Глава 16.
— Я не пойду туда!
— Перестань быть такой трусихой!
— Я не трусиха!
— Нет, трусиха!
— Нет, не трусиха!
Я непримиримо скрестила руки на груди, глядя на фиолетовоглазого. Ни за какие коврижки он не затащит меня в эту комнату.
Роман встретился со мной взглядом, и не знаю, сколько бы мы еще играли в гляделки, если бы не нарисовался Карло с огромной миской маслянистого попкорна и конфет «Поцелуй Херши».
Мой нос инстинктивно потянулся за миской, а вместе с ним пришлось и отвести взгляд от Романа и уделить внимание обернутым фольгой восхитительным шоколадным шарикам в руке Карло. Тем шарикам, которые конфеты. Ну, вы поняли. Роман ухмыльнулся, явно чувствуя себя победителем.
— Вы это специально подстроили, — Я обвинительно указала пальцем на еду.
Карло заинтересованно глянул в мою сторону.
— Даже не представляю, о чем ты.
— Ты прекрасно знаешь, что я не могу устоять перед шоколадом и попкорном! — Мой рот наполнился слюной, когда я протянула руку, чтобы заграбастать пригоршню сладостей.
— Но-но! — Он убрал миску подальше от моей загребущей ручонки. — Ты не получишь ни крошки, пока не пообещаешь посмотреть с нами фильм.
Я надула губы.
— Карло-о-о...
Колумбиец лукаво усмехнулся и, развернувшись, направился в личный кинозал Фьори.
— До скорой встречи!
Не в силах решить вопрос по-другому, я поплелась за ним, как ребенок, но не раньше, чем Роман пробормотал:
— О, нет. Ты все-таки идешь...
Откровенно говоря, я вовсе не возражала. Здорово, что Карло в конце концов показался на праздничном ужине: мы не виделись уже несколько дней. Поначалу он был слегка надут и рассеян, но было приятно видеть, что парень снова в силах издеваться надо мной.
Тем не менее, меня не радовал предстоящий киносеанс. Как, интересно, ужин превратился в просмотр ужастика?
Я уже собралась занять место рядом с Адрианой, но Зак опередил меня, с рыком умостив свою задницу на мягкое кожаное кресло. Учитывая, что парниша в одиночку уничтожил почти половину общей еды, оставалось только догадываться, как ему вообще удается двигаться.
Вздохнув, я заняла единственное свободное место — между Карло и Романом.
— Так что мы смотрим? «Больше, чем секс»? — пошутила я, надеясь вбить эту идею в их головы.
— Хорошая попытка, — Адриана подхватила пульт и нажала на кнопку. Свет немедленно потускнел, а когда гигантский экран очнулся ото сна, меня пробрала дрожь. — Мы посмотрим «Проклятие».
Я вздрогнула во второй раз, увидев обложку диска. Ничегошеньки хорошего из этого не выйдет.
Прошел час.
— И-и-и-у! — Я почти что кричала, пряча лицо в ямку между плечом Карло и спинкой его кресла. Ногти впились в его руку.
Я ненавижу ужастики!
Остальные посмеивались над моей трусостью. Хоть кому-то это казалось забавным.
Я подняла голову, чтобы посмотреть на выражения их лиц, но слишком боялась ненароком наткнуться на ужасы на экране. Что бы там сейчас ни показывали.
За последние шестьдесят минут я «смотрела» фильм с прикрытыми рукой глазами, то есть видела только нижнюю левую часть экрана. Как бы там ни было, звуков оказалось достаточно, чтобы вызвать дрожь вдоль позвоночника.
— Э-э... Майя?
— А? — хныкнула я.
— Ты останавливаешь мое кровообращение.
Я вылезла из-за плеча Карло и посмотрела на его руку, которая побелела там, где ее сжимались мои пальцы.
— Ой, извини! — смущенно пробормотала я. Я убрала руку, а на его запястье остались следы от ногтей.
— Ничего страшного, я уже привык, — сдавленно проговорил Карло.
— Ты что, заигрываешь с моей девушкой? — поддразнил Паркер, закидывая руки за голову.
— Скорее твоя девушка заигрывает со мной.
Паркер наградил меня притворно-оскорбленным взглядом:
— Майя. Я и подумать не мог, что ты на такое способна.
Я насупилась. Все остальные захохотали. Снова.
— Май-Май, это всего лишь фильм! — воскликнул Зак. — Тебе нечего бояться.
