23
- Отношениях? – меня в сторону ведёт от его наглых слов. – Какой секс? Ты что? Сейчас не время и не место, да и вообще…
Он своей прямотой вгоняет меня в такое смущение, что я безбожно краснею.
- Назови время и место.
Отказа Кораблин не примет, да и разве когда-либо принимал? Его руки выплетают вокруг меня ласковый кокон, а может, паутину – ведь с каждой секундой сопротивляться становится всё сложнее. Он гладит мои бёдра, сжимает и притягивает к себе.
Я упираюсь в крепкую грудь ладонями. Это ведь жест сопротивления, да?
- Перестань… - говорю, но обрываюсь на полуслове, потому что Егор переходит в наступление.
И ещё какое.
Я больше не могу говорить. И дышать тоже. Его губы на моих губах, руки жадно сминают талию и рывком выдёргивают заправленную в джинсы блузку. Он сшибает меня с ног поцелуем. В прямом и переносном смысле.
Подхватывает меня за бёдра. Поднимает над землёй так, словно я ничего не вешу. На задворках ещё работающего сознания вяло пульсирует мысль о том, насколько он неумолимый и сильный.
И что именно эта сила – мужская и сексуальная – обещает мне.
- Где твоя спальня? – он обрывает поцелуй, а я, опьяневшая не сразу разбираю смысл его вопроса. – Ну же, Валя.
Я даже говорить не могу. Жестом указываю на закрытую дверь, что видна из комнаты Кирилла, и цепляюсь за Кораблина так, будто он мой последний оплот.
Держа меня на руках, он быстро преодолевает расстояние и вот мы уже у меня. Понимаю это, не распахивая глаз. По тому, как громко захлопывается за нами дверь. По запаху. И по тому, как спина касается прохладного покрывала моей постели.
Егор не даёт мне говорить. Будто специально закрывает рот при любой возможности.
Стянул с меня кардиган. Поцеловал. Сорвал блузку. И снова ворвался в мой рот языком. Так он целовал меня в своей машине, когда поцелуй каким-то образом трансформировался в подобие секса.
Что тогда, что сейчас, это лишает воли напрочь.
Я вдруг тоже загораюсь. Не хочу больше безвольно принимать. Наверное, так происходит, когда организму нужна разрядка после стресса.
Смело отталкиваю Кораблина и поднимаюсь. Лёгкое непонимание исчезает из зелёных глаз, как только мои руки тянутся к его одежде.
Хочу снять с него всё.
И мне нравится это делать… чертовски нравится! То, как он позволяет мне вещь за вещью раздевать его, и то же самое делает со мной. В паузах мы не перестаём схлёстываться в жадных объятиях, ласках и поцелуях.
В том, какой рваной и страстной получается наша прелюдия, есть что-то животное.
Никакой неловкости. Наоборот. Полное ощущение, что всё правильно. Так быть и должно.
Я каким-то образом оказываюсь сверху и, не узнавая себя, осатанело целую Кораблина, трусь об него всем телом, так чтобы каждой клеточкой впитать его. Кажется, в какой-то момент даже пробую на вкус его кожу на шее. В ответ раздаётся низкий, гортанный рык.
А я смеюсь, совсем тихо, победно.
Мне же нравится, как он реагирует. Как тоже хочет меня.
В ответ на неуместный смешок оказываюсь в секунду распятая под ним. Мне жарко, кожа горит, сердце бьётся так, будто я падаю с высоты, и взгляд Егора, чёрный от возбуждения, и всё-таки отдающий знакомый любимый зелёный, добавляет градуса.
Он заводит мои руки за голову, прижимает к подушкам. И в несколько рывков оставляет меня без нижнего белья. Это движение сопровождается взглядом, полным страсти.
А также откровенного обожания и чистейшего порока.
У меня аж в горле пересыхает, но не оттого, что я под ним, голая и беззащитная. А от того, насколько он мне нужен, и по странной иронии судьбы я тоже ему нужна.
