Глава 1

«Начало»

Прохладное мартовское утро. Солнце ещё не взошло из-за горизонта, догорают фонари и улицы пусты. По ним гуляет лишь ветер. Он уносит тяжёлые серые тучи далеко за город, но, к сожалению он всё так же холоден. От него не дождёшься теплоты.
Эти мысли крутились в голове Мирэ. Она стояла возле приоткрытого окна и смотрела куда то вдаль, размешивая сахар в кофе. