Глава 9. Сад плакучей ивы
Разумеется, речь шла о драгоценной нефритовой шпильке, украшенной алыми рубинами и бамбуковыми стеблями.
Стражники в позолоченных доспехах расступились, пропуская главу ордена.
Невзирая на все те события, похищение шпильки демоном, потерю её свойств, обман близнецов, Си Вэйцан решила не наказывать детей, да к тому же всё таки преподнести дар Бао Хуан. Она была вынуждена признать, что её сын превосходно восстановить эффект пылающего тела.
Вернув прежнее спокойствие, Си Хо и Си Холи подобно золотому юноше и нефритовой деве¹ затаив дыхание, ожидали слов сжигающей всё вокруг "богини", что собиралась одарить свою лунную младшую сестрицу вероятно, самым полезным на "небесах" подарком.
Стоя среди всего этого собрания заклинателей, Лян Юньлин ощущал невероятную духовную энергию, заполняющую воздух своим требующим поклонения благоуханием могущества. В главной зале дворца Чжужун он чувствовал себя совсем чужим, словно являясь простым смертным, ошибочно попавшим на небеса.
Юноша аккуратно позарился на стоящую через человека от него, Бао Хуан. Лик её был ещё бледнее, на фоне алой лобной ленты, а взгляд исполнен мертвящей тишины спокойствия, лунная метка меж бровей слегка поблескивала в сиянии свечей, персиковые губы девушки были плотно сжаты, будто опасаясь взболтать лишнего, Бао Хуан не проронила не слова.
— А-Хуан, прими эту шпильку, в знак дружбы между орденами Баоюэ и Сихо. Наша лобная лента тебе не к лицу, — Ласкательно усмехнулась Си Вэйцан. — она скрывает всё твоё ослепительное очарование. Так что, используй это украшение себе на здоровье, не замёрзнешь.
Бао Хуан в знак благодарности глубоко поклонилась, похожая на белого духа², что вот-вот унесет вас в мир иной одним своим взглядом. Кажется, ей стоило взять титул "Сишэн"³, или возможно... "Юэчи"⁴, ибо "Ванъюэ Гунцзю" для такой холодной особы, затаившись терпевшей всё, скрывая свои мысли⁵, звучало излишне поэтично, чувственно и лилейно, будто под ним подразумевается милая шимэй знатного ордена. Но эта госпожа Бао создавала о себе совсем иное впечатление.
— Благодарю достопочтенную сестру за благосклонность. — экзорцистка опустила руки и раскрыла длинные ресницы. — Это просто замечательный подарок.
Си Вэйцан совершенно спокойно и без вопросов отреагировала на столь бесчувственный ответ. Всё таки, сдерживать поток энергии Ян было причудливой особенностью всех адептов Баоюэ, представляющих собой чистейших белых лотосов.⁶
Бао Хуан, испытавшая лёгкое чувство вины за свою безэмоциональность, бережно приняла резную шкатулку, и положила её в расшитый серебряной нитью мешочек цянькунь⁷, висевший у девушки на поясе.
Каждому экзорцисту, как и заклинателю, обязательно стоило иметь при себе безразмерную сумку. Экзорцисты носили там всевозможные приспособления для провождения ритуалов, которые могли понадобиться в любую минуту.
На поясе Лян Юньлина так же имелся мешочек цянькунь. Правда, был он настолько небольшим, что за всё это время юноша его и не заметил.
— Что же, А-Хуан, Юньлин, я покажу вам комнаты, где вы сможете остаться на ночлег.
Си Вэйцан развернулась, взмахнув струящимся алым рукавом, и медленным шагом направилась к второму выходу из дворца.
Лян Юньлин, Бао Хуан и её свита, тоже отправились за ней.
Во дворце Чжужун имелся ещё один выход, ведущий на укрытую в тени массивной ивы террасу. Духовная ива раскинула свои изящные ветви по небу, загородив сад от чужих глаз.
Извилистая дорожка вела к уединённому тихому месту⁸, скрытому за непроглядной лиственной изгородью. Несмотря на лютый мороз пика Лэйен, с дерева не опал ни один листок, все они были совершенно циановые⁹, стекающие с массивных ветвей, словно бриллиантовые слёзы с глаз человека.
