глава 8
Утро было слишком обычным, чтобы не настораживать.
Эля проснулась по будильнику, с той самой лёгкой тяжестью в груди, как будто тело уже знало —
сегодня всё поменяется.
Но разум, как всегда, игнорировал предупреждения.
На кухне было тепло.
Мама — за чашкой чая, телевизор бубнит новости.
Обычный завтрак, обычное "удачного дня".
Она стояла у зеркала, поправляя ворот тёмной водолазки.
Взгляд — холодный, собранный.
На губах — лёгкий блеск.
Внутри — холодная решимость.
Сегодня она не даст себя сломать.
Вообще.
Во дворе было шумно.
Кто-то играл в баскетбол прямо в куртках, кто-то переписывался мемами и сверял “что надеть в пятницу”.
Кая подбежала первая:
— Эй, ледышка, ты сегодня как бизнес-леди в аду.
Стильно. Угрожаешь.
— Ты как всегда — комментатор года, — усмехнулась Эля.
Аня и Каролина шли следом.
У них в руках — кофе в пластиковых стаканах, шуршание пакетов, обсуждение, кто что докупит на вечер.
— Мы реально как четыре апостола перед апокалипсисом, — буркнула Аня. —Завтра начнётся.
— Завтра — завтра, — кивнула Эля. —А сегодня я собираюсь выжить.
На третьем уроке — литературе — всё началось.
Эля открыла рюкзак.
Обычный жест. Простой.
Но тетради с сочинением не было.
Она замерла,пролистала снова.
Вынула всё.
Нет.
«Стоп… она была у меня… я писала ночью… я клала её в рюкзак. Я точно…»
— Всё в порядке? — наклонилась Каролина.
— Ты выглядишь как будто увидела призрака.
— Пропала тетрадь.
Сочинение по лирике Цветаевой. Полностью.
С заметками. Очень личными.
— Ты уверена, что брала её с собой?
Эля молча кивнула.
Она не просто была уверена. Она это чувствовала.
Это — не забывчивость.
Это — что-то другое.
Они сидели в кабинете литературы.
Кто-то листал тетради, кто-то обсуждал завтра.
Учитель отошла, оставив задание — анализ лирики по выбору.
И тут вдруг, как ни в чём не бывало, один из парней с задней парты — тот самый, который всё время с Даноном —
разворачивает тетрадь.
И громко начинает читать:
— "Когда ты не любим, ты не исчезаешь — ты становишься куском воздуха. Прозрачным, но всё ещё живым. Ты ходишь по школе, как по клетке, а в голове только один вопрос — ты вообще существуешь для него?"
Тишина.
Жгучая. Смертельная.
— "Он даже не смотрит. Но ты чувствуешь, как тянет к нему. К тому, кто для всех — король. А для тебя — слабость."
Кто-то захихикал. Кто-то обернулся.
Аня подскочила:
— Эй, что ты делаешь?
— Тетрадь на полу валялась. Я подумал — можно зачитать. Глубоко же, а?
Эля не могла дышать.
Щёки горели,голова гудела.
В глазах — злость, стыд, отчаяние.
И тогда, как в замедленном кадре, она обернулась…
И увидела его.
Данон.
Сидел в углу,нога на ногу.
Спокойный, как будто ни при чём.
Но…уголок губ — чуть поднят.
Глаза — ледяные, наблюдающие.
Он знал. Он всё устроил.
Она медленно встала.
Подошла.
Забрала тетрадь.
— Кто дал тебе право? — сказала она тому парню. Голос дрожал, но не ломался.
— Она просто лежала…
— Это личное. Это было не для всех.
— И если ты не видишь разницы — то жаль тебя.
Урок закончился
Эля стояла у окна, держа тетрадь прижатой к груди.
Подошёл Лёша.
Серьёзный.
— Это он?
— Угадай с одного раза.
— Эля… ты в порядке?
— Нет.
Но я не собираюсь плакать.
Я собираюсь подняться. И ударить обратно.
Он молча кивнул.
А в коридоре, уходя с группой,
Данон на секунду обернулся.
Встретился с её взглядом.
И подмигнул.
Вечер.
Она смотрела в зеркало.
Тень от лампы ложилась на лицо — делая его более острым, более взрослым.
Никакой девочки.
На ней — чёрный топ с открытой линией плеч, брюки с высокой талией и массивные серьги.
Губы — вишнёвые, взгляд —острый.
Телефон завибрировал:
Аня:
Мы выходим. Собирайся, королева ада.
Кая:
Только без убийств. Сегодня просто ослепляй.
Каролина:
Подозрительно молчишь. Ты затаила бурю?
Эля улыбнулась.
Медленно,холодно.
Она уже знала, что сделает, если появится шанс.
Но сегодня — не нападение.
Сегодня — наблюдение.
А завтра — возмездие.
Такси мчало по вечернему городу.
Лучи фонарей тянулись в окна, как тени.
В машине играла тихая музыка.
Каролина подпевала, Аня наносила блеск на губы.
Кая молча глядела в окно, пока вдруг не сказала:
— Он думает, ты сломалась.
— Пусть думает, — ответила Эля.
Голос — спокойный.
Слишком спокойный.
