Директор Чон?

Перед работой, Тэхен решил заскочить к Джину, ибо давненько не виделись. Созванивались и переписывались, да. Но вместе не собирались.

А Джин все время дразнился, говоря, что у него есть прекрасная новость, но не по телефону. Соблазн велик, поэтому Тэ встал на 2 часа раньше, чтобы пообщаться с хёном.

Омеги сидят за столиком и, попивая горячий кофе, обсуждают всякие мелочи, так как старший сказал: "самое сладкое на потом" и все это сопровождалось коварной и игривой улыбочкой.

- Хен. Ну колись уже. Что там такого произошло? - сгорая от любопытства, нетерпеливо говорит Тэ.

- Ла-адно. Вобщем. Джун предложил мне встречаться - на одном дыхание проговорил Сокджин.

- Ну а ты что?

- А что я? - изогнул бровь старший.

- Только не говори, что отказался.

- Та нет же - отмахнулся омега - Я согласился. Это было лучшее свидание и признание в моей жизни - улыбаясь, пропел.

- Хе-ен поздравляю-ю! - начал пищать от радости младший, стискивая Кима в своих руках. Он был безумно счастлив за друга.

- Задушишь ведь - звонко смеясь, наиграно злился Джин.

Как только Тэхен ослабил хватку, то раздалась приятная музыка, звонящего телефона. Звонили Джину. Как только омега увидел кто звонит, немедленно поднял трубку.

- Алло, Джин-хен. ТэТэ с тобой?

- Привет, Чимин~и. Да Тэша здесь - переключив на видеозвонок, сказал Сок.

- Привет, Чим - поздоровался Тэ.

- Ребят, у меня тут такое произошло. Короче. Юнги сделал мне предложение! - показывая кольцо, взвизгнул Пак.

- А-А-А-А, ПОЗДРАВЛЯЕМ! - дружно визжали омеги. После заливаясь хохотом.

- Так так так. Ну и когда свадьба? А племянники будут? - хором закидывали подобными вопросами Чимина. А Пак, закатывая глаза, говорил: "потом расскажу". И отключился, ведь Мин уже волнуется за свое сокровище, интересуясь не утонул ли он там в ванной.

Так Кимы продолжали обсуждать все сказанное Чимином. Омеги даже на сайтах полазили в поисках свадебных костюмов и обручальных колец. Отправляя некоторые фотки Чиму.

Так бы продолжалось сутки на пролет, если бы не будильник, оповещающий о том, что пора на работу. Хотя так не хотелось.

Уже в своем кабинете, Тэ начал сверять статистику доходов и убытков, выискивая ошибки. И они нашлись.

Киму потребовалось не так много времени, чтобы вычислить вора и украденную сумму, которая оказалась довольно круглой.

Оперативно собрав доказательства махинаций одного из сотрудников тех. отдела, омега направился к директору, сообщить о воровстве.

Со стуком войдя в чужой кабинет, омега затараторил:

- Директор Чон! Я нашел несостыковки в бухгалтерии. Все тщательно изучив, я выявил вора. Это У Сон Ки из тех. отдела. Он выводил деньги фирмы через подставные лица. Вот документы - открыв папку и вытащив бумаги, Тэ указал пальцем где читать.

А Гук вместо того, чтобы взять и нормально прочитать, встал сзади омеги, поставив руки по бокам на стол. При этом упираясь бедрами в ягодицы Тэхена.

Чонгук начал читать текст, совсем не вникая в смысл содержимого, ведь вишневый дурман полностью перекрыл путь кислороду, заполняя легкие собой.

А Тэхен стоит весь напряженный, даже пошевелиться боится. Его тоже окутал феромон альфы, заставляя жадно втягивать в себя запах шоколада.

Чон уже совсем забыл про бумаги, воровство и самого вора, ведь рядом, совсем близко находился его омега. Альфа продолжал глубоко дышать, пытаясь насытиться, заполнить себя целиком и полностью, ярким ароматом вишни, что только усиливался.

Он приблизился ближе к чувствительной коже на шеи Тэхёна, не сдерживаясь, решает попробовать ее на вкус.

А омега полностью теряется от пьянящего аромата горького шоколада. Позволяет прижаться ближе к себе, оставлять невесомые поцелуи нежных губ, позволяет всё и даже больше.

А Чон, поднимаясь поцелуями выше до линии челюсти, разворачивает Тэ лицом к себе. И наконец пробует эти долгожданные, мягкие, словно вата, губы.

