Глава 5. Очистка
«Айви не просто убивала. Она вершила. И в этой власти была её единственная форма наслаждения».
Ночь стелилась по улицам, как шёлк, натянутый над лезвием. Город не спал — он затаился, будто сам чувствовал, что где-то в его нутре начинается суд. Не показной, не по закону. Настоящий.
Восточный склад. Ржавые ворота, из которых вытекало эхо заброшенности. Под лампой, что хрипела своим больным светом, стоял мужчина. Марко. Когда-то — друг семьи. Когда-то — "дядя". Сейчас — мишень.
Он курил, но руки дрожали так сильно, что пепел осыпался раньше, чем мог упасть.
Из чёрного автомобиля вышла Айви. Медленно, величественно. Не как наемник. Как царица.
Красное пальто развевалось за её спиной, будто пламя — символ крови, которая уже была пролита, и той, что сейчас ждала своего часа.
Под пальто — чёрное платье, как вторая кожа, как тень. Оно не кричало. Оно шептало смерть.
Марко отступил на шаг, прижался к стене.
— Айви… клянусь, я не знал, что они…
— Не ври, — её голос был как порез. Без эмоций. Без колебаний.
Она шла по складу, словно по сцене. Каблуки стучали в тишину, как приговор. Слева — старые ящики, справа — следы от шин. Каждая деталь была нотой в партитуре её власти. Она шла, и мир становился меньше.
— Я же был рядом, когда вас нашли. Я кормил тебя, когда ты молчала неделями после того ужина…
— Именно, — прошептала она. — Ты знал, кто мы. Ты знал, кем мы стали. И ты всё равно выбрал их.
Она подошла ближе. В глаза. В лицо.
В этом взгляде не было гнева. Только ровное, ледяное присутствие. Как у закона. Как у Бога. Только без жалости.
Айви чувствовала не злобу. А силу. Чистую, как яд. Честную, как смерть. Это не было мщением — это было восстановлением баланса.
Марко был ничтожен в этом миге. А она — бесконечна.
— Ты умрёшь не потому, что предал, — выдохнула она.
Он дернулся. Паника захлестнула.
— Айви, подожди, пожалуйста…
— А потому что мне это доставляет удовольствие.
Один вдох.
Щелчок.
Первый выстрел — в живот. Чтобы он понял. Чтобы ощутил.
Второй — в сердце. Чтобы не забыл.
Тело рухнуло, как тряпичная кукла. Кровь растекалась по бетону, смешиваясь с ржавчиной и прошлым.
Айви на секунду смотрела на него. Слабая, почти невидимая улыбка коснулась её губ. Не радость. Завершение.
Она была не просто палачом. Она была тем, что приходит после — последним лицом, которое видит тот, кто сделал выбор.
Когда она вернулась к машине, Итан уже сидел за рулём.
Свет от панели освещал его лицо. Спокойное. Как всегда.
— Всё? — спросил он тихо.
Айви кивнула.
Он молча протянул руку, обхватил её пальцы. Не говоря ни слова.
В их мире это и было проявлением любви. Не ласка. Не слова.
А прикосновение после убийства.
Свидетельство того, что ты не один в этой тьме.