Глава 5. Четыре мастера и библиотека эро

Я уже думал, что привык просыпаться в незнакомых местах, но оказалось, что в роскошных комнатах делать это сложнее. Высокие потолки с широкой мягкой кровати смотрелись непривычно. Я долго не понимал смысл квадратов щебня в комнате, в которых росли деревья и цветы, но, наверное, дидеи любят растения, ведь ими были усеяны все комнаты. А тёмные шторы, скрывавшие панорамные окна, выходящие на мифический лес, казались мне в какой-то мере зловещими, ведь если я их открою, то увижу неизвестность - магическое неизведанное нечто, в которое мне запрещено соваться, но я нашел в себе силы подняться и распахнуть их, впуская лучи утреннего света на огромный стеллаж во всю стену. Лес на удивление казался мне совершенно обычным, но видимо вернувшись ночью с пира я считал совершенно иначе, вот и зашторился. Хоть и думаю, что Аманель меня надул, но не знаю, что по их мнению считается монстрами.
Внезапно я увидел фигуру вышагивающую из чащи, которую я не очень-то хотел видеть из-за того, что произошло вчера.

Я закричал от испуга, однако не успел схватить нечто, обхватившее меня, как Аманель рассмеялся. Сухо, словно ему было не смешно вовсе, а он делал это в своей театральной манере, как из вежливости. Из-за этого я переключил внимание на него, забыв, что меня хотели утащить под землю. Он ухмыльнулся и, поднявшись с подушки, склонился надо мной.
- Это забавно, правда?
Я посмотрел вниз, оглядевшись вокруг, но не увидел того, что могло схватить меня, поэтому, я угрюмо перевёл взгляд на ухмыляющегося Аманеля.
- Откуда ты...
- Я не знаю, - ответил он, будто уже знал, как я закончу вопрос.
Откуда он знает про Еву? Дидейский брат-близнец Лионеля даёт мне точно такое же прозвище.
Я отбросил бутылку и направился прочь из оранжереи. На удивление, Аманель за мной не пошёл.
Однако не успел открыть дверь, как услышал, что Аманель сказал:
- Почему завтра?
Я захлопал глазами. Я мог ошибаться, но мне правда показалось, что он говорит не со мной, ведь он уже не видел меня.
Я хлопнул дверью и спрятался за книжной полкой, зарывшись в ветвистых растениях, свисавших со шкафа, и стал наблюдать, как Аманель убрал алкоголь в нишу стены, заткнул его плиткой и задвинул шкафом. Он покружился вокруг себя, виртуозно, как балерина.
Я услышал, как двери оранжереи открылись, Аманель видимо тоже, поэтому он замер, вслушиваясь. Его уши дернулись, и он пугливо оглядел шкаф, которым задвинул алкоголь.
На пороге появился Эфна, он огляделся по сторонам и поставил корзину, которую нес в руках, на подоконник.
Аманель насторожено поплелся к выходу, но, завидев Эфну, выдохнул и заправил прядь волос за ухо, словно готовился заговорить с ним.
- Ты же должен быть на пиру, - сказал Аманель.
С Эфной он говорил совсем не так, как со мной. Без ухмылок, смешков и какой-то сущей ему наигранности, будто был совершенно другим человеком. Мягким и немного смущенным. Я бы даже сказал, что он выглядел неловко, но если бы я не стал свидетелем этого разговора, я никогда не подумал, что это слово может к нему относиться.
- Я решил, что ты не придешь, но подумал, что тебе стало проще переносить столпотворения, а ты так быстро ушёл.
Аманель поджал губы и обнял себя.
- Меня все равно не хотят там видеть...
- Мне кажется, что ты очень болезненно отреагировал. Прости, если я ошибаюсь и лезу не в свое дело.
- Просто тяжело, когда от тебя все шарахаются.
Эфна ненадолго замолчал, словно не знал, как отреагировать на это откровение, поэтому перевел тему:
- Я принёс тебе немного еды. Если тебе нужна компания, я могу её составить.
Аманель подошёл к корзине и раскрыл платочек, чтобы рассмотреть содержимое.
- Спасибо, но ты хочешь мне её составить, чтобы спросить про лес?
- Не буду. Ты очень хорошо ухаживаешь за оранжереей. Ты молодец.
- Эфна, это правда, что вы хотите меня запереть в зале тасуны?
Эфна сжал кулаки. Аманель заметил это и всхлипнул, закрыв лицо руками.
- Я думал, что хоть с наноко я смогу подружиться, а вы хотите меня запереть? Я же не чудовище и не монстр. Почему вы так со мной? Уже столько лет прошло, а...
Эфна обнял его и погладил по спине, успокаивая. Аманель был совсем немного выше его святейшества, поэтому тот рукой уложил его голову себе на плечо.