В эту секунду я знаю точно – между нами полная взаимность. Абсолютная честность.
И как так вышло, что только молча, у нас получается договариваться лучше всего?..
Пытаюсь смотреть Егору в лицо, но взгляд, как под тяжестью, падает вниз. Я и так чувствую как его тяжёлый, горячий член касается внутренней стороны моих бёдер.
Но видеть – это совсем другое.
Я, кажется, закипаю. Взгляда оторвать не могу и ощущаю только пульсирующую пустоту внизу живота.
Не успеваю задаться вопросом, почему он медлит, как его губы накрывают мою грудь. Ощущения настолько сильные, что я стискиваю веки и вижу звёзды.
Кораблин терзает мои соски губами, перекатывает твёрдые вершинки кончиком языка, а я хватаю ртом воздух, потому что мне становиться нечем дышать.
Возбуждение достигает такого пика, что хватаюсь за его крутые плечи, впиваясь ногтями в мышцы, и притягиваю к себе. Хватит с меня этой пытки.
Пусть уже сделает это. Пусть заполнит меня собой.
- Так значит, здесь и сейчас? – говорит жарко, выдыхая в мои приоткрытые губы. Дразнит меня, а сам аж вибрирует он напряжения.
- У тебя просто ужасная привычка говорить в самые неподходящие моменты. Так ты ещё и выворачиваешь всё в свою пользу!
- Тише, тише, - запечатывает мою возмущённую речь поцелуем. – Я понял. Просто, когда я с тобой, мне очень хочется растягивать время.
- Кораблин, я тебя сейчас…
В эту секунду я, наконец, ощущаю, как медленно и сладко в меня входит его член.
Прикусываю губу и замираю, он такой большой, что я не понимаю, как мне ещё не больно.
Войдя на всю длину, Егор чуть отводит бёдра назад, и снова заполняет меня собой. В этот раз чуть сильнее. И это именно то, чего я жду.
Чтобы вбивался. Трахал, драл… Не знаю, пусть делает что угодно, я просто хочу утолить голод!
Голод по нему. По нам. Вот таким. Обезумевшим, ослеплённым сжигающей всё на своём пути страстью.
Кораблин быстро заводится и превращается в просто дикого любовника. Думать боюсь, откуда у него такая фантазия, да и выдержка тоже.
Он не даёт мне себя ласкать, сам массирует клитор, пока жёстко выбивает из меня стоны своим каменным членом. Егор откуда-то знает, когда именно я приближаюсь к оргазму, и замедляется, чтобы растянуть моё удовольствие.
Я замираю и купаюсь в сладкой неге. Между двух миров. Я вот-вот получу разрядку, которая мне так нужна, но задерживаюсь в той самой секунде пикового удовольствия. Специально. Чтобы получить максимум. По телу мурашки. Я готова зареветь от кайфа, до того потерялась в просто неземных ощущениях.
Но я забываю, что это он здесь всё решает…
Стоит Кораблину вернуться к прежнему беспощадному, осатанелому ритму, и я больше не могу сдерживаться. Меня разрывает на тысячу осколков от самого мощного и долгого оргазма в жизни.
Я ничего не слышу, не вижу, не чувствую… Потому что вся превратилась в пульсирующий комок нервов, ощущений, эмоций.
Кораблин держит меня за лицо, так чтобы непременно глаза в глаза.
И стоит моему оргазму начать утихать, я замечаю, как зелёный-чёрный взгляд заволакивает уже знакомый туман удовольствия.
До меня долетает, как гулко и мощно бьётся его сильное сердце.
Кораблин совсем немного замедляется, дарит ещё несколько жгучих и порочных поцелуев, а потом обрушивается на меня словно цунами.
Осатанело вбивается в меня с сексуальным, гортанным рыком. Наполняет меня собой. Чувствую, как пульсирует его член внутри, и испытываю новый вид удовольствия. Смакую иллюзию будто он - мой.
