•Cruella D_Evil•
Круэлла, беспечно сидя на уголке стола, листает толстый журнал с тысячей и одной моделью одежды из шкур животных. Ее дорогая школьная подруга Анита никогда особо к мехам любви не питала, но, кажется, теперь придётся. Вся половина кабинета, по праву принадлежащая Круэлле, увешана вырезками из этих самых журналов.
Заклеила всю стену и немного потолок. Вырезает она бесконечные меховушки контрабандными маникюрными ножничками.
Круэлла периодически начинала фыркать, ухмыляться без причины и грызть драгоценный камень на кольце, на котором виднеются яркие следы чьих-то клычков. Но если Круэлла начнёт вопить о мехах и пятнах, тут уже нужно подняться, флегматично добрести до бухгалтерии и сказать что-то умное. Та вызовет парочку специалистов-мозгоправов, ну и на дня два-три Де Виль станет спокойнее.
Круэлла сразу нашла общий язык с новой секретаршей "Звезды". Обе редкостные язвы, обе одержимы своими идеями, совершенно не считая их аморальными или выходящими за установленные какими-то самонадеянными ублюдками рамки приличия. Стерва стерву видит издалека и уже наперед хочет переплюнуть во всех своих намерениях.
— Что на сегодня, Мадам Де Виль? — Секретарша плюхается на свой жуть какой старый офисный стул и сразу устремляет пустой взгляд из-под тяжёлых от косметики век на соседку, подпирая щеку кулаком со скромным перстнем.
— Да тебе же неинтересно, — повышая голос, Круэлла хмуро сводит брови, а затем продолжает своё незамысловатое занятие, поговаривая под нос что-то о проклятых щенках.
—Нет-нет, но я буду только рада узнать, что у Вас сегодня запланировано!- замечает сотрудница, цокая языком.
—В этом году совет в "Ультрамариновой" начинается раньше. На целых два часа и один день. Вещи подготовлены, все меха упакованы, убраны в закрытые и отдельные шкафчики. Я лично вырву клок волос тому, кто хоть пальцем помнет мягкую шерстку...-сквозь зубы шипит Мадам, обеспокоенно глядя на часы,- ... И зачем ты вообще увязалась? Что за каверзные вопросы? Брысь! Брысь, кому сказала!
Потом Круэлла отвлекается и ядовито цедит сквозь зубы, как чай с чаинками через сито, медленно:
— Вон. Вон!
Девушка вынуждена повиноваться, уйти, а та злобно хихикает и утыкается обратно в журнал, перекидывая ногу на ногу. Под полами шубки из шкуры белого медведя и черного элегантного платья виднеются алые туфли-лодочки.