глава 20
Ровно на следующий день неприятное пророчество сбылось – Сат, недовольно сложив на груди руки, ожидал меня как раз перед комнатой Данны. Я к тому времени так расслабилась, что не успела напрячься.
– Добрый вечер, Сат!
– Добрый, Кларисса, – произнес он медленно. – Я не мешаю твоим развлечениям?
– Моим развлечениям? – не поняла я намека. – Я ведь действую по нашему уговору. Девушки очень довольны – впрочем, именно это я когда-то тебе и обещала.
Он ступил ближе. Надеюсь, не собирался подавлять меня своим ростом или мнимым величием? Дело в том, что в академию я сразу явилась с изъяном – не умею прочувствовать чужое величие только потому, что все о нем говорят. Произносил слова он, правда, спокойно и вкрадчиво:
– А при чем здесь девушки? Разве ты оскорбила Данну или Алайю? Разве с ними хотела закрыть конфликт?
– Не с ними, – я немного растерялась. – Но…
– Или ты решила подружиться с благородной эйрой, раз со мной не вышло? На что только не готова пойти?
Я быстро припомнила свою недавнюю апатию от подобных ярлыков, потому и добавила в тон неуместного давления:
– Перестань, Сат! Я просто занимаюсь тем, что великолепно умею. А у тебя же эта, как ее, тошнота от моего характера. Или придумал что-то унизительное? Тебе подобного наказания мало, как я посмотрю? На что только не готов пойти, чтобы поставить меня на место? – я вернула ему его же вопрос, немного изменив.
– Не придумал! – Сат вдруг рявкнул громко. – Но и так дело не пойдет!
Я его уже видела в подобном состоянии, когда накричала возле ректората. Но теперь-то я что не так сделала? Пока придумывала объяснения, дверь распахнулась и из проема показалась Данна – как всегда прекрасная и с идеальной укладкой. Увидела родственничка и заметно вжала голову в плечи. Видимо, и она что-то не так сделала. Вот пусть она первая и оправдывается!
– Сат, зачем же так переживать? – она воспользовалась предоставленным словом. – Мы не то чтобы на твое посягали, просто Кларисса… Слушай, ну тебе же все равно не нужны розы на академической форме!
– Не нужны! – он направил гнев на нее. – Но это не значит, что можно злоупотреблять моим к тебе отношением, Данна!
Она виновато пожимала плечами:
– Извини. Я с пеленок приучена злоупотреблять чьим-то отношением… Да ведь и ты сам позволил! – Девушка резко развернулась ко мне, а потом снова уставилась на парня и очень смиренно попросила: – А можно, Кларисса потом к нам забежит? Никто не оспаривает твое право на нее, не подумай плохого! Но я готова платить ей по золотому за час работы!
По золотому за час? Это ж где такие расценки за вышивки существуют? Не иначе только в избалованных головах дракониц. И работа – чистая и честная! Я от радости на месте подскочила и приготовилась от всей души поблагодарить, но Сат неожиданно отрезал:
– Нет. Не до того, как она закроет долг передо мной, – подумал и добавил: – И, боюсь, не после того.
– Са-ат, – она сложила руки в мольбе. – Я ведь по-родственному прошу! Знала бы, что она такая рукодельница – сама бы позволила ей на себя накричать и назвать прилюдно эйрой. Ничего, несколько дней позора, зато какая служанка!
Он вдруг прищурился и глянул на нее с улыбкой:
– И если бы такое произошло, ты разрешила бы своему человеку прислуживать мне? Если бы я о-о-очень попросил.
– Нет, конечно! – она тут же выпрямилась и больше на меня не поглядывала. – Во мне бежит чистая кровь! Я бы еще своим делилась!
Перепалка их была странной и какой-то непонятной. Говорят, как будто их всерьез такие мелочи тревожат. Неужели драконья жадность именно так и проявляется? Но я-то человек, пусть и на короткой службе, а не рабыня и не цветастое одеяло, которое можно делить!