Он сгребает меня в свои объятия и, кажется, всё никак не может остановиться и перестать целовать.
Мы некоторое время молчим, я стараюсь отдышаться.
- Ты такая красивая, - хрипло шепчет Кораблин. – Просто идеальная. Во всём.
- К чему ты это говоришь? – спрашиваю, чтобы избавиться от нарастающего смущения.
- К тому, что мне крупно повезло встретить тебя, - он заботливо убирает прядь волос от моего лица и заводит за ухо. – Так ты мне ещё и сына родила.
- Что ты чувствуешь к Кириллу? – скрывая нервы в голосе, спрашиваю я.
- Гордость, что он мой. И любовь.
- Любовь? – смотрю в глаза Егору, чтобы рассмотреть там истину. – Разве так бывает? Полюбить за один день?
- Бывает, - странным тоном произносит он, будто говорит не о сыне вовсе. – Конечно, я его люблю, - он подносит к губам мою ладонь и целует. – Тем более, каждый раз, когда я на него смотрю, то вижу в нём тебя.
- Интересно, - усмехаюсь собственным мыслям, прежде чем озвучить их. – Я тоже, когда смотрю на него, вижу в нём тебя.
*
- Когда произошло зачатие, помнишь? – акушер-гинеколог, приятная женщина лет пятидесяти изучающе смотрит на меня. – И дата начала последней менструации?
Пока разговор у нас вяло текущий. Она первый человек, который узнал о беременности, и обсуждать это оказалось настоящим психологическим барьером.
Показываю ей календарик с экрана телефона.
- Недель шесть назад, - отвожу взгляд в сторону и покрепче сжимаю сумочку, что лежит на коленях.
- Понятно, - растягивает она и что-то записывает. – Сохранять будем?
Так и не отрываясь от бумаг, спрашивает она, чем ставит меня в ступор.
- Конечно, - немного возмущаюсь. - Я здесь не для аборта. Почему вы спрашиваете?
- Дорогая, я много лет на этом месте. И на таких нервных, как ты насмотрелась. Ты бы хоть ребёночка поберегла, нельзя так. На плод сейчас всё влияет, а настроение мамочки – в первую очередь.
- С чего вы взяли, что я нервная?
- Да вот смотрю я и вижу, что при осмотре три месяца назад у тебя вес был больше. На целых пять килограммов, - она водит ручкой по моей медицинской карточке. – На токсикоз жалоб нет, болезней тоже нет. Отчего ещё так быстро скидывают? От нервов!
Мне остаётся только вздохнуть. Смысла спорить нет, я действительно на взводе.
У Кирилла теперь есть отец, и это в корне всё изменило. Егор бывает у нас чуть ли не каждый день, отвозит его в школу и привозит домой. Покупает ему вещи, продукты, игрушки. А у меня голова кругом. Сын денно и нощно говорит про папу. Какой он, и как с ним весело.
Он так искренне счастлив, а меня разрывает от удвоенного чувства вины. У него могли быть годы вот такого же счастья. ГОДЫ.
И пусть прошлого не вернуть, да и сам Егор, по его же словам на меня не злится, я никак не могу смириться с тем, что совершила такую огромную ошибку.
Вишенкой на торте, конечно же, является моя вторая беременность.
Кораблин ещё не в курсе. Но скоро прижмёт меня к стенке с расспросами, я прям чую. И деваться мне некуда, придётся говорить правду.
Даже доктор подметила, что я много нервничаю. Егор это тоже видит. И за последние две недели, что прошли с момента знакомства с Кириллом, он постоянно спрашивает, как я.
Приходится отмахиваться. Но с Кораблиным это не прокатит. Последние дни он стал ещё более требовательным с расспросами о том, что со мной.
Говорил, что нам нужно обсудить нечто важное.
А я понимаю, что закрылась от всех, кроме сына. И ничего не могу с этим поделать.