— Я не боюсь, я в ужасе, — ответила я.
— Парни, перестаньте смеяться над ней, — напутственным тоном сказала Адриана несмотря на то, что сама улыбалась.
Пока все остальные подшучивали надо мной, в голове пронеслась мысль, из-за которой я полностью забыла о фильме.
Роман сказал, что день рождения Адрианы спустя неделю после бала, но это будет не только ее день рождения, но и день рождения Зака! А значит, мне было нужно подготовить целых два подарка. К сожалению, мои денежные сбережения таяли на глазах, а кроме того, у меня вообще не было идей о том, что им можно подарить. Серьезно, что купить людям, у которых в прямом смысле есть все?
Мне нужна была помощь.
— Я... пойду-ка я возьму еще попкорна, — объявила я, вскакивая и подхватывая пустую миску. Убедившись, что экран вне доступа моих глаз, я спросила: — Карло, пойдешь со мной?
— А тебе не страшно идти одной? — пошутил он, но все равно поднялся вслед за мной.
— Не приставай к моей девушке! — заорал Паркер нам вслед.
— Думаю, тебе стоит беспокоиться, что все может произойти наоборот, — ответил Карло, из-за чего я легонько стукнула его по руке.
— Не дразни его!
Карло только рассмеялся.
Я улыбнулась.
— Рада видеть, что ты опять смеешься.
Он с удивлением посмотрел на меня.
— Что ты имеешь в виду?
Я пожала плечами, наши шаги эхом отдавались по мраморному полу.
— Весь вечер ты был... будто в воду опущен.
Целая гамма эмоций отразилась на лице Карло, прежде чем он отвел взгляд в сторону.
— Тебе показалось. Я просто устал.
— От планирования подарка на день рождения Адри? — предположила я.
Он замялся.
— Да.
— Вообще-то я хотела поговорить с тобой об этом. — Я толкнула дверь, ведущую на кухню. — Вы и для Зака планируете грандиозный подарок?
Карло слегка рассмеялся, а я тем временем наполнила машину для попкорна. Да, у них действительно была машина для попкорна на кухне.
— Нет, ему нравится получать много разных подарков. Чувствует себя особенным.
Я хмыкнула. Это действительно было в стиле Зака.
— Мне все равно нужна помощь. Я не знаю, что подарить Заку и Адри на их день рождения.
Я поставила миску на стойку и достала из холодильника две бутылки воды. Попкорн, конечно, вкусный, но жажду вызывает еще ту. Я кинула одну из бутылок Карло, который с легкостью поймал ее на лету.
— Спасибо, — Он потянулся за стаканчиком. — Тебе не нужно ничего им покупать. Ты можешь присоединиться к нашему подарку, если хочешь.
— Серьезно? Конечно, хочу! — воскликнула я. — Они так много для меня сделали, особенно Адриана...
— Ей не нравится поднимать шумиху из-за дня рождения, — объяснил Карло. — Честно говоря, подарок — это больше традиция и формальность.
— Что ж, я бы хотела стать частью этой традиции, — заверила его я. — Значит, с Адри все уже решено, а как насчет Зака? Ты знаешь его лучше, чем я. На этой неделе можно было что-то посмотреть.
— Ты довольно настойчивая, хоть и мелкая, — поддразнил меня Карло.
— Означает ли это, что ты мне поможешь? — спросила я с надеждой, делая свой лучший щенячий взгляд.
Он рассмеялся и взъерошил мои волосы.
— Кто может отказать такому взгляду? Ты свободна после школы в четверг?
Я с энтузиазмом кивнула.
— Класс. Тогда это свидание.
* * *
К счастью, мне удалось растянуть нашу миссию по добыче попкорна настолько, что, когда мы вернулись, фильм почти закончился. Хотя, по-моему, такое долгое отсутствие выглядело несколько подозрительным, судя по раздраженным взглядам Романа.
— Почему вы так долго? — требовательно поинтересовался он.
— Мы... случайно рассыпали попкорн по полу, — солгала я, толкнул Карло локтем в бок, когда тот фыркнул на мою вопиюще бездарную ложь.
— А как же, — хмыкнул Роман. — Паркер, думаю твоя девушка тебе изменяет.
Паркер вытянул руки над головой.
— Плохая Майя.
— Я не собака, — рявкнула я, пытаясь дотянуться, чтобы ударить Романа по голени, так как до Паркера не доставала. — И я бы никогда никому не изменила. Я не...
