Его малышка

Вероника

После такого разговора с Кевином вся сонливость прошла. Чувствую я себя уже лучше, но все еще отвратно. Выходные тем временем неумолимо стремятся к завершению, а это значит, что пора засесть за учебники.

Экономика... Она и в обычном состоянии не может уложиться в моей голове, что уж говорить про сегодня. Руки то и дело тянутся к телефону. Ни сообщений, ни звонков. А что я собственно ожидала там найти? Открываю сообщение от него. "Неплохо смотримся..." А он прав. Что-то в этом есть. Зачем-то сохраняю фото и раздумываю над тем, не отправить ли его в черный список. Пальцы зависают над значком, но я так и не решаюсь. Стоит ли ответить ему, написать что-то типа: забудь этот номер? Разве не этого он ждет? Ни за что в жизни не стану делать того, что он от меня ожидает.

Вновь возвращаюсь к учебникам. Но информация не идет в голову. Там все прочно занято. Просматриваю необходимый объем и, утратив всякую надежду что-либо понять или запомнить, откладываю учебники. Может профессор Стивенсон на этот раз найдет себе другую жертву. Это были долгие и насыщенные выходные, после которых я вымотана как эмоционально, так и физически. Решаю, что продолжительный сон должен все исправить.

Утро... Неужели я беспробудно проспала всю ночь? Проснулась я еще до будильника и была еще куча времени, чтобы принять душ и не спеша собраться. После душа решаю, что легкий макияж мне не повредит. Пудрю лицо, слегка крашу ресницы и добавляю немного бледно-розового блеска для губ. Все очень спокойно и естественно, то, что надо. Своим джинсам я не намерена изменять, правда сегодня почему-то рука тянется к какому-то красному кусочку ткани. При ближайшем рассмотрении он оказывается топом, который подкинула мне Кейтлин. Прикладываю его к себе и вид в зеркале мне нравится. Похоже, настал его час.

В колледже я оказываюсь раньше минут на 20. Не зная чем себя занять, направляюсь в аудиторию. В конце концов, я просто могу почитать книгу. Открываю дверь в аудиторию и застаю там профессора Стивенсона.

— А, мисс Вэнсон! — сказал он, подняв голову от бумаг. — Что-то вы сегодня ни свет ни заря. Похвальное стремление к учебе.

— Доброе утро, профессор! Так получилось.

—Понятно. Ну, раз у нас есть еще несколько минут до начала лекции, можем обсудить предстоящую конференцию и выбрать тему, — черт, а я уже и забыла про этот дурацкий доклад. Каковы мои шансы выбраться из всего этого сухой?

— Конечно, профессор. Просто не совсем уверена, что я именно тот человек, кто сможет свободно выступать. Вы же знаете, ваш предмет мне дается не совсем легко.

— У вас, что боязнь сцены?

— Ну не то чтобы боязнь... А вдруг у аудитории появятся вопросы?

— Не исключаю такой возможности. Но вопросы будут возникать по теме вашего доклада и при должной подготовке у вас не возникнет сложностей с ответом. Ну а если все же не сможете ответить на какой-нибудь вопрос, скажете что-нибудь вроде: чтобы обосновать данное заключение потребуется некоторое время, а отведенное мне время выступления подходит к концу. И все. Мисс Вэнсон, мне нужен выступающий и вы — лучший кандидат. К тому же, естественно, вы не просто так будете выступать. Участие в конференции позволит вам беспрепятственно получить положительную оценку по моему предмету.

Аудитория начала постепенно заполняться и нас прервали.

— Давайте обсудим это после занятий. Можете занять свое место.

Лекции по экономике прошли довольно спокойно. Профессор Стивенсон донимал вопросами кого угодно только не меня. Похоже? Все-таки есть толк от этого доклада. Кейт писала мне во время занятий, звала на кофе. Знаю я ее эти приглашения на кофе. Одно из них сейчас на мне. А сегодня меня спас Стивенсон с этим его докладом.