- Нет. Это неправда. Никто тебя не запрет. Я не позволю. Ты мне веришь?
Аманель кивнул. Эфна отстранился.
- Вот и не надо плакать.
Аманель вытер лицо рукавом и взял корзину.
- Извини. Я пойду.
Аманель быстро выбежал, хлопнув дверью. Эфна громко выдохнул. Он, стуча каблуками, подошел к резервуару и потянул от туда струю воды прямо к себе в ладони. А потом, размазал ее по лицу, словно это была и не вода вовсе, а какая-нибудь пластичная глина. Капли замирали в воздухе, пока он не протер лицо, а после попадали на брусчатку и его плечи. Его взгляд пал на бутылку алкоголя, которую Аманель не заметил, потому что она закатилась под растения. Он сел на край бассейна.
- И что же мне делать, Сотарина? - спросил он, пока шкаф отодвигался.
Заложенная Аманелем плитка, повисла в воздухе, а бутылка залетела в сумку. После все вернулось на свои места. Свет выключился, а Эфна поднялся и направился на выход, еще раз прошептав:
- Что же мне делать?
Спустя какое-то время, я вылез из-за шкафа, вернулся на пир, поел и пошел к себе домой.

Уж с утра пораньше Аманеля из окна я видеть не то чтобы хотел. И так голова им забита. И как он колоссально менялся при разговоре с Эфной, что казался мне таким потерянным, и я невольно вспомнил Лионеля. И его слова о дружбе, что дали мне новую пощечину, поверх той, которую я себе поставил, когда наговорил Лионелю гадостей.
Хоть я и понимаю, что это мой шанс искупить свою вину перед Лионелем (понять, что Аманель такое, и как он связан с французом), но все таки к Аманелю мне тяжело относиться нормально. И из-за того, что он ведет себя немного странновато, словно страдает биполярным расстройством, и из-за того, что он очень похож на человека, забравшего мой первый гейский поцелуй. А я не то чтобы планировал, что его кто-то заберёт.

В этот момент, я услышал, как в дверь постучали. Я открыл.
Передо мной стояла незнакомая девушка. Точнее не совсем незнакомая, именно она вчера на пиру окликнула Готтею, но представиться нам не доводилось, поэтому я понятия не имел, что ей от меня надо.
- Привет! Я Лон Си Саэдили. Мастерица воздуха. Мы вчера не познакомились, поэтому я спешу исправить эту оплошность, - она залетела в гостиную и поставила сумки, - Это тебе еды. Я занимаюсь поставкой всякой ерунды на дома. Поэтому, если что-то нужно, ищи меня. Я и мои девочки все найдут и доставят.
- Твои девочки?
- Дидеи воздуха, разумеется, - она повисла в воздухе, сложив ногу на ногу, и потянулась, - Не помню, кого за тобой преставили... Но кого-то из моих.
- Каэли. Он же не девушка.
- Точно... Каэли. Мужчина воздушного города, - она нервно хихикнула, - Просто проси кого-то из моих, если нужно что-то.
- А как распознать дидей воздуха?
- Мы же вам полными именами представляемся.
- И что?
Лон захлопала глазками.
- А. Точно. Быстро объясню. Во втором слоге в дидейских именах гласная показывает силу порождения. Я просто забываю, что вам нужно это объяснять.
- И какие что обозначают?
- Это не то чтобы важно. Но если тебе интересно... Это взялось из...
- Мне не нужен экскурс истории. Просто коротко скажи.
Лон в недоумении посмотрела на меня, а потом улыбнулась.
- Ты определённо мне нравишься. А - водные, и - воздуха, о - цветения, у - земли, э - эро.
- Спасибо.
- Я вообще не об этом пришла поговорить. Мы с мастерами приглашаем наноко пройтись по городу и рассказать вам что-то интересное.
- Можно я поем?
- Конечно, я сейчас слетаю к остальным наноко.
Лон выпархнула за дверь, а я открыл сумку, которую она мне принесла. Тёплые оладьи, сок в бутылке и нарезанные фрукты. Как мило. Интересно, нам каждый раз будут еду приносить?
Я быстро позавтракал, умылся и почистил зубы, как раз в этот момент вернулась Лон. И мы отправились на место.
Лон привела меня к одноэтажному, но высокому зданию, около которого нас уже ждало трое мастеров и остальные наноко.
- Ты со всеми ними уже знаком, да? - спросила меня Лон, но представила, - Морэ - мастер воды, Готтею - мастер земли и Катира - мастер цветения.
- Мы решили собраться и показать зал памяти, - Морэ указал нам на здание, рядом с которым мы стояли, - Здесь запечатлены все события, произошедшие на Терр Дью за последние пятьсот лет.
