Теория Любви

Все думают, что даже вечность имеет свой конец.

Но здесь на всех возложен совсем иной венец.

Бессмертна та душа, что даже в самый темный час

убережет тот лучик, что у других погас.

Холодный дождь стучал по крышам домов, быстрым ритмом играя свою никем не повторимую симфонию. Люди спешным шагом торопились домой, кутаясь в дождевики или крепко сжимая ручки самых разнообразных зонтов, бликующих в свете часто встречающихся фонарей. Поэтому парень, одетый лишь в одну тоненькую промокшую насквозь толстовку, неспешно идущий по небольшой аллее, привлекал внимание прохожих, но то внимание было мимолетно, ведь всех гнала мысль поскорей добраться до теплого сухого дома, где уже ждет семья и вкусный ужин, где ссорятся и мирятся домочадцы, где есть что-то большее, чем просто чувство покоя или умиротворения. Временами люди задевали его плечами или вещами, но тот даже не поднимал низко опущенной головы, продолжая свои бесцельные скитания. Холодно. Ему было очень холодно. Но холод физический не мог сравниться со льдом, поглотившим всю его душу. Боль, казалось, сковывала все его существо и с каждой минутой становилась все более невыносимой. Судорожно обнимая себя за плечи, он, как в тумане, наблюдал за своими шаркающими по сырому асфальту ногами и не думал ни о чем. Одежда неприятно липла к телу, которое словно горело в контрасте температур, а вода давно размыла пятна крови, проступившие на ткани. Больно, было очень больно. В какой-то момент парень обессиленно привалился к стене какого-то невзрачного дома и только поэтому понял, что дошел до жилого квартала.

– Что с вами? – обеспокоенный голос прозвучал словно из-под толщи воды, и дождевые капли, попавшие в уши, были здесь ни при чем.

Он не нашел в себе силы для ответа и отвернул потяжелевшую голову, закрывая глаза. Темнота обволокла его сознание полностью, и последнее, что он почувствовал – это предательски подкосившиеся ноги и чьи-то руки на своих плечах.

Когда он открыл глаза в следующий раз, дождя больше не было. Был яркий свет и аромат корицы. Пелена, застилавшая глаза, не позволяла понять, где он находится, но парень чувствовал те же руки, избавляющие его от прилипшей мокрой одежды, и слышал какие-то слова, но смысл их не доходил до сознания, хотя шатен не мог окончательно определиться с тем, явь это или нет.

– Вам нужно в больницу, – первое, что смог различить парень в потоке слов. Он отчаянно замотал головой, пытаясь что-то сказать, но из саднящего горла вырывались только хрипы, поэтому шатен бросил бессмысленные попытки, зажмуривая глаза. Но стало только хуже, и он почувствовал, как снова закладывает уши в преддверии обморока...

Если сказать, что она была зла, то не сказать ничего. День не задался с самого его начала, а закончился с задержкой на практики на пару часов, ссорой с преподавателем и возвращением домой под ужасным ливнем, от которого даже зонтик мало чем помогал. Так что да, Арина была очень зла, огибая разлившиеся, словно небольшие моря, лужи, бормоча что-то себе под нос и думая о вкусных булочках, которые ждали ее дома. Всегда внимательный взгляд привлек странный силуэт, плетущийся впереди. Без зонта, промокший до нитки, но словно не замечающий этого. Девушка уже почти подходила к дому и хотела просто пройти мимо, сетуя на испорченное алкоголем поколение, но парень вдруг резко покачнулся, облокачиваясь о стену, и она заметила, как отчаянно он сжимал плечи содранными руками, подрагивая всем телом.

– Вы в порядке? – ведомая резко пробудившимся беспокойством, осторожно спросила Арина, подходя ближе и совершенно не ощущая запаха алкоголя. Но незнакомец ничего не ответил, как-то заторможенно отворачивая голову и прикрывая глаза. Девушка уже хотела идти домой, задетая таким безразличием к окружающим, как вдруг парень еле слышно застонал и начал сползать по стене, похоже, теряя сознание.