Около 2 часов после лекции мы еще обсуждали конференцию и разбирали утвержденную им тему доклада. Когда обсуждение наконец закончилось, я отправилась прямиком в библиотеку, нахватала разных книжек, мало-мальски относящихся к моей теме. Кейт при каждом удобном случае высмеивает мою привязанность к бумажным носителям. Ее никак не удается убедить, что с ними удобнее работать. Остаток дня и большую часть вечера я провела за штудированием экономических фолиантов.

Когда мозг перестал вмещать в себя какую-либо информацию, я решила, что на сегодня хватит. Добралась до ванной, не спеша приняла душ, умылась и почистила зубы. У меня складывалось стойкое ощущение, что моя голова распухла от новой информации и обилия цифр. Нет, в зеркале все выглядело как прежде, только вид у меня был довольно изможденный. Нужен крепкий, здоровый сон.

Завтра все повторилось. Подъем, сборы, занятия, учебники, доклад. И снова Кейт с нее "сколько можно заниматься, уже б давно попросила какого-нибудь ботаника, чтобы он все сделал". Как ей объяснить, что для меня это важно и мне нужно все сделать самой?

Ей удалось вытащить меня из всего этого только в среду. Она поймала меня в коридоре сразу после занятий.

— Так, Вэнсон, если б я не знала тебя, то решила бы, что ты меня избегаешь.

— И тебе привет, Кейт!

— Вот только зубы мне не заговаривай! Мы идем пить кофе.

— Кейт, я не могу. Я ничего не успеваю. Мне еще столько всего надо сделать.

— Да, например, маникюр. Что это вообще с твоими руками творится?

— Ничего, все как обычно, — я считаю, что значение маникюра слегка переоценено. Ногти Кейт блестят и переливаются, но стоит ли говорить, что она отдает за эту красоту целое состояние. Я же делаю маникюр дома. Я вообще не фанатка всех этих салонов. Если б могла, я бы и стриглась сама. Увы!

— Да посмотри на себя! На кого ты вообще похожа! И в таком виде ты собираешься на свою эту конференцию?

— Да нормально я выгляжу... — начала было я.

— Кому ты будешь рассказывать! Мы сейчас же едем на маникюр, и это не обсуждается.

Маникюром дело не обошлось. Только войдя в салон, Кейт сразу же заявила, что нам все по полной. Мои слабые возражения не принимались. Начались всевозможные маски, пилинги и массажи. Маникюр, как ни странно тоже был. А на эпиляцию ей так и не удалось меня уговорить. Она просто сумасшедшая, если позволяет кому-то выдирать на своем теле волосы.

После всех этих процедур я действительно стала выглядеть лучше. Более того, я и ощущать стала себя намного лучше. Все-таки эта конференция меня порядком вымотала.

На следующий день я пыталась наверстать упущенное и вновь погрузилась в учебники. Завтра мне предстоит выступать перед аудиторией в несколько сотен, а я еще не закончила доклад, не говоря уже про то, чтобы усвоить весь необходимый материал.

Утро пятницы показало, что я зря переживала. Студентов нашего потока, которых вместо занятий согнали в актовый зал, сама конференция мало интересовала. Для них это было больше приятным времяпрепровождением. Они флиртовали, перешептывались, переписывались и просто торчали в телефонах, некоторые даже были в наушниках. Как я их понимаю! Преподавательский состав за редким исключением тоже скучал. Только Стивенсон сохранял бодрость, но может это было на показ, как часть его обязанностей.

Я быстренько сделала доклад. Стивенсон спросил, есть ли у кого вопросы. Вопросов не было, и я заняла свое место рядом с другими докладчиками. Еще один доклад и я свободна.

Последний докладчик явно понимал, что на него возложена большая ответственность — нам всем уже не терпелось уйти, поэтому он рассказывал максимально быстро и уже через полчаса Стивенсон завершил конференцию благодарственной речью, обращенной ко всем собравшимся. Я тут же поспешила уйти, но Стивенсон задержал меня буквально возле двери. Мне, конечно, было приятно слушать его отзыв о моем докладе, но я давно не была так рада видеть Кейт, которая практически вырвала меня из его цепких лап.

