Глава 6. Ужин
Эмили никак не могла понять, почему согласилась играть в покер на раздевание и почему не послала Калеба на все четыре стороны, а вместо этого покорно шла за ним в чём мать родила.
За порогом стояла пара чёрных тапочек на небольшой танкетке с пушистым шариком на носу.
― Надень, ― велел Калеб, ― не хочу, чтобы ты замёрзла по пути во вторую столовую.
Вторую столовую? Эмили послушно сунула ноги в тапочки, которые оказались довольно удобными, и, пытаясь заглушить разбушевавшийся стыд, молча шла за хозяином дома.
― Не волнуйся, ― заговорил Райт, когда они спустились по лестнице, ― в моём доме, помимо водителя и повара, вся прислуга ― женщины. Фрэнк никогда не заходит в дом, а Люк никогда не заходит дальше кухни ― это запрещено.
― Не любишь конкурентов? ― попыталась поддеть Эмили.
― Не люблю смущать своих гостей.
Гостей? Значит, она не первая? И вряд ли станет последней...
У стеклянных дверей с витиеватым рисунком стояла горничная. Завидев хозяина, она ничуть не удивилась ни его внешнему виду, ни виду его спутницы. Горничная почтительно кивнула, встретившись с Калебом взглядом, и тут же распахнула двустворчатые двери.
Вторая столовая была больше «оружейной» ― так Эмили назвала комнату, в которой они играли в покер. Её окна выходили в сад, они были как в ресторане ― во всю стену, а точнее, в две стены (комната была угловой) и до самого потолка. Интересно, а садовник у него имеется? ― подумала Эмили, понимая, что с тёмной улицы они были как на ладони ― огромная люстра, свисавшая с потолка, словно гроздь винограда, заливала светом всю столовую.
― Не беспокойся, ― она почувствовала, как тёплая рука Калеба легла на плечо, ― все окна в доме зеркальные снаружи. Нас никто не увидит.
― Хорошо, ― Эмили облегчённо вздохнула и смогла немного расслабиться. Насколько это было возможно.
В центре столовой стоял стол длиной в пару метров, накрытый красной скатертью. На столе горели две свечи, и прислуга уже успела выставить еду и напитки. Глаза разбегались от вида и запаха этих вкусностей: запечённые устрицы, чёрная икра, овощи на гриле и несколько видов салатов. Райт пододвинул Эмили стул с высокой спинкой во главе стола, а сам сел напротив. В ту же минуту свет люстры поблёк ― огни свечей засияли ярче.
― Вина? ― спросил Калеб, когда за спиной Эмили выросла Жаклин с бутылкой в руках.
― Нет, ― мотнула она головой, ― на сегодня мне хватит.
― Тогда и я воздержусь, ― он подал знак, и Жаклин, поклонившись хозяину, тут же ушла.
Эмили поёжилась, по телу побежали мурашки, хоть в столовой и горел камин. Ей ни на секунду не удавалось забыть, что она сидит совершенно голая.
Другая служанка тем временем поставила в центр стола большое блюдо, накрытое выпуклой крышкой. Взгляд Эмили будто прилип к нему. Под крышкой дымился и пах запечённый свиной окорок, Прайс почувствовала, как текут слюнки, стоило ей увидеть его.
― Спасибо, Николь, ― улыбнулся Калеб, когда служанка положила ему большой кусок мяса, срезанный с окорока. Эмили заметила, как при этом он глянул на бедную Николь. Но, заметив ответный взгляд служанки, поняла: не такая уж она и бедная... Неужели Райт спит с ней? На вид девочке было не больше семнадцати.
Как только перед Эмили опустилась тарелка с мясом, она тут же вонзила в него вилку и пустила в ход нож.
Наблюдая, как жадно она поглощает свой ужин, Калеб чуть усмехнулся.
― Прости, что уморил тебя голодом.
Эмили подняла на него зелёные глаза и, сама не поняла почему, покраснела.
Райт взял лежавший на столе колокольчик и встряхнул его ― вся прислуга тут же покинула столовую, закрыв за собой дверь.
― Они хорошо тебя слушаются, ― заметила Прайс, не успев как следует прожевать.
― Я хорошо им плачу.
― Эта Николь... ― начала Эмили и замолчала, подбирая слова. А, к чёрту... ― Ты с ней спишь? ― вопрос прозвучал более требовательно, чем Эмили того хотела и тут же перевела взгляд на устриц.
Калеб рассмеялся. Прайс едва не подавилась, проглоченной устрицей.
― Она же ещё ребёнок, ― возмутилась Эмили, откашлявшись.
― Не такой уж и ребёнок ― ей девятнадцать. Но нет, с ней я не сплю. Хотя она и не прочь. Но почему ты спрашиваешь? ― Калеб сузил глаза. ― Неужели ревнуешь?
― Просто интересно, почему она смотрит на тебя с таким благоговением.
― Эмили, я не хочу говорить о своей прислуге, ― она приподняла брови. ― Сейчас я хочу поговорить о нас, ― Прайс застыла с миской салата в руках. ― Я обещал тебе кое-что. После ужина. И хочу прояснить кое-какие детали.
― Я вся во внимании, ― Прайс вывалила в тарелку почти четверть миски и уставилась на Калеба.
― Я хочу показать тебе, что ты можешь получить. Хочу узнать, на что ты готова пойти. Хочу дать тебе понять, чего именно ты хочешь, а для этого нам придётся попробовать.
― Что попробовать?
― Всё.
Эмили замерла с вилкой у рта. Он хочет попробовать прямо сейчас?
― Для начала, я хочу, чтобы ты выбрала стоп-слово на случай, если тебе покажется, что я захожу слишком далеко.
― Ты собираешься меня бить? ― усмехнулась она, приподняв одну бровь.
― Я собираюсь с тобой играть, Эмили. А мои игры весьма разнообразны.