Арина оказалась рядом за один миг, чуть неловко подхватывая того за плечи и помогая на себя опереться. Для своего телосложения он показался ей слишком легким. Словно в тумане, она помогла дойти ему несколько метров до двери своего дома и затащила внутрь. В тот момент ей было наплевать и на грязь, и на капли дождя, капающие на белый паркет, и на то, что, по сути, она привела незнакомого человека в дом. Парень крупно дрожал под ее руками, но, похоже, еще был в какой-то степени сознания, так как заторможенно, но помогал ей вести себя до гостиной, где был усажен на диван. Слегка потерянно девушка осмотрела бледное лицо незнакомца и трясущиеся плечи и решительно начала стягивать с него промокшую одежду вместе с обувью, замирая на несколько мгновений при виде странных борозд на шее и покраснения как будто от платка, но решила спросить об этом, когда тот придет в себя.

Кровь на руках испугала ее до дрожи, и Арина присела на колени перед парнем, осматривая несколько воспаленных царапин на торсе и алеющих свежих больших синяков на ребрах.

– Хоть бы не переломы, – шепнула она сама себе и взяла шатена за плечи, чтобы привлечь внимание, хотя ей показалось, что все это тщетно.

– Вам нужно в больницу, – обеспокоенно начала она, и, к удивлению, тот ее услышал, судя по тому, как сжались его руки, и так крепко державшиеся за край дивана. Он хотел что-то сказать, но из горла вырывались только хрипы, поэтому в ответ Арина получила отрицательное качание головой и, как струна, напрягшееся тело.

– Твои ребра... Они могут быть сломаны, – продолжила было она, но парень внезапно зажмурил отчего-то глаза, и с легкой паникой Арина увидела, как он снова начал терять сознание.

Как можно осторожней она уложила его на диван, удерживая под лопатки и шею, и отступила на несколько шагов, полная сомнений. Она училась на врача, но понимала, что ей не хватит смелости не позвонить в скорую помощь, так как девушка прекрасно понимала, что эти обширные синяки не могут означать чего-то хорошего. Но то, как отчаянно незнакомец отреагировал на предложение поехать в больницу, отчего-то волновало ее. Потоптавшись на месте, она решила сначала оказать ему первую помощь, а потом уже решить, что делать дальше.

Уже через четверть часа Арина завязала крайний узелок бинтов, скрывающих разодранные костяшки, и откинула аптечку в сторону, уходя искать одеяла, которыми можно было согреть незнакомца. После более внимательного изучения травм девушка решила, что больница может подождать до утра или до момента, когда парень придет в себя. Укутав пострадавшего почти с головой, Арина села в соседнее кресло, с задумчивостью скользя взглядом по лицу спящего и невольно отмечая, что парень был достаточно привлекателен. С широким лбом, сейчас искаженным глубокой складкой, которую девушка поспешила разгладить, черными, как смоль, бровями и пухлыми губами, он напоминал ей какого-то известного артиста, но какого, она не могла сразу вспомнить. Глаза задержались на пушистых ресницах и ровной бородке. Пробежались по ровным скулам и прямому носу, замирая на чуть посеребренных сединой волосах. Арина нахмурилась, поскольку парню нельзя было дать больше двадцати шести, и не похоже было, что это естественное выцветание волос или краска. Задумавшись, девушка провела кончиками пальцев по чужим волосам, укладывая прядки ровно и чувствуя ощущение какой-то неправильности от вида серебра в волосах. Тогда все это показалось ей странным.

Незнакомец пришел в себя ближе к обеду, медленно открывая глаза и растерянно скользя взглядом по потолку, стараясь понять свое окружение. Арина помедлила несколько мгновений, прежде чем встать с кресла и подойти к нему. Завидев девушку, парень завозился, медленно принимая сидячее положение и тихо охая от тупой боли в груди.

– Тебе не следует сейчас вставать, – обеспокоенно обратилась она, и незнакомец поднял на нее вымученный взгляд, стараясь собраться с мыслями.

– Что произошло? Где я? – сипло спросил он, хотя было видно, что слова даются ему с трудом.

