хулиган

Дима

- Всем привет! - громко оповещаю о своем появлении на весь холл.

Но даже дверь у меня за спиной не успевает хлопнуть, как из-за угла слышу задорный звон колокольчика и радостное тявканье. А через секунду по паркету летит с интересным раскрасом и разными глазами; и белого цвета шерсти

- Бадди и Дэйзи! - восклицаю я.

Борде-колли и доберман уже скачют как попрыгунчик, а за ними следом и их хозяйка. Моя мама. Невольно отмечаю, что с последней нашей встречи она как будто опять помолодела. Лицо сияет, короткие волосы по-модному выкрашены в пепельный цвет и идеально уложены. И когда она все успевает? После того как я и моя младший брат покинули отчий дом, мама, чтобы не погрязнуть в депрессии из-за синдрома опустевшего гнезда, решила, что будет печь торты. И это решение оказалось весьма удачным. Теперь у нее свой блог, масса подписчиков и постоянные заказы. Если бы я умел готовить такие сладкие шедевры, то давно бы уже и в дверь не проходил. А мама, наоборот, лишь хорошеет.

- Димака! Солнышко! - Она распахивает для объятия руки, ее яркий домашний халат-кимоно придает ей вид взмахивающей крыльями птицы. И через секунду я оказываюсь в маминых объятиях. - Ну наконец-то. А то совсем забыл, что у тебя родители есть.

- Ма, хватит называть меня Димкой. Можно же просто Дима, - бурчу я в пепельную макушку, обнимая маму в ответ.

- А ты прекращай стесняться своего имени. - Она поднимает голову и кидает на меня осуждающий взгляд. Но уже через секунду ее лицо озаряется счастливой улыбкой. - Руки мой и быстро на кухню. Ужин на столе, - и чмокает меня в щеку.

Беспрекословно выполняю наказ мамы. Тем более мой нос уже уловил теплые запахи специй, плывущие из кухни, а желудок громким урчанием напомнил, что еду он видел аж три часа назад. Под приветственное тявканье Бадди и Дэйзи посещаю ванную и направляюсь на кухню, ощущая, как рот наполняется слюной.

Оказавшись в просторной столовой, смотрю на стол, заставленный едой, и на мгновение даже жалею, что съехал от родителей. Мог бы сейчас не заказной пиццей питаться, а котлетами, супчиками и тортом в придачу. Я сглатываю слюну и уже мечтаю, как проглочу во-о-он то золотистое и румяное, похожее на мясной пирог.

На мое плечо ложится что-то тяжелое.

- Дима, привет, - слышу над ухом голос отца.

Обернувшись, встречаюсь с ним взглядом. Папа улыбается, и в отличие от мамы на его лице стало больше морщин, в темных волосах прибавилось седины. Да и пивной живот под домашней футболкой стал как-то заметнее. И это я не был в родительском доме всего недели две. Ну ладно, три. Или я уже месяц здесь не был?

Отвечаю папе крепким рукопожатием, но внутри почему-то все напрягается. Нет, с отцом у меня хорошие отношения, если не считать его несгибаемую упертость по поводу моего высшего образования и увлечения рисованием. Не мужское это дело, и все тут. Ему все мечтается, что я когда-нибудь возглавлю его консалтинговый бизнес.

Любое наше общение рано или поздно касается этой темы. Сегодняшний ужин не стал исключением. Разговоры за столом о чем-то нейтральном - финальном ремонте дома, маминых безумных заказчиках. Как только мама ставит на стол порцию аппетитных капкейков, мой отец решает завести свою шарманку.

- Ну, Дима, - вздыхает он, расслабленно откидываясь на спинку стула, - мы с мамой все свои новости рассказали, теперь рассказывай, как дела у тебя.

Потянувшись за капкейком с фисташковым кремом, забираю его с блюда, а заодно, приметив еще и капкейк со странным ярко-розовым кремом и уже представив его вкус, отвечаю:

- Хорошо. Недавно масло в машине поменял.

- Масло - это хорошо. О машине надо заботиться, - тянет папа. - А что там с эконометрикой? Можно поподробнее.

