глава 10
Так или иначе, но я протянула целую учебную неделю! Притом почти никто не пострадал, и все почти отлично. На выход с территории академии я бросилась сразу после завтрака – очень хотелось побыстрее встретиться с Клариссой, рассказать о делах, упасть лицом в ее махровый пол и проспать до завтрашнего утра.
Ее повозка стояла сбоку от въезда – я не удивилась, что она тоже не могла выдержать время. Но выскакивать наружу девушка не поспешила, нам обеим было невыгодно, чтобы ее лицо лишний раз видел кто-то из сотрудников. Но зашептала она громогласно, пронзительно – видимо, не страшилась, что ее голос после этого все изучат:
– Сюда, быстрее! Ты почему так долго?
– Долго?! – зашептала я так же проникновенно. – Выпускают только после завтрака!
Мия, вышедшая вслед за мной, проводила меня взглядом, и уже из окошка я различила на ее лице хмурое удивление. Возможно, до сих пор она была твердо уверена, что я домой на своих двоих пошагаю – причем до самой приморской провинции. Платье у меня было скромным, из чего она сделала одни выводы, а вот повозка благоухала духом Клариссы – побольше блеска и золотых ободков, поменьше стиля. Удивленная заторможенность и дала возможность моей напарнице ее разглядеть.
– О! – воскликнула Кларисса, тоже глянув в мое окошко. – Это же эта… как ее? Нас представляли друг другу на банкете, когда мы с отцом только приехали в столицу! Розовые кикиморы, ты видела ее платье? Образец безвкусия!
Сейчас на сравнение их вкусовых пристрастий у меня не было сил, я схватилась за грудь от паники.
– Кларисса, то есть она знает твое имя?!
Кларисса легкомысленно отмахнулась:
– Ага, примерно, как я ее. Да кто все эти представления запоминает? На банкете присутствовали не меньше двухсот молодых девушек, которые должны были чинно друг перед другом раскланяться и навсегда забыть.
Но ее объяснение не уменьшило страх:
– Но лицо ты ее сразу вспомнила! Представляешь, по какой грани мы ходим?!
Кларисса за эти несколько дней изменилась – пропала ее постоянная тревога за исход нашей авантюры. Должно быть, она была твердо уверена, что нас раскроют в первый же день, а целая неделя – это показатель, что не настолько уж мы безмозглые. И потому отвечала без напряжения:
– Я ее вспомнила, потому что у нее отец… этот, как его, – Кларисса пощелкала пальцами, припоминая: – Королевский казначей! Я тогда еще удивилась, что для дочери настолько состоятельного человека не смогли найти нормальную портниху. Нет, Лорка, ты видела ее платье? Это же тихий ужас!
– Да погоди ты про платья! Это высокая должность? – мне было интересно что-нибудь узнать о Мие, не у самой же нее спрашивать.
– Очень высокая, – подтвердила Кларисса.
Я впала в настоящее веселое удивление:
– Вот это да! Она постоянно голосит о своем отце – я уже решила, что он восьмой помощник пятого сапожника! Ведь только в том случае надо обязательно голосить, да погромче!
Кларисса просто плечами пожала и потребовала немедленно перейти к рассказу. Я постаралась выложить ей все – ее реакция меня не пугала, а мы действуем на одной стороне. Если Кларисса даже в порыве злости даст дельный совет – и то будет польза. Про Мию она заметила:
– Не беспокойся насчет нее, Лорка. Да, отец ее занимает высокую должность, но не станет же он вмешиваться во внутренние дела академии! Ему просто не по статусу. Наоборот, осаждай мерзавку. Пусть казначейская гадюка знает, что и семья Реокка не лыком шита! Мы, может, и не в этих их столицах живем, и всяких там титулов не имеем, но богатство заработали на честной торговле и не совсем честной контрабанде – это вам не какие-то подачки от двора, а характер и жилка! Тристан Реокка в любой ситуации наверх выкарабкается и мешок золота прихватит, а эти все должности – исключительно везение, а не талант. Потому смотри на нее как Реокка, пусть знает свое место, чучело в рюшах!