– Ты шел под дождем в полуобмороке, и я привела тебя к себе, когда ты стал терять сознание окончательно. Как ты себя чувствуешь? Помнишь, что произошло?

Шатен опустил голову и неуверенно облокотился на спинку дивана, стараясь вспомнить вчерашний день.

– Спасибо, – наконец прошелестел он и слабо улыбнулся. – Даже не знаю, что я мог бы сделать в ответ.

– Рассказать, почему ты так яро не хотел в больницу, – Арина пожала плечами, на что парень смерил ее слегка настороженным взглядом.

Девушка уже успела подумать, что он не хочет отвечать и на этот вопрос, но шатен перевел взгляд за ее спину, где находился включенный телевизор, и чуть кивнул в его сторону, прося обратить внимание. К огромному удивлению, Арина увидела в сводке новостей его фотографию вместе с сообщением о том, что известный молодежный певец вчерашним вечером попал в аварию, перевернувшись на машине, и пропал без вести. Дальше следовало стандартное перечисление его регалий и что-то еще, что девушка дослушивать не стала, все еще ошарашенно возвращая свое внимание парню.

– Поэтому и не хотел, – более собранно ответил тот в свою очередь, хотя выглядел еще более разбито. – Журналисты к этому времени одолели бы вопросами. – Парень на мгновение прикрыл глаза, прежде чем осторожно спросить: – Ты меня не узнала?

– Я подумала, что вы очень похожи. Ссадины на вашем лице сбивают с толку, – тихо ответила Арина, нервно потирая плечо.

– Прошу, не надо на «вы», формально ты меня спасла, – смутился парень и спешно представился: – Мое настоящее имя Ринат, так что можешь так звать.

– Арина.

– Красивое имя, – парень чуть улыбнулся и оббежал комнату взглядом в поисках своих вещей. – Мне стоит уйти, я и так, наверное, доставил много хлопот. Надеюсь, я смогу тебя как-нибудь отблагодарить?

– Ничего не нужно, – спешно ответила девушка и, наконец, подошла совсем близко. – Тебе все равно стоит обратиться в больницу и проверить, нет ли переломов. В новостях сказали, что ты перевернулся на машине. Как только выбраться смог и зачем побрел куда-то?

– Ничего не помню, – тихо откликнулся шатен и как-то резко погрустнел, словно вопреки словам что-то вспомнил.

– Есть к кому пойти?

Ринат растеряно покачал головой, ероша и так растрепанные волосы, но попытался подняться, осторожно спрашивая, где его одежда.

– То есть в больницу ты не хочешь, но и присмотреть за тобой некому? – больше для самой себя заключила Арина и поджала губы, думая, где можно найти вещи. – Никуда я тебя не отпущу, потом можешь хоть заявление о похищении писать.

Парень непонимающе изогнул свои выразительные брови, но вернулся на диван под строгим взглядом.

– Ты так кого-то мне напоминаешь, – вдруг тихо произнес он, не отрывая от Арины пристального взгляда шоколадных глаз. – Кого-то насильно забытого.

Он уже ждал резких слов в свой адрес, так как девушка слишком долго молчала, задумчиво скользя по его лицу взглядом.

– Всю эту ночь меня преследовали подобные мысли, – наконец едва слышно откликнулась она и села в кресло напротив. – Но я хочу помочь не только из-за этого.

– Мне действительно пока некуда пойти, – шатен опустил взгляд, самозабвенно комкая в руках край одеяла, – так что спасибо за возможность остаться здесь еще на немного.

Девушка чуть улыбнулась и ушла искать какую-нибудь одежду взамен той, которая еще сохла у нее на балконе.

– У моего брата было похожее телосложение, так что должно подойти. – Через пару минут Арина протянула парню стопку вещей во главе с теплым серым свитером.

– Спасибо.

Через некоторое время девушка поставила на стол две кружки дымящегося черного чая с чабрецом и тарелку свежеиспеченного овсяного печенья. Ринат взял одно из них, задумчиво вращая его между пальцами.

«Почему я помню его вкус, никогда не пробовав ранее?» – настойчиво бьется в голове, но он опасается произносить это вслух.

