Белое вино с нотками проблем
Следующие три недели своей интересной жизни я проводила совершенно неинтересно.
После двух дней беспрерывных вечеринок состояние моего здоровья заметно ухудшилось, и мне пришлось отправиться в дом к своему отцу, где меня ждали «забота», «уют» и куча оздоровительных процедур. Конечно, покалывания в сердце, затруднение дыхания и боль в позвоночнике было бы трудно скрыть от Валерио, живущего в соседней комнате, и он, не слушая мои отказы, отвёз меня к отцу. Ехали мы как-то слишком долго. Наверное из-за того, что была жуткая погода - дикая гроза и сильнейший ветер. Но мне всегда нравилось подобное состояние природы. Когда-то это была, пожалуй, единственная причина не заниматься теми делами, которые для меня придумывал отец. Я могла сидеть в комнате, читать те книги, которые нравились мне, слушать ту музыку, которая нравилась мне, делать то, что нравилось мне, слушая громкие раскаты грома.
Теперь слушать гром я не могла - боялась.
Это та история, которую знают только я, папа, мама, Валерио, Альда, знакомые нам врачи и несколько людей из полиции.
Мне было 13 лет. Это была ночь, полностью изменившая мою жизнь и мое отношение к бизнесу отца. Точнее то, что случившееся имело отношение к виноделию Абрэмо, я узнала только спустя несколько лет, когда умерла моя мама. Тогда - 4 года назад - мне просто наврали, развернув все события так, что мой отец оказался абсолютно невинным, а скорее даже самым главным пострадавшем.
В ту ночь я долго не могла уснуть, меня мучали какие-то кошмары и мешал шум дождя. Моя комната была, пожалуй, самой дальней в нашем доме, что немного пугало меня, ведь я думала, что, если что-то случиться, я не успею прибежать.
Как же я ошибалась.
Завернув за угол, я увидела то, что заставило меня по-настоящему испугаться первый раз в жизни. Мои родители лежали прижатые лицами к полу, а сверху их удерживали два огромных мужика. Брат с сестрой сидели связанные на стуле и не издавали ни звука из-за заткнутых тряпками ртов. Ещё два мужика, одетых полностью в чёрный, судорожно копались в ящиках, сгребая дорогие вещи в мешки. Я ни на шутку испугалась, моя детская, совершенно не знающая, что делать в таких случаях, голова решила рвануть в сторону мамы, чтобы обнять ее и пожалеть, что я и сделала, понимая, что меня вроде бы никто не замечает.
Как же я ошибалась.
Глухой звук, резкая боль, крики мамы, перемешанные с матом тех мужиков, раскат грома - последнее, что я помню, прежде чем погрузиться во тьму.
Пять часов в операционной с попытками врачей достать пулю, не задевшую ничего, кроме миллиметра позвоночника, три недели искусственной комы, потому что врачи не знали, что со мной будет и буду ли я вообще, три месяца реанимации и полтора года уже моих попыток заново научиться ходить. Несколько приездов к нам домой полиции и следователей, слова отца «это были обычные воры», переезд в новый дом с кучей охраны, камерами и сигнализацией на каждом углу. Все это внесло в мою жизнь необратимые последствия - боли в сердце и позвоночнике, частые затруднения в дыхании, страх громких резких звуков и частые панические атаки.
Именно поэтому сейчас я лежала под капельницей, делала массажи, различные упражнения и выслушивала реплики отца, который не понимал, с чем связаны вновь возникшие проблемы.
А я понимала - клуб, пение, тусовки, алкоголь, веселье и ОН.
После того, что произошло в комнате Виктории, я ещё долго не могла прийти в себя. Я знала, что мы были не так пьяны, как, например, в первую ночь нашего знакомства, когда целовались в воде. Что в этот раз заставило его снова сделать это, я не понимала. Но наше общение с ребятами и с ним не ухудшилось, а даже наоборот. Мы целыми днями напролёт переписывались и в общей беседе, и в личных сообщениях. Было весело читать, как Виктория бомбила с того, что кто-то снова опоздал на репетицию или пришёл вялый, потому что всю ночь где-то гулял. Томас постоянно подкалывал ее, за что получал двойную порцию ругательств, Итан успокаивал их, ссылаясь на то, что они группа и должны быть дружными, Лео и Валерио редко вкидывали фразочки, желая хоть как-то принимать участие в диалогах, а Дамиано… Почти всегда молчал.
Он написал мне на следующий день, извиняясь за произошедшее, сваливая все на алкоголь. Я лишь усмехнулась, сказав ему, что все нормально, хотя сама прекрасно понимала, что не все нормально. С ним мы переписывались несколько раз в день, обсуждая самые банальные вещи - развлечения, книги, фильмы, музыку и факты о себе. Мне было тяжело придумывать историю своей жизни. Сказать ему то, что я на самом деле не та, кого из себя представляю, я не могла. Но очень хотела.
