Фальшивая невеста

Всё еще помню как в дом зашла та девушка которую зовут Анастейша и начала возмущаться и злиться на Еттвуда. Она была старше меня, более статная, и грудь у нее больше. Конечно, у меня тоже не маленькая грудь, но все же. Тем более она точно в вкусе Еттвуда. 6 лет назад, он мне сказал что я не красивая, и не в его вкусе, в его вкусе рыжие, такие как она, а когда она вышла с ним с его кабинета, где они закрылись на минут 20, у него на губах была помада. Она его целовала. а может было что-то больше, но про это думать не хотела.

***

4 дня назад.

—Анабель! Это не нормально что твой будущий муж закрылся в своем кабинете с девушкой на которой обещал жениться! —шипит мне Моника, и я это понимаю. Но я ведь не скажу что у нас будет ненастоящий брак.
—Я ему доверяю.— говорю я, а на глазах наворачиваются слёзы. Ну почему он так поступает со мной? Нельзя было сделать это когда дома никого не было. Он пошел утешать другую. А со мной так никогда не будет. Пока Моника читала мне нотации, я летала в своих мыслях. И тогда я увидела то что надломало во мне что-то.
Я увидела как у Еттвуда взъерошенные волосы и он точно трахался с ней, у нее немного растерта помада, а у наго красные губы от ее помады. Это было больно и неприятно. Почему?. Ну мог же это сделать тайно, нет надо всем, и в том числе мне показывать что я тряпка, и что об меня можно вытирать ноги. В глазах у меня появились слезы, но я взяла эмоции под контроль, и чтобы не случилось я не выдам свои эмоции. Я сильная. Я смотрела в его глаза и видела что он читает меня как книгу, и смысла скрывать от него эмоции не было. Я была безумно зла на ту красивую женщину, но больше всего, я была зла на Еттвуда. Он меня предал таким маленьким способом, а ведь не прошло и недели, с того момента как мы заручились. В его глазах читалось сожаления, и дерзость. Хорошо. Поиграем. Я не та об которую можно вытирать ноги. Мы ушли с дома оставив Еттвуда одного, а Моника говорила что не тому человеку я доверилась.
—Закроем тему. — строго сказала я, и мы вместе с Лаурой, начали планировать свадьбу, пока Дерек не сказал ни слова об этой ситуации видя что я не хочу про это говорить. И я была ему благодарна за это.

***

Наше время. 24 июня.

Я стою перед зеркалом в свадебном платье, пытаясь выкинуть с головы плохие мысли. Осматриваю себя и улыбаюсь отражению. Сегодня я должна быть как всегда лучшая.

—Милая Sister. Можно к тебе?— слышу голос Джулии, и улыбаюсь. Настроение сразу же улучшается.
—Конечно!
—Мы тут с твоей племянницей решили поздравить тётю. Правда Эмма? — заходит Джулия в платье подружки невесты. Все имеют сиреневое платье, так как это мой любимый цвет, а на ее руках маленькая Эмма, ее дочь. Она тоже в маленьком сиреневом платье.
—Вы пришли!— с радостью говорю я и подбегаю к своей племяннице. Беру ее на ручки и кружу.
—Ты класивая сегодня— детским голосом говорит та. Как и ее мама "р" выговаривать она не может, и место "р" говорит "л".
—Но ты красивее— смеюсь я.