– То-то и оно, – констатировал Сат и взял меня за руку. Потащил за собой, приговаривая: – Я думал, что продержусь, так не хотелось с тобой общаться. Но кровь есть кровь, потому если кто-то из моих друзей осмелится назвать тебя своей – смело плюй в драконьи морды. И пусть все претензии потом мне попробуют высказать.
– Чего? – я через несколько шагов отмерла и начала упираться ногами. – Я никакая не твоя! Драконы не понимают разницы между одушевленными и неодушевленными предметами? Лекцию прочитать?
– А есть разница? – он, видимо, издевался. Но все-таки остановился и посмотрел на меня черными глазами. – Я пошутил – драконы знают эту разницу, но все на свете делят на свое и не свое. Ты не могла этого не знать.
– Я знала… В смысле, мне это иначе, но объясняли, – ответила я неуверенно. – Сат, я хотела закрыть конфликт, но не поступать в рабство.
– Какое же это рабство? – удивился он. – Было бы рабство, ты бы сейчас даже рот без моего разрешения не открыла бы. Но ты сама предложила такую сделку.
– Я предложила выполнять честную работу, а не называться чьей-то вещью!
– Это одно и то же. Ты ведь предложила это мне – то есть сама породила исконное драконье желание загрести под себя все, что можно загрести.
У них какая-то нездоровая психология, мне не понять. Но я уже сделала выводы о том, что все существа разные, и их природа – это не то, что меняется по их велению. Если дракону нужно грести с криком «мое», так пусть гребет, лишь бы я в процессе не пострадала. Потому отмахнулась, сбавила тон и согласилась:
– Хорошо, я, кажется, поняла. Я сама назвала себя твоей, хотя так не говорила, потому не имею права называться чьей-то еще. А они, наглецы такие, воспользовались твоим замешательством и тоже попытались под себя подгрести – не потому что сволочи, а потому что драконы. Но пока наша сделка в силе, я выполняю только твои распоряжения. Все верно?
– Грубо, но верно, – он отчего-то снова начал улыбаться. А это означало, что сами мои простецкие определения его не раздражают.
– Отлично! – продолжила я. – Тогда жду твоих заданий! И называй как привык – переживу. Я вообще, кажется, уже ничего не испугаюсь после того, как тебя переживу.
– Меня переживешь? – его настроение все сильнее поднималось. – Интересная формулировочка. Особенно если учесть наши продолжительности жизней.
– Я имею в виду эту сделку, конечно. Так что начинай уже. Раньше поступим – раньше выпустимся, как говорится.
– А я не придумал, говорил уже. Да и завтра сложный практикум, надо готовиться.
– То есть я свободна на сегодня? – уточнила с надеждой.
– Нет. Пойдем. Будешь сидеть и ждать, когда я придумаю что-нибудь отвратительное. Но если вздумаешь снова пришивать пуговицы моему соседу, я ему уши оторву. Хочешь взглянуть на оторванные драконьи уши?
Меня на самом деле смешило это собственничество на пустом месте. А ведь я о нем даже в своем селе слышала – жадные драконы не умеют делиться. Но проявления были почти карикатурными, словно Сат сам за собой никаких отклонений не замечал.
В итоге моя работа превратилась в какой-то идиотизм – вышивкой заниматься веселее. Я просто сидела в комнате Сата, а он молча готовился к занятиям. Его сосед, которого, должно быть, приструнили немного раньше, с улыбкой время от времени поглядывал на меня, но ни о чем не спрашивал. И чего, интересно, улыбается? Чтобы я от скуки какую-нибудь подоплеку придумывала? Так с этим я и без двусмысленных взглядов хорошо справляюсь.
– Сат, – позвала через полчаса. – Я точно здесь нужна?
– Разумеется! – ответил эйр однозначно, не отвлекаясь от учебы. – Пока ты здесь, я уверен, что ты… не где-нибудь еще!
Вероятно, он имеет в виду, что я попутно не назвалась еще чьей-нибудь служанкой. Вот и мучает меня скукой.
