Класс 1-C

— Доброе утро, класс, — будничным тоном поприветствовала всех Юкияма-сенсей, осматривая всех детей. Неделя переезда закончилась, и занятия теперь были полными. Не все успели войти в колею: кто-то, как Сора, спал на ходу, а кто-то, как Тодороки, в противовес выглядел на все сто.

Кёко вздрогнула, когда взгляд учительницы прошёлся по ней. Она любила всех учителей и легко могла с ними найти общий язык, но ей не нравилось повышенное внимание. Пальцы непроизвольно сжали край парты.

Кёко выдохнула, не прекращая отстукивать ногой ритм. В попытке успокоиться, она положила левую руку на колено. Нервная дрожь почти отступила, и девушка обратила внимание на преподавателя.

— Итак, тема сегодняшнего классного часа, — преподаватель сделала паузу, выводя красивым ровным почерком на доске два слова: «Геройские имена».

— Многие думают, что Геройское имя – это просто ярлык, броский псевдоним для прессы или кричалка для фанатов. Для некоторых Героев, это, несомненно, правда, однако из таких, охотящихся за славой гордецов, обычно мало что выходит, — сенсей обернулась к классу, где стояла почти абсолютная тишина. Пара человек, конечно, шептались о чем-то, но большинство внимательно слушало учителя. Геройские имена были чем-то таким, о чем мечтает каждый ребенок, но всерьез о них никто не задумывался. — Если вы хотите сделать себе имя, вам нужно постараться.

Очередная пауза. Сэнсэй внимательно оценивала реакцию каждого из них на ее слова.

— Ваше геройское имя – это обещание, самим себе и людям, которых вы хотите спасти. Имя может вселить надежду в мирных жителей, или напугать, а может даже сбить с толку злодеев. Именно оно, по большей части, будет определять то, как вас воспримут пресса и обычные жители, какие ожидания будут на вас возложены. Хорошими примерами являются Всемогущий и Эндивор. Имена несут в себе огромный вес ответственности, хорошенько подумайте над ними.

На словах про ответственность глаза Кёко округлились, и она почувствовала, как холодная капелька пота стекает по спине. Ответственность? Она и не думала, что Геройское имя – это так серьезно…

— У многих героев имена являются отражением их сути, причуды или характера. Примерами могут послужить Рьюкью или Ястреб. Некоторые имена могут не иметь ничего общего с этими критериями, но являются звучными и запоминающимися, как, например, Леди Полночь, Сущий Мик или даже я, Леди Винтер, — в руках у женщины, тем временем, уже была стопка неизвестных бланков. Сенсей раздала бумаги сидящим на первых партах и попросила передать их дальше.

Шепот в классе нарастал вместе с тем, как ученики получали анкеты. Адачи тихо проговаривала каждый пункт, два парня с задних парт громко шептались и переговаривались, обсуждая что-то несвязанное с темой классного часа, а Сато негромко ругался себе под нос. Кёко положила руки себе на виски осторожно их массируя.

— Бланки нужно заполнить к концу этого учебного дня. Можете взять их с собой, и советоваться с товарищами, родителями или учителями, если считаете это необходимым. Имя, конечно, можно будет поменять, если вы посчитаете, что оно неверно передает то, что вы хотели им сказать. Однако! — она подняла указательный палец вверх. — Стоит держать в голове, что если вы уже заработали репутацию с ним, это будет довольно проблемно. Как у Айзавы-сенсея, к примеру, примерно так он и застрял на Сотриголове. — Сэнсэй улыбнулась, словно вспомнила смешную шутку или случай.

— Но нам стоит вернуться к нашей теме. Есть ли у вас вопросы?

Тодороки подняла руку, едва учитель закончила говорить, Кёко даже не успела посмотреть на свой бланк.

— Юкияма-сэнсэй, могу ли я сдать бланк сейчас? Я уже знаю, какое геройское имя возьму, так есть ли смысл ждать до конца дня?