- Да брось, Морэ, - отрезал Катира, - просто фотографии красивые. У нас все спокойно и размеренно. Скучно.
- Скучно, тут только тебе Катира, - угрюмо кинул Готтею.
Морэ молчаливо повёл нас внутрь.
Большая дверь сама отворилась. И, когда мы зашли в огромные залы, перед нами открылись виды на стены, до потолка усеянные фотографиями. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы рассмотреть силуэты рамок на самом верху. Выглядело это все внушаемо. Про объемность их истории Эдона точно не шутил. В другой стороне зала, меж объёмных колонн я увидел массивную дверь. Однако, что-то мне подсказывало, что туда мы не пойдём.
- Можете фотографии предыдущих наноко посмотреть. Они вот в ряд, - Лон показала нам стеллаж.
Рассматривать я ничего не планировал. Лишь глазами нашёл наноко, что прибыли на предположительный момент написания дневника. Действительно четверо. Однако мой взгляд пал на фото последних наноко - те, что были до нас. Помимо восьмерых людей там красовалась фигура, которой не было ни на другом снимке с наноко, да и вообще я не ожидал его там увидеть.
- О, это же Руф, - сказал Джокэм, присмотревшись к той же самой фотографии.
- И чего он делает рядом с наноко? - поинтересовалась Бонита.
Лон втиснулась между мной и Джокэмом и коснулась пальцем фотографии.
Внезапно она воспроизвелась словно видео.
- Это последний день! - сказала девушка-наноко, - Завтра мы едем домой.
Руф был типично угрюм и недоволен. Однако молча и смиренно стоял рядом с миловидным парнем-наноко, который улыбнувшись поинтересовался:
- Всё сделали?
- Ага, - ответил голос за кадром.
- Наконец-то, - отозвался Руф.
Он схватил парня и взвалил на плечо, а потом поспешно удалился с поля зрения снимка под смех закадрового голоса.
Мужчина, что ранее стоял, с похищенным наноко, одобряюще присвистнул. И как только я подумал, что он мне кого-то напоминает, запись закончилась.
- Я снимала! - гордо отозвалась Лон.
- А это точно Руф? - поинтересовался я.
- Он ещё улыбаться умеет. Сейчас... Где же она?
Лон начала осматривать зал, иногда задерживаясь в воздухе с помощью дидейской магии, она нависала над полками, выискивая нужное фото.
- Нашла! Кто же её запрятал? Наше самое крутое событие за последние пятьсот лет!
Она протянула нам пластинку.
На ней и правда был Руф. Улыбающийся. До этого момента я думал, что он не способен на эту эмоцию. Рядом с ним стоял Эдона, держал его за руку.
- И что же в ней классного? - поинтересовался Джокэм.
- По сути ничего, - отмахнулся Катира, - Но Лон до ужаса гордится, что свела нашего палача Кэлина с Эдоной. Вот и весь секрет "уникальности" фотографии с их свадьбы.
- После этого он правда удивляется, что мы его не любим? - саркастично усмехнулся Готтею.
А до меня только сейчас дошёл смысл его слов.
- Подожди, ты хочешь сказать, что Руф и Эдона состоят в браке друг на друге?!
Нет, они прикалываются надо мной.
- Но ведь уникальность этой фотографии не в этом, Катира, - спокойно произнёс Морэ, - Единственный брак на Терр Дью со времен Авапаны занимает огромное место в нашей истории. И до сих пор, больше у нас не было отношений между дидеями.
- Всмысле? - спросила Бонита.
Морэ сощурился и выдохнул, повернувшись к наноко, сложил руки в рукава и торжественно начал:
- Мы появляемся на свет с помощью магии. Наша жизнь - многовековой цикл существования. Я знаю, что люди зациклены на поиске партнёра, но нам это не нужно. Отношения - это сложный процесс, который требует огромного эмоционального ресурса. Не все готовы его вкладывать. Браки никогда не были нашим жизненным приоритетом или необходимостью. Союз Руфа и Эдоны - это единственный зарегистрированный брак за последние семьсот лет.
- К тому же они единственные живут вместе. Удобно очень вобще-то, - резво начала трезвонить Лон, - С Руфом не свяжешься. Позвонил Эдоне и все. Правда... В общем, если тебя сразу пошлют, не дав слова вставить, это Руф. Лучше не перезванивать.
- Зачем ты это рассказываешь наноко? - поинтересовался Готтею.
- А почему нет? Ещё и близится появление ташо! Это вызывает ажиотаж! Морэ, а Эдона тебе ничего не говорил про имя?
- Доэма. А ты у Руфа чего не спросила?
- Он в своём астрале меня не слушает. Ему как напомнишь про ташо у него нервный тик начинается.