– Сат, – еще через полчаса осмелела я. – Я ни на что не намекаю, но похоже, что я здесь только незаметный фон создаю.
– Нет, конечно. Твое присутствие меня вообще раздражает. Кстати, я придумал задание – принеси мне воды.
У них в комнате имелся хрустальный графин с бокалами, и на наполнение всех сосудов ушло минут десять, хотя я всячески тянула время. На самом-то деле, мне было просто жаль тратить часы без пользы – могла бы или в библиотеке посидеть, или собственными уроками заняться. Ничегонеделанье с непривычки погружало меня в сонливость. Решила самовольно провести уборку, но поверхностный осмотр показал – здесь нечего убирать, даже пылинки не видно. Не удивлюсь, если в драконьем общежитии целая армия уборщиц наводит порядок по три раза в день.
Следующей мыслью было спросить разрешения принести свои тетради – и так же молча готовиться к лекциям, но отказ меня совсем бы расстроил, потому я медлила. И набиралась злости – ведь явно же просто издевается! Мол, я сама подписалась служить, а ему ничего интересного не придумывается – делай, Лорка, что хочешь, но придумывай сама. Ну я и дерзнула. Встала и решительно переставила стул к его столу.
– Ты что делаешь? – удивился Сат, но без раздражения.
– Перемещаюсь к зоне конфликта! – ответила я под тихий смех его соседа. – Тут вблизи явно смогу разглядеть себе задание. Тебе, наверное, сложно переворачивать страницы в учебнике?
– Совсем не сложно, – он почему-то начал улыбаться, хотя и пытался скрыть от меня.
– Удивительно! – парировала я. – А то я думала, что драконам легко только о своем могуществе рассуждать. Переписать что-нибудь в тетрадь? У меня не слишком ровный почерк, но уже пару недель как его можно разобрать!
– Так сильно хочешь мне служить, Кларисса? – он поинтересовался нейтрально.
– Вообще не хочу, – на фоне раздражения я не умела быть неискренней. – Но собираюсь принести какую-то пользу и получить свою свободу. А ты в этом процессе, видимо, не собираешься участвовать.
– Хорошо, – смирился, как будто не он за руку меня сюда притащил. – Возьми крайний учебник, найди сто семнадцатый параграф пока – сэкономишь мне несколько секунд.
– С удовольствием…
Это было самое честное признание, которое я произнесла в этой комнате, и слово «удовольствие» вообще ничуть не отражало силу моего восторга. Просто я видела книгу, которую так искала в библиотеке, до которой мне раньше доступа не было – самый настоящий учебник с драконьего факультета! А может, судьба все-таки на моей стороне? Она не только мне вовремя подкинула знакомство с Клариссой, но и чередой перипетий привела именно в эту точку, до которой я без пережитых проблем добраться бы не смогла?
У меня даже пальцы дрожали. Нужный параграф я нашла сразу, заложила страницу пальцем, но пока Сат был занят другим, тихонько листала, стараясь не взвизгивать от счастья. И тотчас забыла о других присутствующих.
«Проблемы трансформации… примеси крови других рас… в редчайших случаях бывают отклонения… помогают заклинания выявления сути оборотней…»
Святые духи! Это ведь ответ на один из миллиона моих вопросов! Моя кровь не может быть чистой: мать – обычный человек, а отец мог быть уже не чистокровным драконом. И это как раз объяснение первых признаков в столь зрелом возрасте!
«Чешуя… эпизодические проявления… Причинами нарушений трансформации могут быть стрессы, наследственное отклонение или гормональный…»
Вот! Об этом ведьмы или сама я просто не могли знать, но мой случай, как оказалось, совсем не единичный, пусть и редкий! И случается не только с драконами – и среди других оборотней иногда рождаются такие, кто не обращается сразу после рождения! Даже приводится куча факторов, способных спровоцировать…
– Ты чем так увлеклась? – раздался голос откуда-то из-за плотной стены тумана. – Кларисса!