«Я не мой отец», — чуть не добавила я, но сумела вовремя остановиться.
Впрочем, это не помогло, ведь все тут же застыли. Будучи свидетелями той сцены в Нью-Йорке, они, полагаю, догадывались, что я собиралась сказать.
Между нами повисла неловкое молчание.
Я шлепнулась в свое кресло и уставилась в пол, надеясь, что ребята не станут не поднимать сейчас эту тему. Что-то я была не готова сейчас ее обсуждать.
Наконец Адриана откашлялась и сказала:
— Думаю, нам пора идти, ребята. Уже поздно, а завтра в школу.
Зак, Паркер и Карло хором согласились и встали.
Когда я с ними попрощалась, Карло прошептал:
— Если тебе понадобится поговорить, ты знаешь, что можешь обращаться.
Я с благодарной улыбкой кивнула. Какой же он милый!
Мы с Романом остались в кинотеатре одни.
— О чем тебе нашептывал Карло? — с подозрением спросил Роман, выключив телевизор.
— Не твое дело.
— Надеюсь, ты помнишь, что все еще встречаешься с Паркером.
— Я в курсе.
Хотя на самом деле — черт его знает. В смысле бабуля уехала, и теперь не понятно, встречаемся ли мы с Паркером... то есть, притворяемся, что встречаемся?
Я задумалась, но вскоре начала зевать.
Роман приподнял брови, на что я застенчиво улыбнулась.
— Ты не проводишь меня до комнаты? — попросила я. — А то я правда устала и сейчас не вспомню дорогу.
— Для школьной отличницы у тебя плоховато с памятью. — Тем не менее, он направился в коридор. — Радуйся, что нам по пути.
Я поспешила подняться.
— Так твоя комната рядом с моей? — Почему-то эта мысль вызывала нервозность.
— Возможно, — хитро улыбнулся Роман. — Собираешься нанести мне визит?
— Размечтался! — рявкнула я, и мои щеки вспыхнули. — Просто... Кто предупрежден, тот вооружен.
— Ну да. Удачи с этим. Моя комната прямо напротив твоей.
Великолепно.
Спустя вечность мы прибыли-таки к своим потрясным апартаментам, о чем возвестил внезапный и громкий раскат грома. Я, конечно же, подскочила футов на десять в воздух. Скривилась. Ненавижу грозу, но судя по состоянию неба вечером — будет дождь. Снова.
— П-ф-ф... Спасибо, что провел, — почти застенчиво сказала я. Боже, да что со мной такое? Наверное, от сахара извилины в мозгах слиплись, потому что других причин стесняться рядом с Романом у меня быть не должно.
Он пожал плечами.
— Все равно мне в ту же сторону, — пробормотал он, не глядя на меня. Я нахмурилась. Точно. Но мог быть и поделикатнее.
— Супер, — взвилась я, слегка раздражаясь. — Спокойной ночи.
Я толкнула дверь к себе в комнату и закрыла ее, хорошенько пнув.
Но очутившись внутри, я немного расслабилась. Разве можно чувствовать себя плохо, находясь среди такой красоты? Конечно, я еще и накручивала себя из-за ужастика. Нервно оглянувшись на кровать, я вспомнила сцену, где та девчонка забралась в постель, подняла простынь и увидела... ту жуть .
Возможно, мне не следовало ложиться спать прямо сейчас.
Поразмыслив, я решила принять долгую расслабляющую ванну. Очередной громовой раскат швырнул мое сердечко в воздух, и я вздрогнула, увидев, как за окном зигзаг молнии прорезал небо.
Я быстренько нажала кнопку, которая опускала шторы, и поскакала в роскошную мраморную ванную. Там была целая полка, заставленная бутылочками с пеной для ванны, гелями для душа и эфирными маслами, но я остановила свой выбор на лавандовой ароматической соли.
Пока ванна набиралась, я включила звуковую систему. Из колонок полилась спокойная музыка, и я расслабилась.
Забравшись в ванну, я выдохнула и погрузилась в мягкие объятия пузырьков. Вау, надо бы почаще так себя баловать, потому что ощущения были просто обалденными. Напряжение покидало мышцы. Это было почти так же хорошо, как массаж.
Но, как и все в моей жизни, покой продлился недолго: сразу после очередного громового бума свет и музыка начали мигать, то включаясь, то выключаясь.
