Неужели он так сильно любит меня?

Лян Синье, не закрыв за собой дверь ванны, вышел вон, А Чи Нин все продолжал про себя повторять имя мужчины. Боясь его забыть, он повторял его вновь и вновь, а затем, в попытке произнести его вслух, пару раз запнулся.

Лян Синье, должно быть, хороший человек, Чи Нин оперся спиной о ванну, размышляя о том, что мужчина мог бы приютит его.

Его гэгэ и след простыл, допустим, русал снова вернется в море, но самый очевидный исход, что при попытке переместиться вновь, он снова окажется в доме Лян Синье.

Однако же, если мужчина оставит его при себе, у него будет возможность получше разглядеть жемчужину.

А если Лян Синье не пойдет на это, что же ему делать тогда? Чи Нину стало как-то неспокойно, все его жемчужины у него, сможет ли он выпросить их обратно?

Чи Нин положил голову на край ванны, уставший, от переполнявших его чувств он засыпал.

Чи Нин положил голову на край ванны, уставший, от переполнявших его чувств, он засыпал.

Утром следующего дня русал проснулся от знойной жары. На дне моря всегда очень холодно, его тело было устойчиво к морозу, однако сейчас он всю ночь сидел в ванне с водой, по его лицу тек пот. Не сдержавшись, Чи Нин обмахнул себя руками.

Хвост спокойно колыхался в воде, чешуйки голубых и лазурных цветов, теперь казались какими-то размытыми, прозрачными и блестящими. Раньше, проснувшись он подолгу любовался красотой своего хвоста, но ныне, у русала совсем испортилось настроение. Все потому, что его хвост и не собирался превращаться в пару человеческих ног

Русалка Инь ВэйМэй, в свое время, ясно дала понять, что в течении одного дня хвост должен превратится в ноги, но почему же все еще ничего не произошло?

Чи Нин взглянул на простирающийся вид из окна, на улице кромешная тьма, еще не расцвело. Он терпеливо будет ждать.

С рассветом солнечные лучи ворвались в ванну через оконное стекло, едва коснувшись кончика хвоста. И чем светлее становился день, чем ярче солнечные лучи пробирались в ванну, тем больше тускнели чешуйки на хвосте русала, в один миг превратившись в пару человеческих ног.

Чи Нин широко раскрыл глаза, он был счастлив, после такого долгого ожидания, у него появились даже пальцы на ногах, он снова и снова ощупывал свои ступни и бедра, и никак не мог в это поверить. Гладкие ноги на ощупь были совсем не такими как его хвост. Чи Нин выпрямился, по привычке вскочил на бортик ванны и опустил свои ноги на пол, чтобы наконец все прочувствовать какого это.

Использовать хвост было уже чем-то привычным, но спрыгнув и попытавшись встать на ступни ровно, парень почувствовал острую боль, стоило бы поучится ходить у Лян Синье. Он сделал шаг, затем другой, точно так же, как и человек. Немного привыкнув к ощущениям, он стал переставлять ноги быстрее, но вдруг правая нога подкосилась, на что-то наступив, и русал с грохотом повалился на пол.

Удар был достаточно серьезным, Чи Нин, по неосторожности ушиб свой подбородок, немного отдохнув, он вновь встал и потихоньку пошел искать Лян Синье.

В то время как он проходил мимо рукомойника Чи Нин скользнул взглядом по отражению в зеркале, продолжая идти к двери, однако вновь остановившись, он вернулся обратно, встав перед умывальником.

Из отражения на него в ответ смотрело лицо. Каштановые вьющиеся волосы, особенно прекрасные глаза, зрачки которых слегка отливали серо-голубым, но этот цвет был настолько неуловим, что приходилось тщательней приглядываться.

В то время, когда он жил на мелководных островах, Чи Нин частенько сидел у берега моря, разглядывая свое отражение, однако отражающая способность морской воды и в подметки не годилась этому зеркалу. Зеркало висело на стене, а умывальник был установлен достаточно высоко, доходя до поясницы Чи Нина, отперевшись на него руками он встал на цыпочки, и приблизился к зеркалу еще ближе. Так близко, что в отражении можно было разглядеть даже поры на его лице, Чи Нин схватился за прядь волос, оттянул ее вверх, пытаясь выпрямить волосы, но как бы не так, разжав пальцы, завиток тотчас закрутились вновь.