Я тихо рассмеялась над тем, как Кларисса и меня бездумно в ту же семью вписала. Хотя я понимала ее негодование и разделяла эпитеты. Но вопрос меня все еще немного беспокоил:
– Он в академические дела вмешиваться не будет, а как же после академии?
Кларисса глянула на меня, недоумевая:
– А чего тебе после, Лорка? Действуем по оговоренному плану! Ты учишься и получаешь мне диплом, а знания помогут найти тебе преотличную работу, пусть и без нужной бумаги. Сильно сомневаюсь, что работа та будет настолько отличной, чтобы ты с кем-то из королевского двора могла встретиться. Если же окончательно ее на место поставишь, то я тобою гордиться буду, но тогда лучше после учебы работу не в столице ищи – а то мало ли…
Меня объяснение устроило. Я раньше и о таком прорыве мечтать не могла, да и диплом, по сути, не будет играть никакой роли во многих профессиях – я, похоже, смогу стать высококлассной портнихой или кем угодно. Не будут же заказчики документ спрашивать, если увидят чудо модного искусства. В моих навыках, а также способности быстро схватывать бытовые заклинания, я уже не сомневалась, но вот по поводу самих фасонов еще надо будет разобраться – Кларисса, так яростно критикующая наряд Мии, на мой вкус, была одета не лучше, если это вообще можно назвать словом «одета».
Успокоившись, я бегло перечисляла все остальные события. Кларисса не перебила на лисах, только отмахнулась от позорной ситуации в столовой, но на ведьмах предсказуемо вскипела:
– С ума сошла?! Это что же, я в тебе два месяца вытравливала село, а там еще поле непаханое?!
Я попыталась объяснить ей, что мне нужна хоть какая-то поддержка, хоть кто-то в окружении из моего социального уровня, – это, может быть, и помогает мне выдержать другие испытания. А уж про помощь в освоении чтения и говорить не приходится! Я действительно в последний день стала читать и писать чуть быстрее – скорее всего, сказывалась и практика на грани истощения, но мне как будто физически стало легче это делать. И кто знает, какова настоящая ценность подарка ведьм?
Кларисса ругалась-ругалась, а потом неожиданно замолчала, словно мои аргументы достигли ее мозга с запозданием. Крепко задумалась, а потом выдала:
– А знаешь, Лорка, может, это и неплохой способ…
– Это отличный способ! И если ты считаешь, что я могла иначе, так сама бы там полдня посидела – сборище каких-то ненормальных! – я была готова продолжать отбиваться до самых апартаментов, потому по инерции сразу не сдалась.
Но она продолжила спокойно:
– Вот об этом я и говорю. Это не они ненормальные, Лорка, а ты. Это именно ты единственная там не вписываешься. Даже орущая Мия – более нормальна, понимаешь? К таким в какой-то степени привыкли, мы все таких видели – если ни красотой, ни умом не вышел, то надо же чем-то компенсировать родовитое имя.
Я серьезно кивнула, признавая мудрость ее рассуждений. Кларисса, на самом деле, тоже горазда поорать, но теперь я видела в сравнении – она, оказывается, очень даже терпелива, по крайней мере ее не хочется прибить на месте тяжелым сапогом, хоть иногда и раздражает. Не в том ли ответ, что Кларисса – красавица-блондинка и великолепно образованна? Она скорее этим кичиться станет, а не прикрываться всякий раз именем отца. Она, заметив понимание, продолжила объяснение:
– А таких, как ты, никто из наших не видел близко. И рано или поздно внимательные бы заметили, что ты не умеешь пользоваться десертной вилкой или произносишь какие-то слова, которых в столице уже двести лет не слыхали. Заметили бы и додумались до разгадки. Ты же пошла другим путем – выпячиваешь свою странность: с ведьмами якшаешься, к дракону без спроса обращаешься, бросаешься кого-то спасать. Дикость! Зато дикость настолько большая, что мелочей за ней не видно. И раз ты все равно ненормальная, так и будь ею с самого начала – съедят или поморщатся, но не догадаются о настоящей причине.
Я не до конца понимала, почему это именно я «ненормальная», но признавала за ней право смотреть с той позиции, с которой на меня смотрят все сокурсники. Может, им и правда проще обсуждать мое странное поведение, чем замечать, как я пользуюсь столовыми приборами?
