Часть 5
Часть 5
Родители Алекса должны были уже вернуться. Как же мне не хотелось возвращаться домой. У меня был ещё всего один урок.
Прозвенел звонок, и я поспешила в другой корпус. Из-за неудобного расположения кабинетов я по понедельникам постоянно опаздывала. Ну, невозможно за пять минут преодолеть три корпуса, ещё когда тебе везде мешает пройти толпа в коридорах и медленное движение на лестницах.
Я вошла в четвёртый корпус и с облегчением вздохнула, понимая, что впервые не опаздываю на английский. Я прибавила темп, надеясь занять место получше для себя и Шерил, которая тоже постоянно опаздывала, вне зависимости от урока. Просто постоянно.
Я открыла дверь и тут же поняла, что ошиблась классом. Я была готова выйти, но меня задержала одна очень интересная картина. Я просто остолбенела. На последней парте, рядом с окном, сидел Алекс. Точнее он сидел на стуле, рядом с этой партой. А вот на самом столе сидела Эшли. Девушка громко хохотала, впрочем, как всегда. Её нога стояла на колене парня и она всем телом наклонилась вперёд, в то время как Алекс что-то шептал ей на ухо.
Сегодня утром мы с Алексом не упоминали вчерашний вечер, но и не избегали его. Просто тема не зашла. Но теперь я очень жалела, что мы не поговорили о том, что вчера произошло. Похоже, за ночь парень успел поменять своё мнение. Чего я так боялась...
Ну, конечно. Ведь я — это сплошные проблемы. У нас ведь всё равно ничего не выйдет. Его отец убьёт нас обоих, если узнает, в прямом и переносном смысле. А вот Эшли была просто идеальной. Её любил мистер Тёрнер, у неё идеальное тело и лицо, красивые светлые волосы и классный стиль. Не то, что я. У меня нет вкуса, не говоря уже о том, что у меня на лице огромный шрам.
Внутри меня снова поднялось странное чувство, которое меня раздражало и выводило из себя.
Прозвенел звонок, и я резко покинула класс. Как только я заняла своё место рядом с подругой, мне стало больно. Он ведь обещал! Мне хотелось схватить бутылку воды, что стояла у меня на столе и запустить её куда-нибудь в стену. Хотелось услышать, как разбивается не только моё сердце, но и стекло. Но вместо этого я спокойно достала телефон и медленно его разблокировала. К счастью, учителя ещё не было в классе.
— Шерил, ты не могла бы подвести меня домой? — спросила я, отправляя сообщение Алексу, что Шерил меня подвезёт.
— Прости, но я приехала со Скотом и после школы к нему, — девушка кинула на меня недоверчивый взгляд. — А почему ты не с братом?
— У него непредвиденные дела, — соврала я, убирая телефон.
Ну, и как мне теперь добираться домой? В одной машине с Тёрнером я точно не выдержу. Проще остаться в школе до завтра, но это уж точно не вариант.
— Я могу тебя подвести, — я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Питер специально наклонился через парту, чтобы напугать меня. Он часто так делал на прошлой неделе, когда сидел позади нас.
— Спасибо, — улыбнулась ему я.
Урок английского длился как никогда долго. Все что-то записывали, а я лишь рисовала какие-то непонятные неровные круги до тех пор, пока на моём листе не закончилось место. Профессор задала мне вопрос, который я даже не услышала, но Хейз толкнула меня в бок и пододвинула ко мне лист, на котором стоял ответ. Я сказала то, что там стояло, и меня на этот урок оставили в покое.
— С тобой всё в порядке? — поинтересовалась девушка, когда урок был окончен.
— Да. Просто болит голова, — опять соврала я.
— Ты плохо врёшь, но к сожалению, меня ждёт Скот. Иначе бы я тебя достала с расспросами. Если завтра будет то же самое, ты от меня никуда не денешься.
Мы вместе вышли из кабинета, а после я последовала за Питером на парковку.
— Кстати, та статья, что о вечеринке. То, что там стоит, это правда? — спросил он, занимая водительское сидение.
— Я не читала. Мне хватило фотографий, — ответила я и села в машину.
Внутри пахло новыми кожаными сидениями. Запах показался мне очень даже приятным. Но вот, нагревшаяся на солнце кожа, неприятно обжигала ноги и руки, но это было терпимо.
— Прости, я опаздывал и решил оставить машину на улице, чем три часа искать место внутри.
— Ничего.
С этой проблемой я была уже знакома. Алекс начинал выходить из себя, когда места в начале ему не доставались, и он ездил кругами, пока не находил одно свободное.
— Ты не захотела читать первую статью о себе? — удивился он, заводя машину.
— Нет. Мне не интересно, что обо мне думают другие.
Дальше мы перешли на более повседневные темы.
— Заедем на секунду, — качнул в сторону какого-то заведения парень. — Тими заболел. Я обещал захватить по дороге его любимый Лакли.
— Лакли? — удивилась я, пытаясь понять, что это такое.
— Это такой напиток. Я считаю его невкусным, а родители говорят, что в нём слишком много сахара. Поэтому ему его нельзя, но если родители не узнают, тогда можно.