Всё внимание теперь было приковано к дочери Старателя. Яги с удивлением присмотрелась к однокласснице. Разве можно так сразу определиться с именем? Сенсей сказала, что это ответственное решение.

Тодороки почувствовав на себе чужие взгляды, лишь выше подняла голову. Кёко почувствовала слабый укол зависти и нотку восхищения.

— Если ты действительно уверена, можешь сдавать. Не вижу смысла задерживать тебя с этим, — учительница слабо пожала плечами.

— Да, я уверена, — незамедлительно отозвалась девушка, и принялась заполнять пункты. Писала она действительно с уверенным видом, и Кёко вдруг подумалось, что от нее, дочери героя номер 2, этого и ожидают.

Сама же она заглянула в бланк только сейчас. Анкета была самой обычной: настоящее имя, пол, причуда, её описание, геройское имя, значение геройского имени если необходимо.

Яги заложила бумагу меж страниц одного из самых больших учебников в ее сумке чтобы не помять, и бросила взгляд на подругу.

Айка заполняла пункты, то без остановки, то задумываясь о чем-то.

— Ты что, тоже уже решила? — удивленно поинтересовалась она.

— Да не, просто заполняю остальное, типа имени, пола и пунктов про причуду, — ответила Айзава, не поднимая головы.

— А имя может быть любым или есть какие-то определенные критерии? — в этот раз руку подняла Адачи. Ей уже было куда лучше после вчерашнего квиза, что не могло не радовать. Как оказалось, одноклассница упала в обморок от чрезмерного использования причуды. Пусть тогда все и обошлось и Адачи не успела сильно пострадать, но Кёко всё равно изредка посматривала на нее, беспокоясь.

— Ваше имя не может включать оскорбления кого бы то ни было, в остальном вы практически свободны в выборе. Репутация обычно приходит позже, а вдохновлять может любое имя, если оно ассоциируется с хорошим героем. И я очень надеюсь, что именно такими вы все, со временем, станете, – сэнсэй впервые за недолгое знакомство так тепло улыбнулась. Обычно ее улыбки были добрыми, но усталыми или слабыми, а тут… Кёко даже показалось, что несколько морщин на лице женщины разгладились и она несколько помолодела.

На учительницу продолжали сыпаться уточняющие вопросы, и Яги даже честно старалась вникать во все ответы. Но их было слишком много, и она подумала, что следовало бы спросить совета у отцов. Он точно знает лучше.

— Сэнсэй, а можно взять иностранное слово? — поинтересовалась Адачи с первой парты.

— О! О! Юкияма-сэнсэй можно спросить? — это уже было с противоположного конца кабинета. Кёко рефлекторно обернулась. Окубо, парень, чьи волосы на данный момент налились насыщенным рыжим. Насколько она успела его узнать, это означало едва ли не высшую форму восторга. Он уже стоял с поднятой рукой и нетерпеливо пританцовывал на месте в ожидании ответа. — Получается, я могу взять имя рандомного персонажа? Ну, там, из игры, сериала или типа того?

— А в каком корпусе находится библиотека? — прозвучал вопрос от приятеля Окубо, Исиды.

— А что будет, если не придумаешь имя? — а это уже тянула руку Кирито.

И так еще несколько человек продолжали заваливать сенсея вопросами, по делу и не только. Отмалчивалась значительно большая половина, такими были те, кто либо уже выбрал себе имя, либо не знал что спросить и просто слушал. Юкияма-сэнсэй держала планку и успевала спокойно и без спешки отвечать на каждый вопрос. Интересно, было ли происходящее в классе похоже на интервью, если учитель так спокойно уверенно отвечает? Хотя, может быть, она просто была готова к этому? Кёко слегка поёрзала на стуле и села в позе нога на ногу. Она не знала, смогла бы она вести себя так же?

Со звонком класс почти мгновенно опустел, даже Айка уже успела магическим образом исчезнуть из кабинета. Из класса осталась только сама Кёко, которая не успела собрать сумку, и Адачи. Кажется, ее вопросы не закончились.