Я закрыла рот, сердце начало часто биться. Каждый волосок на теле встал дыбом. До чего же, блин, похоже на одну из сцен в фильме ужасов!
Божечьки мой, божемойбожемойбожемой! неистово стучало в голове. Я схватилась за край ванны. Ну, все. Сейчас меня убьют.
Я была идиоткой. Ну как можно принимать ванну после просмотра «Проклятия»? Вот почему я не смотрела ужастики — они несли плохую карму! Заледенев, я уставилась на пузырьки, словно из них должен был всплыть мальчик-японец, как в фильме.
А потом погас свет.
— Аааааааааааааааааааааааааааааааа!
У меня ушла секунда на то, чтобы понять, что пронзительный крик издала я. Безумие какое-то! Почти рыдая, я пулей выскочила из воды, подхватывая халат, который, к счастью, оставила рядом с ванной.
Я выскочила вон, адреналин колотился в венах. И сделала первое, до чего додумалась: выбежала из комнаты, пересекла коридор и оказалось на пороге у Романа.
Не останавливаясь и не оглядываясь, чтобы не увидеть за спиной нечто ужасное.
— Роман! Роман, открой! — заорала я, барабаня в его дверь. — Пожалуйста!
Почему он так долго? Неужели не понимает, что я близка к смерти?
Дверь открылась, и я вздохнула от облегчения, увидев знакомое лицо Романа, освещенное телефонным фонариком.
— Что за душераздирающие крики? — Он оглядел меня с головы до пят. — И почему ты в одном халатике?
Проигнорировав вопросы, я протолкнулась к нему в комнату.
— Она меня преследует, — проскулила я, хватаясь за его руку, как за спасательный круг.
Он нахмурился.
— Кто?
— Девчонка из фильма!
Пару секунд он просто смотрел на меня, а потом взорвался хохотом:
— Майя, она ненастоящая. Это же фильм. Мы даже не в Японии.
— И что с того? — взвизгнула я, сжав его руку еще сильнее и бешено оглядываясь в поисках чего-нибудь подозрительного. — Она же не человек! И как еще ты объяснишь, что свет погас ровно тогда, когда я принимала ванну? Ванну! В фильмах ужасов как раз в ванне чаще всего и умирают!
— И буря на улице, разумеется, не имеет к этому ни малейшего отношения, — саркастично подметил Роман.
— Сейчас не время шутить! — Я практически билась в истерике.
— Майя! — Роман взял меня за плечи и заставил посмотреть на себя. — Успокойся. Сделай глубокий вдох и сосчитай до десяти.
— Но...
— Давай уже!
Я заткнулась и сделала, как он велел. Вдох. Один... Боже, она прямо за спиной, да? Два... она поднимает руку... три... я сейчас умру...
Нет, стоп! Это все нереально. Она не реальна!
Я закрыла глаза и заставила себя досчитать до десяти. Когда закончила, то медленно открыла глаза и увидела Романа, который весело наблюдал за этим цирком.
— Стало лучше?
— Немножко, — признала я.
— Теперь отпустишь мою руку?
Вздрогнув, я опустила взгляд и поняла, что схватила его за руку точно так же, как до этого Карло.
— Извини! — вскрикнула я, мгновенно краснея и бросая его руку.
— Только не говори, что Великая Майя боится темноты, — хмыкнул Роман.
Ни за что в жизни не признаюсь ему в этом.
— Как скажешь. Темнота пугающая, — оправдывалась я. — Никогда не знаешь, что в ней скрывается. Можешь, пожалуйста, включить свет?
— Я что, похож на Повелителя Электричества?
— А разве Великий Роман Фьори не способен сделать все, что пожелает? — заметила я, пытаясь задеть самое ценное — его гордость.
Судя по сердитому лицу, это сработало.
— Есть генератор, но до него далеко идти. Все уже спят, нет смысла их будить. И потом, ночь на дворе. Просто ложись спать, и все будет хорошо.
Я моргнула. Кто же знал, что он так чутко относится к рабочему персоналу? Я нервно покосилась на темный коридор.
— М-м-м, Роман, — начала я тихим голосом. — Могу я... как бы сказать... чуть-чуть побыть здесь? Ну, пока свет не включат?
Я ненавидела что-либо просить у него несмотря на то, что жила в его доме, но мне вовсе не нравилась идея возвращаться одной в свою темную спальню.