— А Тими это?..
— Мой брат. Ему семь. Растёт настоящим чудовищем, — усмехнулся он, припарковывая машину возле заведения. — Я быстро. Подожди меня здесь, — он уже захлопнул за собой дверь, но через несколько секунд она снова распахнулась. — Может, ты тоже чего хочешь?
— Нет. Спасибо.
Парень вернулся через несколько минут с большим коричневым стаканом с трубочкой.
— Прости. Очередь.
— Тебя не было меньше пятнадцати минут.
— Запомни, всё, что длится дольше трёх минут, — это долго, — усмехнулся он.
— Нужно будет записать, — улыбнулась я.
После мы попали в пробку, что было для меня чем-то новым.
— Что же за день такой? — не выдержал парень. — Сейчас даже не час пик!
В пробке мы простояли полчаса. Мне не хотелось возвращаться домой, поэтому я была этому даже рада. Я ненормальная, знаю.
Когда я вошла в дом, было очень тихо. Подозрительно тихо. Неужели старшие ещё не приехали? Я решила воспользоваться шансом и как можно быстрее добралась до своей комнаты. Но как только я захлопнула за собой дверь, она тут же открылась, и за мной вошёл Алекс. Я даже запереть её не успела. Мне не хватило какой-то минуты!
Он прошагал на середину комнаты и уставился на меня своими разъярёнными голубыми глазами. Его тело было напряжено, а руки скрещены на груди:
— Как это понимать?
Я усмехнулась, обдумывая, что же я могу ему сказать. А как понимать то, что он опять тискался с Эшли?
— Как что понимать?
— Почему ты приехала на час позже, чем полагается на машине Питера? В сообщении ясно стояло, что ты поедешь с Шерил. Какого ты вообще с ней поехала?
— Я ошиблась классом перед последним уроком, — ответила я, чем заработала ничего непонимающий взгляд. — Эшли выглядела очень счастливой. Не уверена, что ты шептал ей на ухо о том, что вы расстаётесь!
— Ты не понимаешь... — начал он.
— Алекс, ты обещал... — мне срочно нужно что-то делать со свое психикой. Мои слёзы не могут литься, когда им вздумается. Но мои глаза уже были мокрыми, а голос стал таким тихим, что ещё чуть-чуть, и превратиться в шёпот.
— Клео, я держу обещание, — твёрдо сказал он и подошёл ко мне ближе. Я же сделала несколько шагов назад и он остановился.
— Между вами всё кончено?
— Межу нами всё кончено уже давно.
— Но ты её всё ещё не бросил? — я не понимала этого. Я не понимала его логики.
— Я должен сначала сказать отцу.
— А что если он не позволит тебе? Ты будешь слушать папочку? До конца своей жизни ты будешь плясать под его дудку, Алекс? — я хотела прокричать это, но парень резко прикрыл мой рот рукой.
— Родители дома, — объяснил он, а после, опустив руку, продолжил. — Мне плевать на его мнение. Он просто узнает первым, а после я сообщу об этом Эшли.
— Алекс, иди и не приходи, пока не сможешь мне сказать, что ты с ней порвал!
— Я сдержу обещание, — он взял меня за руку.
— Ты уже его не сдержал, — вырвав руку, прошептала я.
Ничего не ответив, он стёр слезинку с моей щеки и вышел из комнаты. Мне же оставалось только ждать. И ничего так не заполняет время, как несделанное домашнее задание.
Я слышала, как парень спустился на первый этаж, а после, как наверх поднялись уже две пары ног. Хлопнула дверь, что была напротив, в кабинет мистера Тёрнера.
Я знала, что он это сделает. Почему-то я всё ещё верила ему, из-за чего чувствовала себя очень глупо.
Через час снова послышались тяжёлые шаги. Я была уверена, что Алекс придёт ко мне, но он не вошёл. Поэтому я решила сама пойти к нему и узнать, как всё прошло. Он слишком долго разговаривал со своим отцом.
Я решила не стучаться, он никогда ко мне не стучится, и просто тихо вошла в его комнату, закрыв за собой дверь.
— Клео, прошу, уйди, пожалуйста! — послышался голос парня из-за открытой двери в ванную комнату.
Этого я никак не ожидала. Он снова меня прогоняет? Опять? Как он может? Это было слишком больно. Слышать то, как он сам прогоняет меня. То, как он настроен против меня. Он не хотел меня видеть. Опять.
— Опять? — дрожащим голосом спросила я.
— Уйди.
— Это последняя капля, Алекс. С меня хватит. Не приближайся ко мне больше! — я развернулась и набрала в лёгкие побольше воздуха. Ну, почему какой-то идиот причиняет мне боль?
Я взялась за ручку и потянула дверь на себя, но потом сильная рука захлопнула её обратно и развернула меня.
— Я ухожу, Алекс. Как ты и просил, — сказала я, но мой голос сломался на середине предложения, и договаривала я уже шёпотом. Парень же не сдвинулся с места, а лишь продолжал смотреть мне в глаза. — Отпусти меня.