Катира усмехнулся и явно хотел что-то сказать, но не дав ему открыть рта, Готтею и Лон, быстро переглянувшись, в унисон сказали:
- Завались, Катира.
Катира обиженно отвернулся.
- Морэ, они меня обижают.
- Если Готтею затолкает тебе в горло камни я не буду скучать.
- Вы не женитесь? - спросил Луис, хотя до этого я думал, что он вообще не хочет с нами разговаривать.
Мастера видимо тоже удивились, поэтому Морэ даже немного замялся перед объяснением.
- Это очень сложно для людского понимания. Я немного общался на эту тему с наноко и наследниками Алексы и попробую вам объяснить. Люди в целом считают отношения - хорошей нотой завершения своего жизненного цикла. И почему-то нуждаются в них, им тяжело быть одинокими. У нас такой порыв совершенно отсутствует. Большинство дидей видит в этом минусы, нежели плюсы. Отношения - тяжёлая работа. Мы одиночки, сами по себе, хоть и живём в общине. Отношения подразумевают, что партнёры должны меняться, а не все хотят. Мне будет сложно изменить характер. Я не могу взять на себя ответственность чьего-то счастья. Мне нужно будет учиться понимать чужого лучше чем себя. И привыкать к чему-то присутствию. Люди почему-то не видят в этом проблемы, но нам этот фон даётся намного сложнее. Многие к нему эмоционально не предназначены. Чтобы пойти на такие действа, надо действительно очень сильно постараться найти такого человека, ради которого тебе захочется все это делать, полюбить его, и добиться ответных чувств. Дидеи и любят обычно навсегда, если такое случается. Вот Эдона и Руф семьдесят лет как в браке. И если честно, до Эдоны Руф был вообще невыносимым.
- Да он и сейчас, его никто не поднимает, - сказал Катира.
Три мастера посмотрели на него и резко рассмеялись. Лон распласталась на полу, хватаясь за живот, Готтею утирал платком с головы слезы, выступившие от смеха, а Морэ, прикрывая рот рукавом захохотал. Морэ все делал элегантно. Даже смех у него был аристократичным.
- Это была шутка связанная с ростом, - умозаключил Луис.
И все наноко, кроме меня и него хихикнули. А я до сих пор не понимал, почему этот необитаемый остров надо мной издевается и прошипел:
- Вот во всем городе, есть одна единственная пара состоящая в отношениях и это именно пара состоящая из двух парней? Этого быть не может.
Морэ резко перестал хихикать с мастерами и повернулся ко мне.
- Не совсем понял твоей претензии, но в этом нет ничего удивительного. У двух людей одного пола больше общего. Поэтому однополый союз, более вероятен.
- Я так в детском саду думала, - удовлетворительно сказала Марина.
- Серьезно? - переспросил я.
- Да, я считала, что девушкам надо быть с девушками, а парням с парнями, потому что они похожи. Так, детская глупость. А оказывается, так целая цивилизация думает. Ваши отношения тоже интересный аспект.
- Мы можем и другого пола дидей любить. Просто двое одного пола быстрее находят общие интересы и приходят к взаимопониманию. Хотя примеров у меня немного. Это, скажем, анализ на основе людских рассказов. Эфна говорил, что по документации Элия однополых браков было где-то процентов семьдесят.
Я заметил, как мастера помрачнели, когда дверь зала громко хлопнула.
Лон и Готтею выступили вперёд траурно произнеся имя незваного гостя.
- Аманель...
Сначала он понурился, прижав уши к голове, но потом, резко ухмыльнулся, вильнув бёдрами и задорно, в своем театральном образе метнул взгляд на меня.
- Ева, погуляешь со мной?
- Нет.
Эта его сторона меня мгновенно выбешивала. Наверное оттого, что я знал, что он может быть другим. И если в той его манере было что-то очаровательное, то от этой я злился, вспоминая все его погрешности.
Он не заметил этого. Да и не мог, потому что был не в курсе, что я подслушивал.
- Как же так... Я даже придумал, куда мы сходим. И решил, что тебе понравится трогать мои ушки.
- Ты не купишь меня таким.
Аманель подбежал ко мне схватил за руку и вывел из зала.
- Аманель, ты перегибаешь палку, - крикнула Лон.
Он обернулся.
- И что? Пожалуетесь Эфне, чтобы он меня запер?
Он дёрнул меня и повёл в парк. И как я не старался вырваться, у меня не получалось. А он сильный для своего телосложения.
Я уже смирился, когда дойдя до глуши парка, Аманель отпустил меня.
- Прости, мне нужно было наедине с тобой поговорить. Но я не знал, как по другому подступиться... Я ужасно себя повёл, прости.
Его ушки повинно опустились, и он слёзно глянул на меня.
