него, но Тэй не слышит её. Вскоре теряет сознание.
Тэй засыпает словно вечным сном. Он не хочет просыпаться ни на долю секунды.
Солнечный день. Лёгкие, наконец, расправляются в полной мере и наполняются свежим воздухом. Тэй глубоко вдыхает летний запах пышного поля, затем замечает вдали берёзовую рощу. Сочные зелёные листья манят его, и тот уже ступает по слегка помятой траве именно туда. Необычайно красиво и свежо.
Тэй дотрагивается кончиками пальцев до ствола дерева и проводит по нему ладонью, чувствуя особую мягкость коры. Проходит вглубь, осматривая стройные деревья, оборачивается по сторонам, замечая, что каждая берёза похожа на другую. Отсюда нет выхода, сюда нет входа. Они не нужны ему, он не хочет просыпаться.
Яростный гром содрогает землю, солнечный день мгновенно становится грозовым. Чёрные тучи застилают лазурное полотно небес. Сильный ветер разносит некогда свежие и красивые листья берёзок с ветвей, оставляя те иссохшими и оголёнными. Первые капли дождя с силой ударяются о макушку парня, и Тэй смотрит в небо.
Краем уха слышит точные шаги в его сторону. Парень теряется на несколько секунд и переводит глаза по направлению источника шума. Некто в чёрной толстовке и брюках крепко зажимает в перчатках окровавленный нож. Тэй внимательно осматривает худощавое тело незнакомца, затем замечает, что тот тащит за собой обессиленное тело. Тэй пытается разглядеть лицо, но оно размыто в его сознании, а лицо безжизненного парня изуродовано до неузнаваемости. Незнакомец небрежно кидает тело рядом с одной из берёз. С листьев дерева аккуратно скатываются капельки холодного дождя, разбиваясь о несчастную жертву. На макушке виднеется глубокая рана от тяжёлого предмета, на щеках сплошные синяки вперемешку с глубокими порезами от ножа, губы разбиты в кровь, как и глаза с носом. Жертва сильно прокашливается, выплёскивая из лёгких сгустки алой крови. Старается поднять руку к рёбрам, но сломанный локоть и запястье не позволяют.
– Эй, – грубый тон голоса. – Долго ещё будешь кашлять?
Звонкая пощёчина.
– Ты сильнее, чем кажешься, парень, – водит кончиком заострённого ножа по туловищу жертвы. – Ты хоть представляешь, как мне было жаль изуродовать такую смазливую мордашку?
Вновь смех.
– Выглядишь жалко, – ведёт кончиком ножа к линии челюсти и слегка надавливает на пульсирующую вену. – Насколько прелестно будет, когда я разрежу здесь?
– Зачем ты это делаешь? – спокойным гласом твердит пострадавший парень. – Психопат... Чего ты добиваешься?! – срывается на крик сквозь невыносимую боль в грудине.
Тихий смешок.
– Ты отнял у меня всё, что было, – сильнее надавливает на вену. – Ты отнял у меня всю мою жизнь, ты отнял у меня самого себя, а теперь притворяешься ангелочком? Я хочу, чтобы ты страдал. Страдал так же, как и они.
Парень плюёт своей кровью в глаза напротив, затем ловит губами кислород.
Некто в чёрном злится. Срывается от злобы и пронзает того остриём ножа с правой стороны в районе сломанных рёбер. Довольствуется искажением чужого лица. По роще разносится хриплый стон режущей боли.
– Гори в самом Аду, Тэй Бастьен, – говорит мужчина, что захлёбывается собственной кровью.
Тэй отшатывается от них, услышав собственное имя. Он не мог убить человека. Он не мог причинить кому-то вреда. Он не мог так поступить. Нет. Он не мог.
Тэй хочет проснуться от этого кошмара. Хочет уйти отсюда навсегда. Он не хочет видеть то, как страдает тот мужчина. Но он слышит эти крики, слышит эти мольбы о помощи, слышит эти страдания. Перед его глазами капает алая кровь. На его собственных руках эта проклятая жидкость. Меж его пальцев крепко зажат окровавленный нож.
Он не ангел. Он порождение чудовища.