Радовалась я правда не долго. Из одних лап я попала в другие. Кейт потащила меня на кофе, плавно перетекающий в шопинг. Отделаться у меня не получилось. Она упрекнула меня, что я мало времени ей уделяла, и если я еще и на шопинг с ней не пойду, она смертельно на меня обидится. Верилось в это с трудом, но чем черт не шутит.

А в магазине я поддалась чарам платья цвета в стиле Кейт, но в моем фасоне. Коралловое платье село идеально, при этом у меня не было ощущения, будто бы сейчас это оно разойдется по швам. Кейт как всегда пыталась оплатить, но я решила, что пора воспользоваться папиной золотой картой, тем более что я это заслужила. И как только оплата прошла, мне позвонил отец с вопросом: не украл ли кто мою карту. Пришлось успокаивать его, что я просто решила сделать приятное себе. Он между тем не скрывал радости, что я перестала быть такой гордой.

После утомительного шопинга и трех клятвенных обещаний, что я приду в бар, мы распрощались с Кейтлин и я отправилась домой, где тут же уснула.

Майк

Это была адская неделя. Все воскресенье я как полный придурок ждал, что она хоть как-нибудь отреагирует на мое сообщение. Хотя бы воплями вроде: откуда у тебя мой номер. Но нет, в ответ тишина. Потом началась рабочая неделя и я замотался в чреде встреч и горах работы. Днями я работал, как проклятый, и на отвлеченные мысли было не так много времени, хотя время от времени Орландо упрекал меня, что мыслями я где угодно, только не на работе.

А вот ночами... Ночами приходила она, ее образы, ее запах. Я подолгу лежал без сна и временами даже работал по ночам, что-то даже рисовал. Она не отпускала меня. Вспомнил подростковые годы, когда на меня накатывало возбуждение. Это помогало, но ненадолго. Память будто нарочно раз за разом подбрасывала воспоминания о ней и кровь вновь начинала бурлить.

В понедельник после насыщенного трудового дня я засыпал на ходу и даже вырубился в машине по дороге домой. Но когда пришло время отправляться спать, сна как не бывало. Я уснул уже на рассвете, изрядно набравшись.

Вторник приветствовал меня головной болью и соответственно дурным настроением. Мой обычно зверский аппетит пропал. Целый день я работал, но мозг то и дело давал сбои: я что-то забывал, решения, которые обычно принимались на раз, вдруг стали обрабатываться очень долго. Вечером я решил не испытывать судьбу вновь и отправился в первый попавшийся бар.

Найти компанию для пары стаканчиков не составило труда и через несколько часов я проводил ее до дома. Брюнетка с большой грудью и тонкой талией оказалась очень доступной. Мы перепихнулись пару раз и я сбежал под предлогом, что завтра у меня важная встреча. Не люблю спать в чужих кроватях, к тому же я уже получил то, что хотел. Домой я вернулся глубоко за полночь и вырубился, как только добрался до кровати, даже в душ не пошел. Проспал всю ночь, не просыпаясь, но утром все равно чувствовал себя разбитым.

Душ, сборы, офис, бесконечные встречи и совещания. Энергия на нуле. Мне кажется, я работал целиком на кофе. Вечером, возвратившись в свою огромную квартиру, я отправился прямиком в постель. Сна как не бывало. Снова она, пальцы вновь тянутся к телефону. Вот она в моих объятиях, чиста как ангел. Она слишком хороша для меня, я ее не заслуживаю. Ей нужен кто-то более надежный. А я должен ее забыть. Делаю несколько глубоких вдохов и удаляю фото. Жаль только, что из мыслей ее так просто не удалить.

В четверг все как всегда: работа, работа и ничего кроме работы. Планировали с Орландо завтрашнюю встречу. К этому контракту мы шли давно и завтра все откроется, поэтому я решил, что мне нужна свежая голова без алкоголя и докучающих блондинок. Измотанный бессонницей, алкоголем и хроническим недотрахом, я отправился в спортзал. На ресепшене меня встретил парень. А я-то в тайне надеялся совместить приятное с полезным в компании Анджелы. В результате пришлось изматывать себя физически в гордом одиночестве.