Яги закинула учебники в рюкзак и поспешила на выход. Если ей повезет, то Айка могла решить не отвлекаться на автоматы со снэками и занять лучшие места в классе. Ей нравилась география, но, признаться честно, Инуи-сэнсэй немного пугал ее.

Подруга, ожидаемо, стояла у автомата. Помимо закусок там так же можно было купить любые шоколадные батончики, газировку, онигири и, конечно же, любимый напиток Айки — энергетики.

Но вместо него, в этот раз, она потягивала холодный кофе из банки, который папа Нао назвал фальшивым дрянным заменителем кофеина, и, кажется, присматривалась к онигири.

«Опять забыла бенто в комнате», — подумала Кёко.

— Решила сегодня обойтись без этой гадости? — спросила блондинка, только подойдя к подруге.

— Не, денег не хватило, — отмахнулась та. — А так…вроде норм.

Она сделала очередной глоток, и, кажется хотела добавить что-то ещё, но с мысли ее сбил довольно громкий разговор одноклассников. Девушки бросили на них взгляд. Конечно же, это был неразлучный дуэт Исида-Окубо. Первый парень выглядел скучающим и уставшим, в целом было ощущение, что он ведет этот спор уже довольно давно и повторяет свои аргументы по кругу. Второй же парень, в противовес, выглядел чересчур бодрым и активным, много жестикулировал. Именно он был самым шумным в дуэте. И теперь его волосы, кажется, изменили свой цвет, став светлее. 

— Кэйт, брать имя Шейпшифтер — фигня полная, никто твоей отсылки не поймет, — Исида набрал на автомате с едой комбинацию цифр и приложил карточку к терминалу. За стеклом пружина медленно прокручивалась, готовясь скинуть вниз желанный пакетик.

— Да ну а че нет то? Классное же имя! — ничуть не обиделся на это собеседник. Окубо стоял, закинув руки за голову, и задумчиво глядел в окно. — И вообще! Красотка-сэнсэй разрешила, так что я считаю это отличной идеей! — громкость голоса он не снизил ни разу, зато на последней фразе он вышел из своей расслабленной позы и в каком-то нелепом жесте взмахнул руками и теперь мельтешил перед глазами своего друга.

— И вообще, мне подходит! А еще…

— Стопэ, — бурный монолог прервался на середине. Это Сора Хидака, проходивший мимо, бесцеремонно влез в их разговор. — Мне показалось, или я слышал тут что-то о Шейпшифтерах? Как из сериала?

— Воу, да! Чувак, ты не ослышался! Видишь, Мамору, а ты говорил, отсылку не поймут! — шумный одноклассник переключился на новую цель, и теперь уже два шумных человека что-то обсуждали. До этого момента Исида хоть немного мог повлиять на друга, однако теперь они обречены, это точно.

— Нашел-таки себе собрата по разуму...  — Исида тяжело вздохнул и обреченно открыл пачку сухариков, которую только что достал из автомата. На ходу закинув в себя несколько штук, студент отправился в сторону кабинета. А поняв, что за ним никто не идёт, вернулся и взял руки заговорившиеся парни отвлеклись только тогда, когда их обоих чуть ли не за шкирку потащил за собой Исида.

Окубо и Хидака даже не сильно сопротивлялись, если честно. И ни на секунду они не прекратили обсуждения, словно такое было в порядке вещей. Кёко и Айка тихо посмеялись, глядя на эту картину.

Кёко и Айка тихо посмеялись, глядя на эту картину.

— Ха! Как, однако, как же легко заводятся друзья, — заметила Айка.

— Ага... — прошептала Кёко все еще глядя вслед парням. — Так просто, оказывается…

Девушка почувствовала легкую зависть. Она не могла завидовать кому-то всерьез, просто не умела. Но мимолетно это чувство она ощущала довольно часто.

