Глава 34. Первый день

Ребекка
   
– Вставай немедленно! – Кэролайн вот уже десять минут наворачивает кругивокруг кровати, в попытках отправить меня
в школу. – Этот сукин сын, что бы он ни натворил, не заслуживает того,чтобы так за ним убиваться!
   
Вернувшись сегодня ночью от Нейта, я разбудила родителей Рэй-Рэя своейпроповедью о том, что они не так воспитали сына и именно поэтому он разбил мне сердце. Кэролайн молча отвела меня в спальню, умыла и уложила в постель, а вот Трэвис... Нахмурив густые брови, он достал из кармана телефон, зашёл в кухню и
принялся звонить, судя по всему, старшему сыночку, голос которого я услышалауже через пять минут после того, как крёстная покинула мою спальню.
   
Настроение учиться – отсутствует напрочь. Мало того, что с перепоя явыгляжу, мягко сказать, не очень, так ещё и видеть эту новоиспечённую сладкую
парочку – такое себе удовольствие.

  
– Прошу, дай мне пару дней, чтобы отойти от всего этого. – Жалобно молю я.

– Нет!
   
– Хотя бы сегодня. Тётя Кэр, пожалуйста...
   
– Ладно.
   
– Правда?
    
– Да, правда. Я понимаю тебя, дорогая, – она накрывает мою ладонь своей, – в моей молодости тоже не всё было идеально.
   
– Даже отношение Трэвиса к тебе? – С грустным взглядом спрашиваю я.
   
– Даже оно. К тому же, нельзя в первый день в новой школе появиться втаком виде. – Она мягко, по-матерински, обняла меня за плечи, погладила по макушке и оставила наедине с собой и своими мыслями.
   
Практически весь день я провела в постели за просмотром дешёвых фильмов о любви, поедая фисташковые круассаны, которые мне принесла Кэр и размышляя опоступке Райана.
   
У меня нет объяснения тому, что же всё-таки произошло, но если ещё вчерабушующая во мне буря кричала о том, что больше никогда не поверит ни одному парню, то сейчас – я более, чем уверена, что не всё в этой ситуации так, каккажется. Ну не может человек так быстро изменить курс движения, как и не может
быть обманом всё то, что между нами было. Или может?
   
В мои мысли вмешалась Стеф, которая, несмотря на похмелье и отсутствие сна сегодняшней ночью, всё же пошла в школу.

     – Ты ахренеешь. – Она с возмущённым видом плюхнулась на кровать рядом со
мной.
   
– Думаешь, я в ещё недостаточном ахере? – Спросила я на полном серьёзе, потому что уже боюсь, чем она «порадует» меня на этот раз.
   
– Мне и правда не нравится быть той, кто приносит плохие вести, но сегодня в школе я видела Рэй-Рэя и Монику.
   
– И...?
   
– И они вели себя, как пара. Ну, знаешь, держались за руки и всё такое... –Её голос стал тише.
   
– Круто. Классно. – Ответила я, уставившись на несколько секунд в однуточку.
   
– Что будем делать? – Аккуратно спросила Стеф.
   
– Будем изображать безразличие. – Уверенно ответила я.
   
Утром, когда Стефани настаивала на том, чтобы я оделась в школу какможно шикарнее, мне это показалось плохой идеей: безразличие должно быть правдоподобным, а слишком выделяющийся наряд будет так и кричать о том, что мне не плевать. Позже, увидев эту сладкую парочку, я поняла, что меня и без шикарного наряда насквозь видит каждая чёртова душа этой чёртовой школы. Забавно, что я здесь не знаю ещё никого, а меня уже знают все. Что ж, пусть
будет так. В любом случае, никто не посмеет обидеть меня – они знают, в чьём доме я живу, и перед кем им придётся отвечать.

     В целом, день прошёл сносно. Разумеется, если исключить тот факт, что я готова была убить этих воркующих голубков. Ничего не понимаю... Рэй даже невзглянул на меня, даже не пытался обойти стороной, дабы не задеть чувств. Напротив, он будто специально старался лишний раз показаться на глаза, старалсясделать больно, надавить на кровоточащую рану, которую сам же нанёс. Это ужасно, больно и бесчеловечно.

     Я хочу обратно. Хочу к маме и папе, в наш маленький, но уютный домик в Фейвинге, где хоть и было много ссор, недопониманий, но там я чувствовала себя в безопасности и знала, что меня необманывают и не предадут в одночасье... Не обманывают... Ха, а ведь обманывали же?
Пятнадцать лет молчали о моём происхождении, жили фальшивую жизнь. Получается, моя жизнь как была фальшивкой, так и осталась ею? А Райан? Как он мог говорить мне что-то о предательстве матери, если в конечном итоге сам оказался таким же? И чем же теперь он лучше неё?

     Мне нужен парень. Срочно нужен хоть кто-то, кто смог бы спровоцировать Райана, смог бы заставить его показать истинную реакцию на то, что у меня кто-то появился. Это бы окончательно убедило меня в том, что он – ещё один сраный
говнюк в моей жизни.

     – Я могу войти? – За стуком в дверь послышался голос Джейка, что удивило, потому как, мы особо не были близки.

     Он вошёл, закрыл за собой дверь и присел на кресло.

     – Слушай, я знаю, как это выглядит, но он тоже переживает.

– Неужели? – Я выгнула бровь.

     – Это жест Кэролайн. – Он ухмыльнулся. – Да, это так. Всё, на самом деле, очень сложно. Понимаешь, то, что было между вами там – это не тоже самое, что происходит здесь, в том плане, что... – Он почесал затылок. – Влияние. Здесь он подвержен влиянию, которого ты не видишь и можешь не понять, потому что, вроде как...

     – Потому что я из другого теста? Из другого мира? – Договорила за него я. – Потому что у вашего с ним отца денег больше, чем было у моего? Это ты хочешь сказать?

     – Нет-нет, ты мыслишь немного не в том ключе, да и наслышан я о твоём отце... Вообще-то, денег у него, то есть, теперь уже у тебя, гораздо больше, чем у моего папы. Твои активы...

     – Хватит. – Я остановила его, решив, что ещё немного и я просто-напросто не сдержусь. – Если это всё, что ты хотел сказать, то можешь идти.

     – Вообще-то, нет. Я пришёл сказать, что к тебе пришли. – Он встал с кресла, подошёл к двери и открыл её. – Какой-то парень ждёт у входной двери. – Дверь захлопнулась.

     Отлично. И кто может ждать меня у входной двери, если я почти ни с кем ещё не знакома? Любопытно.

     Спустившись по лестнице, когда мой взгляд упал не нежданного гостя –дыхание перехватило, а тело охватил озноб, словно напала лихорадка. Я не могла двигаться, не могла говорить. Мне казалось, что я сплю.

     – Я знаю, что тебе нужна помощь с папочкой
Рэем, маленькая Лафлин. – прервал мой ступор Джозеф Бенсон.