— А если света не будет всю ночь? Ты будешь здесь... — Роман замолчал, увидев выражение моего лица. — Ладно, — вздохнул он. — Но накинь что-нибудь на себя.
Я обняла плечи руками.
— Не хочу возвращаться туда одна.
Он простонал, что-то бормоча себе под нос. Он пошел вперед, унося с собой лучик света, и я автоматически поплелась за ним.
Он открыл шкаф и достал оттуда рубашку на пуговицах и шорты.
— Вот, надень это, — хрипло сказал он, протянув мне одежду.
Я уставилась на вещи.
— Они же чистые, да?
Роман полоснул меня раздраженным взглядом.
— А ты как думаешь?
— Можешь отвернуться? — вежливо попросила я.
Он нахмурился, но просьбу выполнил.
— Я просто в восторге от того, что ты командуешь даже в моей собственной комнате.
Проигнорировав эту реплику, я быстренько выскользнула из халата и натянула его одежду. И тут же очутилась в окружении его фирменного древесного аромата. Неосознанно сделала глубокий вдох.
Ну как может кто-то настолько злой так потрясающе пахнуть? Хотя, с другой стороны, не такой уж он и ужасный, раз позволяет мне оставаться здесь. Если, конечно, это не часть плана жестоко убийства Майи Линдберг во сне.
Шорты были на резинке, так что они отлично держались на талии, хоть и торчали на ногах. А вот футболка повисла ниже шорт. Я аккуратно повесила халат на спинку кровати и пробежала рукой по влажным волосам.
— Можешь уже повернуться.
По-прежнему ворча, Роман развернулся, чтобы посмотреть на меня и на его лице отразилось удивление. Он оглядел меня всю и задержал взгляд так надолго, что я начала нервничать.
— Что? У меня что-то на лице или что? — спросила я, чувствуя себя некомфортно. Ненавижу, когда люди пялятся.
Роман еще секунду смотрел, потом отвел взгляд.
— Нет. И не вздумай испачкать мои вещи.
— Не переживай, я только что помылась, — проворчала я. Можно подумать, я сейчас возьму и специально вылью на себя что-нибудь неотстирываемое.
Теперь, когда он согласился пустить меня к себе до того, как включится свет, стало непонятно, что делать дальше. Я заметила у окна кресло и забралась на него — плюшевое и мягкое. Спустя пару секунд Роман, как ни странно, опустился в кресло напротив.
Некоторое время мы сидели в полной тишине, но она не была тягостной. Тем не менее, я никогда особенно не любила долгое молчание.
— Так... что ты подаришь Заку?
Может, у меня появятся какие-нибудь идеи.
Роман ответил без капли сарказма в голосе:
— Лодку.
Я уставилась на него.
— Ты даришь ему лодку ?
— Ага. — Парень пожал плечами. — Свою он сломал, так что я решил подарить улучшенную версию.
Я сглотнула. Да, такое мне не по карману. Денег хватит в лучшем случае на игрушечную лодочку.
Если таким был подарок для Зака, то я боялась даже представить, сколько стоил Адрианин подарок.
— Ее подарок — необычный.
Я моргнула, возвращаясь к реальности.
— Чего?
Роман выглядел довольным.
— Я же сказал, ее подарок другой.
— Я что, произношу мысли в слух?
Он самодовольно кивнул.
Я застонала. Конечно же, такое могло произойти только со мной.
— Насколько другой?
— Увидишь.
Очень информативно.
Мы опять погрузились в тишину, пока я снова не заговорила. Было кое-что, о чем я давно хотела спросить.
— Роман...
— Да?
— Почему ты был со мной таким милым... ну, знаешь, после того, что случилось в Нью-Йорке?
Должно быть, виной тому было мое воображение, но мне показалось, что на мгновение он застыл. Ответа не последовало.
— Ты пережил что-то похожее? — терпеливо спросила я. Постоянно прокручивая эту мысль в голове, я пришла к выводу, что это единственное логическое объяснение.
Скорее всего, я была права — учитывая, как напряглась челюсть Романа.
— Я не хочу об этом говорить.
— Знаешь, когда с кем-то делишься, становится легче...
— Сказал же, я не хочу говорить об этом!
Я закрыла рот, чувствуя необъяснимую боль. Стоило уже привыкнуть к тому, что он постоянно кричал и набрасывался на меня, но каждый раз я ощущала лишь бессмысленную обиду
Роман сделал глубокий вдох и взъерошил волосы.