Мне было действительно стыдно, что я вру ребятам. Мы так сблизились за это время, что я перестала понимать, как они отреагируют на правду. Они же все равно узнают обо всем ровно так же, как и мой отец. Я уже даже хотела встретиться с ними и все рассказать, но Валерио запретит. И мне кажется, что он был прав. Мы общались всего две недели и ещё достаточно плохо знали друг друга. Я не могла на все сто процентов быть уверенной в том, что информация случайно не станет известной кому-то ещё. Одно дело, когда об этом знают три человека, другое дело, когда знают уже семь человек, четыре из которых совершенно недавно появились в жизни. Мои мысли вновь были прерваны волной сообщений, приходящих на телефон.
Вик: Марэ, мы уже неделю не видим тебя в клубе, что случилось? Я: ничего особенного, просто приболела( Дами: после двух подряд дней алкоголя и вечеринок даже я готов слечь Валерио: меня обычно хватает на неделю, слабаки Я: кто-то в прошлом месяце после трёх рюмок водки валялся неделю с головной болью Валерио: иди нафиг, я вас всех переживу
Мы ещё немного переписывались, обсуждая похмелье и плохое самочувствие после ранних вечеринок, но одинокое сообщение, прилетевшее мне в личную переписку, заставило меня улыбнуться.
Дами: может мне привезти тебе какие-нибудь лекарства?
Я на секунду задумалась, что ответить на такое сообщение, и почему он вообще предлагает это.
Я: да нет, не надо, спасибо. У меня дома много лекарств, я же слишком часто валяюсь в таком состоянии после клуба) Дами: прошла уже неделя, а ты все также валяешься. Тебя это не смущает? Я: скорее нет, чем да. Возможно я ещё просто замёрзла на побережье Дами: да уж, из воды мы не вылезали долго Я: надо было послушать Вик, и вообще туда не лезть Дами: тогда не произошло бы то, что произошло
Легкий румянец покрыл мои щеки. Он намекал на поцелуй, и меня удивило то, что он помнит его, ведь я думала, что количество выпитого спиртного смыло все подробности той ночи.
Дами: прости, это наверное было лишним Я: нет, все нормально) Дами: раз уж разговор пошёл на эту тему, я хотел узнать, почему ты убежала из комнаты, когда услышала голос Валерио? У вас с ним что-то есть?
Темноволосый не знал, что Валерио - мой брат. Я представила его ребятам, как друга. Мне показалось, что в его вопросы была скрыта ревность. Ведь не просто так он сделал акцент именно на Валерио.
Я: нет, мы просто самые обычные друзья, не думай Дами: но ты убежала Я: да, потому что мы были знакомы от силы два дня, я не хотела, чтобы поползли какие-то слухи, и меня считали шлюхой, готовой прыгнуть в постель к известному на всю Европу парню Дами: но ведь твои ночные образы об этом и говорят
И тут меня пробило. Он считает меня шлюхой. Считает, что я готова была переспать с ним. Считает, что я сплю со всеми, кого вижу.
Мне стало жутко обидно, что именно ОН - Дамиано, так думает. Сказал бы мне это Лео, я бы просто посмеялась и дала бы ему подзатыльник, но, услышав это от фронтмена, я действительно расстроилась. Я ничего не ответила, лишь выключила телефон, кинула его на кровать, попутно улавливая вибрацию от приходящих от него сообщений. Что он писал ещё, мне уже было не так важно.
Я не понимала, что испытываю к этому человеку. Наши с ним переписки были самыми обычными. Но я чувствовала некую легкость в теле, когда получала от него очередную шутку. Такого не было ни с кем.
Дверь неожиданно распахнулась, что заставило меня вздрогнуть и встать с кресла. Альда как всегда ворвалась без стука, поправляя очки на переносице и по-хозяйски усаживаясь в кресло.
-Мне кажется, наше с тобой общение последнее время не похоже на отношения двух сестёр, - задумчиво сказала девушка. - Уже года два, а не последнее время, - подметила я.
- Я подумала, может нам стоит сходить куда-нибудь, развеяться?
- Я не пойду ни в рестораны, ни в парки для гольфа, ни на шоппинг, - строго заявила я.
- А я и не предлагаю эти места, -
отрезала сестра,
- мы с тобой молодые, почему бы нам не сходить в клуб?
От слова «клуб» меня передернуло. Не потому, что Альда не была той девушкой, которая любит шумные вечеринки с кучей алкоголя, а потому, что я сразу представила, как мы идём именно в тот клуб, в которым ночами я и зависаю. Но меня успокаивало то, что это был не единственный на весь Рим клуб, в котором можно было побывать. А совпадения в моей жизни бывали слишком редко.
-Нуууу, если ты так хочешь, - начала я, стараясь скрыть волнение, - можем попробовать.
- Я знала, что ты согласишься, поэтому уже договорилась с отцом, - ну конечно, без его согласия же уже даже в туалет сходить нельзя,
- и забронировала нам столик на завтрашнюю ночь в клубе «Luna». Слышала, это какой-то клуб для вип-персон, поэтому думаю, там нам никто особо мешать не будет.
После этих слов Альда быстро чмокнула меня в щеку и вышла из комнаты, оставляя меня одну в полном смятении и страхе только с одной мыслью:
Что мне делать?