Из мыслей её вывел легкий тычок от подруги. Кёко часто проваливалась в свои мысли, и Айка довольно давно выяснила самый эффективный способ вывести ее из “транса”.

— Пошли давай, на следующий урок опоздаем,  — она как бы невзначай бросила взгляд на свои часы. — До этого кабинета еще пока дойдешь… — донеслось до блондинки еле слышное бурчание, слишком привычное, чтобы как-то комментировать его.

Конечно же, Айка преувеличивала. Кабинет географии, всего этажом выше. Им даже не пришлось переходить в другие корпуса. Хотя едва слышно ворчание подруги она все ещё слышала. С другой стороны, скорее небо упадет, чем Айзава перестанет ворчать по поводу и без. Любой из их.

Девушки вошли в класс и сели за парты. Свободных и находящихся рядом осталось мало, и Кёко пришлось смириться с тем, что сегодня она будет сидеть прямо перед учителем. Конечно, как у всех классов у них есть рассадка, но сэнсэй сказала, что обязательно садиться так только на некоторых уроках. Учителя, по большей части, лояльны к студентам, если те не нарушают дисциплины.

Кабинет географии от остальных отличался немногим: пара глобусов на шкафу, несколько карт на стене и в общем-то, всё.

До звонка оставалось еще пару минут, и Кёко с небольшим облегчением заметила, что учителя еще нет. Зато в класс пришла Адачи, у которой, судя по всему, было для них какое-то объявление. За партами, сейчас сидели немногие, большинство разбрелось по кабинету, однако это не помешало однокласснице привлечь внимание.

— Юкияма-сэнсэй попросила еще раз напомнить, что анкеты мы должны заполнить до конца учебного дня, и на еще одном ээ… — девушка на мгновение запнулась, очевидно, вспоминая нужное слово. — собрании, вот! И на еще одном собрании после всех уроков мы будем перед всем классом рассказывать о выбранных именах!

Новость эту многие встретили без особого энтузиазма.

— Капец, ещё и оставаться на доп.урок, — самый шумный одноклассник даже оторвался от жутко интересного обсуждения сериала, чтобы громко возмутиться. Он в преувеличенно-драматичном жесте прикрыл глаза тыльной стороной ладони и почти упал на лучшего друга. — Почему мы должны оставаться на еще один классный час? — проныл он.

Исида лишь вздохнул, и спихнул товарища с себя на Хидаку. Окубо, при этом действии даже не убрал ладони с лица — так сильно доверял лучшему другу и новому. Хидака, к удивлению Кёко, тоже не возмутился лишнему весу. Создавалось впечатление, что эти трое знакомы уже очень давно.

— Можно подумать, — язвительно заметила Тодороки открывая пудреницу, — что у тебя были какие-то сверх важные дела.

— Вообще-то да! — Окубо перестал полу-лежать на однокласснике и повернулся к девушке. — Вообще-то я планировал сегодня играть в плойку! Это очень важное дело, к твоему сведению!

— Ну конечно, как я могла не догадаться, что это очень важно, — она закатила глаза и невозмутимо продолжила поправлять макияж.

— Уж всяко важнее тебя и твоей морды, — заметил Ватанабэ, неприветливый рыжий одноклассник, проходя мимо Тодороки к своей парте. Весь его вид говорил о презрении к девушке и чуть ли не ненависти. — Хорошо хоть тебе хватает ума не говорить о себе постоянно.

Тодороки перестала подкрашивать губы и выпрямилась. С громким щелчком захлопнулась пудреница. Тодороки даже не посмотрела в сторону Ватанабэ.

— Что ты сейчас сказал? — переспросила она. Интонация была ровной, а слова не были громкими, но эффект это произвело жуткий. Кёко почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Краем глаза она заметила, что до этого расслабленный Хидака напрягся и, казалось, был готов либо разнять драку, либо принять в ней участие.

Блондинке показалось, что в классе резко выключили звук, хоть это и было не совсем так. Шимидзу так же внимательно наблюдала за Ватанабэ, а Сато нецензурно прокомментировал ситуацию. Атмосфера давила на Кёко, и она надеялась, что конфликта не будет.