Плакучая ива не увядала от холода, что до глубины души поразило Лян Юньлина.
Кроме того, сам сад не был покрыт снегом, здесь проростала изумрудная трава, ступив на которую, человек мог утонуть по щиколотки.
То и был сад плакучей ивы, что ранее упоминал Си Хо.
Выйдя на террасу, Си Вэйцан призывая к тишине, приложила указательный палец к губам, и поманила заклинателей за собой, по вымащенной синеватым камнем дорожке.
Бесшумно пройдя в глубь сада, их взору открылась небольшая полянка, всё так же скрытая непроглядной листвой. На ней, у самых корней ивы расположилось подобие беседки, откуда доносилась чистая мелодия цитры.
Приблизившись к матери, Си Хо тихонько шепнул:
— Матушка, могу ли я проверить, как там госпожа Мин?
Лян Юньлин сразу смекнул, что говорил юноша о советнице Миншу.
— Ладно, пойдёмте.
Сменив направление, Си Вэйцан повела компанию к беседке.
Советница Миншу оказалась редкой красоты молодой девушкой, на вид чуть старше, чем Бао Хуан. Она обладала тёмными, как чернила волосами, пышными ресницами и густыми бровями на округлом личике слегка пунцового оттенка, одета была в коричневато-бордового цвета одеяния с широкими рукавами, и светло-зеленой накидкой, украшенной растительным орнаментом.¹⁰ Подобные ивовой лозе, изящные пальцы перебирали все двадцать пять струн кунхоу, настолько искусно, что кисточки на корпусе инструмента ни разу не дрогнули.¹¹ Склонившись к кунхоу, она изливала свою призрачную душу музыкой, заполонившей пространство вокруг.
Но таинственная советница Миншу оказалась не единственным человеком в беседке. В углу, приобняв себя за колени, думая о чём-то своём, сидел старейшина Наоцзинь. Собранные в высокий конский хвост волосы рассыпались по его плечам, заслонив собой его лицо. Выглядело это так, будто мужчина вот-вот уснёт, слушая мелодичное пение кунхоу.
Заметив едва слышные шаги, старейшина Наоцзинь неохотно поднял голову.
— Принцесса полнолуния, глава ордена. — Встав, он поклонился, приложив руки ко лбу.
— Я пришёл приглядеть за Мин Чуйлю¹². С ней всё хорошо, не о чем беспокоится.
Си Вэйцан сладко улыбнулась:
— Наоцзинь, прошло уж столько лет, а ты всё за ней приглядываешь. Увы, но дни Чуйлю на пике Лэйен не блещут разнообразием, так что нет надобности.
— Всё равно, мне нравится проводить время здесь, слушая её игру, — старейшина Наоцзинь покосился на Мин Чуйлю. — Ведь это правда очень красиво.
Оказалось, советницу Миншу звали Мин Чуйлю. И не просто так в этом саду произрастает духовная плакучая ива.
Сложно было вообразить, что эта хрупкая музыкантка-всё, что осталось от некогда многочисленного ордена целителей. Как же Нян Цинсун мог истребить всех тех адептов? И как глава ордена это допустил?
— Учитель, вы всё ещё не знаете, как мы можем восстановить её душу? — с надеждой спросила Си Холи.
В ответ старейшина Наоцзинь тяжело вздохнул:
— Си Холи, ты же знаешь, минуло уж семнадцать лет, я успел обучить Си Хо алхимии, но среди растворов не найдётся такого, что может спасти её. Здесь нужна магия, доступная лишь адептам Цюсин. Но они не станут заниматься подобным, у управляющих и так дел по горло. Боюсь, у нас уже нет возможности помочь ей, однако и реинкарнацию она вероятно, не сможет пройти. Так что стоит смириться.
— Верно, Си Холи, — неожиданно заговорила Бао Хуан. — Я правда, очень бы хотела помочь, но уже ничего не сделать.
— Юньлин, ну что ты так уставился?
Выдернув Лян Юньлина из нескончаемых раздумий об ордене Миншу, и внезапной мысли о демоне-исполнителе желаний, Си Вэйцан удивлённо смотрела на него.
— Всё хорошо?
— Конечно, — отмахнулся Лян Юньлин. — просто задумался, как же могла душа советницы Миншу так сильно пострадать.