- Вы правы, - коротко улыбаюсь врачу. – На меня многое навалилось за последние несколько недель. Я обязательно приму ваши рекомендации к сведенью и постараюсь снизить стресс.
Вот сразу отсюда поеду к Кораблину и расскажу ему о беременности. Требовать мне от него нечего. Оставить ребёнка – мой выбор, и я готова нести за него ответственность. В том числе финансовую.
- Хорошо, - доктор одобрительно кивает. – Смотрю, что это у тебя вторая беременность. Как первая проходила, помнишь?
- Немного, - лгу. Конечно, я помню, отходила в слезах. Поэтому и Кирилл, когда родился, первый год постоянно плакал. Считывал моё настроение, как это делают все малыши.
- У тебя там в первом триместре тоже потеря веса была, - она поджимает губы. – Реши свои проблемы поскорее, дорогая. Счастливая мама, счастливый ребёнок, правда же?
Я киваю.
- Правда.
Врач закрывает мою медицинскую книжку, встаёт из-за стола. И я тоже поднимаюсь, чтобы попрощаться.
- Давай-ка проведём ультразвуковое исследование. Посмотрим на твоего малыша, послушаем сердцебиение.
- Сердцебиение? Уже? – шепчу я, хотя прекрасно знаю, как протекает развитие беременности.
- Конечно! Ложись на кушетку, будем смотреть.
На ватных ногах я иду в другой конец кабинета и делаю, как просит доктор. Ложусь. Поднимаю кофту. На ещё пока плоский живот наносится холодный гель. Доктор прикасается к животу датчиком. Начинает чуть надавливать, водить из стороны в сторону, при этом нажимая какие-то кнопки на компьютере.
Проходит где-то с минуту, а может и больше. Я начинаю волноваться, потому что она слишком долго молчит. При этом сконцентрировано смотрит на монитор и водит по моему животу датчиком. Сама я там, на экране, ничего разглядеть не могу.
- Всё в порядке? – наконец не выдерживаю я. Влажными ладонями сминаю одноразовую простыню кушетки.
- Не могу увидеть плод.
Вот так, коротко и ясно отвечает доктор. Меня от её слова обливает жаром с головы до пят. Неужели беременности нет?
- Ты только не расстраивайся. Может, он прячется, - ласково добавляет врач, а у самой на лице нечитаемая маска.
Вроде бы, по логике, я должна испытать облегчение. Должна же?..
Если беременности нет, то я зря столько переживала. Зря боялась этого визита к врачу. Зря репетировала в голове, как скажу Егору о том, что он в очередной раз будет папой, и я снова не спросила его согласия.
Лёжа на кушетке и глядя в белый потолок, я понимаю, что хочу этой беременности, и этого ребёнка. Материнский инстинкт – не шутка. Да и чувствую я себя иначе с той секунды, как сделала тест.
Изменилось обоняние, аппетит, предпочтения в еде. Грудь налилась.
Я ношу под сердцем ребёнка, и никто не сможет меня переубедить!
- Может срок слишком ранний? Я могу вернуться через месяц, полтора, - судорожно перебираю варианты, потому что больше не могу выносить тишину.
- Вернуться тебе надо будет, дорогая, - вдруг кивает врач и смотрит на меня сияющими глазами. – Поздравляю!
- Вы нашли эмбрион? – уточняю
- Двойня? – всматриваюсь в экран до рези в глазах и чувствую, как по щекам текут слезу облегчения. – Что, правда, двойня?!
- Правда-правда. Придёшь ко мне через пару неделек, будем смотреть кто там у тебя. Мальчики или девочки. А может королевская двойня, кто знает?
- Девочки, - мечтательно произношу я, пусть это мне совсем несвойственно. – Это будут девочки.
• •
Егорка у нас будет многодетным папой😁
Актив=глава
___________________________________________
Ставьте⭐ Пишите комментарий! ✨