Альфа целует трепетно, смакуя, пробуя на вкус. Не может оторваться, так понравился их вкус, теплота и мягкость.

А Ким лишь неумело пытается ответить. Выходит неуклюже, но довольно мило, что не скрылось от Гука. Ему нравится неопытность Тэхена. И от осознания того, что он первый касается этих губ, на душе становится тепло.

Невинный поцелуй перерастает в нечто большие. Чонгук усаживает омегу на стол, вставая меж раздвинутых ножек.

Альфа немного отстранился, чтобы взглянуть в глаза, и пытается прочесть эмоции, которые испытывает Тэ. Но не может. Что-то непонятное там отражалось, что-то невиданное, незнакомое Чону.

А вот Ким видит желание, смятение и долю нежности. Тэхен собирается что-то сказать, но ему не позволяют чужие губы на шеи и ключицах, что целуют уже не нежно и трепетно, а напористо и немного пособственнически. Омега издает глухой стон.

Гук ухмыляется такой реакции, начиная постепенно избавляться от не нужной на данный момент одежды. Сначала слетает омежья рубашка, оголяя хрупкий и невинный торс Тэ.

Следом за ней, летит и футболка старшего, позволяя рассмотреть накаченную и крепкую мускулатуру альфы. Тэхен только смотрит, боится притронуться, но чужая рука, схватив его, проводит по ярко выраженному прессу.

Чон убирает свою ладонь, позволяя Киму самому ознакомиться. А сам в это время наслаждается прикосновениями бархатной кожи.

Вскоре альфа не выдерживает и стягивает облигающие джинсы с аппетитных бедер и стройных ножек. Младший остается лишь в одном кружевном белье.

Тэ смущается, до этого его никто не видел, считай, обнажённым. Поэтому старается прикрыть вставший член руками. За что получает по ним же, а затем и укус в плечо.

Гук пальцами цепляет кромку трусиков и тянет вниз, снимая. Снова припадает к губам омеги, при этом поглаживает пальцем вокруг анала, начиная проталкивать палец в узкую дырочку, заранее его смачив слюной, хотя природной смазки Тэхена было бы вполне достаточно.

Тэхен шипит и цепляется в плечи альфы коротенькими ногтями. Чон начинает двигать пальцем, спустя время добавляя второй, доставляя дискомфорт младшему, на что он прикусывает губы, а в глазах собирается влага.

Гук, стараясь облегчить боль, целует личико напротив, чувствуя соленую влагу на щеках. Альфа раздвигает пальцы как ножницы, разрабатывая нутро омеги.

Добавляет третий палец, чувствуя, что Тэхен начинает сам насаживаться, вытаскивает пальцы, заменяя их своим членом.

- Агх, как в тебе узко - хрипит альфа, ведь стенки неприятно сжимали орган, принося боль.

Он вошел резко и до основания, выбивая болезненный стон омеги. Гук останавливается, давая Киму привыкнуть. Тэхен не хочет ждать, поэтому несмотря на боль, двигается на встречу альфе.

Тэ стонет, когда Чон начинает понемногу двигаться, задевая комок нервов внутри. Тогда у альфы срывает крышу и он продолжает вбиваться в омегу под определённым углом, доставляя удовольствие и себе и Тэхену.

- Ах-х.. мха-а... б-быстрее а-ах - стонет омега, да так сладко и нежно, что у Чона крыша едет, а в глазах огоньки появляются.

Альфа рычит и выходит из Кима, а затем снова входит грубо, продолжая вбивать Тэ в стол, параллельно выцеловывая шею и торс

- Бо-оже да-а... а-а-ах-х - Тэхен запрокидывает голову назад, открывая больше пространства для целующих губ и горячего языка.

- Стони громче малыш, я хочу слышать тебя - хрипло произносит Гук, когда видит, что Тэ кусает свои губы, пытаясь не стонать так громко, ибо боится, что их могут услышать.

И омега действительно перестает сдерживать себя и стонет уже во весь голос, пока Чонгук лапал его всего, играясь с сосками младшего. Так продолжалось уже около часа.

- Ах-х дай мне мха-а.. к-кончить - голос уже  охрип и садится, но омега продолжает выстанывать слова.