Шмяк. Фисташковый крем, слетев с капкейка, падает прямо на скатерть светло-зеленым расквашенным пятном. Таким же становится и мое настроение. Откуда отец узнал об эконометрике?

- Я сейчас все уберу. - Мама сразу же подрывается за салфеткой и недовольно косится на отца. - Виталик, ну обязательно сейчас об этом говорить?

- Обязательно, Вер, - чеканит он.

А я, потеряв всяческий аппетит и положив «обезглавленный» капкейк себе на тарелку, осторожно интересуюсь:

- А что не так с эконометрикой? - Решаю сразу ни в чем не признаваться. А вдруг папа назвал эконометрику просто так, случайно?

- Это ты мне скажи, что с ней не так. Почему у тебя диплом на носу, а экзамен по эконометрике с зимней сессии до сих пор не сдан? - Папа серьезно смотрит на меня из-под густых, почти полностью седых бровей.

И его тяжелый взгляд буквально впечатывает меня в стул. А шестеренки в моей голове усиленно крутятся. Мне срочно нужна отмазка. Но, видимо, это слишком явно отражается на моем лице, потому что отец пресекает мой мыслительный процесс.

- Можешь не придумывать, что соврать. Я звонил в твой деканат, - хмыкает он.

Морщусь. Да как же так?! Все четыре года не звонил, а именно сейчас позвонил.

- Пап, это ерунда. - Мне остается только держать лицо и делать вид, что все это так... пшик, а не проблема. Даже глаза для пущей уверенности закатываю. - К защите диплома я все успею сдать.

- А чего раньше-то не сдал? Не так сильно хочется уже в... - Папа делает паузу, будто что-то вспоминает, и смотрит на маму. - Верочка, куда он там собрался? Напомни.

- В Калифорнийскую студию современного искусства, - со вздохом договаривает мама, уже убравшая крем со скатерти и снова севшая за стол.

Услышав знакомое название, которое давно бередило мою душу, я напрягаюсь.

- Вот. Ты же все еще хочешь попасть туда на обучение? - Папа переводит взгляд на меня.

- Конечно, хочу. Мы ведь договорились с тобой, пап.

- Мы договорились, что сначала ты получишь нормальную профессию, а потом хоть в дворники иди.

Внутри медленно закипает злость. Снова я слышу эту фразу про нормальную профессию и дворника. Отец повторяет и повторяет ее с того самого момента, как только я заикнулся, что хочу заниматься иллюстрациями, то есть со старшей школы.

- А художник-иллюстратор - это не профессия? - Как папа свою фразу, так и я в тысячный раз повторяю свою.

- Дизайнер интерьеров и ландшафтов - это профессия, архитектор - профессия, а вот рисовать какие-то там комиксы, иллюстрации в книжки - это не профессия, - сурово заявляет отец.

- Виталик... - мягко начинает мама.

Ее я не вижу, так как смотрю только на отца, но замечаю, что она кладет свою ладонь поверх его ладони.

- Да? - язвительно прищуриваюсь. - Что же ты Мишу не запихнул учиться куда-нибудь в экономический? Или юридический? Она вон вообще одежду рисует.

- Твой брат - мальчик, если ты забыл. А рисовал всякую Архитектуру - Папа даже голос повышает и выпрямляется на стуле.

- Как и держать слово. Я сделал так, как ты хотел. Отучился, где ты хотел. - Я выпрямляюсь тоже. И мы оба буравим друг друга взглядом.

- Я все помню, Дима. И слово свое держу. Но ты, - папа освобождает свою ладонь из-под ладони мамы и демонстративно тыкает в меня указательным пальцем, - еще не отучился. Тебя вот-вот перед самым дипломом отчислят.

- Да принесу я тебе твой диплом на блюдечке с голубой каемочкой, как и обещал, - фыркаю я. - А ты готовься свою часть обещания выполнять.

- Да я всегда готов, сын. А тебе советую не говорить гоп, пока не перепрыгнешь.

- Ну хватит, мальчики! - громко прерывает нас мама. - Мы так давно не собирались. Виталик, - она строго обращается к моему отцу, - ты не прав.

