Вне игры

Эд всё же отвозит меня домой, но за весь путь так и не может добиться от меня ни слова.

— С тобой всё в порядке? — предпринимает он ещё одну попытку заговорить, когда мы въезжаем во двор.

— Да, — решаюсь ответить я. — Спасибо за вечер, пока. — И я быстро вылезаю из машины, пока он не придумал ещё что-нибудь, что заставит меня остаться с ним наедине хоть на секунду.

Оказавшись дома, я переодеваюсь в пижаму, умываюсь и сразу же залезаю в постель, накрывшись тёплым одеялом с головой и не забыв поставить будильник на семь утра.

Если раньше я думала, что ненавижу Островского, то теперь это чувство стало ещё сильнее. Я ненавижу его до зубного скрежета. До сжатых кулаков. До потемнения в глазах. И тот факт, что этот человек одновременно отталкивает и притягивает меня, заставляет меня ненавидеть его ещё больше.

АЛЬБА

Раздаётся хлопок входной двери, и в комнате появляется Эд, держа в руках две бутылки пива.

— Ого, — я поднимаю бровь, — кто-то недавно говорил, что не будет пить, потому что завтра учёба. Не помнишь, кто это был?

Друг садится рядом со мной на диван. На тот самый диван, где несколько часов назад лежала Мальцева. И неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы я не пришёл вовремя. Хотя, возможно, не стоило отказывать той блондинке с остановки в личной встрече. Тогда я бы не пришёл домой, не стал свидетелем столь пикантной сцены, позволил бы Эду выиграть спор, походил бы какое-то время без денег, и дело с концом. И я бы больше никогда её не знал.

— М-да, не припомню, чтобы я такое говорил, — с лёгкой усмешкой протягивает мне бутылку Эд. — Что там по телику? — кивает он на экран.

— Трансформеры, — отвечаю я. — Что-то ты быстро вернулся. Успел нацеловаться с Мальцевой?

— Не-а, — друг открывает бутылку. — Она как воды в рот набрала, за всю дорогу пару слов вытянул. Потом убежала, ни о каких поцелуях и речи не было.

В комнате едва слышен мой вздох облегчения. Я открываю бутылку и делаю несколько глотков подряд.

— Вижу, ты не сильно расстроен, — замечаю я.

— Честно? Я уже задолбался, — признаётся Климов. — Думал, что за три дня её в койку затащу, не ожидал, что так долго провожусь с ней. Да и то не уверен, что она в итоге позволит, — говорит Эд, попивая хмельной напиток.

— О, не сомневайся, она позволит, — смеюсь я, хотя на душе совсем не весело. И смех выходит каким-то нервным. — Она уже сегодня была готова.

— Даже не знаю, — прикрывает глаза Эд. — По ней не было видно, чего она хотела. Все те разы, что я её целовал, были без её согласия. Если не брать всё в свои руки, то от неё самой ничего не дождёшься.

— А, может, и хотела? Просто набивала себе цену.

Эд пожимает плечами.

— Не понятно ничего с ней. Иногда кажется, что наша компания её достала и она желает никогда больше нас не видеть. И сегодня я заметил это желание, как никогда раньше, — друг внимательно на меня смотрит. — Что ты ей такого сказал, что она сиганула отсюда, как угорелая?

— Ничего особенного. Просто поговорили, — произношу я, поднося бутылку к губам и делая глоток холодного напитка.

— О чём? Если бы вы просто поговорили, она бы не вела себя так дико, — Эд разводит руками и качает головой.

Я мог бы заявить, что это его не касается, или продолжить утверждать, что мы с ней не обсуждали ничего важного, но тогда в его сознании зародилась бы мысль, что у меня с Мальцевой есть нечто личное, что я от него скрываю.

— Просто указал ей на её место, — пожимаю я плечами и отвожу взгляд.

— И где её место? — продолжает допрос Эд.

— У пацанов в постели.

— Ты что, назвал её шлюхой? — он смотрит на меня так, будто надеется, что это шутка, что меня удивляет, ведь в любой другой ситуации он бы поддержал меня и посмеялся вместе со мной.