Гук тянется к члену Тэ и начинает дрочить в такт своим толчкам, а Ким извивается и просит еще. Вскоре он кончает выкрикнув имя альфы, который, успев выйти из хрупкого тела, изливается на какую-то, и богом забытую, папку.

– Я люблю тебя – говорит Ким с отдышкой.

Гук молчит, он не знает, что сказать, как поступить, а может это была ошибка? Всего лишь похоть и спровоцированный гон?

– Прости... – тихо вымолвил Чон, одевая штаны, и выходит, хлопнув дверью.

Разве всего одно слово может заставить сердце человека перестать биться? Вот Тэхен думал, что нет. Но он ошибся и эта ошибка стоит много...

Омега поспешно натягивает джинсы и накидывает рубашку. Тэ идет через весь офис, совсем не обращая внимание на других сотрудников, которые о чем-то шептались, смотря ему вслед.

Он не может разобрать куда идет, ведь в глазах помутнело, а слезы ручьем текут из глаз. Тэхен чуть ли не бежит по лестнице, перешагивая через ступени.

Ким старается смахнуть дорожки влаги с щек и глаз, но новые слезы возвращают все назад. Соленые капли катятся по щекам, подбородку, скатываясь по шее, впитываясь в воротник рубашки или падая на пол.

Омега и не помнит как оказался на улице. Но понял он это только тогда, когда почувствовал холод и сырость не только на лице, но и по всему телу. Пошел дождь.

Тэхен не останавливается, продолжает идти, он идет под дождём, совсем не обращая внимание на то, что холодно, мокро, он может простудиться. Это все не важно, пока в голове крутиться это "Прости..." больно отдавая эхом и пульсацией в висках. Взгляд становится пустым. Улыбка давно сошла с губ и кажется уже не вернется.

От этого хочется плакать еще сильнее, хочется кричать о том, насколько больно, хочется забиться в угол, отгородиться ото всех, спрятаться и никогда не выходить... вдруг опять сделают больно?

Парень заходит в квартиру и забегает в ванную, запирая дверь на ключ. Так безопаснее, так не смогут найти, так не сделают больно... продолжает твердить омега.

Тэ включает воду, не следя за ее температурой, ему все равно. Прозрачная жидкость вытекает из крана, постепенно наполняя ванну. Тэхен скатывается по бортикам холодного чугуна, погружаясь в уже наполненную холодной водой ванну.

Наконец омега дает выйти эмоциям наружу. Не тихим слезам, а настоящей истерики из накопившихся за долгие годы эмоций.

– А-А-А-А-А-А! – разносится истошный душераздирающий крик, в сопровождение слез. Все это заставляет сердце сжаться.

Ким хватается уже за мокрые волосы и начинает их оттягивать в разные стороны, чуть ли не выдерая их с корнем.

Тэхен продолжает реветь, кричать, биться в истерике. Но... неожиданно он успокаивается. Становится пугающе тихо, страшно.

Омега встает и подходит к зеркалу. Смотрит в свое отражение.

– Почему?! Зачем?! Для чего? – он начинает снова кричать – За что? Что я сделал не так?.. – переходит на шепот Тэ, проводя пальцем по стеклу.

Он вспоминает всю боль, страх, волнение, которые испытывал, и по новой заливается слезами. Вдруг вместо отчаяния, обиды, непонимая, жалости к самому себе, приходит злость.

Ким злиться, но только на себя. За то, что отдался, за то, что поверил, за то, что он такой дурак. Не стоило этого делать. Не стоило доверять и надеяться на лучшее.

Ему становится противно от себя, от своего отражения. Омега с яростным криком замахивается и разбивает зеркало. Кулак превращается в кровавое месиво. А осколки разлетаются по всей комнате.

Тэхен берет один из осколков и возвращается обратно в воду, погружая в нее измученное криками и болью тело. Он смотрит на стекло, крутя его в руках. Тэ решает сделать порез.

Медленно проводит по коже, надавливая на нее. Из раны сразу же хлынула алая жидкость. Ким продолжает делать не глубокие порезы, наблюдая за капельками крови, что стекали вниз по запястьм, капая в воду.

Он больше не плачет. Тэ нашел выход. Физическая боль может заглушить душевную. Это одновременно больно и приятно. Вот она, та самая тонкая грань между эйфорией их адской болью.

Сделав еще пару порезов, Тэхен обрабатывает раны и накладывает бинт. Омега засыпает прямо в ванной комнате. Отпуская недавнюю истерику.