—Там мама и... отец. Они здесь. Я надеюсь ты знаешь что делаешь —с грустью произносит Джулия.
—Я уже сама не знаю правильно ли делаю . — грустно говорю я, и смотрю в карие глазки маленькой Эммы. Ей два года. Но говорит она уже прекрасно!
—Мы пойдем, и помни, даже если я не рядом, я всегда с тобой. Удачи! И будь счастлива с ним. Раз даже родной отец не смог сделать тебя счастливой, пусть сделает это Маркус. Он хороший, и любит тебя. А если нет, то точно влюбиться. Я уверена. Перед тобой невозможно устоять. Мы пошли, потому что Эмма не успела все попробовать. Да, детка?— обращается она к девочки которая разгадывала мое платье.
—Ты как плинцесса в этом платье, а дядя Малкус как принц, мы его видели уже. Да мама?— Джулия кивает и Эмма гордо поднимает подбородок вверх. —Когда я вылосту, я буду как тётя Бель. Ты и плавда похожа на плинцессу Бель. Но вот дядя Малкус сов семь не чудовище. Ты его уже поцеловала правда? Поэтому он стал принцем?— заинтересованно спрашивает Эмма.
—Это секрет— шепчу я, и она обиженно надув губки ушла с мамой, и тут за ними заходит отец, и я делаю шаг назад.
—Ты опозорила меня, мою семью, и мое имя, дрянь. И сегодня я должен быть в Италии, чтобы смотреть на предательницу.— шипит он приближаясь ко мне. Я отхожу назад пока не врезаюсь в стену.
—Ты, сука никогда не была послушной шавкой, и Анабелла, если ты скажешь "да" на церемонии это будет последнее что ты скажешь.
— Нахрен ты тогда пришел сюда? А? Я тебя не звала! И блять не называй меня Анабелла, я не она! И я скажу "да", потому что люблю и уважаю его(вранье), в отличие от тебя, сукин ты сын. — первый раз когда я обозвала, сказала гадость, и повысила тон на него. Он опешил. Но сразу же среагировал и замахнулся и ударил меня. Чего я не ожидала, так это того что он ударит меня. Меня никто, никогда не бил.
— Как ты сука со мной разговариваешь, — кровь хлынула с носа, и я принялась за салфетку которая была возле меня, чтобы не испортить макияж и платье. —Что теперь тварь? Не такая умная ты оказалась, да?—я осела на пол и пыталась успокоить себя чтобы не пролить слёзы. Все хорошо. Спокойствие это ключ от двери которая мне нужна.

Я так говорю с детства, но, он ударил меня в живот да, так больно, что дыхание перехватило. Он замахнулся чтобы ударить меня снова, и я зажмурилась, но удара не последовало, следующее что я услышала, это его крик и увидела Маркуса. Он вывернул ему руку и свирепым голосом сказал:
—Не смей, никогда, бить или причинять боль людям которые мне дороги. Ты замахнулся на мою будущую жену, на Анабель Еттвуд. И ты поплатишься за это— он попытался замахнуться на Еттвуда, но мой жених был сильнее, поэтому тот бросил его на пол, и пару раз пнул ногой ему в живот, он скривился но не издал не звука. Свалил нахрен. Сейчас она приведет себя в порядок, ты отведешь ее к алтарю и свалишь навсегда из нашей жизни. А нет, ты сделаешь еще одну вещь. За тобой будет следить охрана, чтобы ты не свалил. А сейчас свали с моих глаз— шипит он, и на удивление мой отец быстро кивнул несколько раз, кинул на меня последний полный ненависти взгляд, и с помятым пиджаком и с разбитой губой выбежал с комнаты, громко хлопнув дверью, да так , что та еле удержалась. Маркус выругался и сел передо мной на колени.

—Как ты?— спрашивает он с беспокойством оглядывая меня.
—Благодаря тебе лучше. Спасибо что помог.— улыбнулась я удивляясь что ни разу не заплакала. Кровь с носа остановилась и Маркус помог мне подняться. Я поправила макияж и прическу, после кивнула ему.

—Готова?— я кивнула и в комнату вошел отец. Маркус что-то шепнул ему и ушел, отец не сказав ничего взял меня под руку, и начал выводить меня с комнаты. Мы вышли, и оставалась последняя дверь. Я сделала большой вдох и двери открылись и начала играть музыка, Маркус уже стоял там. Справа возле него был Луис, насколько я помню это его лучший друг, и слева Моника. Было много людей который я не знаю и было много моих знакомых.
Мы подошли к алтарю и папа посмотрев убийственным взглядом на Маркуса, передал ему мою руку, и ничего не сказав развернулся и ушёл. Когда отец скрывается за той дверью из которой мы вышли, я оборачиваюсь и смотрю на Маркуса. Он буквально пожирает меня взглядом. Ему определенно нравиться то что он видит перед собой, когда меня ударил мой отец, у него не было времени разглядеть меня. Но сейчас ему предстояла такая возможность, и он не тратит не мгновения, чтобы разглядеть каждый мой глубокий вырез, мою грудь, ноги которые выглядывают с под платья.

—Ты прекрасна. Я рад что ты здесь — шепчет он, так чтобы это услышала только я .
Я ему благодарно киваю, не только за комплименты, а за то что он дарит мне свободу.

—И так, вы готовы? — спрашивает священник, и мы киваем поворачиваясь друг к другу. Он начинает свою нудную речь пока я даже не слушаю его. Я обдумываю слова отца. Я могу все еще отказаться. Терпеть постоянно унижение и смотреть что Маркус и Анастейша были замечены в отелях, при том что Анабель сидит дома, я была не готова. Это сильно пострадает на мою репутацию.