- Ой... Привет. Мы же не здоровались, да? - внезапно сказал он. На мгновение он замер, словно о чем-то задумался, а потом внезапно произнёс: - Да, прости, я просто волнуюсь.
Я думал, такому как Аманель не ведома нервозность.
Такому, как тот Аманель, которого он мне показывал.
- И зачем я тебе?
- Поговорить. Я просто...
Он повинно захлопал глазками и отвернулся от меня, тяжело дыша. Я заметил, как он дрожал.
- Аманель, ты в порядке?
Меня не то чтобы это волновало, скорее очень напрягала его резкая перемена, хоть я и хотел посмотреть на этого Аманеля.
- Да, прости. Я хотел извиниться за вчерашнее. И если ты не хочешь со мной гулять, я пойму, я просто забрал тебя извиниться, - Аманель неловко опустил взгляд, - Я пойду.
- Подожди. А почему ты меня вчера Евой назвал?
- Да как-то само оно вырвалось... У меня было такое чувство, словно мы уже с тобой знакомы. И мне постоянно хотелось тебя Евой назвать. Прости, если я что-то не так сделал.
Я удивился, но виду не подал.
- Ну если вырвалось - называй, Нелечка, - усмехнулся я, желая оплатить за всех его "милашек".
И к моему удивлению, он действительно смутился, прикрывая красные щеки ладонями.
- Так ты погуляешь со мной? - спросил он, - Я был бы не против, если бы ты согласился.
- А ты про ушки не наврал? - шутливо поинтересовался я.
- Если тебе хочется, можешь потрогать.
Я коснулся пальцами его белых перьев. Они дернулись, словно он испугался касания, но когда я зарылся кончиками пальцев поглубже, он расслабился.
Они тёплые, мягкие, очень приятные на ощупь. Напоминало мне пушок цыплят, которых мне доводилось брать на руки, когда был маленьким.
- Мягонькие... Я надеюсь, я не нарушил никакое правило, погладив тебя?
- Нет. Не переживай вообще за наши правила. Тебя максимум Эфна наругает и отправит под домашний арест.
- Часто наказывали?
- Вроде того.
- Вчера ты мне по-другому ответил, - сказал я, желая понять, почему он себя так по разному может вести.
- Да, я знаю. Просто... Меня так с нашей первой встречи к тебе потянуло. Я не знаю, как это объяснить. Но я очень плохо общаюсь. Вот и вёл себя как идиот. Я все испортил. А вообще не помню, чтобы ты такое спрашивал.
Ну и как мне теперь на него злиться? Он же вылитый Лионель.
- Нель, - я заметил, что он смутился от этого обращения, - Я, на самом деле, не против с тобой погулять и познакомиться поближе. Но мастера организовали нам экскурсию, и не очень красиво будет уйти с тобой, хотя я очень ценю, что ты извинился. Раз уж на то пошло, может присоединишься к нам?
Аманель поджал губы и кивнул.
- Я не могу.
- Тогда... Я могу тебе позвонить потом?
- У меня нет устройства связи.
- Ладно, свидимся, как-нибудь?
- Да, наверное... Ева, я тебе нравлюсь?
Я заметил, что его уши понурились, хотя я не успел ничего ответить, будто он сам испугался того, что сказал, он спешно поклонился и убежал.
- Нель!
Он не обернулся.
Я вздохнул. Всё же... Общаться с ним оказалось проще, чем я думал, хотя все равно сложно назвать этот диалог комфортным. Я решил вернуться в зал памяти, когда вдруг я заметил, что мне навстречу шёл Руф. Он меня не заметил, вильнул с главной дороги дороги, неся в руке какую-то сумку. Я аккуратно спрятался за кустами, потому что не хотел с ним пересекаться, и сквозь листву, посмотрел на поляну, где он уселся на траву под огромным ветвистым деревом, позади Эдоны, что глядел наверх, выискивая что-то в кроне дерева. Руф достал из сумки расческу и заколки для волос. Я только сейчас обратил внимание, на их расплетенные волосы.
- Не клюй носом, - сказал Эдона, ткнув пальцами в его щеки.
- Засыпаю.
Руф обвил руками его талию и положил голову ему на плечо.
По-моему это не очень хорошо, что я за ними подглядываю, но если я сейчас встану, они меня заметят. А этого мне хотелось меньше всего, ведь поэтому я и прячусь.
- Помнишь? - поинтересовался Эдона.
- Дерево? Да. Давно мы сюда не ходили.
Эдона обхватил рыжую голову, лежащую на его плече и поцеловал в висок.
- Давай я тебя заплету.
Руф в протест промычал.
Эдона разлегся у него на груди, из-за чего Руфу пришлось убрать голову с его плеча. Однако он запустил руки в его волосы и стал плести ему косу.