После тренировки душ и постель. Сон пришел не сразу, но все-таки пришел. Память упорно издевалась надо мной. Я хочу увидеть ее, услышать ее голос, уткнуться носом в ее золотистые локоны, чтобы мои легкие вновь заполнил это вездесущий ванильный аромат. Ночью она снова мне снилась, ускользала от меня, заливаясь звонким смехом, целовала какого-то парня.

Утро не заставило себя ждать. Вот он день Х. Сегодня мы узнаем, не напрасно ли мы так долго работали над этим проектом. По телу разливается какое-то волнение. Говорят, что у меня нет сердца. Может и так, но ничто человеческое мне не чуждо, и когда на кону сумма с большим количеством нулей, волнение вполне оправдано.

Подъезжаю к офису. Наших гостей еще нет. Зато Орландо тут как тут. Перебрасываемся парой слов. Он как всегда отшучивается, но даже ему за маской напускной веселости не удается скрыть эмоций. Значит, не один я как на иголках. Грейс сообщает, что наша делегация уже прибыла и ожидает нас в конференц-зале. Что ж, пора!

Их было трое. Долговязый блондин в идеально отглаженном костюме — это Эдвард Хейс, заместитель генерального Кловер Интерпрайз. Практически все это время мы работали с ним. Тот еще ублюдок. Второй — шатен в нелепых очках — глава их юр.отдела, Чед Браун. С ним мы разобрали контракт до запятой. Третий — седовласый не по годам и неестественно загорелый мужчина нам не знаком. Блондин представил его нам как Джеймса Скотта, а это не кто иной, как глава Кловер Интерпрайз, и его мы совсем не ожидали увидеть.

Буквально полчаса спустя стало ясно — он приехал не просто так. С ним оказалось иметь дело гораздо проще. Он поставил своего зарывавшегося заместителя, с которым у нас было столько проблем, на место, рассмотрел проект, и мы подписали договор в последней версии и проект со всеми поправками. Кровь буквально бурлит, адреналин зашкаливает, хочется просто кричать от радости, но я держу себя в руках. Договариваемся вечером о встрече с нашими новоявленными партнерами. Это событие надо отметить.

После встречи работа не клеилась. Стресс давал о себе знать, поэтому я сказал Грейс, что сегодня меня нет ни для кого, заперся в кабинете и откупорил бутылку скотча. Не успел я и глотка сделать, как услышал шум в приемной. Орландо ни с кем не спутаешь. Я открыл дверь и он тут же направился к моему бару, оставив Грейс в недоумении.

— Пьешь тут. Еще и один, — сказал он, наливая себе скотч.

— Как же, попробуй тут останься один, — усмехнулся я.

— Бэлл, ты вообще понимаешь, что сегодня произошло? Мы подписали этот гребаный контракт! Надо праздновать в шумной компании. А ты тут пьешь в одиночестве. Ты вообще в последнее время сам не свой, какой-то потерянный, — сказал он, прихлебывая, будто пил кофе.

— Просто устал.

— Нет, не то. Я видел тебя в разных состояниях, но в таком впервые. Похоже, всему виной эта сучка Вэнсон.

— Не называй ее так и она здесь ни при чем.

— Ну как скажешь, — ухмыльнулся он и махом допил остатки скотча в стакане. — А знаешь, надо бы пойти куда-нибудь и нормально поесть, а потом в бар.

Мы оказались в нашем любимом ресторане и аппетит, который в последнее время оставлял желать лучшего, наконец проснулся. Я заказал себе овощной суп-пюре, а компенсировал полезность этого блюда огромной порцией запечного картофеля и здоровым стейком с кровью. Орландо не оставил это без внимания. Ну что тут скажешь, похоже, я вернулся. Когда с обедом было покончено, Орландо решил, что нам пора напиться. Но я предпочел поехать домой, чтобы принять душ и переодеться.