— А что? Скажешь, что это не так? — вспыхиваю я, как спичка. — Она даже заявилась к тебе домой в футболке какого-то чувака. И я даже не уверен, что её парня.

Эд несколько секунд внимательно смотрит на меня, не говоря ни слова и не двигаясь, а затем начинает смеяться. Я хмурюсь. Что я такого сказал, что показалось ему смешным?

— Ты дебил?

Эд прерывает свой смех, вздыхает и смотрит на меня с явным недоумением.

— Это ты дебил, — говорит он. — Ты решил, что она шлюха из-за этой сраной футболки?

Я молча смотрю на него, ожидая, что он еще может сказать.

— Успокойся, Альба, — говорит он, закатывая глаза. — Эту футболку ей подарила Ульянова. Не понимаю, почему тебя это так задело. Устроил какой-то балаган из-за какой-то футболки.

— Даже если футболку и подарила её подружка, то не забывай, что у неё есть парень, от которого она скрывает встречи с нами, — говорю я, стараясь не показывать, что его слова меня немного успокоили.

— Если ты не будешь вокруг неё крутиться, — указывает он на меня пальцем, — то у неё будет на одного парня меньше, которого ей придётся скрывать.

— Я не кручусь вокруг неё, — говорю я, удивлённо глядя на друга. С того воскресенья я старался не встречаться с Мальцевой и даже решил оставить попытки вклиниться между ней и Климовым. До сегодняшнего дня, пока она сама не пришла к Эду домой, не подозревая, что я тоже здесь живу.

— Ты провёл с ней весь день, бегал за ней в клубе, а теперь решил зачем-то унизить её, пока я ходил в толчок, — перечисляет Эд. — Можешь не так явно мешать мне выиграть спор? Ты хочешь привлечь её на свою сторону или вообще отпугнуть от нас обоих?

— У тебя паранойя, Эдик, — говорю я. — Я никак тебе не мешаю.

— Я на это надеюсь, — говорит он, отворачиваясь от меня и продолжая пить пиво и смотреть телевизор. Я же обдумываю, как быть дальше.

***

Я останавливаю машину возле знакомого девятиэтажного дома и глушу двигатель. Но выходить из автомобиля не спешу. Просто сижу и бесцельно смотрю на тускло освещённый двор. Не хочется ни в клуб, ни домой, ни в гости к какой-нибудь девке. Хочется просто подумать.

Что я здесь делаю? Зачем вообще приехал? Я и сам не знаю. Просто захотелось. Я редко задумываюсь над причинами своих поступков.

Моя жизнь до банальности скучна и предсказуема. Привычна и пресна. Учёба, работа, гонки, развлечения. Возможность отправиться куда-нибудь на выходные.

Я прыгал с парашютом, участвовал в гонках на Ferrari по ночной Москве, управлял вертолётом, лазил по скалам в Альпах. Обманывал девушек, играл в казино, занимался дайвингом. Но никогда в жизни не гонялся за девушкой, требуя от неё извинений. Ни одна из них никогда не поднимала на меня руку. Ни одну мне не хотелось учить водить и доверять свой автомобиль. Ни с одной мне не хотелось провести больше, чем просто ночь.

Пора бы уже забить на всё и не мешать Эду. Пусть всё идёт своим чередом.

Но в тот момент, когда мои глаза встретились с её огромными серыми глазами, она... чем-то зацепила меня. Только чем? Голосом? Лицом? Взглядом? Может быть, тем, как она влепила мне пощёчину и вылила коктейль на голову? Вполне возможно. Со мной уже давно никто не позволял себе такого поведения. А эта дурочка решилась.

Мой взор был прикован к ней еще тогда, когда она сидела за барной стойкой и пялилась на меня.

Сначала я обратил внимание на её ноги, затем на грудь, а после — на лицо. Вот тогда меня и повело. Я ощутил непреодолимое желание.

Меня потянуло к ней физически с такой силой, что я не мог устоять. Я был уверен, что смогу покорить её своим обаянием. Но девушка удивила меня. Она неожиданно начала сопротивляться, возмущаться и даже ударила меня. Это разозлило меня настолько, что я был готов свернуть ей шею, если еще хоть раз попадется мне на глаза. Но я не бежал за ней. Не вернул ее, требуя извинений.