* * *
Мой план отдохнуть провалился. Кларисса и не думала мне дать возможность хотя бы отлежаться – заявила, что нужно купить другое платье, не в том же снова являться?
– Почему не в том? Вряд ли оно сильно истрепалось, пролежав неделю в шкафу, – ответила я, все еще надеясь уснуть хотя бы сидя на круглом пуфе.
Но Кларисса не унималась – она вновь вошла в тот же кураж, как в первый день после нашей встречи. Опять какие-то маски для лица и отвары для волос, опять мне каждый ноготок ювелирно подточили, а потом поволокли почти бессознательное тельце в ресторан – уже в который раз учить этикету за столом.
– Выберем поближе к академии! – заявила Кларисса уже в повозке.
– Зачем? – немного проснулась я.
– У многих студентов нет в городе квартир, но кто-то захочет посетить ресторан в выходной – наверняка в ближайшем окажется хоть кто-нибудь из учащихся. Нет способа лучше подтвердить твое состояние, чем отобедать в дорогом заведении. Плюс ты сегодня все-таки научишься пользоваться десертной вилкой!
Я устало пробурчала:
– Такое ощущение, что я из академии и не выходила…
– Хватит ныть, Лорка! – звонко отреагировала она. – Я весь этот план придумала и для каждой ситуации найду решение – тебе и делать ничего не надо!
– Во-он оно как, – протянула я. – У меня чувство, что я гору с места сдвигаю, а оказывается, я ничего не делаю…
– Именно! – Кларисса не уловила сарказма и громко рявкнула, отчего я мигом проснулась: – Спину выпрями!
Ресторан располагался за два квартала от стен академии, но Кларисса не ошиблась в предположении. Мы еще и заказ не успели сделать, как я встретила знакомую.
– Кларисса?
Кларисса изящно повернулась, глянула на девушку, а потом мне незаметно подмигнула – дескать, давай, держи планку.
– Привет, Зои! – я поздоровалась с сокурсницей. – А мы тут решили перекусить с… сестренкой.
Зои вежливо улыбнулась Клариссе, и мне показалось, что она очень хорошо оценила ее открытое платье – по крайней мере, глаза заблестели то ли завистью, то ли желанием спросить имя портного. И мне, чтобы закрыть паузу, пришлось добавить, вспоминая уроки манер:
– Сестра, это Зои, мы учимся вместе. Зои, это… Лорка, – другого имени я с ходу придумать не смогла.
Но Кларисса не скривилась, а наоборот – улыбнулась еще шире:
– Приятно познакомиться, Зои! Не возражаешь, если мы с сестренкой останемся наедине? Посмотри, сколько пустых столиков.
Зои смутилась и тут же отошла к подругам. Я подалась вперед, чтобы сказать:
– Это было грубо. Разве не ты меня учила перед всеми лебезить?
– Лебезить? – возмутилась Кларисса. – Ты это так про себя назвала? Быть вежливой и почтительной – это не лебезить. И я была почтительна – ровно на столько, сколько стоит ее обувь. Кстати, Лорка, на эту наплюй, она ничего не решает, а на ее учебу, наверное, всем родом собирали.
Я закатила глаза к потолку. И она мне еще про нормальных людей вещала? Кларисса взвесила, прикинула и вынесла вердикт. Хоть мне самой Зои не очень нравилась, и никаких приятельских отношений у меня с ней не было, но все равно такая оценка была какой-то в корне неправильной. Да и училась Зои хорошо, то есть безмозглой ее точно не назовешь…
Я открыла посеребренную папку со списком блюд и тут же захлопнула – одна из цен все-таки попала в глаза и начала проедать мозг. Боюсь, мне эта цифра теперь в кошмарах будет являться. Клариссу, разумеется, то же самое смутить не могло – вот она на нас обеих и закажет. Про себя же я подумала, что Зои, которую Кларисса почти открытым текстом причислила к нищему классу, здесь может перекусить. Это же какая глобальная разница между мной и Зои, а потом от Зои до Клариссы? Это ж как я умудрилась перемахнуть сразу так высоко вверх? И опять голова закружилась, как в самом начале нашей сделки, словно я всерьез делала настоящие прыжки все выше и выше – туда, откуда оглянуться назад боязно.
