Глава 24. Новая встреча

Вскоре вся компания скрылась из вида, и Стеша потрясенно вздохнула:
— Охренеть, Даша, ты сумасшедшая! Зачем ты это сделала?! Это же Малышенко!
— Чтобы поставить ее на место, — фыркнула я, чувствуя, как настроение ползет вниз.
— Судя по всему, у тебя получилось, — хихикнула подруга, но тут же посерьезнела. — Будь аккуратнее. Я понимаю, что эта ган... То есть, неумная девочка скоро станет твоей сестрой, но все же... Зачем тебе лишние неприятности?
— Ты права, — вздохнула я, все еще чувствуя злость. — Она бесит меня одним своим существованием.
— И сниться тебе в эротических снах, — прыснула Стеша, которой я об этом рассказала. — Слушай, мне кажется, она — какая-то твоя личная точка фиксации. Малышенко стала первой девушкой, с которой ты целовалась, очаровала тебя и вызвала определенные надежды, когда защитила и пригласила на свидание. А потом резко наступило разочарование, когда ты узнала, что она через тебя хотела отомстить отцу.
— И что мне делать? — усмехнулась я.
— Может быть, просто влюбиться? — предложила подруга.
— В кого?
— В кого хочешь! Я тебе сто раз говорила — ты красотка, и все засматриваются на тебя! Только ты ни на кого не обращаешь внимания.
Я пожала плечами — продолжать эту тему не хотелось. Стеша поняла это и замолчала. Какое-то время мы сидели каждая в своих телефонах, а потом она вдруг сказала:
— А Серж все-таки классный.
Она часто говорила о нем с тех пор, как Серж остался с девчонкам, когда Малышенко утащила меня на разговор. По ее словам, Серж был мил, шутил и улыбался ей, как ангел. Стеша обшарила все его соцети, как заправский детектив, однако следов присутствия девушки в его жизни не обнаружила. Некоторые его фотки она скачала.
— Он тебе так нравится? — подняла я бровь.
— Он мой comfort character, — призналась Стеша. — Когда он разговаривал с нами, я почувствовала спокойствие и тепло. Максимальный комфорт. Как будто бы он тот человек, который меня не обидит и не станет ничего говорить по поводу веса. Да, знаю, что смешно звучит, но с того дня я много о нем думаю. Мы здоровались несколько раз. И каждый раз у меня замирало сердце, потому что он говорил мне «привет» и улыбался, как будто бы я нормальная.
— Как будто бы? — нахмурилась я. — А что в тебе, прости, ненормального?
— Ты знаешь, что, — отвела глаза Стеша.
Я положила руку ей на плечо и сказала:
— Перестань, Раевская. Ты — такой же нормальный человек, как и все остальные люди. Все остальное — у тебя в голове.
Подруга благодарно мне улыбнулась. Я вздохнула.
— Комфорт-персонаж — это герой фильма или книги. А Серж — живой человек. Может быть, тебе не просто здороваться с ним, а пообщаться?
— Даш, я же знаю, что у меня с ним ничего не получится, как с героем фильма или книги. Поэтому он будет моим comfort character и дальше. И может быть, станет главным героем моей истории!
На этом наш разговор оборвался — позвонила мама и спросила, освободилась ли я?
— Да, я сдала последний экзамен и закрыла сессию, — ответила я.
— Поздравляю, дочка! Ты у меня умница! Я хочу съездить с тобой в салон — готово платье. Хочу, чтобы на нашей с Костей свадьбе ты была самой красивой, — сказала мама все тем же счастливым голосом, какой я привыкла слышать в последнее время.
И мне пришлось согласиться. В этот салон я уже ездила — там с меня снимали мерки и обещали придумать что-то совершенно невероятное.
Через полчаса она заехала за мной — не на такси, как раньше, а на личной серебристой «Ауди», которую подарил ей Костя. С личным водителем — крепким мужчиной в возрасте, бывшим военным, который водил уверенно, но осторожно.
— Это подарок Кости, — сообщила мама с улыбкой. — Он сказал, что раз я сама пока еще не вожу, а только учусь, нас будет возить Николай.
Сказать, что я обалдела — ничего не сказать. Роскошная новенькая «Ауди» явно стоила больших денег, да и личному водителю нужно было платить немало. Однако для Кости это было совсем не сложно.