Тогда я отпустил её. Но не забыл. Я пообещал себе, что расквитаюсь с ней, как представится возможность.

И вот теперь я сижу под её окнами после того, как наговорил ей гадостей, а она обиделась. Просто сижу и не понимаю, кто кого и в какие игры втянул. И игры ли это все еще или уже что-то серьёзное?

Звук входящего сообщения выводит меня из состояния задумчивости.

Разблокировав свой телефон, я открываю общий чат, где обнаруживаю бурное обсуждение среди студентов.

«Какая красотка!» — гласит одно из сообщений.

«Альба, офигенная у тебя телочка!» — вторит ему второе, заставляя меня недоумённо нахмуриться.

«Боже, она такая счастливая, он её на руках носит!»

«Да успокойтесь, она обычная подстилка. Альба с ней не встречается».

«Конечно, нет. Я сама лично видела, как её забирал Эд».

«Ого, так она с двумя сразу?»

Ничего не понимая, я продолжаю листать сообщения и натыкаюсь на видео, с которого всё началось.

Открываю его и вижу... себя, несущего на плече пьяную Птичку.

Чёрт побери, так вот что их так возбудило.

Мне уже не привыкать быть самым обсуждаемым человеком в университете, но я сомневаюсь, что Мальцева будет готова к этому.

С одной стороны, плевать, какие слухи про нее разнесут. Она это заслужила.

Злость на неё охватывает всё моё существо. По моим жилам струится кипяток. Мне следует презирать её.

Мне не нравится то, что она во мне пробуждает. Я не должен сидеть ночью под её окнами, вместо того чтобы развлекаться с очередной красоткой.

Что мне за дело до этой глупой первокурсницы?

С раздражением выдыхаю и перехожу в профиль того, кто опубликовал это видео.

Ну кто бы сомневался, что это именно придурок Альфимов. Больше никто не смог бы совершить такое дерьмо.

Чёрт, я же предупреждал её! Писал ей, чтобы она не общалась с ним, едва увидев, как этот субъект начал подкатывать к ней свои шары. Ждать от человека, который устраивает оргии и снимает всё на телефон, не стоит ничего хорошего.

«Ну и к чему, Птичка, всё это привело? Поздравляю, теперь ты — звезда номер один».

Она легко отделалась. При ином развитии событий он мог бы её изнасиловать, а затем шантажировать этим кино для взрослых.

«Рекомендую тебе удалить это видео, если тебе дорога твоя жизнь», — печатаю я этому отморозку. Он онлайн, значит, должен ответить.

«Здорово, Альба. Знаешь, я нахожу это видео забавным. Так что нет», — пишет мне Альфимов.

Он явно слишком поверил в себя, и его следует спустить с небес на землю.

«Если ты не удалишь это видео, я переломаю тебе все кости и так разукрашу твое лицо, что тебя не узнают даже родные. И поверь, я тоже найду это забавным», — отправляю я ему угрозу и прекращаю переписку.

Если у него есть хоть капля мозгов, он поступит правильно.

Я знаю, что однажды попавшее в интернет остаётся там навсегда, но об этом уже позаботится Арни. Он почистит все так, что это видео нигде не останется.

У меня чешутся кулаки, и я хочу набить кому-нибудь морду, но пока я проявлю терпение.

ЭРВИНА

Ночью я переписываюсь с Олегом. Он просит прощения за свой эмоциональный всплеск и спрашивает, не обижаюсь ли я. Затем он интересуется, как проходит моя учёба и чем я занимаюсь, когда мы не видимся.

Сложно отвечать ему после того, что недавно произошло. Каждое слово даётся с трудом. Не хочется думать о том, что я фактически изменила ему, целуясь с другим. Уже, причем несколько раз. Поэтому нужно решить всё как можно скорее.

Утром мы встречаемся с Элизой, чтобы вместе пойти в университет.

— Блин, какой же он сексуальный, — говорит она, идя рядом со мной.

— Ты о ком?

— О Климове, конечно, — отвечает подруга таким тоном, будто я должна была сама догадаться. — На вот, посмотри, — она протягивает мне свой телефон, — он выложил фотку возле своей тачки.