- Вера! - восклицает он. - Я же хочу для него лучшего, а он хочет рисовать комиксы. Ну и еще на себе. - Папа указывает подбородком на мои татуировки, виднеющиеся из-под рукавов футболки.

Я закрываю лицо ладонями и не могу сдержать бессильный стон. Все. Понеслось. Старые песни о главном. Часть миллион первая. Рисование. Татуировки. Сейчас еще и про одежду что-то должен сказать. И я, как всегда, прав...

- Этому здоровому лбу уже двадцать один, а он ходит вон в чем. Балахоны какие-то с рисунками, кроссовки цветные. Мама тебя даже в детстве так не наряжала, - продолжает тираду отец.

- Виталик, хватит! - пытается встрять мама.

Мое терпение почти лопается. Чувствую, что лицо краснеет и я готов ляпнуть сейчас что-нибудь не то, и это окончательно испортит мои договоренности с отцом. Я лучше промолчу, но получу от него то, что он обещал. Полугодовое обучение под палящим солнцем Калифорнии.

- Ясно, - быстро поднимаюсь на ноги. Капкейки уже не вызывают во мне никакого аппетита. Бросаю взгляд на хмурую маму и пытаюсь улыбнуться. - Спасибо за ужин, мамуль. Я домой.

- Я думала, ты останешься... - растерянно произносит она.

- Нет. Поеду получать серьезную профессию. - Холодно зыркнув на отца, забираю со стола телефон, запихиваю его в карман джинсов и, расправив плечи, иду на выход из столовой.

- Димка! - расстроенно восклицает мама.

- Да пусть едет, - слышу, как папа ехидничает мне вслед. - Может, и правда к пересдаче подготовится. Сдаст и поедет рисовать свои картинки, как и договаривались. А потом попробует еще на этом зарабатывать и будущую семью содержать. Вот тогда-то он и скажет мне спасибо, - отец театрально повышает голос, заставляя меня покрепче стиснуть зубы, - что злой папа заставил получить нормальный диплом!

- Виталик!

И если еще пару секунд назад после жалобного зова мамы «Димка» я был готов все-таки остаться в родительском доме, то после реплик отца желание пропало напрочь. Меня не заставит здесь переночевать даже желание поесть на завтрак маминых ажурных блинчиков со сметаной. Широкими шагами прохожу через столовую, коридор и выхожу в холл. Меня преследует колокольчики на ошейниках  Бадди и Дэйзи. Борде колли и доберман провожабт до самой двери и роняет изо рта Бадди на пол их канат, когда я наклоняюсь надеть кроссовки.

- Простите. - Я так раздраженно дергаю на них шнурки, что слышу треск. - Никакой игры в канат сегодня вечером. Отец наказ дал - профессию получать, - цежу я сквозь зубы.

Перед моим носом на паркете появляются носы маминых домашних тапочек.

- Не злись на папу. У него на работе какие-то проблемы. Я поговорю с ним еще.

Выпрямившись, застаю маму стоящей напротив. Она держит в руках парочку пластиковых контейнеров для еды и виновато улыбается.

- Не надо, мам, - бурчу в ответ. - Сам разберусь.

В моих руках оказываются контейнеры с едой.

- Это тебе. Блинчики с мясом и грибы с овощами. И что бы ты там ни думал, я и папа правда хотим тебе только лучшего. Сдай ты уже эту эконометрику. - Мама ободряюще похлопывает меня по плечу.

Из дома родителей я выхожу с воинственным настроем. Нужен моему отцу диплом? Будет. Я обязан сдать. Я заслужил. Я четыре года занимался тем, что мне не по душе, чтобы приблизиться к своей мечте. И никакая Ярослава Виверра меня не остановит. Поэтому, когда сажусь в свою машину, первым делом я пишу именно ей. Нужно вытрясти из этой ботанички то, что мне так нужно. Я решительно открываю в приложении чат с Анонимом6643 и, прожигая взглядом экран телефона, пишу:

Аноним777 [24.05. 20:36]: «Виверра, буду ждать тебя через час на том же месте, что и вчера. Я удваиваю сумму».