— Со слухом проблемы, Тодороки? Я сказал, что у тебя слишком большое эго, — припечатал парень. Кёко показалось, что он продолжит язвить, однако она ошиблась. Ватанабэ сел на свое место и на этом, конфликт, казалось, был исчерпан.

Напряжение в классе все еще присутствовало, но это было уже не так заметно. Расслабился и снова включился в разговор Хидака, расслабилась Шена. И только Тодороки сидела неподвижно, словно ледяная статуя. Холодная и безупречная.

Ее напряженная поза не изменилась.

«Должно быть, ее это сильно задело», — подумала Кёко. Какой бы идеальной не хотела казаться Тодороки, статуей она все же не была, и имела такие же эмоции, как и все.

Блондинка может и подошла бы поговорить с девушкой, но прозвенел звонок. В дверях показался Инуи-сэнсэй и давящая атмосфера окончательно ушла, все расселись по местам. Впервые студентка была рада видеть Гончего Пса.

Кёко помнила его не так хорошо, только по рассказам дяди Шоты. Хотя, в школе его всё же следует называть Айзава-сенсей. Рё Инуи, он же про-герой Гончий Пёс, был хорошим и добрым педагогом, был учителем географии и психологом. Оценки ставил заслуженно, материал объяснял доступно… Однако многие ученики побаивались его.

Дело в том, что он был одним из самых высоких преподавателей, и когда нужно было рычал на студентов. Дальше рыка, конечно, никогда не заходило, но смотрелось это все равно жутковато.

Урок прошёл как-то мимо неё. Скорее всего, учитель видел, что весь класс сейчас думает далеко не о географии, и решил особо не напрягать их. Пара заданий на повторение пройденного материала и Инуи-сенсей закончил на этом урок, сообщив им, что они могут уделить свободное время своим геройским именам. Единственным условием такой поблажки, конечно, была тишина. Ну, или хотя бы, как выразился сэнсэй, “Говорите, но шепотом”.

Кёко достала из учебника бланк и уставилась в графу с псевдонимом. У нее была одна идея, но стоило ли?

Прозвенел звонок. Все ещё терзаемая сомнениями, Яги собрала сумку и вышла из кабинета, не дожидаясь подруги.

Эта перемена была самой длинной. На обеденное время давался час, и большая часть студентов направилась в кафетерий.

Были и те, кто предпочел бесплатную еду, такие направились в общежитие к себе или друзьям. Некоторые просто прогуливались по территории ЮЭЙ или её пределами.

А были и такие, как Кёко. Те, которые обеду предпочитали разговор с друзьями. Это было странной деталью, но обедать девушка не любила.

Предпочитала плотный завтрак и легкий ужин, ну и перекусы в течение дня, при необходимости.

Первым делом она нашла укромный и относительно тихий уголок, в коридоре послешкольных занятий, куда почти никто не ходит в учебное время. Телефон сам собой очутился в ее руке, а пальцы набрали заученный номер.

Конечно, может не стоило звонить ему в рабочее время, но и у него сейчас должен быть обед. Если не было вызова.

Гудки всё шли. Второй, третий. Механический голос в трубке сообщил о том, что телефон абонента выключен, и предложил перезвонить позже. Кёко сбросила и вздохнула. Всё-таки вызов был. Папа Нао, в конце концов, был занятым человеком.

Папой Нао она называла Тсукаучи Наомасу, человека, который воспитывал ее с восьми лет, а также лучшего, по ее скромному мнению, детектива Мусутафу. Она, конечно, всегда знала своего настоящего отца, но папа Нао так много для нее сделал! Не смотря на свою тяжелую и очень выматывающую работу он всегда находил для нее время, всегда поддерживал и старался окружить любовью и заботой.

В любом случае, из двоих близких людей, с которыми хотела посоветоваться Яги-младшая, один оказался недоступен. Значит, ее путь лежит прямо в учительскую.