– Не отвлекайся, Сат, у тебя важный практикум, – ответила я ему бездумно. Хотя больше фраза касалась меня, а не его.
Но он зачем-то с тихим смехом ухватил книгу за уголок и поволок ее по столу ближе к себе. Я понеслась вслед за ней, надеясь ухватить хоть что-то еще полезное. Приподнялась, нависла над движущейся книгой и вдавливала страницу пальцем, чтобы он на свой параграф не перевернул – успеет еще! А я могу не успеть.
«Заклинаний выявления сути множество, работать должен специалист… чего-то там… Начинать следует с самых некритичных… С-соарни-ла…»
– Кларисса! – резко позвал Сат. – Можно, уже и я свою книгу почитаю?
У меня воздуха в легких скопилось столько, что грудь заболела, – я все это время не выдыхала. И теперь наступила пора:
– Можно! – прозвучало с немыслимым облегчением. – Можно, конечно, уважаемый Сат!
С-соарни-ла – надо не забыть! Длинный первый звук и короткая пауза перед последним слогом. Вслух пока произносить нельзя… А вдруг забуду? А вдруг я слишком много всего пережила ради этого момента, чтобы потом забыть?! Сат погрузился в чтение, и я очень осторожно и медленно взяла самопишущее перо, которым он не пользовался. Еще аккуратнее подтянула его к себе – бросила взгляд на дракона, плюнула на все на свете и быстро переписала заклинание себе на ладонь. Оно далеко не единственное, но как раз такое, с чего и следует начать.
– Ты странная. Я уже говорил? – произнес он задумчиво, пряча улыбку за кулаком.
– Несколько раз, – припомнила я.
– Тебе, похоже, здесь скучно.
– Да что вы говорите, – не удержалась я, прикинув, как целый час просидела вообще без дела. Но потом-то все компенсировалось! Я ради этого созвучия, написанного чернилами на ладони, готова и пять часов кряду ждать, даже не подумаю жаловаться! И потому поспешила добавить: – Я имею в виду, что ничего страшного. И, кстати говоря, готова каждый день здесь сидеть и помогать тебе искать параграфы! Можно, я завтра сразу после обеда прибегу? А если ты будешь занят, так ничего – посижу тихонько на стуле, подожду.
– Ты странная, – повторил он с другой интонацией. – Но так отвратительно выслуживаешься передо мной, что весь интерес к себе убиваешь.
– Да плевать, – я отмахнулась. – В смысле, мне твой интерес без надобности, я просто хочу закрыть старый конфликт! И еще… очень даже готова поискать тебе нужные параграфы. Какой следующий? Ничего про кроликов не задавали? Люблю кроликов на картинках разглядывать.
– Лучше принеси мне воды!
– Ты еще предыдущую не выпил! Давай не отвлекаться от учебы, а? Свою подготовку пропускаю, зато твою не пропущу!
– Ты за моей учебой следить собралась, Кларисса?
– Очень даже собралась! Радуйся! Я во всех делах ответственна! Ну же, почему мы болтаем, а не листаем учебники? – меня распирало нетерпением.
Сат уставился на меня пристально, словно соображал, шучу я или нет. И в этот момент подал голос его сосед, о существовании которого я вообще забыла:
– Смотрю, у вас тут все ладится, – он отчего-то смеялся. – Не буду мешать. Может, тоже себе красавицу с хамскими замашками найду, все веселее учеба пойдет. Или ты, Сат, единственную очаровашку отхватил?
– Похоже, единственную, – медленно ответил другу Сат перед тем, как тот вышел.
А я удивилась:
– Чему он, интересно, мешал? Учебе?
– Не совсем. Просто видит всплеск романтики, проявил тактичность.
– Какой еще романтики?! – я округлила глаза. – Никакой романтики нет!
– Ты жмешься ко мне все ближе, а я это позволяю. Как со стороны это должно выглядеть? Или ты реально считаешь, что любая желающая может вот так запросто ко мне жаться, а я буду делать вид, что не замечаю?
