Глава 13. Арчер

То, что я просидел до конца ужина, чуть не убило меня. Я бы извинился и ушел, если бы Престон сделал то же самое, но ему пришлось заканчивать ужин вместе со своими родителями и их гостями, а мне досталось место в первом ряду.

Я не позволил себе слишком глубоко задуматься о том, что означало мое приглашение, потому что уже не мог догадаться о том, что чувствую. Бенуа был прав в одном: никто не должен был знать. Было ясно, что мы с Престоном единодушны в том, чего хотим и будь я проклят, если сдерживал себя из страха.

Как только я переступил порог входной двери, я сорвал с себя шарф и пальто, и повесил их на вешалку более беспорядочно, чем обычно. Когда я ушел, за столом Престона уже заканчивался ужин и я не думал, что он сильно отстанет. У меня не было сомнений, что он придет сегодня вечером – не только в мой дом, но и, если я захочу, на себя или на меня, в зависимости от того, как я смогу его заполучить.

Мой член был настолько твердым, что мне хотелось расслабиться и у меня возникло искушение подрочить себе, чтобы снять остроту. Вместо этого я заставил себя вдохнуть через нос, задаваясь вопросом, когда же я снова стал подростком, не умеющим сдерживать себя.

И здесь я был тем, кто посоветовал Престону набраться терпения. Какой лицемер.

Я взглянул на свой телефон, чтобы проверить время и заметил, что на нем нет ни текстовых сообщений, ни пропущенных звонков.

Мы все еще были в эфире. Когда бы это ни было.

Боже, из-за того, что меня дразнили ранее в мужском туалете, я не был уверен, что продержусь достаточно долго, чтобы затащить его в свою комнату, как только он приедет. Но у меня здесь не было ни презервативов, ни смазки.

Я выругался и направился вверх по лестнице, что было нелегким подвигом, поскольку мой стояк натягивал штаны и заставлял их болезненно растягиваться на бедрах. Взяв пригоршню того, что мне было нужно, на случай, если мое нетерпение возьмёт верх, я спустился вниз и спрятал предметы в ящике у входа. Я не знал, зачем мне это делать, когда было ясно, зачем я пригласил Престона.

Я выглянул в окно и выругался на пустую улицу, прежде чем отправиться на кухню, чтобы налить себе бокал вина. Что-то красное. Смелое, но гладкое. Я откупорил бутылку и потянулся за бокалом, прежде чем решил, черт возьми. Зачем мелочиться?

Предвкушение гудело в моих венах, когда я поднес бутылку к губам, задаваясь вопросом, в кого, черт возьми, я превратился за последнюю неделю. В кого-то, кто не мог перестать думать о парне вдвое моложе меня, о парне, который всегда был полностью закрыт, но теперь я не мог перестать представлять свои руки на нем.

Спустя пару долгих глотков, тепло вина, согревающее мою кожу, заставило меня сорвать галстук, быстро развязав узел, а затем расстегнуть воротник. Мне казалось, что я внезапно снова могу дышать, пока звук моего дверного звонка не разнесся по пустому дому.

Мгновенно у меня участился пульс.

Я отставил бутылку в сторону, затем стянул галстук с шеи и бросил его на стойку, направляясь к двери. Нужда сильно сковывала меня и я чувствовал, что не смогу достаточно быстро добраться до человека по ту сторону стены. Мне следовало просто оставить для него дверь открытой — на один шаг меньше, чтобы заставить меня ждать.

Я снова подумал, не сошел ли я с ума. Взявшись за ручку, я закрыл глаза и заставил себя успокоиться, чтобы все не закончилось раньше, чем началось.

Но когда я открыл дверь и увидел Престона, стоящего там в один момент, а в следующий проталкивающегося мимо меня, все мысли о том, чтобы не торопиться, вылетели в окно.

Едва он был внутри, как я пинком захлопнул дверь и прижал его к ней. Тихое ворчание покинуло его, когда его спина ударилась о твердую древесину, а беспокойный голод, мелькавший в его глазах, сказал мне, что он был так же на грани, как и я.

Однако мне хотелось кое-чего, прежде чем ситуация окончательно выйдет из-под контроля.

Я взял его подбородок большим и указательным пальцами и немного приподнял это великолепное лицо, а когда я наклонился и провел языком по его верхней губе, Престон задрожал и потянулся к моим лацканам.

- В тот вечер благотворительного мероприятия ты застал меня врасплох. — Прошептал я, покусывая его нижнюю губу. — Но не сегодня. Дай мне свой рот. Я хочу попробовать тебя на вкус.

Престон подался вперед, прижавшись губами к моим. Приказу он был более чем готов подчиниться, когда он приоткрыл губы и впустил меня внутрь.

Я засунул свой жадный язык в сладкую ячейку его рта, когда он крепко прижал меня к себе, а затем исследовал каждый дюйм его рта так, как я себе представлял с той ночи.

Престон застонал, сжал мой пиджак и начал сбрасывать его с моих плеч. Я подвинулся, чтобы помочь с усилием и когда он упал на пол, я потянулся к нему и сделал то же самое.