Старательно обходя учеников, девушка направилась на другой этаж.

До нужного кабинета она добралась быстро, едва ли прошло 15 минут с начала обеденной перемены. Студентка постучала в дверь и зашла, не дожидаясь ответа.

В учительской было только два человека, Леди Полночь, которая, увидев на пороге Кёко, улыбнулась и вышла, и Всемогущий, ее отец.

Папа Тоши сидел за своим столом и выглядел… непривычно серьезным, отчего Кёко невольно улыбнулась. В кипе бумаг и с большими очками, он действительно выглядел… несколько комично. Папа Нао бы точно оценил.

Всемогущий поднял голову, чтобы увидеть вошедшего, и его лицо тут же изменилось: хмурое выражение ушло, складки разгладились, а широкой улыбке ничто уже не могло помешать. Он отложил ручку, снял очки и указал на один из диванчиков в кабинете, предлагая присесть.

— Моя дорогая дочь пожелала провести время со своим стариком-отцом? Или может, нужна помощь с домашним заданием? — казалось, шире улыбаться невозможно, но Всемогущий снова доказал обратное.

Он достал из шкафа чай и две небольшие чашки, насколько знала студентка, учителя любили проверять работы с кружкой горячего чая или кофе. Сама же Кёко, удобно устроившись на диванчике, достала из сумки в который раз за день тот самый учебник английского, куда до этого положила бланк. Листок все ещё пустовал, кроме графы имени и названия причуды.

— Мне нужна помощь с геройскими именем, — ответила Кёко после недолгого молчания. Отец, тем временем, ставил чайник.

Яги отвлеклась, и пришла в себя только после того, как перед ней на столике с тихим стуком опустилась миска со сладостями.

— Ты обратилась по адресу, детка! Что именно тебя интересует? Папа Тоши применил причуду, и его форма изменилась. Теперь в комнате, вместо скелетообразного почти-старика, стоял мускулистый мужчина, ростом под два метра. Именно та форма, которую знали СМИ и весь мир.

— Да в целом… — она помялась. — Как ты выбирал себе имя? Никогда ли ты не сомневался в своем выборе?

Кёко посмотрела на отца и его широкую улыбку, которая ничуть не померкла, даже когда мужчина присел рядом с дочерью.

— Юкияма-сэнсэй сказала, что это очень важное решение. Выбирая имя вы даете обещание всему миру и все такое. — она крепко сжала край юбки.

— Как я выбирал? — уточнил мужчина, уже разливая кипяток по чашкам. С такой аккуратностью, что выглядело комично. Кёко подавила смешок и заметно расслабилась. Папа Тоши, сам того не зная, всегда мог поднять ей настроение и внушить уверенность в себе. Почти как ее причуда, только с более естественным эффектом.

— В самом начале я перепробовал множество разных вариантов. “Силач”, “Мистер мускул”, “Майти Мэн”... Не поверишь, я, кажется, даже хотел назваться в стиле моего сэнсэя! Но я счел все эти имена немного неподходящими. Я много думал над ними. Не о том, что хочу казаться сильным или непобедимым. Я думал о том, какое ощущение хочу подарить людям.

Он на мгновение прервался, обдумывая свои следующие слова.

— Конечно, я в какие-то моменты думал, что не справляюсь. Что ноша, которую я на себя взвалил, слишком тяжела, и временами мне было очень страшно, — его все еще большая рука потянулась через стол и накрыла ее маленькую ладошку. Прикосновение было аккуратным и бережным, папа Тоши никогда не навредил бы ей. — И всё же, Всемогущий довольно неплохо отражает мою суть, а? — отец горько усмехнулся.

— Не ищи имя, которое будет «круто» звучать. Ищи то, что отражает тебя.

Девушка подняла на него глаза. Что-то в папе изменилось, теперь улыбка была не натянутой, а искренней и полной надежды.

— Какое бы имя ты ни выбрала, я буду знать, что за ним стоит настоящий герой.