Я охнула, только теперь заметив, что вместе со стулом потекла вслед за учебником и теперь действительно почти уложила голову дракону на плечо, чтобы хотя бы обложку со счастливой мордахой разглядывать. Отодвинулась подальше, насупилась. Но Сат теперь сам развернулся ко мне всем телом, наклонился и упер руки в колени. Смотрел на меня смеющимися глазами.
– Кларисса, – начал говорить вкрадчиво, – а может, я не совсем правильно понял твои мотивы? Решил, что ты подлизываешься, как делают остальные, но тобой руководили совсем другие эмоции?
Неужели он догадался о шантаже? Это немного пугало, ведь никак нельзя, чтобы он узнал, чем же меня шантажируют, зато какое облегчение, если он сам хотя бы о подоплеке догадается! Я прижала к груди руку и призналась:
– Совсем другие эмоции!
Он улыбнулся шире, отчего сделался совсем очаровательным. Но говорил почему-то так же мягко и с паузами:
– И как давно? С нашей первой встречи? Неужели я показался тебе привлекательным даже под аурой измененной внешности?
– Да нет, конечно! – опровергла я. – При чем тут привлекательность?
Он в недоумении выпрямился.
– То есть ты не считаешь меня привлекательным?
Куда-то не туда наш разговор свернул. Он вообще к чему клонит?
– Считаю, – теперь и я заговорила с его интонацией, очень тщательно подбирая слова. Как бы снова что-то лишнее не ляпнуть. Наверное, правильно просто выразить уважение к его расе: – Я всех драконов считаю привлекательными!
– А-а, замуж за дракона хочешь? – он перестал улыбаться. – Вообще любой сойдет?
– Упасите кикиморы! – я услышала, как это прозвучало, и объяснила: – Вообще ни за какого дракона я замуж не хочу. Но ты спросил о внешней привлекательности, вот я и ответила честно! Я и лис считаю привлекательными, особенно Орина. И волков – хоть они своеобразны, но довольно мужественно выглядят, если к ним близко не подходить. И ястребы! О, ястребы очень привлекательны, хотя и не слишком красивы. У них другая привлекательность – сложно сразу объяснить….
Сат перебил:
– Ты очень странная.
– Будем считать это моим девизом! Я опять что-то не то говорю? Просто пытаюсь сочетать честность и вежливость!
– Это я заметил. И честности, кажется, столько, что вежливости места не остается. Но сейчас я не об этом. Когда ты пошла ко мне в столовой, чтобы поблагодарить, я был поражен. Серьезно. Знаю, что очень многие девицы сюда только для того и поступают, чтобы с кем-то из оборотней сблизиться и устроить выгодный брак. Но ни одна из них не наплевала бы на волков и общее осуждение, чтобы просто поблагодарить. Ты говорила со мной так, как с драконами не говорят простые смертные. И это я счел признаком большой смелости. Знаешь, о чем я тогда подумал?
Я предположила самое очевидное:
– Откуда я такая выползла, что даже про волков не в курсе?
– Вообще мимо, – сухо отрезал он. – Тогда я пожалел, что чистокровный. Значит, и невесту буду выбирать из эйр. Но если бы когда-то решил нарушить традиции, то смотрел бы на такую, которая ведет себя как дракон. Которая пойдет ко мне даже через волчью стаю, если ей только захочется.
– О как… – я была очень обескуражена. С моей стороны сцена даже близко не выглядела таким образом.
Но он вздохнул и продолжил:
– Потом ты зачем-то захотела меня унизить. Потом зачем-то унизилась сама. Временами дерзишь, временами поражаешь прямолинейностью. Я уже теряюсь, как классифицировать твои чувства, если речь не идет о симпатии. Ты как будто рудник – на поверхности шахта, а внизу бесы знают, что творится.
– О симпатии даже не думай, – осекла я и виновато улыбнулась – на самом деле, его растерянность была мне понятна. А также приятно, что он все еще пытается разобраться, несмотря на уже навешанные ярлыки. – Просто я странная! Ты ведь сам это говоришь.