Взмах серых крыльев с ветки поодаль от них. Тяжёлые перья разрезают воздух ночного Парижа на мельчайшие частицы. Гарпия больших размеров следит и изучает, а затем нападает по законам природы. Чёрные глаза юрко бегают по всей округе, выслеживая свою добычу, слух доходит до краёв города. Она контролирует всё и везде, ничего не упуская. Птица взлетает выше, ускользая в тёмных тучах.
Серый туман окутывает и вовлекает, словно ядовитый дым рассыпается вокруг гарпии. Она спускается ниже, вылетая из тёмного облака, и оказывается над высокими деревьями вечного леса. Макушки елей острые и тонкие, множество из них высыхают и падают на землю, раздавливая под собой лесных жителей.
Внизу слышатся крики банши, рёв упырей и меж всего весёлые возгласы демонов. Лес, кишащий различными тварями, ведёт к величественному каменному замку. Где-то там заброшенные деревни, захваченные монстрами, и где-то там лежат сотни умерших. Всё пропитано гнилой плотью, замёршей в злобе этого проклятого места.
Гарпия влетает в окно одной из башен замка и царапает каменный пол острыми когтями. Птица мигом обращается человеком, и тот отряхивается от пыли. Холодный ветер с улицы неприятно скользит по коже, а затем воет в пустующем месте, отражаясь от голых стен. Здесь до сих пор пахнет кровью ангелов и жнецов, напоминая о том роковом дне.
Мужчина ступает вдоль по коридору, не обращая внимания на разорванные плакаты истинного принца, на треснувший герб старых владений и портрет двух братьев, где глаза старшего выжжены. Он привык ко всему здесь, и следует по выученному маршруту.
Открывает огромные золотые двери и видит перед собой престол с новым истинным королём Царства Духов. Тёмный силуэт в тени собственного замка не двигается, выжидает приближения своего прислужника и стучит тростью с острым наконечником.
– Господин Дункан, – громкий стук трости. Парень кланяется ему в знак уважения, приседая на колени. – Ангел что-то задумал. Он стал приближённым ангелом призрака девушки. Кажется, он защищает её.
– Бутон сон-травы... – хрипит мужчина грубым голосом, далее слышится тихий смех. – Хочет с помощью призрака открыть врата в Царство Духов. Глупец.
Мужчина вновь стучит тростью и жутко посмеивается.
– Сколько лунных дней до дня Великой Тьмы? – повышает голос.
– 30 дней, господин Дункан, – произносит подопечный, склонив голову. Говорит неуверенно. – Что, если та девчонка – ключ?
Тишина. Долгая и мучительная, хоть и длиной в пару секунд. Силуэт с престола поднимается на ноги и ступает к подопечному, размеренно просчитывая каждый шаг. Светлые волосы, завязанные позади в небольшой хвостик, слегка падают на лоб, брови нахмурены, а взгляд неестественно безразличный. Лицо Дункана сурово. Зелёные глаза украшает затянутый шрам по левому веку, такой же, как на тонких губах. Мужчина на вид лет тридцати с мощным телом в тёмном плаще предстаёт перед парнем, затем идёт болезненный удар в живот.
– Вин, замечаешь, как одна мысль о ключе изводит меня? Видишь? – Дункан распахивает глаза шире и трясёт рукой, наблюдая, как прислуга терпит причинённую боль. – Если она ключ, почему до сих пор не в моих руках? ПОЧЕМУ КУКЛА АНГЕЛА ДО СИХ ПОР НЕ У МЕНЯ?!
Душераздирающий крик эхом разносится по замку, отражаясь от стен. Подопечный нервно сглатывает, ощутив неприятную каплю пота на виске.
– Я сделаю всё ради вас, господин Дункан, – опускает голову к земле.
– Маленький мальчик-ангел, – мужчина обходит свою прислугу и идёт в противоположную сторону. – Хочет избавиться от собственного страха неизвестности. Глупец. Юный глупец, думающий, что избавится от меня, – вновь смеётся ужасной улыбкой, затем резко стучит тростью по камню, затихая. – Что с Ашилем?
– Говорят у него скоро свадьба с принцессой Царства Алой Крови, – покорно отвечает ему.
– Вин, пора наведаться к братику, – Дункан поворачивается к парню, уложив ладонь в карман брюк.
– Но, господин Дункан, это невозможно, – его резко притягивают за шею, крепко сжав пальцы.
– Не смей перечить своему господину, кицунэ, –сжимает сильнее, процедив сквозь зубы. – Твоя задача привести ко мне девчонку.