Мы уже посещали с Клариссой подобные места, и я старалась выглядеть расслабленной. Столиков было не так уж и много, и все они постепенно заполнились. Но мы уже не замечали ничего вокруг: то я вспоминала еще какие-нибудь мелочи, то Кларисса рассказывала о веселой жизни в столице. Меня направление ее разговоров рассмешило:
– Аккуратнее, Кларисса, а то все-таки выскочишь замуж – а ведь ты именно этого и хотела избежать!
– Замужества я избежать не хотела. Но есть большая разница – я выбираю или выбирают меня. И всегда предпочту башковитого торговца какому-нибудь высокородному зазнайке, чтоб ему до самой старости не приносить в зубах тапочки. Ты сама там, Лорка, замуж не выскочи – за какого-нибудь, прости бес, дракона. А то ведь выйдет, что это я за него выскочила… Или не выйдет?..
Теперь мы со смехом шутили, что же произойдет, если Кларисса Реокка выскочит замуж за дракона, а потом мы с ней по очереди будем ему носить в зубах тапочки.
Я снова увидела знакомых, но на этот раз приподнялась с места. По проходу шли Оли и Орин. Я не знала, стоит ли поблагодарить лису за поддержку, потому просто смотрела на них. Поздороваются – тогда поздороваюсь в ответ. Пройдут мимо – ничего страшно. Не в первый раз они мимо проходят.
Но Оли развернулась и уставилась прямо на меня, а потом заявила:
– Мест нет!
Я не сразу сообразила, чего она требует таким приказным мурчанием. Но рядом с сестрой застыл Орин, словно и он теперь ждал моего ответа. Я бросила на Клариссу умоляющий взгляд – помнила, как она холодно спровадила Зои. И вдруг Кларисса громко произнесла:
– Твои друзья? Проходите сюда, составьте нам компанию, будьте любезны!
Пока они обходили столики, я посчитала себя обязанной прошептать:
– Спасибо, Кларисса, что изменила своим правилам. И знай – это лисы.
– Да плевать… – она не сводила с парочки взгляда, а выглядела опешившей.
– Не плевать! – надавила я с напряжением. – Ты пойми, у них особый характер и статус…
– Плевать… – выдохнула она. – На все плевать, когда такой красавчик.
Теперь была моя очень оторопеть. Я-то решила, что Кларисса на мой просящий взгляд отреагировала, но причиной стал, очевидно, Орин. Теперь и я посмотрела на приближающегося парня. То, что он очень красив и необычен, я с первого взгляда разглядела. И сестра его могла бы посоревноваться за первенство в конкурсе на самую впечатляющую внешность. Наверное, привлекало в них и другое – очень мягкая, почти крадущаяся, но изящная походка. Надеюсь, Кларисса не забыла, что хотела выйти замуж за простого паренька?
Я снова растерянно представляла всех друг другу:
– Оли и Орин, это Лорка – моя сестра. Сестренка, я рассказывала тебе про своих знакомых.
Орин подался чуть к Клариссе и как будто принюхался. Взял меню, начал выбирать блюда. И заявил неожиданно:
– Не сестра, запах совсем другой.
Теперь и Оли поморщила носик:
– Действительно, даже не родня. Что за представление выездного театра?
Кларисса к тому времени ожила и смогла оторвать взгляд от профиля Орина. Заявила уверенно:
– Сестра! Добрый дядя Тристан принял меня в семью, сельскую сиротку. Потому как ни крути, а через столько лет в одном доме называемся сестрами!
На это лисы вообще не реагировали. Я поняла, что обед превратится в пытку. Они разговаривать с нами не намерены, зачинать беседу даже не думают, а сидеть за одним столом в полном молчании как-то не по мне. Потому я постаралась просто говорить – и как можно легче:
– Очень рекомендую фаршированные грибами грудки – весьма вкусно! – по двум недоуменным взглядам поняла, в каком месте лисицы видели мои советы, и продолжила: – Оли, я хотела поблагодарить тебя за помощь в столовой.