Кёко отзеркалила его широкую искреннюю улыбку и потянулась к конфетам и нетронутой чашке чая.

— Твоя мама, например, не была героем по профессии, но она все еще герой в моем понимании. Она была бесстрашной и мудрой женщиной. Не представляю, сколько моральных сил нужно, чтобы продолжать меня любить, несмотря на риск.

Кёко застыла. Свою маму она совсем не помнила, да и оба отца не любили говорить о ней. Не удивительно,что любое упоминание матери так или иначе заставляло ее волноваться.

В голосе отца проскользнула печальная нотка, как и всегда, когда разговор заходил о Яги Ирис. Студентка слушала, затаив дыхание. Чай снова был отложен в сторону.

— Улыбаешься ты точно как я, а вот внешностью точно пошла в нее. Ирис была очень красивой, хотя я полюбил ее, конечно, не за это, — мужчина грустно улыбнулся.

Кёко на мгновение закрыла глаза, пытаясь представить или вспомнить образ матери, но из размышлений ее выдернул громкий звонок.

— Ой, точно! У меня же урок. — девушка встала с дивана и схватила свои вещи. — Пока, пап! Спасибо за разговор!

Последнюю фразу она крикнула уже из коридора. Всемогущий улыбнулся ей вслед и принял свою худую форму. Так и нетронутый чай медленно остывал.

***

К концу дня у нее уже были заполнены почти все пункты.

Имя: Яги Кёко

Пол: женский

Возраст: 16

Причуда: героическая аура. Создаю вокруг союзника ауру, поднимающая его боевой дух, временно усиливая причуду, физическую силу, выносливость и другое.

Геройское имя:

Последний пункт все ещё пустовал, но Кёко уже знала, что напишет там.

В кабинет химии она пришла одной из последних, даже из-за закрытой двери слышались громкие разговоры и смех. Айка даже потрудилась занять для неё место!

Кёко благодарно ей улыбнулась и, как только она села, в дверях появилась Юкияма-сэнсэй.

— Добрый вечер, класс, — поздоровалась она. — утром я давала вам бланки, которые вы должны были заполнить. И, я надеюсь, вы это уже сделали. Сейчас же вы должны выйти к доске, сказать вашу причуду и имя которое вы выбрали. Ну и, конечно, пояснения к имени, если посчитаете нужным. Бланк вы должны сдать мне.

Кёко вновь посмотрела на листок, где все еще был не заполнен последний пункт.

— Пока пойдем по желанию.

Первой, конечно же со своего места поднялась Коори. Она, махнув своими хвостиками, вышла к доске.

— Причуда: ледяное пламя, а имя: Принцесса.

Учительница кивнула мини-представлению и Коори с величественным видом прошествовала на свое место под редкие аплодисменты. Бланк она сдала еще утром, и сейчас она представлялась для одноклассников.

Следующей вызвалась Адачи.

— Моя причуда: Чтение воспоминаний. Я могу читать прошлое предметов, если прикоснусь к ним всеми пятью пальцами. А мое геройское имя: Мемори.

Ее представление вышло подлиннее, она даже рассказала о своей причуде. Адачи улыбнулась классу, сдала сэнсэю бланк и вернулась на свое место под такие же редкие аплодисменты.

Айка вышла следующей. Выходя из-за парты, она подмигнула подруге и широко улыбнулась всем остальным.

— Причуда: подчинение воле. А имя: Рэйвен. Не стала долго думать насчёт него. Это имя принадлежало моей маме.

Юкияма-сэнсэй похвалила выбор имени и Айзава вернулась на свое место. Кёко хлопала громче всех, хоть и была уверена, что подруга вспомнила о бумажке только сейчас и в спешке заполняла пункты.

Взгляд упал на всё еще пустую графу имени в ее собственном бланке. Несмотря на то, что блондинка решилась на это еще некоторое время назад, а выбор имени Айки только укрепил ее уверенность, но руки предательски дрожали. Яги сделала глубокий вдох и решила вернуться к этому позже.