– А что с твоим лейблом? В интернете вы выглядите как семья, – осторожно спросила Арина через некоторое время, наблюдая за все это время молчащим гостем.

Ринат обхватил кружку двумя руками, согревая до сих пор ноющие от вечернего переохлаждения пальцы, и опустил взгляд, не зная, как лучше ответить.

– У нас сейчас возникли некоторые разногласия насчет новых второстепенных проектов, поэтому мне не особо хочется о них вспоминать. – Арина спокойно могла утверждать, что парень перед ней был ходячим ураганом эмоций, которые менялись за жалкие мгновения. Еще минуту назад он выглядел растерянным и подавленным, но миг, и он смотрит на нее спокойным беспристрастным взглядом, соответствующим до сих пор немного хриплому голосу. Но почему-то ей было привычно за этим наблюдать, словно она прожила жизнь рядом с похожим человеком с такими перепадами, хотя, разумеется, такого не было.

– Я думаю, что ваши разногласия временны, – мягко откликнулась она.

Парень лишь грустно улыбнулся и допил успевший остыть чай.

– На твоей шее очень странные царапины. Это от аварии?

Ринат ответил не сразу, машинально проведя по горлу ладонью и задумчиво нахмурившись. Внезапно он вздрогнул всем телом и замотал головой, словно отгоняя какую-то мысль.

– Почти, – медленно начал он. – На мне был платок, и при аварии, похоже, он затянулся чуть сильнее, а у меня с детства фобия. До панических атак боюсь ощущения удушья. Как раз одна из таких вчера случилась, и я, наверное, себя поцарапал в тех отчаянных попытках его стянуть.

– Какой кошмар, – обеспокоенно выдохнула девушка и накрыла чуть подрагивающую ладонь своей. – Извини, что напомнила об этом.

– Все в порядке. Ты же не знала, – парень доверительно улыбнулся. – Похоже вчера эмоции захлестнули меня с головой вплоть до провалов в памяти.

– Все же странно не помнить то, как ты перевернулся на машине.

– Я помню чувства страха и резкой боли. Мне хватает.

Арина виновато потупила взгляд, на что парень лишь весело усмехнулся, повторяя, что все хорошо.

– Беспамятная прогулка под дождем была опрометчива для горла, – заметил он, мысленно сетуя на сохранившуюся сиплость в голосе и натягивая широкий ворот свитера выше.

– Прими горячий душ, я дам полотенце, – Арина задумчиво прикусила губу, – а я пока сделаю еще чая и найду мед.

– Да, было бы неплохо, спасибо.

Арина кивнула и провела по волосам, принимая какое-то решение, и добавила:

– Только позволь мне еще раз осмотреть твои ребра.

– Ну, я же могу ходить?

– Тони, это так не работает!

Оба замерли, настороженно смотря друг другу в глаза. Шуточная атмосфера сменилась кричащим непониманием и растерянностью, которые вдруг накрыли обоих.

– Прости, я не знаю, почему тебя так назвала.

– Да, мой псевдоним звучит немного иначе, – натянуто улыбнулся шатен, искренне удивляясь в своих мыслях, как екнуло сердце при звучании странного имени. Это все было так странно.

– Наверное, сначала лучше в душ, чтобы я потом сразу же могла нанести мазь, – Арина нарушила странную паузу, но так и не подняла взгляда.

– Слушаюсь, доктор, – Ринат весело подмигнул и направился туда, куда указала девушка.

Та так и осталась стоять посередине кухни, задумчиво рассматривая пол и пытаясь понять, почему заныло сердце от странного редкого имени, свойственного больше романтическим персонажам, чем обычным людям в их стране.

Она думала и об этом чуть позже, когда вдумчиво обрабатывала ушибы специальной мазью, одновременно объясняя парню ее успокаивающие и заживляющие свойства и старалась не обращать внимания на то, как обжигало каждое прикосновение к израненной коже.

– Пока я больше ничего не могу предложить, – задумчиво добавила она, почти закончив.

