26 апреля.
они выехали сразу. возможно, сейчас им удастся задержать максима куликова. дима поехал с бритни — на всякий случай, ради её безопасности.
высотка, роскошные машины во дворе. они поднялись на 23 этаж. квартира 125. дверь приоткрыта.
— тихо... — прошептал дима и шагнул первым.
— чисто!
— чисто!
в квартире никого. всё аккуратно. слишком. только на столе — фото бритни, снимки её машины, её дома, распечатки. страх пронёсся по телу.
— какого... — тихо выдохнула она, перебирая бумаги.
— что там? — дима подошёл ближе.
взгляд зацепился за листы, документы. всё — в улики. они собрали материалы и быстро уехали обратно в отдел.
— что им от меня нужно?! если хотят я им 10 миллионов заплачу! 20! — бритни нервно трясла ногой, не в силах сдерживать напряжение.
— им не нужны деньги. они хотят, чтобы ты боялась. чтобы ты ломалась изнутри.
она снова взглянула на найденные бумаги. взгляд застыл на дате — 26 апреля. и рядом — 22:00.
— твою мать... — прошептала она.
— сегодня 26 апреля. и они собираются действовать сегодня. в 22:00. по этому адресу. моему.
все напряглись. тишина стала гнетущей.
вдруг бритни заметила ещё одно фото — её отец. она сразу схватила телефон. один гудок. второй. он ответил. она выдохнула с облегчением.
— приезжай в отдел. срочно. — только это, и сбросила звонок.
отец приехал спустя полчаса. бритни сразу бросилась ему на шею, обняла крепко, будто это могло её защитить. через пару минут они уже посвятили его во всё происходящее.
— то есть, морозов хочет твоей смерти?.. — медленно переспросил отец.
— да. и не только он. соколов, куликов... помнишь максима куликова?
отец нахмурился и кивнул.
— конечно помню. как такого идиота забудешь. мне он сразу не нравился.
— смотри, что мы нашли у него в квартире. — бритни подала ему пачку бумаг.
отец пролистал пару листов. лицо побледнело.
— господи... они что, с ума сошли?..
— пап... пожалуйста, не уезжай сегодня домой. вдруг что-то случится... — голос дрогнул, в глазах блеснули слёзы.
— ну, ну... всё хорошо. — он обнял её, крепко, надёжно. — я с тобой.