— Ты ещё пожалеешь об этом, — сказал он. Я думала, что с этими словами он выставит меня за дверь, но он лишь сильнее сжал мою руку.
Я отвела взгляд в сторону, не в силах больше смотреть в его голубые глаза. Сначала я подумала, что мне показалось, но потом я поняла, что это не так. Я медленно подняла руку, чтобы коснуться его плеча, но Алекс успел её остановить.
— У тебя кровь? — встревоженно распахнула глаза я.
— Да, Клео. У меня кровь. И будет лучше, если ты просто развернёшься и спокойно покинешь эту комнату.
На его плече была видна открытая рана и она кровоточила. Но я видела лишь коротенькую её часть, продолжение было, похоже, на спине. Я посмотрела на его лицо и наткнулась на полные боли и решительности глаза. А его лоб вспотел и сейчас блестел на солнце.
— Развернись, — как можно спокойнее попросила я, но он отрицательно покачал головой. Мы какое-то время стояли молча, смотря друг другу в глаза, но после он все-таки развернулся.
Я резко втянула воздух:
— О Боже...
На его спине были две длинные полосы. Кровавые полосы. Они были просто ужасны. Также я заметила много шрамов. Очень много. Под лопатками красовался один небольшой свежий шрам. Его он получил совсем недавно. И я тут же вспомнила, как вошла к Алексу ровно неделю назад. Он прогнал меня так же, как и пытался это сделать сегодня.
Но как люди этого не замечают? Как я могла этого не заметить? Он постоянно ходил без рубашки, ну, почти постоянно.
— Тебя так отец? — это было единственное, что я смогла произнести.
Парень повернулся ко мне лицом и снова взял за руку:
— Да. Я уже привык. Не переживай. У него просто своеобразные методы воспитания.
— Это ужасно! Но как это ещё не раскрыли?
— Когда я был маленький, я скатился с лестницы, а после проехал спиной по гвоздям. Шрамы остались на всю жизнь. Когда мне исполнилось тринадцать, у отца появилась новая игрушка.
— Плеть?
— Да. Новые шрамы люди просто не замечают. Одним больше, одним меньше... — он ушёл в ванную, а после вернулся с небольшой коробкой в руках, которую поставил на стол. Он вытащил из неё какую-то мазь и снял крышку.
— Я тебе помогу, — я схватилась за круглую пластмассовую коробочку, но он её не отпустил.
— Не надо, Клео. Я справлюсь сам.
— Алекс... — я тоже не собиралась так просто отпускать коробочку. Всё же он сдался.
Мазь пахла травами и чем-то ещё. Она была густая и белая.
— Я уже продезинфицировал, поэтому просто намажь этой фигнёй и забинтуй.
— Мне так жаль. Если бы я знала, то...
— То что? — перебил меня он. — Я порву с Эшли. Я сдержу обещание, Клео.
— Но, Алекс...
— Он побьёт и перестанет. Он поймёт, что это не действует. Ну, или на моей спине ведь рано или поздно не останется места, и у меня будет пауза, пока раны не заживут.
— Алекс...
— Рано или поздно это должно было случиться. Это не твоя вина. Просто доверься мне. Клео... я выдержу.
— Алекс, я тоже выдержу.
— Что выдеражишь?
— Не бросай её.
Это было самым сложным и болезненным решением в моей жизни. Эти слова, словно клинок, вонзились мне в сердце, и я чуть ли не всхлипнула. Но я не должна плакать, иначе Алекс не согласиться. Я не выдержу, если буду знать, что ему приходится выносить такое из-за меня.
— А как же твоя мать? — осенило меня. Неужели она поддерживает то, что творит её муж.
— Она не знает. И никогда не узнает об этом.
Наверное, я могла его понять. Если он бьёт собственного сына, то почему бы не делать то же самое с женой?
Я закончила с его спиной и проверила, что бинты наложены туго. Ещё никогда ничего подобного не делала, но в этот раз справилась довольно хорошо. Новичкам везёт.
Алекс встал и отнёс коробку. Когда он вернулся, на нём была чёрная рубашка, из-под которой не были видны бинты. Я знала, что ему больно, но он не показывал этого.
Он подошёл и крепко обнял меня:
— Я сдержу обещание, Клео.
— Его невозможно сдержать. У меня слишком слабая психика, — и вот по моей щеке снова скатила слезинка... Что же такое-то?
— Я постараюсь.
— Алекс, пообещай мне лучше одно. Лишь одно.
— Конечно.
— Обещай, что будешь рядом.
— Обещаю.
Мы стояли посреди комнаты, что было довольно опасно. Был день, а от панорамных окон нас ничего не защищало. Но почему-то мне было на это наплевать. Я просто хотела остаться стоять здесь в его тёплых уютных объятьях и верить в его обещание, ведь звучал он так убедительно.
— Алекс, — произнесла я через несколько минут и почувствовала, как его тело тут же напряглось, будто он почувствовал опасность. — В тот раз Джейк хотел пойти поговорить со мной наедине... Не с тобой. Он тоже...
— Клео, всё будет хорошо. Он не притронется к тебе. Я прослежу за этим.