Так. Один слой ушёл, осталось ещё около миллиона.

— Сними рубашку. — Хрипло сказал Престон, прислонившись спиной к двери, его волосы были взлохмачены, губы опухли.

Похоже, я был не единственным, кто хотел избавиться от нашей одежды.

Я расстегнул манжеты и вытащил рубашку из штанов, затем быстро расстегнул остальное.

- Проклятие. - Престон протянул руку и сжал свою толстую длину, а я снял рубашку и швырнул ее на пол. - Я мог бы кончить, просто посмотрев на тебя вот так.

— Я знаю. — Сказал я, расстегивая штаны. — Ты сделал это той ночью.

Не извиняющаяся ухмылка тронула его губы, когда он пристально посмотрел на то, что делали мои руки.

— Хочешь, чтобы я извинился? - Престон потянулся за своей молнией. - Я могу встать на колени? Или как хочешь.

- Да, кажется, я помню это предложение. - Я откинул туфли и штаны в сторону и получил огромное удовлетворение от того, как дрогнули занятые руки Престона, когда я выпрямился в своих черных трусах-боксерах. - Но я не хочу, чтобы ты сейчас стоял на коленях.

Я подошел к нему и потянулся к его замерзшим рукам. Я отбросил их, закончил расстегивать молнию на его штанах и сдвинул их ему на бедра.

- Сейчас мне нужна твоя сладкая задница, а для этого тебе нужно повернуться лицом к двери.

Глаза Престона слегка расширились и было приятно наконец застать его врасплох. Если он думал, что сегодня вечером ему придется иметь дело с вежливым мистером Кэррингтоном, то его ждал чертовски тревожный звонок.

Он дразнился, выставлял себя напоказ, делал все, что было в его силах, чтобы привлечь мое внимание – и теперь оно у него, черт возьми, было.

Когда удивление сменилось удовольствием, глаза Престона потемнели. 

- Да, сэр.

Он скинул штаны и повернулся, пока не оказался лицом к двери, а мне потребовалась секунда, чтобы просто изучить его.

На нем были всего лишь пара носков и белая классическая рубашка, концы которой прикрывали то, что, как я знал, должно было быть впечатляющей задницей и поскольку я, очевидно, жаждал наказаний, я услышал свой голос: 

- Подними свою рубашку.

Престон наклонился и поднял её до талии, и когда в поле зрения появилась пара узких темно-синих трусов, я оказался на нем быстрее, чем мой следующий вздох. Я прижался лицом к его спине, упираясь руками в дверь и когда мой твердый член ударился о его ткань, тихое проклятие покинуло его. Я опустил голову, пока мои губы не коснулись линии его шеи и он вздрогнул.

- Скажи мне, что ты делал это раньше.

Он потянулся к моему бедру и прижался ко мне. 

- Ты спрашиваешь, девственна ли моя задница? Сейчас?

Уход от моего вопроса не позволил бы мне быстрее проникнуть в него и я скользнул своим прикрытым членом между его ягодицами, вызвав стон. 

- Ответь мне.

- Я хочу этого сильно, быстро и глубоко — это ответ на твой вопрос?

Ухмылка скользнула по моим губам в ответ на умный ответ и я оттолкнулся от двери, отступив назад, чтобы взять смазку и презерватив, которые положил в ящик рядом. Слава Богу, мне хватило ума принести их, потому что я был прав — у меня нет терпения отвести его наверх.

Он проворчал жалобу, оглядываясь через плечо, но когда увидел, что у меня в руках, подавил улыбку и повернулся лицом к двери, как хороший мальчик, которым он и был.

Я сдвинул трусы настолько, чтобы освободить эрекцию, затем надел презерватив и смазал его, чтобы стать красивым и гладким. Сейчас не время медлить, учитывая то, как Престон беспокойно двигался, практически царапая дверь.

- Войди в меня.

Его просьба была музыкой для моих ушей. Он был в таком же отчаянии, как и я, все поддразнивания и прелюдии привели нас к этому моменту.

Я зацепил пальцем пояс его трусов, потянул его назад, а затем позволил себе хлопнуть по его коже — предупреждение о том, что сейчас не он главный.

Престон замер, следуя моему молчаливому приказу и черт возьми, это было жарче, чем должно было быть. Я засунул его трусы под его пухлую задницу и в тот момент, когда вся эта гладкая кожа стала видна, у меня потекли слюнки. Мне хотелось лизать, кусать, сосать, дразнить и мучить, но больше всего мне хотелось трахаться.

Раздвинув его ягодицы, я провел своим членом по щели его задницы, делая его приятным и влажным для себя. Каждый раз, когда я проходил мимо его горячей дырочки, я слышал, как он вздыхает, но он оставался неподвижным, как я ему и говорил. И только когда головка моего члена подтолкнулась к его входу, он не смог удержаться и выгнул спину, чтобы заставить меня пройти через это тугое кольцо мышц.

Шок от того, что я вошёл в него на его условиях, заставил меня зашипеть и хлопнуть рукой по двери, чтобы восстановить контроль.