— Извини, — сказал он более спокойным тоном. — Я не должен был кричать.
— Все в порядке. — Я рассеянно провела пальцем по мягкой бархатной обивке кресла. — Зря спросила.
Я слегка улыбнулась.
— Осторожно, а то извинения войдут в привычку. — Несмотря на его слова, он вернул мне улыбку. — Ты права, — сказал он после еще нескольких минут молчания. Я подняла голову.
— Что?
— Насчет того, что я пережил нечто похожее. — Роман не смотрел на меня. — Когда я был младше, мой отец... он все время уезжал «по работе». Иногда это действительно было так. Но в большинстве случаев он уезжал, чтобы встретиться с одной из своих многочисленных любовниц, и все об этом знали. — В его голосе слышалась горечь.
Я задержала дыхание, не желая говорить что-то, что заставит его снова закрыться. Невероятно: он пытался довериться мне — из всех людей именно мне, — так что я понимала, как нелегко ему было.
Роман продолжил:
— Он почти никогда не бывал дома, а если и появлялся, то закрывался в кабинете и круглые сутки работал. Мать смотрела на его неверность сквозь пальцы, в основном потому, что не хотела лишиться статуса миссис Фьори, и еще, наверное, потому что любила его... Или думала, что любит.
Он уставился в окно непривычно задумчивым взглядом.
— Со временем отец стал смелее, даже начал приводить любовниц домой. Я пару раз на них натыкался. Первый раз — в семь лет. Я тогда не понял, что все это значит, побежал к матери, она ударила меня...
Услышав это, я испустила тяжелый вздох. Ударить сына, когда мальчику всего семь, из-за того, что муж ее обманывал? Да что это за мать?!
— И велела никогда больше об этом не говорить.
Очевидно, Роман заметил ужас на моем лице, поскольку добавил:
— Я знаю, что ты думаешь, но это не так. У меня хорошая мама. Уж точно лучше, чем отец. Просто он довел ее до крайности. Она начала принимать антидепрессанты, а потом добавила в этот коктейль алкоголь. Теперь она все время либо пьяна, либо на таблетках. Отец периодически переселяет ее из одной резиденции в Европе в другую, чтобы держать подальше от камер папарацци. Быть алкоголичкой, видимо, гораздо позорнее, чем бабником. — Голос Романа слегка подскочил.
Я сглотнула, не в силах сказать нечто правильное. Он выглядел таким уязвимым. Я вообще впервые видела его в таком ракурсе, и заявить, что это не цепляло за душу, было бы ложью.
— Ты наверняка думаешь, что это очередная история о бедном богатеньком мальчике, — горько скривился Роман, обернувшись ко мне. — Не знаю, зачем вообще рассказываю тебе об этом, но... — Он сделал еще один глубокий вдох. — Мне легче от того, что я разделил этот груз.
— Мне так жаль, — прошептала я, не зная, как еще помочь. Я чувствовала себя ужасно. У меня-то есть мама. А у Романа искалеченная семья. По крайней мере, психологически.
Не оставляя себе времени подумать, я шагнула к нему и обняла. Парень тут же напрягся.
— Что это ты делаешь?
— Обнимаю тебя.
— Не нужны мне объятия. — Увы, каменная стена водворилась на место. — И если хоть одна живая душа узнает о том, что я только что сказал, я тебя расчленю.
Я даже внимания не обратила.
— Заткнись и дай мне тебя пообнимать, идиот.
Роман оставался напряженным еще пару секунд, но потом мало-помалу расслабился. Он сдвинул свой вес, и сначала я подумала, что он собирается отстраниться, но он потянул меня вниз и мы оба оказались в кресле.
Он медленно, нерешительно обвил мои плечи руками и, как ребенок, уткнулся в мою шею лицом.
Я закрыла глаза и примостила подбородок на его широком плече, пытаясь игнорировать крошечную дрожь от ощущения сильных мускулов под его футболкой.
— Ты хорошо пахнешь, — пробормотал он мне в шею.
Мои глаза округлились, но я не смогла сдержать смех. Ни дать, ни взять — семилетний маленький мальчик.
— Ты тоже хорошо пахнешь, — пробормотала я.
Больше никто не промолвил ни слова, мы просто сидели в объятиях друг друга. Не знаю, сколько прошло времени, потому что ночь оказала свое влияние, и вскоре я провалилась в глубокий сон, даже не заметив, как Роман поднял меня на руки и осторожно уложил в постель.