- Я достану нам граавилохи. Мы приготовим суп и это будет очень-очень хороший день, - сказал Эдона.
- Ты её засолил? И не сказал мне?
- Ты бы её всю съел.
Руф по-доброму усмехнулся, закончив плести Эдоне косу.
- Я не виноват, что твои ручки творят такое волшебство, от которого невозможно оторваться.
Эдона поднялся на ноги, обошёл Руфа и уже принялся расчесывать его волосы.
- Ты слишком много съешь, у тебя заболит живот, будешь дома лежать, а я умру от тоски в лазарете.
Руф прикрыл глаза, явно наслаждаясь, как Эдона заплетает его.
- Оли, я переживаю за тебя. Что ты не очень хорошо воспримешь приезд наноко, - сказал Руф и повернулся.
- Не беспокойся.
- Ты в порядке?
- Более чем. Правда. Наноко меня не касаются. Сегодня мы не говорим о них.
Руф снова расслабился.
- Вчера перед тем, как встретить наноко, был собран совет. Не знаю по чьей инициативе. И Морэ предложил запереть Аманеля в зале тасуны, пока наноко не уедут. Готтею согласился. Катира и Лон сказали, что это ужасная идея. Эфна сказал, что ему надо время подумать. Я так и не понял, зачем меня позвали.
Эдона выдохнул и перебросил доплетенную косу ему на плечо.
- Когда совет отстанет от этого бедного ребёнка?
Эдона потянул его за руку, чтобы тот поднялся.
Я понял, что если они сейчас вернутся на главную дорогу парка, то могут увидеть меня, поэтому я метнулся за деревья, подождал, пока они выйдут с поляны, и "нагнал" их.
- Руф!
Они в унисон повернулись.
Руф нахмурился, едва заметив меня.
- Я тут немного потерялся... Не могли бы вы меня проводить?
- А ты вообще как тут оказался, вам же сбор организовали?
- Долгая история. Хотите расскажу?
- Не очень, - угрюмо сказал Руф, - Пойдём.
Руф протянул Эдоне руку, тот сплел их пальцы, и улыбнулся мне.
- Я Эдона Са Кэлин. Не думал, что мне придётся представляться наноко так скоро.
- Почему? - поинтересовался я.
- Я главный по делам лазарета. И если честно, не рассчитывал пересекаться не в рамках моей работы.
Как только они отвернулись, я в отвращении нахмурился и пошел за ними. Однако не успел я подумать, как мне не нравится их милованный видок, как я понял, что мне с таким лицом идти до зала памяти, поэтому я сделал его попроще.
Руфа мое присутствие напрягало, как и меня их гейская компания. Он то и дело оборачивался, сверля меня недовольным взглядом, встречаясь с которым я делал вид, что разглядываю листву на деревьях.
Эдоне, кажись, было все равно. Он даже иногда отвлекал Руфа, какой-то бессмысленной болтовней, из разряда: "Смотри, какая красивая птица!" - или: "Помнишь, как называется этот цветок?"
Уж не знаю, почему, но это работало, Руф всегда ему отвечал, отвлекаясь от своей миссии убить меня взглядом. И я, на самом деле, был Эдоне благодарен за это.
Мы вышли из парка и я заметил, что на ступеньках зала памяти сидели наноко, а мастеров, кроме Катиры, не было.
Увидев меня, они как-то воодушевились.
- А где остальные? - спросил я, подшагивая к ним.
- После того, как тебя забрал Аманель, они ушли. Как же они меня достали, ради Мараны, - Катира переметнул взгляд на Руфа и Эдону, - А вы...
- К Колдинам, - прервал его Эдона.
- Я-то думал, почему Эфна просил вас не трогать сегодня...
Эдона и Руф пошли вошли в зал памяти.
Бонита приблизилась к Катире, хитро глянув на него.
- Расскажешь?
- О, Бонита, я плохой рассказчик и обычно за мои рассказы меня потом бьют.
- Катира, - потянула Марина, теребя его за рукав, - Расскажи!
- Нет!
- Давай сыграем в карты! А ты нам расскажешь, - предложила Бонита.
- Что они хотят у него узнать? - поинтересовался я у парней.
- Мы не в курсе. Это что-то на цувайском, - кинул Джокэм перебрасывая из рук в руку каплю воды размером с теннисный мяч. А потом бросил его в Луиса, который отбил его парящим куском земли.
- Подождите, вы уже в курсе, какая у вас магия?
На меня, захлопав глазами, глянули все, даже Катира.
- Ну, Боните и Марине я только что рассказал, что они, видимо, мои, поэтому они мне на уши и присели, - ответил Катира, - А Джокэм и Луис и до этого знали.
Я угрюмо перевёл взгляд на Луиса.
- Это все брехня, да? А сам до острова был в курсе.
