точка невозврата.
бритни почти не двигалась. больница, белые стены, тишина — всё давило. делать было нечего, только ждать.
вечером в палату заглянули ребята. зашли гурьбой, тихо, но с улыбками.
— привет... рада вас видеть, — хрипло сказала она, приподнимаясь на подушке.
— как ты? — яна села на край кровати, аккуратно коснулась её плеча.
— нормально... жить буду. — бритни слабо усмехнулась. — как у вас?
— работаем, — пожал плечами даник. — но не могли не заглянуть. без тебя скучно.
на секунду повисла тишина, и егор, переглянувшись с остальными, сказал:
— так... все, кроме димы — на выход.
все с улыбками вышли, а дима сел рядом, молча взял её руку и поцеловал в пальцы.
— как ты?
— отвратительно, — выдохнула она. — и не потому что болит... рентген показал — с такой травмой я больше не смогу вернуться в полицию.
дима замер.
— стоп. серьёзно?
она кивнула и отвернулась к окну.
— эй... — он тихо коснулся её щеки. — посмотри на меня.
она медленно повернула голову. глаза блестели от слёз.
— ты найдёшь свою дорогу. я верю в тебя.
— я не хочу уходить... я так привязалась ко всем вам... к этой работе...
он крепко сжал её руку.
— я знаю. но ты справишься. ты сильная. — он снова поцеловал её руку. — а я рядом.
остальные узнали всё в последний момент — когда бритни, опираясь на костыль, собирала вещи. она попросила диму молчать, и он сдержал слово.
она повернулась к ребятам, на глаза наворачивались слёзы.
— пообещайте, что не забудете меня... я люблю вас всех.
в ответ — объятия. крепкие, настоящие.
— обещаем! — в один голос.
с тех пор дверь в участок для неё, как для сотрудника, была закрыта.
она поступила в университет. начала всё с нуля.
отношения с димой стали другими — теплее, ближе. она наконец поняла, что такое роскошь... и что такое долг.