Дальше вышли сразу трое: Хидака, Окубо и Исида, чем мгновенно вызвали всеобщий интерес.

Хидака улыбался, Окубо дрожал от нетерпения, отчего его волосы вновь поменяли цвет. И только последний парень, Исида, был серьёзен и тих.

— Моя причуда: телекинез, и имя мне — Каэр! Дух возможностей! — Хидака сказал это громко, с широкой улыбкой, и переместился влево, полубоком вставая в позу спецагента с пистолетом из пальцев на готове.

— Моя причуда: маскировка, и имя мне: Улль! Бог славы и охоты! — Окубо отзеркалил позу Хидаки, теперь парни стояли спиной к спине. Кёко готова была поклясться, что слышала, как Айка сдерживает смех. Да и с задних парт послышались тихие смешки.

Третьим и последним был Исида.

— Моя причуда: щит, и имя мне: Бишамон! Бог-защитник! — он скрестил руки на груди и встал впереди импровизированного треугольника. Поза “крутых парней” удалась на славу, по крайней мере, эффект точно был произведен.

Ватанабэ тихо фыркнул, Шимидзу смеялась во весь голос, и Кёко даже показалось, что она впервые с начала года увидела улыбку Сазамы. Да что уж там, Айка пыталась сдержать смех, уткнувшись лицом в парту, а сама Кёко тихо хихикала.

— А имя нам… — невозмутимо продолжил  Исида.

— Пантеон! — закончили парни хором.

Даже Юкияма-сэнсэй не сдержала улыбку. Кто-то сдержанно похлопал, кажется, это был Куросава, и весь остальной класс присоединился к аплодисментам. Даже Тодороки, делавшая вид, что ей плевать, усмехнулась.

— Замечательные имена, мальчики, — преподаватель еще раз тепло улыбнулась парням, которые уже перестали кривляться и купаться в аплодисментах и сдавали бланки. — Только можно вопрос? Как вы вообще это придумали-то? 

Пантеон переглянулись между собой и в один голос заявили, что это “крайне веселая история”.

— Верю-верю, — засмеялась сенсей в ответ. Подписанные бумажки отправились в растущую стопку таких же, а троица разошлась по местам. — Замечательно. Есть еще желающие?

— Ну после такого перформанса вряд ли, — протянула Айка, продолжая слабо улыбаться. По классу прошелся согласный ропот. Кёко сомневалась, смог ли бы кто-то переплюнуть Пантеон.

— Класс, — обратилась преподавательница к ним, когда стало ясно, что представляться больше никто не будет, — если желающих выступить больше нет, то можете передавать бланки на первые парты.

В кабинете тут же стало шумно: послышался шорох бумаг, разговоры, скрип отодвигаемых стульев и копошение в сумках.

Рука блондинки на короткое мгновение застыла над бумагой, но Кёко отбросила сомнения в сторону. Размашистое кандзи красовалось на месте псевдонима, и девушка ощутила странную гордость за себя. Бланк она сдала последней.

— Ну что, ж, — Юкияма-сэнсэй мягко улыбнулась студентам. — Поздравляю вас, класс, вы все выбрали ваши геройские имена. Это первый шаг в вашей профессии, и я всеми вами очень горжусь! — кажется, за сегодняшний час их учительница улыбнулась больше, чем за всю прошедшую неделю.

— А пока хочу сообщить, что скоро проводятся выборы старосты, и я надеюсь, что вы успели хорошо узнать друг друга. И еще одна новость. Ваша неделя адаптации официально закончилась, и со следующего понедельника будут полные дни занятий.

Обсудив ещё пару организационных моментов и раздав всем в руки новое расписание Юкияма-сенсей отпустила всех.

В стопке на столе пос

ледним был ее бланк. Последним пунктом было одно слово, что значило для Кёко слишком много.

Ирис.

Имя, которое когда-то принадлежало ее матери.