—И так, Маркус Еттвуд, готов ли ты взять в жены Анабель Стоун, быть с ней вместе до кона своих дней, быть верным ей, любить ее, уважать и ценить? — спрашивает священник и Еттвуд кивает.

—Да. Я клянусь что буду оберегать тебя, ценить больше всех в жизни, буду оставаться верен только тебе, и я никогда не отпущу тебя— эти слова дались ему не легко, но он сказал мне их, все также смотря в глаза.

—Анабель Стоун, готовы ли вы взять в мужья Маркуса Еттвуда, быть верной ем, уважать и ценить, любить и в горе и в счастье, и в бедности и в радости?

—Нет— резко говорю я и все в том числе и Маркус смотрят на меня удивленно, а отец который самый в конце смотрит с гордостью.
—Вы.. не согласны?— переспрашивает священник и Маркус отходит от шока и взамен шока приходит гнев. Его глаза так и говорят "помни про договор".

—Нет-нет, не в том смысле, я в бедности не согласна, а так да, я согласна выйти за тебя Маркус— все начинают смеяться, а я улыбаюсь Маркусу который только что пережил возможно 2 инфаркта.

—Я убью тебя— шепчет он.
—И так, данной властью мне, объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловаться.
—я смотрю на Еттвуда, но не шевелюсь, конечно у меня был жених, с которым у нас не было полового акта, но мы были близко, и конечно же я не первый раз буду целоваться, но страх окутывает меня, потому что я буду впервые целовать Маркуса Еттвуда! Но видя мою отстраненную реакцию он делает шаг ближе, и мне приходиться встать на носочки чтобы поцеловать его, мои губы соприкасаются с его губами, и сквозь меня проходят новая буря эмоций. Язык просовывается сквозь мои губы, и он немного прикусывает моя губу. Между нами проходит страсть и когда, шум гостей со словами "Горько" прекращается и мы отходим друг от друга на шаг, моя помада осталась на его губах, как было это с Анастейшей, и я горько усмехаюсь. Мои губы все еще болели, и очень хотели продолжение, но я заставила себя не думать об этом.

—Только поженились и уже не могут сдерживаться, — смеётся Луис, но Маркус бросает на него жестокий взгляд, и он затыкается пока я заливаюсь красными красками, к нам подходят гости поздравляют, и ко мне подошла мама, вид у нее был грустный. Она смотрит на мою губу которая разбилась когда меня ударил отец, и смотрит на меня с сожалением, как будто знает что произошло.
—Он тебя ударил? — спрашивает та чуть ли не крича от истерики, ее губа дрожит, и я понимаю что она очень близка к истерики.
—Нет! Маркус меня никогда в жизни не ударит, он меня не..— она меня перебывает заглядывая мне в глаза, и мне кажется что она читает меня, как открытую книгу.
—Я говорю не про него. Я уверена что Маркус хороший. Я тебя благословляю детка, и очень тебя люблю, я скоро умру поэтому скажи, твой отец тебя бил?

—Да, он меня ударил. И в каком смысле ты умрешь, мама!— она целует меня в щеку, потом подходит к Маркусу, и обнимает его, и что-то шепчет.
—Это мой вам подарок— она вручает мне коробку, и говорить что объяснят мне все по телефону. Подходит бабушка Маркуса, и целует нас говоря что главное чтобы мы были счастливы, и она рада что именно я жена Маркуса, а не кто-то другой.
—Это возмутительно! Традиции про стоны невесты я запретила. Это уже ваше личное. Но с кровавыми простынями я ничего не смогла сделать— с сожалением шепчет Анна.
—Не переживай ба, мы все решим. — подмигивает ей Еттвуд, и мне уже страшно подумать на что способны они вместе. Бабушка и внук.
— Сделайте мне правнуков, я верю в тебя внучок, а тебе Анабелла, желаю удачи, знаю Еттвудов, завтра ходить ты не сможешь.—хихикая бабушка Маркуса уходит, а я краснею.

—Теперь мне жаль что ты не моя настоящая жена, потому что все что сказала бабушка было бы правдой.
—Я уже хочу развода— со стоном говорю я и падаю на стул.

Проходя мимо гостей я вижу семью Маркуса, но встречаться с ними я не хочу, поэтому разворачиваясь я натыкаюсь на чию-то мужскую грудь.
—Простите пожалуйста — шепчу я, и поднимаю взгляд, я вижу перед собой Оливера. Сводного брата Еттвуда.