– Я думаю, что это даже больше, чем нужно, – тихо откликнулся парень, прикрыв глаза. Осторожные прикосновения успокаивали, и он чувствовал, как усталость обволакивает его сознание все больше. Бороться со сном особо не хотелось, поэтому он поспешил добавить: – Не против, если я сейчас посплю?

– Да, конечно. Тебе необходим отдых.

Ринат покивал головой больше сам себе и лег, кутаясь в одеяло. Его все еще немного знобило, но на фоне тупой ноющей боли в ребрах он это не особо замечал. Сон пришел быстро и вскоре превратился в кошмар. Ему слышался писк больничных приборов и мерещились капельницы и различные трубки. Дышать становилось все тяжелее, и парень потянулся вверх в попытке сесть и хотя бы немного уменьшить давление, сковавшее грудную клетку. Следующим, что он почувствовал, был ощутимый удар и вернувшиеся яркие краски, как только он открыл глаза и окончательно проснулся.

– Тише, тише, все хорошо, – сбивчивый шепот над ухом, руки на напряженных плечах. Парень часто заморгал, наконец приходя в себя и понимая, что он лежит, точнее, уже полусидит на полу, запутавшись в одеяле, а Арина придерживает его за плечи, продолжая шептать какие-то успокаивающие глупости.

– Тебе приснился плохой сон, – на всякий случай шепнула та, мягко потянув парня вернуться на диван.

Тот закивал, давая понять, что слышит ее, и забрался на диван, ероша влажные волосы, чтобы отогнать остатки сна.

– Уже несколько недель, как один и тот же, – едва слышно пробормотал он, выглядя совершенно разбито. – Какое-то странное обострение.

– Возможно, ты просто переутомился, и частота кошмаров увеличилась от испытываемого стресса и нехватки времени на полноценный отдых. У артистов часто это случается.

Тяжело вздохнув, Ринат снова только кивнул и потер глаза. Он не знал, что можно было бы сказать. Голова гудела от внутреннего напряжения, и парень уже раздумывал, не слишком ли нагло будет с его стороны попросить у девушки какие-нибудь обезболивающие таблетки, желательно со снотворным эффектом. Но та удивила его вновь, осторожно садясь около и мягко потянув за плечи так, чтобы он устроил голову у нее на коленях.

– Что ты делаешь? – чуть растерянно пролепетал он, встречаясь с пронзительным взглядом.

– Хочу помочь тебе снова попытаться поспать, – девушка кротко улыбнулась и ласково коснулась посеребренных висков, приглаживая волосы и осторожно массируя кожу головы.

Парень не смог сдержать облегченного вздоха и несмело прикрыл глаза. Чужие прикосновения успокаивали, вселяли трепетное чувство безопасности и умиротворения. Ринат действительно почувствовал приближение сна.

– Можно нескромный вопрос? – едва слышно спросила девушка, неторопливо перебирая прядки волос и тайно надеясь, что ее не услышат. Но не спросить она не могла.

– Смотря какой, – парень поднял на нее взгляд и вопросительно повел бровью, и что-то затрепетало у девушки внутри от этого действия.

– Серебро в твоих волосах... Из-за чего?

– Ты не поверишь, но я не знаю, – Ринат задумчиво улыбнулся. – Пару недель назад я вернулся с гастролей безумно уставшим, разбитым и сразу лег спать. Я не мог проснуться около суток, а заглянув в зеркало после пробуждения, обнаружил эту седину. Причем все думают, что я их осветлил, так как волосы не могут так отрасти за один день.

– Это выглядит странно, но притягивает внимание, – Арина вновь провела по вискам костяшками пальцев и не смогла удержаться, легко касаясь лба и начиная неторопливо выводить на нем различные узоры.

Глаза закрылись сами собой, и парень подумал, что смог бы так просто заснуть на чьих-то коленях. Ему больше не снился звук медицинских аппаратов и страшные трубки, был лишь мягкий свет луны и два силуэта, бродивших под ним, крепко держа друг друга за руку.

– Прости, что не вернула сразу. – Ближе к вечеру они раскатали на полу пушистый ковер и заказали еду для совместного просмотра недавно вышедшего триллера. Арина протянула парню красивый перстень с интересным орнаментом, который она сняла с него, чтобы было проще обработать исцарапанные руки.

