•C R U E L L A•2

...—Я тебя слушаю...
Круэлла закидывает ноги на низкий столик и блаженно стискивает между узловатых пальцев с коротко остриженными ногтями бордового цвета мундштук. Сын пускается в объяснения, что некуда, зачем, чем ей может быть выгодна его излишняя самостоятельность, соседство и прочую требуху, которую Круэлла терпеливо слушает, дымя на весь коридор уже третьей по счёту сигаретой и дуя в чашку с кофе, что притащила ей секретарша. К ней относятся снисходительно, как к спонсору "дикого" проекта, дают поблажки в виде приходов, мундштука и пары литров кофе.

Круэлла, вальяжно развалившись в кресле в своей любимой шубе нежно-жемчужного цвета, показывает, кто тут главный. И кажется, что далеко не дипломированная феечка и не младший Де Виль со своей псинкой. Слушает, кивает, удивленно поднимает брови на нужных моментах и потряхивает двухцветной шевелюрой.
—Говоришь, змея?.. О, прямо таки огромная? Небось ужик какой-то мутировавший.... Что ты сказал? Пойти и посмотреть?
Мадам окинула пренебрежительным взглядом своих соседей, молча поднимается и следует за мальчишом.

—Что за... ТЫ ЖЕ ГОВОРИЛ, ЧТО ПОЙМАЛ ЗМЕЮ!- рычит сквозь зубы женщина, указывая пальцем прямо на исполинскую клетку, в которой разлегся... Какой-то обнаженный мужчина подозрительно больших размеров. Ладно, это можно было бы упустить. Но тот полностью обнаженный.
—Я ЕЩЕ РАЗ СПРАШИВАЮ- КАКОГО ЧЕРТА?
Круэлла нападает на всех, у кого по её предположениям можно достать что-нибудь из меха. Сюсюкает, лебезит и ползает на коленях, жалобно стеная и пытаясь оторвать у несчастного подвернувшегося часть одежды. Вот вроде буйная, и не должна она быть здесь.
Но если ничего нет, встаёт, и гордо задрав подбородок с ямкой, уходит по-королевски вышагивая, отсвечивая красным цветом, который выделяется на её основной черно-белой палитре.
Отобрать вещь обратно, если она все-таки попала к Круэлле в жадные ручонки, нереально. Сейчас же тут оказались ключи от клетки, которую та незамедлительно открывает.
Круэлла поигрывает тонкими чёрными дугами бровей на мертвецки белоснежном лбу; закатывает глаза и скидывает туфли, улетающие со злобным свистом под стол.
Дама кивает, зажимает во рту сворованный у феечки карандаш в прорези рта и щурит прозрачные глаза, будто на солнце, наглаживая мех свободной рукой.
—Из каких краёв?~
Глаза отводит. Не пристало на ногих глядеть, увы и ах.