Трагедия и конец
Звонок, словно осколок треснувшего хрусталя, разбил хрупкую идиллию момента. Тень пробежала по его лицу, когда он, нахмурившись, выслушал короткое сообщение о работе. Тяжелый вздох сорвался с губ: "Вынужден отлучиться. Дела… Но я постараюсь вернуться как можно скорее. А вечером… вечером тебя ждет сюрприз."
Во взгляде его плеснулась нежность, как отражение звезд в тихой воде. Легкий, словно прикосновение крыла бабочки, поцелуй в лоб. Объятие, полное несмелых, но таких волнующих обещаний. И он уехал, оставив после себя лишь привкус внезапной разлуки и дразнящее предвкушение тайны, которую так жаждало узнать сердце. Он спешил, мечтая украсить их комнату гирляндами трепетных огней, приготовить ужин из суши под аккомпанемент тихого джаза, чтобы эта ночь стала отражением их только-только распустившихся чувств.
Но судьба, как коварный художник, часто играет с палитрой наших желаний, смешивая яркие краски надежд с густой чернотой неожиданностей. Вместо уютной комнаты, утопающей в мягком свете гирлянд, его встретили мигалки полицейских машин и оглушительная тишина, пропитанная запахом гари. Вместо нежного джаза – вой сирен, режущий слух, словно осколки стекла.
Его сердце оборвалось, словно тонкая нить, когда он увидел обугленные остатки здания, в котором совсем недавно мечтал создать островок их личного счастья. Отчаяние, как ледяная волна, захлестнуло его с головой, лишая способности мыслить, дышать, чувствовать.
Он искал ее среди обломков, среди отчаянных криков и плача, цепляясь за призрачную надежду, что это какая-то чудовищная ошибка. Но реальность была безжалостна. В груде искореженного металла и пепла он нашел лишь обгоревший кулон, тот самый, который он подарил ей в день их знакомства.
Вместо вечера, полного нежности и обещаний, ему досталась ночь, наполненная болью и безысходностью. Сюрприз, который он так старательно готовил, превратился в трагическую иронию судьбы, оставив в его сердце незаживающую рану, кровоточащую воспоминаниями о несбывшемся счастье.
Но тут из клубов теней возникла Эмилия. Она поняла – он решил, что она заживо сгорела в пламени, поглотившем особняк. Но она стояла перед ним, живая, лишь несколько ссадин и копоть на лице свидетельствовали о пережитом кошмаре. Парень, обернувшись, с влажными от слез глазами, не верил своему счастью. Она – жива! Его Эмилия, самое дорогое, что у него есть! Он подскочил и крепко обнял ее, боясь отпустить хотя бы на миг. "Ты жива, моя родная… О, как я рад! Мне больше ничего не нужно, ничего не важно! Лишь бы ты была рядом… А кулон… Я уж было начал…"
Девушка, чувствуя его трепет, нежно прильнула в ответ: "Тише, любимый… Все хорошо. Я успела выбраться. А кулон… он сорвался с шеи, когда я бежала…"
Он зарылся лицом в ее волосы, вдыхая запах дыма и ее собственный, такой родной и успокаивающий. Все остальное отошло на второй план – пожар, потеря особняка, все невзгоды, которые им пришлось пережить. Сейчас было только двое – он и она, живые и вместе. Это было все, что имело значение.
Он отстранился, чтобы заглянуть в ее глаза, и увидел в них отражение своего собственного облегчения и любви. "Кулон не важен, Эмилия. Это всего лишь безделушка. Главное, что ты цела. Я думал, я потерял тебя навсегда…" Он коснулся ее щеки, стирая полоску копоти. "Боже, как же я испугался…"
Эмилия взяла его руку в свою, переплетая их пальцы. "Я знаю, любимый. Я видела твой взгляд, когда ты обернулся. Но я здесь. И я не собираюсь никуда уходить." Она слегка улыбнулась, и в ее улыбке он увидел отблеск прежней Эмилии, той, которую он так любил.
Он прижал ее к себе снова, на этот раз чуть слабее, боясь причинить боль. "Что же нам теперь делать?" – прошептал он, чувствуя ее дыхание у своего уха.
"Мы начнем все сначала," – ответила она уверенно. "Вместе. И все будет хорошо. Мы справимся." И в ее голосе он услышал такую силу и надежду, что поверил ей безоговорочно. Вместе они выдержат все.