Рыжая красотка наконец-то соизволила открыть рот – как же сложно общаться с этими взбалмошными особами:
– Я не тебе помогала, Кларисса. Я злила волков – пусть знают, что не все идет по их правилам, псы.
Примерно такое объяснение я себе и придумала, но не смутилась:
– И тем не менее я очень рада, что ты оказалась там. Получается, вы их не очень любите?
– А кто их любит? – вмешался Орин. – Разве что драконы – в охрану себе потом их набирают. Вот волки и выслуживаются сразу в академии, вдруг повезет быть замеченным.
– Понятно, – я улыбнулась и осмелилась понаглеть: – А лисы перед драконами не выслуживаются?
Я ожидала вскинутых рыжих бровей и высокомерного фырканья, потому равнодушный ответ Орина меня потряс:
– Тоже выслуживаются. Просто не так нелепо. По крайней мере, не спешат ссориться.
Сами их ответы провоцировали меня продолжать:
– О, послушайте, а разве может дракон притвориться обычным человеком? Например, изменить на час цвет глаз или волос? Я думала, что у всех оборотней лишь две формы.
– Глупый вопрос, – скривилась Оли.
– Почему?
– Потому что дракону незачем подобное делать. А могут или не могут – вопрос десятый. Орин, там столик освободился, пересядем?
И они, не прощаясь, просто удалились. Вот и вся приятельская беседа. Мы с Клариссой вновь уставились друг на друга, и я развела руками:
– Вот такие они и есть. Никак не могу привыкнуть! Сколько пафоса и зазнайства, и все это – бархатными голосочками!
– Что? – Кларисса заметно удивилась. – Ты в своем уме? Это же лисы!
– Ты о чем?
– О том, что у них рыжие хвосты и драконий гонор, щедро приправленный природным желанием пустить пыль в глаза. Не слушай их слова – смотри, что делают. Никогда лиса не ответит на вопрос, если человека не уважает со всей искренностью, лиса скорее с голоду подохнет, чем сядет за стол к тому, кто не вызывает в ней теплых чувств. По меньшей мере эти двое к тебе очень хорошо относятся – ты для них практически своя! Неужели даже этого не заметила?
– Не заметила…
– О-о… Тебя еще учить и учить. Так что хватит рассиживаться! Но еще раз похвалю – выясняется, что твой дикий характер приносит неожиданные результаты. Продолжай быть собой, Лорка! – она произнесла торжественно и тут же бегло пояснила: – Только спину выпрями и мизинчик оттопырь. В общем, будь собой, но в моей огранке – и мы тобой ту гору с места сдвинем. Заодно добавлю, что если все-таки решишь выскочить замуж в академии, то давай за этого Орина. Во время свадьбы под фатой подмены не заметит, а дальше я сама с ним справлюсь.
Я искренне расхохоталась:
– Надо же! А я думала, ты очень не хочешь кому-то в зубах тапочки носить!
– А я и не буду, – заверила Кларисса. – У лис трудный нрав, но у меня не лучше. Так что еще поглядим, кто из нас зубастее!
– Кто бы спорил, кто бы спорил… Кстати, если ты права по поводу их отношения на мой счет, то ты можешь тоже вызвать в нем теплые чувства – начни вести себя так, как я тогда повела. Может, это мне тебя пора учить – хотя бы как завоевывать внимание тех, чье внимание невозможно получить привычными методами?
Кларисса вздохнула, откладывая маленькую ложечку на десертную тарелку.
– Боюсь, мне до твоего уровня падать дальше, чем тебе до моего подниматься. Эх, жаль, что мы с тобой похожи не до такой степени, чтобы устроить заодно и свадебную подмену.
Конечно же, я понимала, что Кларисса просто шутит. Подменить невесту на другую – это примерно в тысячу раз сложнее, чем подменить абитуриентку. Хотя бы потому, что у Орина есть глаза и, по всей видимости, неплохой нюх. С другой стороны, если мои отношения с лисами каким-то образом наладятся, то почему бы мне не позвать их в какой-нибудь выходной прогуляться вместе? И пусть Кларисса сама производит нужное впечатление.