- Тяжело не заметить, что ты можешь землю сотрясать. Но я не то чтобы в восторге от всей этой дидейской лабуды. Ходите на пиры, рассматривайте фотографии, а мне это не надо.
- Зачем тогда пришёл? - поинтересовалась Марина.
- Потому что я думал, что встреча с мастерами - немного не такая штука. Обязательно оставаться здесь три месяца?
- Почему ты так категоричен? Относись к этому спокойней, - отрезал Джокэм.
- А я не хочу. Меня раздражает этот остров, эти люди, терминология, от которой язык ломается, аспекты жизни. Этого не должно существовать. Так не бывает.
- Какой же ты душный, - сказала Марина.
- Не понимаю я тебя, - сказал Катира, перебросив волосы вперёд.
- Да и не сможешь. Ты тут родился.
- Кто тебе такое сказал?
Мы глянули на Катиру, на что он ехидно ответил:
- А чему вы удивляетесь? Это не секрет, просто если не спрашивают, нет надобности говорить. Я был самым первым из наноко. Давно это было. Лет триста назад.
Я обомлел. Ведь если сопоставить по датам, то среди первых и был владелец дневника.
- Первым? Вас было четверо, да? - аккуратно спросил я, - Наверное, в то время было сложно, добираться до сюда.
- Когда ты богат, все просто.
- Ты был богатым? - поинтересовалась Марина.
- Не очень. Банк с моими сбережениями разорился, но я удачно продал картину и приплыл сюда. Мне тут нравится, спокойно. По Земле не скучаю - там слишком много работать приходилось.
Неужели Катира и есть владелец дневника? Вот только, что мне это даёт? Я убедился в подлинности тетради и ахуел, ведь дидея, сидящая на ступеньках раньше была человеком, а уже как несколько веков лет живёт на острове.
- А как проходит превращение? - спросил Джокэм.
- А что стало с остальными наноко? - поинтересовалась Марина.
- Катира, научи меня колдовать! - крикнула Бонита.
- Нет! Отстаньте от меня!
- Приятно смотреть на твои мучения, Катира, - раздался голос Готтею, приближающегося к нам в компании мастеров.
- И что сказал Эфна? - поинтересовался Катира.
Лон выдохнула:
- Он был недоволен, - сказал Морэ.
- Недовольный Эфна... Мне надо было это увидеть.
- Я его недовольным даже во времена Авапаны не видел, поэтому я не меньше твоего удивлен, - сказал Готтею, а потом он повернулся ко мне, - Зачем тебя забирал Аманель?
Я захлопал глазами.
- Извинялся. Мы вчера немного поссорились. А что такое?
Катира пожал плечами.
- Вот видите. Успокойтесь, наконец. Пойдёмте посидим, чай попьём.
- Я не буду, - сказал Готтею.
- Я тоже, - поддакнула Лон.
- Я не против, - высказался Морэ.
- Ты не будешь меня сегодня тренировать, Морэ? - пролепетал Джокэм и запустил в него водяной мяч.
Морэ махнул рукой, мяч превратился в лед и упал на землю.
- Куда ты торопишься? Вы только вчера приехали.
- Я хочу успеть поднатаскаться к асросу! Ты сам мне сказал, что у меня есть потенциал попасть в команду в этом году. Я хочу!
- Ты хочешь в водный этап или в ледяной?
- В оба!
- Завтра.
- Нет. Сегодня.
Морэ вздохнул.
- Ладно, пойдём на пирс.
- Раз чай отменяется, пойдёмте тоже покажу, что хотели, - пожав плечами сказал Катира.
- И зачем было упрямиться? - ухмыльнулась Марина и с Бонитой последовала за ним.
Готтею сложил руки на груди, а Лон потянулась, повиснув в воздухе, глянула на меня, неряшливо кинув:
- Если вы хотите, можете сходить в библиотеку.
- А вы не хотите предложить нам потренироваться? - поинтересовался Луис
- А ты пойдёшь? - спросил Готтею.
- Нет. Я не хочу обучаться непонятно чему у ребёнка в странных одежках.
Лон захлопала глазами, а потом засмеялась так, что упала на землю и стала кататься в хохоте.
- Ну не повезло мне с ростом! Дальше что? Я вообще-то старше Морэ.
- Эта отговорка тебе не очень поможет, - сказала Лон, поднявшись на ноги, - Но вообще-то Готтею древний. Не обижай его, Луис. Кстати, наноко земли постоянно спорят с ним, что если смогут победить его в соревнованиях на руках, то Готтею покажет, что под одеждами. Кажется, наноко называли это армрестлинг, да?
- Да, но в этот век спор мне не светит, видимо.
- Тебя? В армрестлинге? Да тебя пополам сломать можно.