Всю дорогу мама щебетала — рассказывала о последних приготовлениях к свадьбе. Костя сказал, что оплатит любой ее каприз, и мама обратилась в какое-то крутое свадебное агентство, где ей придумали целую концепцию торжества — элегантная классика. Над этим работала целая команда человек из пятнадцати, и мама постоянно была на связи с менеджером, то и дело решая какие-то вопросы, каждый из которых был «очень важным»! Последние дни были особенно наполнены суматохой — до свадьбы оставалась неделя. Но мама при этом была такая счастливая, что, казалось, помолодела на десять лет. И несколько раз ее называли моей старшей сестрой, а потом искренне удивлялись, что я — ее взрослая дочь.
Мы приехали в салон вечерних нарядов, который располагался в башне «Юпитер» — в самом высоком здании города, расположенном в сердце делового квартала. Это был огромный небоскреб, объединивший, как говорили по новостям, «офисные помещения, апартаменты и общественные пространства». «Юпитер» называли гордостью города, новой достопримечательностью, но я не находила ничего особенно прекрасного в выше из монолитного железобетона. Напротив, меня пугала мысль, что можно жить на каком-нибудь пятидесятом этаже. А что делать в случае пожара? А вдруг будет землетрясение? Как выбраться с такой высоты?..
Впрочем, высоко мы подниматься не стали — салон находился на третьем этаже и был похож на один из залов Версаля. Да и отношение к нам здесь было, как к королевам. Нас встретили, угостили дорогим китайским чаем, предложили десерты и только потом показали платье, которое сшили для меня. Вернее, платья — их оказалось несколько. И все разные.
— Это мой небольшой сюрприз, — радостно сказала мама. — Я решила, что одного платья мало. Тебе нужно сшить несколько! Выбери два, которые понравятся тебе больше всего — их и наденешь на тожество.
— Их? Мам, зачем мне два платья? — удивленно спросила я.
— На выездной церемонии наденешь что-нибудь одно. А в ресторане — другое. Ты должна сиять!
Маму было не переубедить, и мне пришлось померить все, что сшили. Надо сказать, все платья оказались прекрасными, и я даже вошла во вкус, раз за разом открывая шторку и выходя из примерочной в новом наряде. Мама сидела на кожаном диванчике с чашкой кофе (пирожные она не ела, решив, что на свадьбе должна быть в прекрасной форме) и осматривала меня с ног до головы, то и дело прося повернуться или покружиться на месте. Ей нравилось нежно-розовое платье с воздушной юбкой и корсетом, я же влюбилась в длинное облегающее платье глубокого малахитового цвета с разрезом на одной ноге. В нем было что-то особенное — строгое, но при этом манящее, загадочное. И сдержанно-роскошное.
В конце концов, мама одобрила его, и нам пообещали доставить все наряды завтра.
— А зачем мне все, мам? — несколько растерянно спросила я, чтобы сотрудница салона не слышала.
— Чтобы было, — откликнулась она. — Ты довольна, дочка?
— Довольна, — улыбнулась я и зевнула. — Теперь домой?
Спать хотелось ужасно. Глаза буквально слипались. Но мама покачала головой.
— Нет, милая. У нас встреча с Костей, — виновато улыбнулась она. — В ресторане на последнем этаже. И Костя нас уже ждет — пока ты переодевалась, он мне позвонил. Так что отказы не принимаются! Ресторан превосходный, а вид такой, что просто закачаешься! Тебе понравится, Даша. Правда понравится!
Пришлось соглашаться — а разве я могла поступить иначе? Мы оказались в холле с огромным количеством лифтов, сели в один из них и стремительно помчались наверх. Ресторан «Имперский» действительно находился на последнем этаже и по уровню пафоса мог перещеголять «Симфонию». Нас встретили и повели в один из залов с большими окнами, за которыми был виден город с высоты птичьего полета. Костя не изменил себе — снова арендовал весь ресторан и дожидался нас за большим круглым столом рядом с окном. Но он был не один. Рядом сидела Виолетта, которая, заметив нас, подняла голову. Наши взгляды снова встретились.
Что ж, привет, дорогая сводная сестричка.