По пути домой я уснул в машине. Фред где-то с час колесил по округе, чтобы дать мне поспать. Видимо эта моя бессонница уже стала заметная окружающим. Из-за этих катаний по городу мне осталось не так много времени на сборы. Но с другой стороны сон мне был просто необходим. Надеюсь, Орландо будет во время и сумеет развлечь наших гостей.

Как я и предполагал, Орландо и наши гости были уже на месте, когда я приехал, и судя по блеску в глазах Орландо, они уже порядком набрались. Чтобы не отставать от них я взял себе скотч.

— Что ж! Предлагаю выпить за наше плодотворное сотрудничество. Надеюсь, что оно будет взаимовыгодным, для нас, по крайней мере, точно, — моя шутка пришлась им по душе. Зазвенели стаканы, а когда звон стих, я махом выпил содержимое своего и наполнил его вновь. Орландо неодобрительно на меня покосился. Я пожал плечами в духе "а что такого, мы ж отмечаем".

В пятницу вечером все бары битком. Это место не стало исключением. Народа было много, и бар гудел как осиное гнездо: грохотала музыка, раздавался звон стекла, болтовня и смех людей. Орландо привычным взглядом сканировал пространство. Вдруг его взгляд остановился в одной точке. Я обернулся и проследил, куда он смотрит. Объект его пристального внимания был заметен сразу. Она была центром шумной компании, которая в основном состояла из парней. Кейтлин. Значит, где-то здесь должна быть и она. Да, я оказался прав. Она шла по направлению к своей компании. Обтягивающие джинсы, красная блузка, макияж, раскрасневшиеся от тепла и алкоголя щеки, золотистые локоны. Проклятие моих ночей. А ведь я только стал приходить в себя.

— Ну что, не пора ли нам в клуб? — засобирался Орландо. Похоже, он не горел желанием встретиться с Кейт.

— Да ладно! Мы же только пришли. Еще вся ночь впереди, — сказал я и наши гости охотно закивали.

— Ладно, просто как-то здесь совсем нет красоток.

— Ну я бы так не сказал, — отозвался Эд. — Здесь полно красавиц, у тебя похоже глаз замылился. Посмотри хотя бы вон на ту кошечку в конце зала, — и он кивнул в сторону Кейт. Орландо изменился в лице.

— Не в моем вкусе, — сухо ответил он. — Какая-то слишком доступная.

— Как раз то, что надо, — рассмеялся Чед.

Орландо промолчал. Но свою прежнюю веселость он утратил напрочь.

— Прекрати вести себя как дебил, — прошептал я Орландо. — Еще не хватало, чтобы они сегодня же расторгли с нами контракт. Она не твоя девушка. К тому же он завтра уедет.

— Нормально я себя веду. Это ее дело с кем спать. Просто мне здесь надоело.

— О чем это вы там шепчетесь? — вмешался Эд.

— Да Орландо говорит, что сегодня в клубе будет нечто фееричное, а предлагаю забить на клуб и просто нажраться здесь.

— Отличная мысль! Полностью поддерживаю, — оживился Скотт.

— Имей в виду, ты к ней даже близко не подойдешь, — прошептал мне Орландо.

— И не собирался, — ответил я.

Я наблюдал со стороны, как она потягивает какое-то дешевое пиво прямо из бутылки, как смеется в компании какого-то парня, дотрагиваясь до его руки, как что-то шепчет ему на ухо. Я и не заметил, как изрядно набрался. Осознал я это, только когда Орландо перехватил очередной мой стакан и вытащил меня на воздух.

— Ты решил набраться на радостях?

— Ты видел, как она на него смотрит?

— Нет, но в отличие от тебя я и не пялюсь туда весь вечер.

— Я должен к ней подойти.

— Помнится, ты не собирался этого делать.

— Не собирался, но я не могу просто сидеть и смотреть, как он ее окучивает.

— Поэтому я и предлагал уехать. Но ты уперся.

— Хватит со мной возиться. Ты мне не нянька. Я буду делать то, что захочу, — с этими словами я вернулся в бар и пошел прямиком в направлении ее компании. Но ее уже там не было.