—Переживу принцесса. Я думал что Маркус жениться на Анастейше— меня передёргивает от ее имени, и я отвожу взгляд в сторону думая о чем-то позитивном. —Ты очень красивая, но вот только жаль, что это красота досталась ему, — он наклонился и поцеловал меня в щеку, но возле нас сразу же появляется Маркус. Он ведь не был здесь когда Оливер говорил мне эти слова.

—Правильно,, эта красивая принцесса досталась мне, поэтому свали нахрен отсюда, пока я тебя не пристрелил. И на ком я женюсь касается только меня. Это был последний раз когда ты касался моей жены.— он все же был здесь. Как только я его не увидела.

—Посмотрим,— с вызовом бросает Оливер, и разворачиваясь уходит. От Еттвуда исходит злость, его глаза горят негодованием, но лицо у него было, такое как будто он только что не хотел убить Оливера за то что он меня коснулся.

—Не говори с ним больше— рычит он, и уходит к гостям. Он.. ревновал?.. Нет, конечно нет. Ему все равно на меня.

После этого мы с ним не говорили и не пересекались аж до самого вечера. Это все время я пробыла с Моникой, Джулией, Дереком и Лианой. Она все таки пришла. Я рада.

Через пару часов мучений нас гости провели к спальне и ушли.

—И.. как поступим?— с хрипом произнесла я.
—У меня есть маленький план, — сразу после его слов кто-то стучит в дверь, и я дергаюсь от страха.
—Входите. — и в комнату входят двое накачанных мужчин, вместе с... моим отцом?
—Зачем я нужен здесь?— спрашивает он, с некой ненавистью. Но на меня он не смотрит.
—Твоя дочь не готова к половому акту, поэтому ты поможешь нам.
—А че? Она уже не такая чистая? Ее уже кто-то трахнул? Эта шлюха уже попорченный товар? Или это ты ее уже проработал?—со смехом спрашивает отец, и мне стает грустно, что я любила и защищала его, когда он был недостоин этого. Маркус накинулся на отца, и начал избивать его.
—Прекрати! Эй! Прошу тебя! Ну же! Не стойте, остановите его, он убьет его!— кричу я охране но они не сдвинулись с места.

—Я приказываю, я официально его жена, и вы обязаны мне подчиняться!— шиплю я убийственным голосом и они наконец-то отрывают Маркуса, от моего отца.
—Я тебе говорил, что ты не имеешь право так разговаривать с моей уже официально женой. А теперь вышли.— охрана сразу же подчинилась, и Маркус вытащил нож с комода, и медленной походкой, как дикий зверь, начало подходить к отцу. Глаза отца забегали по комнате, и его руки задрожали от страха. Какой же он жалкий..

—Дай руку— тот сразу же слушается его и он приносит лезвие ближе к его руки и наклоняет над простыней. —Это за то что ударил то, что принадлежит мне.—он разрезает его ладонь, и отец кричит так, что я поняла, лезвие дошло до кости и Маркус вдавил нож сильнее, и отец опять громко завыл, кровь начала ручьём литься с его руки, и Еттвуд оттолкнул его,—А теперь свали с моей территории навсегда. И если я увижу тебя, или твоих людей на моей территории, ты пожалеешь не только что оказался здесь, а и то что родился. А теперь свали нахрен.—шипит он, и отец будто по щелчку пальцу исчезает.

—Зачем ты это сделал— все еще шокированная тем что произошло, я сажусь на пол смотря, на капли крови на полу.
—А ты хотела спать со мной?— я отрицательно машу головой— жаль, но поэтому мне пришлось это сделать. И я должен был проучить его. Он не имел право бить тебя.

— Почему ты так поступил со мной?— шепчу я с грустью?
—Как? Я ведь ничего не сделал.
—Тогда когда пришла та девушка, ты меня опозорил перед моими друзьями. Ты с ней целовался и может и... трахался. — с грустью смотрю в его холодные и безразличные глаза.
—Bella, я напоминаю, ты моя фальшивая жена. И я могу трахаться с кем захочу, целоваться и все остальное. То же самое.. можешь и ты делать. И нам должно быть все равно.

—Но ведь..— шепчу я, но он меня перебил.
— Я всё сказал Bella, закроем тему— я хотела продолжить говорить, но он был прав. Поэтому мы начали говорить дальше, но уже не про это. Мы говорили про всё что приходило нам в голову, про погоду, любимые места, люди, жизнь, планы. И так продолжалось до самого утра. Я все еще была оскорбленной тем что он так поступает со мной, но решила больше не упоминать о той девушке.

С утра мы вышли с комнаты и передали простынь, отцу Еттвуда. Он как-то странно посмотрел на нас, а потом сказал:
—Теперь выбирайте место для свадебного путешествия....