— Не хочу даже смотреть, — отказываюсь я довольно резко, но Элиза не замечает подвоха и продолжает глазеть на фотографию.

— И тачка такая крутая. Хотела бы я погонять на ней, — мечтательно произносит она, а я готова провалиться сквозь землю от того, что не рассказала подруге, что не просто каталась на его машине, но ещё и была у него дома.

— Не забывай, что скоро конец нашему спору, Эли, — напоминаю я. — А значит, кое-кто перестанет так томно вздыхать по парням.

И когда это произойдёт, моя жизнь снова станет размеренной и спокойной. В ней не будет придурков с накаченными телами и дорогими тачками. Всё будет как прежде.

— Не делай выводов раньше времени, — закатывает глаза кудрявая. — Всё может измениться в последний момент.

— Думаю, к нашему случаю это не относится.

— Это мы ещё посмотрим, — хмуро произносит Элиза.

Ближе к вечеру Олег предлагает собраться с друзьями в баре. Я сразу же поддерживаю эту идею и решаю пригласить девочек. Мы впервые соберемся где-то с тех пор, как я начала учиться в университете. Наконец-то я смогу познакомить одногруппниц с Олегом. А Эли, надеюсь, сможет выдержать его общество хотя бы один вечер, как и он ее.

Отложив телефон, я начинаю собираться. Выбираю тонкую чёрную кофту и джинсовую юбку, надеваю плотные чёрные колготки. Макияж я не делаю, поэтому просто расчёсываю свои прямые волосы.

Осмотрев себя в зеркале, я делаю пару пшиков своих любимых духов на шею. Тех самых духов, которые никогда не нравились Олегу.

Я вздыхаю. Возможно, сегодня будет наш последний беззаботный вечер.

В один из сентябрьских дней Элиза задала мне вопрос: почему я не могу просто прекратить отношения с Олегом?

— Вы же даже не спали ни разу друг с другом, — сказала она. — Очевидно, что ты не хочешь его, иначе бы не динамила. Если бы у тебя что-то к нему было, ты бы уже давно из трусов выпрыгнула.

— Сложно уходить в неизвестность от того, к чему привык, — ответила я. — Возможно, однажды я решусь подарить ему свою девственность.

— Не советую, — возразила Элиза. — Видно же, как он тебя хочет. Перестань мучить и себя, и Олега. Ваша школьная влюблённость закончилась. Расстанься с ним и найди себе другого парня. Да хоть со Стасом сходи на свидание, в конце концов! Он хороший вариант. Бедный парень уже устал получать отказы.

— Только не со Стасом! — воспротивилась я. — Он мне не внушает доверия.

— Да хоть с кем, но не с Олегом. К тому же мне кажется, что он уже нашёл кого-то, так что и тебе советую.

На мой телефон приходит сообщение о том, что Олег уже внизу и ждёт меня. Получив его, я сразу же обуваюсь в элегантные чёрные ботильоны на каблуке, надеваю кожаную куртку и беру небольшую чёрную сумочку.

Выйдя из подъезда, я слышу сигнал автомобиля.

— Привет! Ты круто выглядишь! — говорит Олег, подходя ко мне и целуя меня в щёку. На каблуках мы с ним становимся одного роста.

— Спасибо, — отвечаю я с улыбкой.

— Эй, нацелуетесь еще, садитесь уже в тачку! — кричит Элиза, опуская стекло со стороны пассажирского сиденья.

Я встречаюсь взглядом с Олегом, и мы оба смеёмся.

Интересно, что могло повлиять на Элизу, чтобы она согласилась провести вечер в компании Олега? Неужели они наконец-то нашли общий язык?

— Поехали, не будем испытывать терпение Элизы, — предлагает он, и вскоре мы уже занимаем задние сиденья автомобиля Ильнура, друга Олега и нашего одноклассника.

— Хэй, — подмигивает мне Ильнур, и я с ним здороваюсь.

— Я связалась с Симкой, — говорит Элиза, — она уже там.

— Вадик и Михон со своей новой телкой тоже приехали и ждут нас, — сообщает Олег, глядя в экран телефона.

