Директор Чон?

– Джун~и, я те-ик-бя так ик-люб-ик-лю-ю – лепетал пьяный Джин, начиная лезть целоваться.

– О-о-о, кажись нам пора. Спасибо, ребят, что позвали. Еще раз поздравляем. – улыбается Нам друзьям и старательно пытается забрать пьяного, но любимого парня.

– Бывай, брат. – сказал Юнги, пожимая руку Кима. – А может тебе помочь? – интересуется альфа, когда Джин вырывается из рук Джуна и начинает танцевать, напевая что-то невнятное.

– Да, дава... Джин, твою мать! – ударяя себя по лбу, кричит Ким, ибо его омега разбил вазу, что неудачно стояла на краю стола. – Прости, Юн.

– Мне то что? Это ваза Чимина, и когда Джин протрезвеет, то его скорее всего грохнут. – разъяснял альфа. – Чонгук! – зовет младшего Мин.

– Чего?

– Берем Джина и несем в машину, а ты, Джун, иди вниз и заводи. – раздавал команды Юнги, подхватывая Джина. – Чон, бля, ты где?! Я один нести должен это пьяное чудо?!

– Иду, хён! Не ори. – разрывая поцелуй с Тэ, отзывается Гук и идет на помощь.

Тэхен провожает альф и хёна взглядом, а после идет к двери туалета, откуда доносился шум воды, а затем и звук открывающейся двери.

– Ты как, ЧимЧим? – обеспокоено спрашивает Тэхен, видя бледное лицо омеги.

– Токсикоз - самая ужасное, что только со мной происходило. – вздыхает Пак и проходит в гостиную, где виднеются осколки любимой вазы.

– Ну это, как бы сказать, в общем так получилось. – говорит Тэ и почесывает затылок, видя, то открывающийся, то закрывающийся рот друга.

– Эх-х, ладно, новую куплю... Кстати, у нас с Юнги через неделю свадьба, и вы с Чоном официально приглашены. Надо будет еще и Джину сказать, когда протрезвеет.
– лепетал с улыбкой Чим, пока Тэхен собирал осколки.

– Поздравляю и тебя, и малыша. – выбросив фарфор, а точнее то, что от него осталось, Ким обнимает старшего, поглаживая уже подросший живот. – Слушай папу, малыш. – поцеловав животик, шепчет.

– Ладно, иди Тэ, тебя там твой рыцарь ждет. – улыбается Пак, провожая друга, напоследок помахав рукой.

* * *

– Чонгук~а, нас Юнмины на свадьбу позвали. В следующую субботу. – кричит из кухни Тэхен, моя посуду, пока его талию не окольцовывают руки альфы.

– Юнмины? – изогнув бровь, уточняет Чон.

– Ага, это ЮнГи и ЧиМин, только вместе. Получается Юнмины. Конечно, можно было бы сказать и  Чиги, но это не так красиво звучит. Поэтому Юнмины лучше. А мы будем... – Ким так увлекся разъяснениями, что даже не заметил чужих губ, которые целовали плечи и шею, а также рук, что пробрались под широкую футболку.

– Тэ~, я люблю тебя. – нежный шепот опаляет ушко омеге, но младший улыбается, оборачиваясь к Гуку лицом.

– И я тебя люблю, Гук~и. – после этих слов, младшего затягивают в сладкий поцелуй. По очереди сминая и покусывая губы, а затем и усаживая Тэ на столешницу, вставая меж раздвинутых ножек. – Давай фильм посмотрим? – отрываясь от любимых губ, предлагает Ким.

– Тэ, ну ты и обломщик. А хотя, давай. Только смотря, какой фильм. – заиграл бровями альфа, закусывая нижнюю губу.

– Чон! – сразу возмутился омега. – Я сейчас опять начну думать, что ты меня используешь ради этого. – обиженно и грустно сказал парень, отворачивая лицо.

Чонгук помрачнел в ту же секунду и нахмурился. Альфа взял личико возлюбленного в свои ладони, и мягко поглаживая щечки большими пальцами, повернул на себя, заставляя смотреть себе в глаза.

– Тэхен, больше никогда не смей и думать о подобном. Я тебя люблю больше жизни, ты  часть меня, без которой я умру. Я буду проклинать себя всю оставшуюся жизнь за то, что причинил тебе ужасную боль. И я знаю, что не имею права тебя касаться, целовать, любить и вообще дышать с тобой одним воздухом. Но без тебя мне очень плохо... становится трудно дышать, когда тебя нет поблизости, потому что я дышу тобой. Слышишь? Тобой, и только... прости – внимательно всматриваясь в глаза напротив, Гук прикосается своим лбом ко лбу омеги.

Омега давно уже простил. Он готов отдать все, лишь бы каждый день просыпаться и видеть это сонное личико, готовить завтраки и просто наслаждаться присутствием этого альфы. Он готов простить ему все, он готов вынести нестерпимую боль, готов биться в агонии и истереке, но никогда не отпускать...

– Давай смотреть фильм. – переводит тему Ким. – Ты пока найди что-нибудь, а я закуску приготовлю.

А Чон понимает, что омега хочет хоть на 10 минут остаться один, поэтому молча уходит искать какую-нибудь комедию, ведь сейчас стоит расслабиться. Включая телевизор, на глаза попадаются криминальные новости, вроде ничего интересного, но Чонгук почему-то замер, внимательно смотря и вслушиваясь в каждую фразу:

– Сегодня, сотрудниками отдела по борьбе с коррупцией, был арестован известный предприниматель и владелец популярной сети ювелирных магазинов Gold&Silver - Чон Джевон. Пока следствие еще ведётся, но сотрудники прокуратуры и следственного комитета утверждают, что вина Чон Джевона практически доказана и вся предпринимательская деятельность, а также банковские счита мужчины были арестованы. А сейчас о погоде... – лепетала молодая девушка журналист.

И хотя Чонгук именно этого и хотел, он не чувствовал облегчения или счастья. Все его мысли были заняты Тэхеном. Их будущем. И альфа настроен решительно.

– Чонгук~а, ты нашел? – спрашивает Тэ, будто их разговора попросту не было. А Гука задевает такое отношение к его признанию. Неужели омега не верит ему? Тэхену плевать на их отношения? Но все же собрав мысли в кучку, отвечает:

– Да, отзывы хорошие и сюжет интересный, садись. – улыбается старший, чуть отодвигаясь в сторону, чтобы Ким мог сесть рядом. Но омега выбирает иное место, а именно, колени альфы. Гук сидит немного в шоке, но потом еще ярче улыбается, обнимая парня за талию.

* * *

– Джу-у-ун, воды-ы-ы, умира-а-аю-ю. – осипшим голосов кряхтит, только что, проснувшийся Джин.

– На, бухарик. – закатывая глаза, протягивает стакан с водой и таблетку от головы.

– Но любимый. – расплываясь в довольной улыбке, говорит Джин, ставя пустой стакан на стол.

– Ты прав. Я тебя очень люблю, даже, когда ты такой сонный, с растрепанными волосами, мешками под глазами и с перегаром, я все равно люблю тебя. И буду любить всегда. Абсолютно любого и неважно в каких условиях. Буду оберегать тебя и никогда не предам.

У Джина в уголках глаз начинают скапливаться слезы, а руки притягивают альфу к себе. Омега утыкается в изгиб шеи Намджуна и втягивает любимый аромат.

– Джин, давай узаконим наши отношения? Детей заведем, купим домик... – предлагает Нам, закусывая губу.

– Я согласен! – Джин радостно визжит, пока альфа не притягивает его к себе на колени, а затем целует медленно и со всей любовью.