Он долго возился со своими волосами, пытаясь привести их в менее растрепанный вид. Русал вновь взволнованно взглянул на себя, прикасаясь к ресницам. После чего, повернув голову в сторону, смог разглядеть свои лазурные жемчужные сережки.

Еще вчера Лян Синье натянул на него одежду, это была свободная черная футболка, вот только размер был и правда большой, наклонившись вперед Чи Нин понял, что футболка полностью прикрывала его попу.

И как же удачно, подобрав момент, в ванну вошел Лян Синье, чтобы в полной мере насладиться представшей перед ним картиной.

Для только что проснувшегося мужчины, подобные виды были весьма возбуждающими.

Однако же, Лян Синье быстро взял себя в руки и пришел в себя, осознание того, что человек, склонившийся перед зеркалом, прошлой ночью был русалом обухом ударила его по голове.

Половая принадлежность все та же, да и внешний вид тоже, он ведь не сошел с ума?

Лян Синье отвел взгляд и уставился на стену перед собой. Вообще-то, в ванной комнате было не так уж и много места, так как даже разглядывая кафельную плитку на стене, мужчина все еще мог мельком увидеть очертания склонившейся над раковиной фигуры Чи Нина.

Спустя какое-то время, Лян Синье, склонив голову, скользнул взглядом по ногам Чи Нина, сантиметр за сантиметром поднимая его выше. Тоненькие щиколотки, длинные ноги, округлые бедра, это были буквально идеальные пропорции.

Он бы и продолжил так разглядывать Чи Нина, прислонившись к дверному косяку, смаковал открывшиеся виды, но русал его заметил.

Чи Нин немного неуклюже подошел к Лян Синье и вложил в его руку пару сегодняшних жемчужин, а после взглянув вверх улыбнулся ему.

В глубине души Чи Нин все понимал, он больше не мог полагаться на своего гэгэ, если он хочет жить здесь на берегу, нужно во чтобы то не стало наладить отношения с Лян Синье. Золотого слитка больше нет, но жемчуга еще предостаточно, только бы Лян Синье его не прогнал его прочь.

Сумочка из водорослей, что принадлежала Чи Нину, висела на крючке, это Лян Синье постарался. Мужчина повертел жемчужины в руке, и засунул их обратно в сумку, обращаясь к Чи Нину:

—Больше не плачь, не нужны мне твои жемчужины.

Чи Нин занервничал. Что он имел ввиду? Снова хочет бросить его в море?

Чи Нин, поджав губы, взглянул на него вновь, в глазах парня появились слезы, выглядело это совсем жалко.

— Не смотри на меня такими глазами, — сказал Лян Синье.

Он не знал и даже предположить не мог, почему хвост Чи Нина превратился в пару ног, однако встретить существо вроде Чи Нина, само собой было чем-то невероятным, хотя мужчина и видел, как тот создавал горячие жемчужины. Видимо, наколдовать и человеческие ноги для русала не было чем-то странным и из ряда вон.

Как только Лян Синье замолчал, внезапная трель звонящего телефона разрезала тишину. Мужчине пришлось вернутся за ним и выйти из ванны.

На том конце провода раздался дрожащий и слегка задыхающийся голос:

— Гэгэ, я ошибся, я правда понимаю, что ошибся! Это все Дуань И, Это Дуань И во всем виноват, а мне просто голову вскружило, и я послушался его, ну бес попутал... Изначально, я просто хотел заработать денег чтобы показать на что я способен. Понадеявшись на него, я и представить не мог, что последствия окажутся такими серьезными, – послышался душераздирающий плачь, – Гэгэ, пощади меня, только один раз, и только в этот раз, умоляю тебя, прошу тебя...

Лян Синье, подойдя к дивану присел, скрестив ноги, мужчина откинулся на спинку и расслабившись рассмеялся.

— Поздно.

Он продолжал улыбаться, но глаза были по-прежнему равнодушно холодны. В последнее время в компании творился какой-то бардак, ему понадобилось две недели, чтобы взять ситуацию под свой контроль, и он не собирался, поднявшись так высоко, опустить вниз.