— К сожалению, нам это не известно. Когда я встретила Мин Чуйлю на собрании кланов в долине Ванфу¹³, городе Ванцайхэ¹⁴, она уже была довольно потрёпанной, но всё таки нашла силы появиться на мероприятии, даже несмотря на хрупкость собственной души. Глава клана, Мин Тяньлай, тогда в очередной раз не почтил нас своим присутствием. Мин Чуйлю та, кому я действительно сочувствую.
— Хм... Это действительно очень странно. —задумчиво ответил Лян Юньлин.
Когда Мин Чуйлю закончила играть, она медленно подняла взгляд, и обнаружила рядом кучу заклинателей. Увлеченная музыкой, она даже не заметила, как и когда в саду плакучей ивы очутились глава ордена, близнецы, принцесса полнолуния и полый месяц.
Однако, она молчала. Неуклюже склонившись в чём-то, напоминающем поклон, она застыла так на пол минуты, пока старейшина Наоцзинь не отдернул её за руку.
Осмотрев всех окружающих, Мин Чуйлю остановила свой безжизненный взор на Лян Юньлине.
Это было не потому, что она его узнала, ведь много лет тому назад блеклая звёздочка не имела известности.
Но глаза Мин Чуйлю вдруг округлились, став похожими на глубокие бездонные омуты.
Она неустанно открывала рот, впрочем, безуспешно. Никто даже не обратил внимание, на необъяснимую реакцию советницы, только лишь старейшина Наоцзинь с присущим ему подозрением, прищурился.
— Юньлин, пойдём. — окликнула его Бао Хуан. — Сестра должна была показать нам комнаты.
На время позабыв о поведении Мин Чуйлю, Лян Юньлин одобрительно кивнул, проследовав за Бао Хуан.
Старейшина Наоцзинь остался вместе с советницей Миншу, которая всё никак не могла отойти от вида лунного экзорциста.
"Это ведь точно он!"
Пояснения:
¹Золотой юноша и нефритовая/яшмовая дева - невинные юноши и девушки, служащие бессмертным. (金童玉女)
²Бай Учан - Белый дух, один из двух духов(белый и чёрный), забирающих души в царство мертвых. (白无常)
³Сишэн - Смертельный взгляд. (死神)
⁴Юэчи - Лунный омут. (月池)
⁵Таиться и терпеть — скрывая мысли (чувства) - Фразеологизм, терпеть свои несправедливость, молча терпеть. (隐忍)
⁶Белый лотос - Так говорят о праведных и невинных людях. Но в современности саркастично так же обозначают подлых и двуличных личностей. (白蓮花)
⁷Цянькунь нан - Безразмерная сумка, путешествующие заклинатели могли хранить там множество самых разных вещей;
часто изображают в виде маленького мешочка, внутри которого измененное пространство - 乾坤 - Единство (небо противоположностей земля, инь и ян); другое значение - нечестный приём, обманка. (乾坤囊)
⁸Извилистая дорожка ведет к тихому месту - О чарующей природе уединенных мест. (曲径通幽)
Источник идиомы: 常建《题破册寺后禅院》
⁹Цин/Циан - "Весенний", голубовато зелёный, бирюзовый цвет. (青)
¹⁰Чаньчжи - Китайский традиционный орнамент в виде сплетающихся веток растений и цветов. (缠枝)
¹¹Кунхоу - Древняя цитра с 5 - 25 струнами. Он является китайским старинным музыкальным инструментом и имеет длительную историю. Согласно историческим источникам, её история насчитывает более двух тысяч лет. В древности Кунхоу достаточно широко использовался в различных народных представлениях. Кунхоу завоевал себе популярность в эпоху правления династии Тан, поскольку часто использовался в качестве аккомпанемента для придворных певцов и танцоров. В дальнейшем он распространился среди простолюдинов, и превратился в ординарный инструмент для публичных концертов, ярмарок, различных народных торжеств и прочих событий. (箜篌)
¹²Мин Чуйлю (Имя) - Мин - Понимание, чистота, знание, превосходство - Чуйлю - Плакучая ива. (明垂柳)
¹³Ванфу (Название) - Процветание в счастье и благополучии. (旺福)
¹⁴Ванцайхэ (Название) - Процветание в богатстве и согласии. (旺财和)