Еб твою мать. Престон, возможно и не девственник, но его задница душила мой член, как будто он был девственником.

Я выругался, уронив лоб ему на плечо, схватив его за бедро и медленно проникая внутрь него. Я хотел этого сильно и быстро, но теперь беспокоился, что не доберусь и до яиц.

Это должно было сказать мне, что я был в нем по уши.

— Еще. — Сказал он, задыхаясь, снова отталкивая меня.

Как будто я мог отказать ему в чем-либо.

Я схватил другую сторону его бедра и одним быстрым толчком оказался глубоко внутри Престона Абернати.

А потом... это началось.

Я впился пальцами в его мягкую кожу и настоящего удовольствия было почти достаточно, чтобы поставить меня на колени, но будь я проклят, если спущусь вниз сейчас – по крайней мере, не таким образом.

Престон уперся ладонями в дверь и когда я начал вырываться из него, он оттолкнулся, преследуя меня.

Господи. Он был так чертовски нетерпелив, так жаден до моего члена и его ответ сделал меня таким же ненасытным. Я толкнулся вперед, пока не оказался вровень с ним, затем опустил голову и провел языком по его шее.

- Ты заставляешь меня чувствовать, что я могу трахаться всю ночь.

— Хорошо. — Выдохнул он, повернув голову в мою сторону. - Потому что одного раза с тобой никогда не будет достаточно.

Я украл его губы в жадном поцелуе, вонзая язык ему в рот и вторгаясь в его тело. Все приличия, которыми я обладал, давно исчезли, поскольку возбуждение и похоть затмили все мысли.

Я положил руки на бедра Престона и провел ими по упругой, безупречной коже, которая приходит с молодостью. Необходимость увидеть его обнаженным и распростертым для меня в какой-то момент сегодня вечером стала для меня обещанием, которое я дал самому себе.

- Красивый. - Мой голос был грубым, когда я провел ладонями по его туловищу под белой классической рубашкой, которую он все еще носил. - Ты такой красивый и такой чертовски отзывчивый.

Престон застонал и выгнулся ко мне, поднимая руку так, чтобы он мог схватить меня за шею.

- С тобой... - Его теплое дыхание окутало меня. - Только с тобой так.

Я обвел пальцами его соски и ущипнул их, заставив его вскрикнуть. 

- Хорошо, потому что теперь, ты мой мальчик. - Боже, я был сумасшедшим, делая такое заявление, но именно так я себя чувствовал. Это было то, чего я хотел. - И сегодня вечером ты кончишь, когда я скажу.

- Да. Твой. Так долго, как ты захочешь.

И какая это была опасная идея. Но я не собирался думать об этом прямо сейчас.

Я провел рукой по твердым выступам его пресса, затем схватил корень его члена. Престон ахнул, сжимая вокруг меня свою задницу так, что у меня сжались пальцы на ногах. Когда я начал двигаться позади него, он впился пальцами в мою шею и его голова упала мне на плечо.

Я сделал резкие, неглубокие толчки, тыкаясь в него, как животное в течке. Я хотел запечатлеть в нем себя так, как никогда не мог себе представить, чтобы он запомнил это — меня — на долгие годы.

Работая с его членом, я опустил голову и провел зубами по его шее, отводя носом воротник его рубашки. Он запустил пальцы мне в затылок, притягивая меня ближе и это было все разрешение, которое мне было нужно. Я вонзил зубы в мягкую кожу на сгибе его шеи и работая над его пульсирующей длиной, начал сосать и трахать его, как будто это была последняя ночь на земле.

Престон схватил меня за бедро, пока я продолжал его долбить и он взял каждый дюйм, который я давал, просовывая свой член сквозь мой кулак.

- Арчер... — Простонал он, приближаясь к самому краю.

Я поднял голову и снова приблизил губы к его уху. 

- Вот и все, дай мне услышать, как сильно ты любишь мой член.

- Так чертовски сильно.

Его рваные вдохи, когда я входил и выходил из него, были свидетельством этого, как и то, как его возбуждение покрывало мою руку.

- Тогда кончай для меня, ты, великолепный ублюдок. Разваливайся прямо здесь, прямо сейчас.

Престон вскрикнул, отчаянно толкаясь в мой кулак, когда я снова врезался в него. Мое имя соскользнуло с его языка, когда он напрягся на мне, а через несколько секунд он красил мою входную дверь брызгами спермы.

Черт, я никогда не чувствовал себя таким живым. Первобытным и диким. Это было безрассудно и совершенно беспорядочно во всех отношениях, и наблюдение за тем, как его сперма капала на паркетный пол, вызвало у меня собственную кульминацию, взорвавшуюся внутри него. Моего контроля нигде не было.

Я трахал его, как сумасшедший прямо тут, в коридоре моей гостиной.

Чувствовал ли я себя виноватым? Нет.

Мне было жаль? Нет.

Хотел ли я затащить его наверх и сделать это снова, но на этот раз он залез мне в глотку? Абсолютно чертовски верно.