– А я уже подумал, что оставил его где-то, – задумчиво покручивая украшение в руках, прежде чем надеть, пробормотал шатен и чуть улыбнулся девушке. – Спасибо.

– Он очень древний, удивительно, что ты носишь его так просто, – Арина вернула улыбку и пожала плечами.

– Брат передал. Это что-то наподобие семейной реликвии, – невозмутимо ответил парень, возвращая улыбку.

– И ты ее хранитель? Это достойно уважения.

Ринат вдруг нахмурился, выглядя растерянным.

– Когда-то я уже слышал подобное, – неуверенно пояснил он свое молчание. – Только не могу вспомнить когда.

Арина понимающе улыбнулась, соглашаясь с тем, что за этот день она тоже ловила множество странных дежавю.

– Где сейчас твоя семья?

– Они поехали посетить родственников в Азербайджане.

– Они разве не будут переживать, когда увидят новости?

– У них есть традиция: они не смотрят средства массовой информации и не пользуются телефонами, когда посещают бабушку и дедушку, чтобы уделить им все драгоценное время от редких встреч. Так что, можно сказать, в этом плане все удачно совпало.

– Тогда на этой ноте давай начнем просмотр фильма, – Арина демонстративно помахала ведерком с попкорном и с молчаливого согласия потянулась за пультом.

Фильм действительно оказался захватывающим. Парень и девушка не могли отвести взгляд от экрана, часто комментировали происходящее, радовались и переживали вместе с главным героем, громко возражали, когда он начинал действовать противоречиво.

Концовка была печальна и мрачна. Герой остался совершенно один, преданный, но не предавший. Последний кадр сменился титрами, и Арина перевела взгляд на парня, который, похоже, глубоко задумался о чем-то, опустив голову и смотря в одну точку.

Яркий взрыв станции в фильме вызвал очень странные чувства и тревожный трепет внутри. В голове навязчиво билась странная мысль, но она не могла сорваться с языка. Ринату стало не по себе. Его сердце кричало о том, что он всегда был знаком с девушкой, сидящей около. Ловил ее взгляды, улыбки, живо спорил на самые разнообразные темы, любил и обожал. Парень тряхнул головой и потер пульсирующие виски в попытке отогнать навязчивые непонятные мысли.

– Ты в порядке? – взволнованно спросила Арина, осторожно касаясь его руки.

«Почему ее голос звучит таким родным?» – потерянно подумал он и отрицательно качнул головой, коря себя за то, что он не может контролировать свои эмоции.

Арина обеспокоенно нахмурилась и потянула парня к себе, обнимая за плечи и ероша непослушные волосы, теперь пахнувшие ее шампунем с корицей. Ринат хотел возразить, но, оказавшись в родных объятиях, затих, оглушенный внезапным пугающим, болезненным узнаванием. Тепло и умиротворение, которое дарила девушка лишь своим присутствием рядом, невозможно было забыть, потерять. Душа трепетала, радуясь тому, что смогла отыскать ту единственную в чужом мире и людской суете. Даже закрыв глаза, он видел ее образ, серебряные в свете солнечных лучей глаза, проницательные и понимающие. Кроткая улыбка, трогающая самые глубинные струны души. Мягкие волосы, которые он любил расчесывать перед сном, потому что девушка млела от такого жеста заботы. Душа не забыла и помогла вспомнить разуму. Ринат колебался, не зная, как донести до девушки проснувшиеся воспоминания так, чтобы она вспомнила тоже, ведь, так же как и он, весь этот день говорила о странных чувствах рядом с ним.

Ему требуется некоторое время, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Глубоко вздохнув, он осторожно выпутывается из объятий и заглядывает Арине в глаза.

– Когда-то тебя звали Лена. Но как тогда, так и сейчас многие вещи обретают иное значение, когда ты рядом, – с мягким прищуром шепчет он, заключая лицо девушки в свои ладони и вглядываясь в растерянные глаза в нескольких сантиметрах от себя.