Готтею ухмыльнулся и махнул рукой на поляне рядом появился каменный стол, выросший из земли и два стула.
- Спорить будешь? - спросил Готтею, устраивавшийся за столом.
Луис молчаливо сел напротив.
- Так ты носишь эти одежды не просто так?
- Нет конечно.
Они сцепили руки в замок.
Лон отчитала до начала боя, но не прошло и десяти секунд, как Готтею прижал руку Луиса к каменной поверхности стола так, что я заметил на нем появившиеся расколы.
Готтею расцепил руки и встал, погладив низы своих одежд, подобно тому, как девушки поправляют юбки.
- Как обычно с первого раза, Готтею, - воскликнула Лон.
- Как обычно? - переспросил я.
- Готтею никогда не побеждали в первую же попытку, когда узнавали об этом состязании. Просто предложение актуально в течение трех месяцев вашего пребывания, поэтому у наноко и есть шанс выиграть.
- Как ты это сделал? - спросил Луис.
- Я мастер земли, не потому что у меня глазки красивые, и даже не за возраст, которым наноко предпочитают меня обделять. У меня есть достижения. Магия земли очень зависима от физической силы, в отличие от магии цветения или ветра. Кстати, а что Руф делает в зале памяти? Неужели сегодня...
- Да, сегодня.
- Понял. Я хотел вообще-то с ним поговорить, но уже до завтра.
Я удивился. Как Готтею понял, что Руф был в зале памяти? Его тут не было, когда они заходили. Возможно, это как-то тоже связано с магией.
Я не стал об этом думать и повернулся к Лон.
- Ты собираешься отвести меня в библиотеку?
- Я вообще про тебя забыла, - пролепетала Лон, - Ладно, малышка Готти, пора расходиться по делам.
Она похлопала меня по плечу и повела по улице.
- А что сегодня такого?
- Ты про Руфа? В зале памяти есть раздел, посвящённый общине Колдинов, сегодня они там наводят порядок, жгут свечи. В этот день их никто не трогает.
- Община Колдинов?
- Это были дидеи, которые отреклись от дидейского народа, но они внесли огромный вклад в дидейскую историю и положили конец Авапане. Руф вырос в общине Колдинов, и сегодня...
Лон замялась, виртуозно перебирая пальцы в раздумьях, что я предположил:
- Какой-то памятный день?
- Что-то вроде того. Траур. Не хотелось вызывать какие-то неприятные ассоциации. Дидеи не зациклены на таких вещах, но для Руфа это важно. И мы все с уважением относимся к этому. В конце концов, община Колдинов занимала не последнее место в его жизни. Хоть он и проводит этот день с Эдоной, я и Готтею тоже стараемся что-нибудь сделать для него.
В этот момент мы подошли к высокому особняку.
Лон махнула рукой и дверь отварилась.
Хоть здание и было не одноэтажным, потолки здесь не кончались до самой крыши. И все заполнено книгами, оставлено лестницами, пересечено лестничными пролетами и балконами. Я даже в фильмах такого не видел. Тут было не тысячи, а, по-ощущениям, миллионы книг.
- Эфна! - крикнула Лон.
Откуда-то сверху послышался шум, будто что-то упало, а потом, словно спустившийся с небес ангел, спархнул его святейшество. Таким, как я его помнил, аккуратным, элегантным, напоминающим мне неприступную крепость, со своим присуще-каменным выражением лица.
Спархнул, кстати, было слишком громко сказано, ведь он шел по воздуху, словно там были ведомые только ему ступени. Подозреваю, что он просто привык делать все аккуратно, и любом действе, которое имело шанс показаться нелепым , помогала магия. Например, убирала бутылку в нишу за шкафом, пока сам он виртуозно сидел на бортике.
Я чуть еле поклонился, хотя не то чтобы привык к чему-то подобному, но вид у него был уж больно набожный.
- Да, Лон, что-то ещё?
- Просто гостя к тебе привела.
- Это очень кстати, - сказал он окинув меня взглядом, - Благодарю.
Она махнула мне рукой и ушла.
- Здравствуйте, ваше святейшество, - неловко сказал я, глядя на него.
Ниже меня, но была в нем какая-то ощутимая сила и важность.
- Нет необходимости столь любезничать со мной, наноко Лионель. Я ваш друг и наставник на этом острове. Не более. Мои титула - всего лишь слова, вытканные на Маране. Они не несут в себе власти. Я не святой правитель и не верховный повелитель.
Он повернулся, раскидывая магией книги по своим местам.
- Не стесняйтесь, присаживайтесь, я подам чаю.
Эфна ушёл за дверь, за которой видимо у него было что-то наподобие комнаты для отдыха, а я неловко сел на диван, стеклянными глазами пялясь в книжную стену.
Нет, я не привык к дидеям.