– Где ты жила до сих пор, Кларисса?
– О-о, в одном приграничном городе! – я выдавала многократно отрепетированную речь. – Мой отец – богатый купец. Но он так меня любит, что берег от опасностей и держал дома. Из-за этого я многим вещам в общении не научилась.
Вероятно, он решил, что отец содержал меня в темном подвале, прикованной цепями к стене, раз я настолько далека от понимания привычного уклада.
– Тогда тем более не понимаю, Кларисса. Зачем же столь осторожный отец отправлял тебя в столицу? Тебя, несмотря на спорный характер, вполне можно было выгодно выдать замуж: внешность – дело вкуса, но редчайший цвет волос добавляет тебе изюминки. Мне ваша совместная логика непонятна. Или он все-таки втайне от тебя надеется, что здесь ты найдешь еще более выгодную партию, или ты просто передо мной рисуешься – цену себе набиваешь.
Я возмутилась:
– Ничего я себе не набиваю!
Сат снова улыбнулся:
– Кларисса, мы сейчас в комнате вдвоем. Я дракон, который берет все, что захочет. Полагаться на мое благородство можно, но в определенных пределах, а ты сама постоянно пределы ломаешь. То есть ни тебе, ни твоему отцу не приходило в голову, что выдавать замуж не невинную девицу будет несколько сложнее?
Я вскочила, а лицо вспыхнуло от ярости:
– Я твой намек не понимаю! И не надо повторять – все равно не пойму! Вы тут со своими драконьими замашками давайте как-нибудь сами, я не участвую. Папа меня отправил учиться! Способности у меня, представляешь? Видел бы ты, что я на бытовой магии вытворяю! Академия – учиться, тебе самому в голову такая простая логика не приходила?
Но Сат из себя не вышел и произнес ровно:
– Тогда ты здесь одна из немногих, кто приехала действительно учиться.
– Именно! Учиться и не наживать себе проблем! А если нажила – решать их сразу же и без остатка!
– Я тебя услышал. Тогда на сегодня свободна. Иди и учись, раз это твоя единственная цель. Остальное, правда, не вяжется, но я попытаюсь осмыслить. У драконов железный желудок, но тебя сразу и не переваришь.
Конечно, я ушла, хоть и очень было жаль прощаться с прекрасной книжицей. Но ничего, служба моя продлится до конца семестра – успею еще выловить пару счастливых моментов. Разговор с Сатом я обдумала – и пришла к выводу, что на этот раз все сказала верно. Придумал тоже симпатию! Ага, как будто у меня других забот мало, кроме как влюбиться в эйра, который женится только на эйре и который каждый день пытается понять заново, что обо мне думать.
Зато вечером я радовала и себя, и Мию. Заклинание было слабым, но результат, как говорится, налицо. Точнее, на руку, на ногу, на шею и куда угодно – стоило мне лишь взглянуть на нужное место и произнести «С-соарни-ла». Чешуя появлялась моментально – уверенно и однозначно топорщилась, а держалась намного дольше, чем раньше.
«Вот и моя сущность», – довольная, думала я.
– Кларисса, ты дракон! – вторила моим мыслям Мия. – Когда ты уже расскажешь про это остальным? Знаю, секретная секретность! Но как же можно подобное скрывать? С ума сойти! Твои локоны белоснежны, а чешуя самая обычная! Я видела драконью чешую – и всегда она приводит в восторг. В прошлом году на дне рождения королевы-матери сразу пять драконов обратились – то ли так и было запланировано, то ли им королева-мать чем-то не нравится. Половину дворца разнесли, зато как было красиво! Много бы я отдала за то, чтобы родиться в твоей королевской семье! Уверена, ты самый красивый дракон из всех, что мне доводилось видеть!
Она много чего еще приятного говорила, и я тоже любовалась. Теперь, по крайней мере, я в любой момент могу доказать свое происхождение – если таковое доказательство потребуется.