— А Дина с Кирой? — обращаюсь я к Элизе. Её кудрявые волосы, как и мои, распущены и выглядят очаровательно. Кажется, что их очень много. В школе, если она снимала резинку с волос, учителя сразу замечали это и начинали ругаться, заставляя надеть её обратно.

— Они мне не писали, — отвечает Элиза.

Пока мы едем, я всю дорогу смотрю в окно, однако в какой-то момент рука Олега оказывается на моём колене. Я поворачиваюсь к нему и замечаю игривую улыбку на его губах. Улыбаюсь в ответ. Олег отстёгивает ремень безопасности и придвигается ближе ко мне.

— Здесь же ребята, — тихо говорю я. — Они увидят.

— Ну и что? Пусть видят, — он приближается к моему лицу и нежно целует меня в губы.

Мне становится противно от самой себя. Я не должна целоваться с ним, пока не расскажу ему об Эде.

Я отстраняюсь.

— Давай потом, — слегка улыбаюсь я, хотя улыбка даётся мне с трудом. — Пристегнись.

Ильнур прибавляет громкость музыки, и Элиза начинает подпевать.

— Эрви, пой со мной! — кричит она, и я, широко улыбаясь, начинаю петь. Уж лучше я буду делать это, чем думать о том, как мне разгребать всё дерьмо, в котором я оказалась.

Через минут пятнадцать мы подъезжаем к бару.

— Привет, девчонки! — у входа стоит Симона. Она подходит к нам с Элизой и по очереди обнимает нас.

— Ого, ты накрасила брови? — удивляется Ульянова.

— Да, это так заметно?

— Конечно, они же почти чёрные, — смеётся подруга. Элиза тоже красит брови, но никто бы никогда не догадался, что она это делает, настолько естественно они выглядят.

— Блин, — закатывает глаза Симона, — хватит смеяться, я старалась. В следующий раз получится лучше.

— Девчонки, идём? — спрашивает нас Ильнур, а затем переводит взгляд на Симку. — Кстати, меня зовут Ильнур.

— Симона, — отвечает девушка, и мы входим внутрь.

После улицы непривычно находиться в помещении. Запах кальяна и полумрак создают атмосферу, которая требует некоторого времени, чтобы привыкнуть.

Наши знакомые уже здесь и, сидя в углу, передают друг другу трубку кальяна. Увидев нас, они начинают тесниться, чтобы освободить место для нас.

— Мальцева, привет! — кричит мне Миша. — Отлично выглядишь!

Его девушка с удивлением смотрит на него.

— А мы уже познакомились с вашей одногруппницей! — слышу я голос Вадима.

— Вискарь будете? — спрашивает Симона, и я замечаю на столе стаканы из-под алкоголя. Мы с Элизой переглядываемся и соглашаемся. Мне просто необходимо хоть немного выпить, чтобы избавиться от лишних мыслей.

— Много не пей, — советует мне Олег, уже держа полный стакан.

А спустя время Миша и Вадим отправляются организовывать караоке.

— Где Дина-то? — нахмурилась я.

— Мы здесь уже полчаса, а они ни разу не написали нам. Может быть, передумали? Позвони кому-нибудь из них, — кивает на мой телефон Ульянова.

Я набираю номер Дины, и после нескольких гудков слышу её звонкий голос:

— Мы уже внутри, Мальцева, — говорит рыжеволосая девушка. — Сейчас найдём вас.

Я отключаюсь и обращаюсь к Элизе:

— Идём, встретим их, а то ещё заблудятся.

— Сейчас, — отвечает подруга, беря в руки стакан с алкоголем.

— А вот и мы! — раздаётся над нами голос Дины.

Элиза тут же заходится кашлем, отхлёбывая содержимое стакана, и, покачиваясь, толкает меня локтем в бок.

Я с возмущением смотрю на Ульянову, а она кивает туда, где стоит Дина. Но не на неё саму, а чуть в сторону. Я тут же забываю, где нахожусь, и в мою голову снова лезут все эти плохие мысли.

Оказывается, всё то время, что мы были в баре, напротив нас сидела компания мажоров, а мы их просто не замечали.

Я судорожно вздыхаю.

Похоже, мой тихий и спокойный день подошёл к концу.