— Ты выглядишь так, будто сейчас выйдешь и сожжёшь дачу, — подметила Каро.
— У меня нет зажигалки.
Но есть идеи.
Они рассмеялись, но смех был напряжённый.
Все чувствовали: что-то будет.
Свет.
Музыка.
Толпа старших.
Данон — уже внутри.
Он стоял у колонки, с бутылкой воды в руке,
вокруг — Лёша, Парадеич, Илья.
Все развернулись, когда вошли они.
Эля — как статуя. Ледяная, сильная.
Кая — в белом топе, как вызов.
Аня — с серьгами до плеч, как актриса перед сценой.
Каролина — с дерзкой причёской и взглядом “только попробуй”.
Данон на секунду прикусил губу.
Глаза — в упор на Элю.
Ни слова,ни улыбки,только холод.
— Начинается, — шепнула Каролина.
— Он не ожидал, что ты придёшь.
— Он вообще мало чего ожидает, — отозвалась Эля.
Дом гудел.
Колонки били в грудную клетку, будто сердце стучало не внутри, а снаружи.
На кухне — свет, смех, бутылки.
В зале — танцы, фоном дым от вейпов, запах парфюма и энергетиков.
Эля стояла у стены.
Пока — в стороне.
— Ну и как ощущения, Мисс Месть? — подошёл Лёша, протягивая стакан с колой.
— Приятно знать, что кто-то всё ещё на моей стороне, — она приняла стакан, но не отпила.
— Я не “на стороне”. Я просто рядом, — сказал он, в упор глядя ей в глаза.
— А это иногда важнее.
Что-то дрогнуло внутри. Совсем чуть-чуть. Как будто его голос отогнал гул.
Он был как точка опоры.
В другой комнате:
— Кая! — Саша буквально подлетел, вырываясь из толпы.
— Привет, леденец. Белый топ тебе к лицу. Чуть не ослеп.
— А ты всё такой же — с белой башкой и голубыми глазами,
но всё равно —тупой.
— Прямо в сердце, как всегда, — он усмехнулся.
— Ты пришла, чтобы опять бросаться остроумием?
— Нет, чтобы не сойти с ума от скуки.
— А ты — как дешёвый спецэффект. Яркий, но бесполезный.
Он сделал шаг ближе:
— А ты — как ядерный взрыв. Невозможно забыть, даже если очень хочется.
Она на секунду растерялась.
И быстро развернулась, бросив через плечо:
— Не заигрывайся.
Он смотрел ей вслед, и в глазах — не насмешка.
Интерес.
______
Леша ушел, Эля осталась одна.
Наедине сама с собой.
— Эля, — раздался голос Данона за спиной.
Тихий,спокойный.
Но она вздрогнула.
Она обернулась — он стоял близко.
Слишком близко.
— Ты храбрая. Пришла.
После утреннего шоу — я бы не удивился, если бы ты осталась дома.
— Я не играю в прятки, — отрезала она.
Он приблизился ещё ближе. Его рука скользнула по её спине —
не ласково. Владеюще.
А потом, чуть склонив голову к уху:
— Только знай, Эля…
Это ещё не конец.
Я только начал.
Она посмотрела на него.
Спокойно.
— А я думала, ты уже выдохся.
— Ты ещё не видела, на что я способен.
Он улыбнулся.
И ушёл в толпу.
Лёгкий след его духов остался в воздухе — и внутри неё — холод.
«Хорошо. Ты начал.
Теперь — моя очередь.» — пронеслось в голове.
Каролина первая заметила, как Эля сжала стакан:
— Так, хватит,сначала — еда.
— В кухню её! Она бледная!
Кая взяла Элю под локоть, Аня — за руку:
— Нам нужна ты в форме, Эль.
— Ведьмы не колдуют на голодный желудок.
На кухне уже кто-то пытался приготовить “закуски” — точнее, бросал чипсы в миску, как попало.
Каролина тут же оттеснила всех и взялась за дело:
— Отойдите, дилетанты. Я буду кормить свою армию.
— Надеюсь, ты не про скотч и сыр, — скептически заметила Кая.
— Нет. Про вот это, — Каролина достала из рюкзака…
банку нутеллы, пачку хлебцев, банан и нож.
— Сейчас будет десерт “на сломанную гордость”.
— Лучше назови “месть на тосте”, — подмигнула Аня.
Пока Каролина мазала нутеллу с точностью хирурга,
Кая и Аня устроили мини-баттл:
кто лучше пародирует учителя по истории.
— “Дети, история — это не о прошлом, это о вашем поведении на переменах!” — воскликнула Аня.
— “Если вы и дальше будете вести себя, как варвары, я вас в Рим отправлю!” — кривлялась Кая.
Эля не выдержала и рассмеялась.
— Господи, вы вообще адекватны?..
— Нет, — с гордостью хором сказали все трое.
Каролина протянула ей тост:
— Съешь. И поклянись:
ни одна слезинка — не без причины,
ни одна слабость — не без драки.
Эля взяла. Откусила.
Сладко, мягко, тепло.
— Клянусь, — сказала она тихо.
И в этот момент — её лицо озарилось.
Смех, чуть дрожащий, но живой.
Настоящий.
она уже снова была собой.
_____________
Как вам?