***
По образованию я журналист, но уже давно не работаю пр специальности. В начале девяностых, очарованная свободной прессой, я поступила на факультет журналистики и успешно его закончила.
Но буквально через год поняла, что я и журналистика - две вещи несовместные. Ремесло это - гораздо более грязное, чем проституция, потому что марать приходится свой талант, свою уникальную сущность, а не бренное тело, и гараздо более опасное, потому что клиенты беспощадны.
Илюзии рухнули, с журналисткой было покончено. Могла бы, кажется, пописывать безвредные статейки для гламурных журналов. Но в те годы загордилась суетиться, а теперь все места заняты,ида и начинать с нуля в тридцать лет зазорно.
За свою нынешнюю работу я беру большие деньги. И в месяц зарабатываю существенно больше, чем если бы осталась в газете.
Я правильно трачу на жизнь. Работа заменяет мне фитнес. Я имею собственную квартиру, доставшуюся мне от покойной бабушки, не слишком большую, но и не маленькую.
Мне удается хорошо выглядеть благодаря тому, что еще в школьные годы научилась неплохо шить, так как подумывала стать модельером. Журнал «Бурда» дал мне первые уроки, а потом я научилась понимать, как создать модель, подобную Max Mara или Jill Sander, внося коррективы в старые выкройки.
Я много лет не меняюсь в размере, поэтому у меня накопилось много одежды, и,если мне лень или некогда шить, среди своих вещей пятилетней давности я всегда могу найти актуальную и хорошо забытую. Ну а в крайнем случае пойду к соседке по площадке, она владеет магазинчиком заковыристого секонд-хенда.
Опять-таки потому что я никогда сильно не толстела и не худела, кожа на моем лице не растянулась. Я не курю и не люблю сладкого, поэтому у меня хорошие зубы. Мне ещё не много лет, и поэтому косметические процедуры не слишком влияют на мой бюджет.
Одна из моих клиенток отдала мне «мини-купер», любовник подарил ей эту маленькую машинку. От старого «мини» в ней остался только корпус, все внутренности в ней абсолютно новые, изготовленные на заказ, и мотор от какой-то японской микролитражки. Но ей стиль ретро не по душе, да и привыкла смотреть на мир свысока, поэтому ездит на Lexus RX 300. На неё я, в связи с этим, уже год работаю бесплатно, и еще неизвестно, сколько буду работать бесплатно.
Жизнь моя устойчива и налажена. И слабость у меня практически только одна: я люблю антиквариат. Квартира моя все же невелика, я не могу позволить себе бесконтрольно коллекционировать, как мне хотелось бы. Поэтому я нашла способ, которы позволяет мне покупать новые вещи. Каждые три года я заново обставляю свою квартиру в новом стиле. Мне уже удавалось сделать такое дважды. Первый раз, по молодости, постепенно распродавая ценную, но разношерстную бабушкину мебель и влезая в долги, я собрала полный комплект мебели для гостиной, столовой и спальни в стиле модерн. Удалось добыть даже кухонную мойку с краном 1904 года. Труднее всего было заставить его работать. Позднее, во время общей моды на модерн, я пррдала всю коллекцию в одни руки с большой выгодой для себя.
Во второй раз я собрала ампир. Он тогда тоже еще не вошел в массовую моду.
Сейчас я набираю мебель с резьбой и скульптурными орнаментами в стиле гротеск. Он сочетает в себе причудливые растительные формы с фигурами и частями фигур людей и животных.
За год мне удалось набрать примерно двадцать пять процентов того, что я планировала, но чем труднее задача, тем больше она меня привлекает. Не знаю надо ли упоминать, что, продава свою коллекцию ампир, я получила в десять раз больше, чем потратила на нее ранее. Поэтому за ценой на гротеск я не постою.
Одинокими вечерами я смотрю фильмы на DVD, и за последние годы пересмотрела почти все, что когда-либо было выпущено на этом носителе. Может, за исключением фильмов про йогурт-убийцу, хотя последнее время всерьез подумываю и о них.
Чем я еще не похвасталась?
Я была замужем. В девятнадцать лет вышла за однокурсника по страстному любопытству. Мы были большими друзьями и весело проводили время. Однако, как и следовало ожидать, в двадцать четыре каждый из нас встретил любовь всей своей жизни.
Он - дородную русскую красавицу, точную копию его матери, а я - матерого сорокалетнего американского журналиста, приехавшего в Россию пожить и посмотреть на демократические перемены.
Его любовь превратилась в новый брак и мальчишек-близнецов.
