Глава 6
День без Винни был... прекрасен. Настолько прекрасен, что Нора даже не ожидала, насколько сильно расслабится.
Сначала она часами валялась в кровати, листая какие-то глянцевые журналы, которые нашла на журнальном столике. Потом пробралась в гостиную, где включила громкую музыку и — впервые за долгое время — просто танцевала, не думая, кто она, откуда и почему в чужом доме.
А может, оно и к лучшему — ничего не помнить?
Никакой боли. Никаких обид. Только музыка, свобода и... огромный особняк в её полном распоряжении.
Ближе к вечеру она решила расслабиться ещё больше — включила джакузи в роскошной ванной комнате, добавила пену, забралась в горячую воду и с наслаждением выдохнула.
Вот это жизнь. Даже странно, что такой человек как Винни — ледяной и вредный — живёт в таком уютном доме.
Когда пальцы сморщились от воды, она вылезла, накинула полотенце и, решив, что Винни всё ещё не вернулся, спокойно направилась на кухню. Волосы ещё капали, по спине стекали капли, а полотенце было не самым надёжным барьером между ней и реальностью.
Нора заваривала кофе, напевая себе под нос, когда вдруг...
— Воу. Ты уже встречаешь меня в одном полотенце? Даже не знаю, чего ждать дальше.
Она взвизгнула так, что, казалось, вся посуда дрогнула в шкафах.
— ТЫ НОРМАЛЬНЫЙ?! — обернулась, прижимая к себе полотенце. — Ты что, извращенец?! Я думала, ты ещё не вернулся!
Винни стоял в проёме, всё в том же костюме, но без пиджака. На лице — довольная ухмылка.
— Тут твоя ошибка — думать за меня. — Он протянул ей белый пакет. — Я просто зашёл... и решил не мешать спектаклю. Ну, а заодно — вот. Купил тебе кое-что из одежды. Хотя, может, зря. Мне уже начало нравиться это полотенце.
— Ты — кретин. — буркнула она, но руку всё же протянула за пакетом.
И тут... это случилось.
Мгновенно, как вспышка молнии.
Её рука коснулась пакета — и вдруг, будто кто-то выдернул пробку в голове. Лицо Винни, его ухмылка, аромат кофе... всё это наложилось на голос, где-то в глубине подсознания:
— Нора... беги!- пронеслось у нее в голове, такой родной голос, как будто мамин. Но даже если так, Нора все равно ничего не помнила, ну кроме своего имени.
— Нора, — прошептала она, ошарашенная.
— Что?
— Меня зовут Нора. Я вспомнила... Моё имя — Нора!
И в порыве эмоций, не думая ни о чём — ни о полотенце, ни о расстоянии — она бросилась к Винни и обняла его.
Он замер.
Абсолютно.
Полностью.
Сначала от неожиданности. Потом — потому что осознал: на него только что прыгнула полуголая, мокрая девушка.
И при этом — счастливая до слёз.
— Эм... — только и выдал он, медленно поднимая руки, будто боясь прикоснуться. — Я, конечно, рад за твою память, но... ты можешь объяснить, что происходит?
Нора вдруг осознала, как близко она к нему прижалась, как пахнет его кожа и что, чёрт побери, она вообще в ОДНОМ полотенце.
Она отпрянула резко, как от кипятка, и буквально вырвала пакет из его рук. Щёки полыхали красным.
— Я... эм... извини! Спасибо! Я вспомнила имя! Я пойду! — и с этими словами она развернулась и бегом понеслась наверх.
А Винни, оставшись один, провёл рукой по волосам и прошептал:
— Боже... она меня доконает.
Но на губах всё равно осталась лёгкая, теплая — и впервые по-настоящему искренняя — улыбка.