Та приоткрывает губы, теряясь на многие мгновения, но тепло чужих рук тревожит душу, вытаскивает воспоминания, каждый взгляд, каждую деталь милого облика, лишь его одного, того, кого Судьба привела, несмотря на все обстоятельства их новой жизни.

– Тони, – выдыхает она через несколько мгновений и улыбается едва заметно, накрывая руки парня на щеках своими. – Когда-то тебя звали Тони. Энтони.

Девушка подается ближе, соприкасаясь лбами и роняя несколько одиноких слез. В тот момент воспоминания накрывают их обоих. Они затягивают в свои омуты с головой. Сердца заходятся в бешеном ритме, и девушка цепляется за плечи парня, словно за спасательный круг, и слепо жмется к его груди, не зная, куда деться от бушующего пожара внутри. Тот обнимает ее крепче, пропуская прядки волос сквозь пальцы, и целует в макушку, закрывая глаза. В ушах вновь звучит писк приборов, и Ринат замирает на миг, не смея поверить во внезапно пришедшую догадку.

– Ничего не бойся, – едва слышно выдыхает он, как когда-то, и прислоняется спиной к дивану, не переставая шептать что-то успокаивающее и милое.

Яркий свет слепит долгие мгновения, расходясь кругами перед глазами, и Тони болезненно жмурится, чувствуя, как с каждым мгновением растет тупая боль в груди, а слабость волнами расходится по телу. Шум медицинских приборов теперь звучит ясно, и парень еще чуть расфокусированным взглядом скользит по нескольким капельницам, стоящим около его кровати. Больница. Глубоко дышать не получается даже благодаря кислородной маске, крепко сидящей на лице. Краем сознания он удивляется, как не заметил ее сразу. Стараясь сосредоточиться хотя бы на чем-нибудь, он поворачивает голову и встречается с таким же растерянным взглядом родных глаз. Лена лежит на соседней кровати и едва заметно улыбается, когда видит его взгляд на себе. После начинается абсолютный хаос для затуманенного сознания, врачи, разговоры, мелькающие ампулы с лекарствами и еще что-то, за что парень не успевает цепляться. Поначалу они понимают только то, что вышли из комы, в которой находились несколько недель. Тони хочет спросить Лену об этих неделях, но горло ужасно саднит из-за долгого молчания. Но лишь встретившись взглядом, он получает все ответы, ведь видит ту же потерянность и трепет, что испытывает сам, и большего ему пока не нужно.

Они возвращаются к этой теме спустя долгое время. Лена привычно укладывает голову Тони к себе на колени, пока тот пытается дописать начатый стих в блокноте, и задумчиво водит кончиками пальцев по посеребренным вискам.

– Даже в глубоком сне они не давали мне покоя, – тихо шепчет она через долгие минуты.

Парень поднимает на нее взгляд и откладывает книжицу в сторону. Он до сих пор не может объяснить все произошедшее, тем более то, что случилось с ними в коматозном состоянии.

– Я не знаю, что можно было бы сказать, – тихо повторяет он свои мысли.

– Если честно, я тоже, – Лена мягко улыбается и водит кончиками пальцев по лбу, совсем как в том сне. – Я знаю точно лишь одно: где бы и кем бы мы ни были, мы всегда найдем дорогу друг к другу, несмотря на все, что придется пережить.

Тони садится, вглядываясь в сияющие умиротворением глаза напротив, и наклоняется ближе, деля воздух на двоих.

– Звучит как начало красивой теории, – шепчет он в самые губы, вглядываясь в каждую родную черточку лица.

– Боюсь, и жизни не хватит, чтобы ее доказать, – томно откликается Лена в ответ и обнимает любимого за шею, притягивая невозможно близко и целуя до покалывания в кончиках пальцев.

– Нет, – Тони широко улыбается между поцелуями и сверкает лукавыми искорками в глазах. – Мы ее уже доказали. Но, если что, мы можем привести еще доказательства.

Девушка тихо смеется и соприкасается с ним лбом в любимом трепетном жесте. Мир залечивает свои раны, и они делают это вместе с ним.