С моей любовью, естественно, все оказалось грустнее. Прекрасный, как библейский царь, изведавший изысканные пороки нью-йоркский интеллектуал, загадочный небожитель, до предела ухоженный, волшебно одетый, сверкающий тридцатью двумя жемчужными зубами, - по сравнению с мальчишкой-сверстником мужем - казался чем-то совершенно особенным и недостижимым. У нас в России таких мужчин я не видела. Тогда я не подозревала, что эпоха тотального господства имиджа началась у америкосов гораздо раньше, чем у нас. И метросексуал как явление появился задолго до того, как был изучен и описан.
Надо ли объяснять, что после всего сердце мое было разбито, самооценка упала ниже пола. А о сексуальных талантах мужчин, посещающих солярий, я с тех пор очень низкого мнения. По сравнению с веселым и обильным сексом с утраченным мужем, этот - не стоил доброго слова.
Прошло несколько лет. Никакой постоянной привязанности у меня с тех пор не появилось. Да и непостоянной тоже. С мужчинами я не встречаюсь. Впрочем, не совсем... Но все происходит так странно, что даже трудно объяснить. Я встречаюсь с бывшим мужем. Примерно раз в месяц. У нас нет никаких отношений, кроме секса. Ничего из настоящего - одно, извините, голое прошлое. Мы как бы сразу переносимся на десять лет назад, говорим о литературе, кино на языке десятилетней давности, который сейчас уже не используют. Я показываю ему свои антикварные приобретения, он радуется за меня. Я даже не знаю, где он сейчас работает.
Никаких жалоб на жизнь. Никаких обсуждений его семейной жизни. Я так и не спросила у него, показал ли второй брак, что первый не был ошибкой.
Иногда мне кажется, что я совершаю инцест и сплю с собственным братом.
В общем, счастья в этом нет. Но факт остается фактом. Это длится и, видимо, будет длиться, пока не произойдет что-то, что все изменит.
Мое нынешнее ремесло далось мне не сразу. Я очень уставала на работе, бесконечно изобретала новые способы уборки, смешивала моющие средства для достижения нужного эффекта, пока наконец не поняла, что в западных странах люди давно уже додумались, что к чему. Материалы, которые используют у нас состоятельные люди для отделки своего жилья, там известны давно, и нужно просто воспользоваться их навыками, а не изобретать велосипед.
Я разыскала в Интернете книжный магазин и заказала там несколько книг по интересующей меня теме, но не все они оказались полезными. Я заказывала еще трижды, пока в конце концов не собрала всю необходимую информацию. Это мероприятие влетело мне в копеечку, но овчинка стоила выделки. С согласия некоторых клиентов я стала заказывать нужные средства по Интернету. И вскоре я смогла сократить время, затрачиваемое на уборку квартиры, вдвое, при этом качество улучшилось. В процессе работы я поняла, как правильно нужно обустраивать помещения, в которых находятся ценные коллекции или высокотехнологичное кухонное или музыкальное оборудование, так чтобы это оборудование дольше и лучше работало. Короче, я овладела логистикой своего дела. Информация распирала меня, мне очень хотелось поделиться ею с другими людьми, облегчить им жизнь. Но мои коллеги не проявляли к моим изысканиям никакого интереса, потому что каждая считала свое занятие уборкой временным прибежищем в ожидании чего-то лучшего. Вскоре рынок рабочей силы начал заполняться азиатскими женщинами. Но спрос на них рос не слишком, потому что представления многих из них о чистоте значительно отличаются от тех, что приняты у нас.
Я стала записывать свои мысли на эту тему. И через некоторое время у меня накопилось около десятка очерков об уборке. Самой мне они казались удачными и остроумными, но с тех пор, как я последний раз опубликовала написанное, прошло несколько лет, и я сильно сомневалась, что мои записки могут кого-то заинтересовать. В свободное время я писала и очерки о петербургском антиквариате, о том, какие стили встречаются в магазинах разных районов города, мебель какого времени сохранилась лучше всего. Еще были заметки о тенденциях ценообразования в этом бизнесе, рекомендации, как отличить магазин, который действительно занимается продажей старинных артефактов, от организаций, которые отмывают грязные деньги, прикрываясь вывеской антикварного магазина.
Писала я и рецензии на фильмы, которые смотрела, книги, которые читала, оперные, балетные и драматические спектакли, которые удавалось посмотреть. Записывала я и свои впечатления от новых коллекций западных модельеров, которые видела по спутниковому телевидению, или от коллекций местных авторов одежды, показы которых изредка удавалось посетить на хвосте у какой-нибудь подруги или клиентки. Все это мертвым грузом скопилось в моем лаптопе, но стереть рука не поднималась. Видимо, в глубине души я надеялась, что когда-нибудь все это мне пригодится. Победить страсть к письму мне не удалось.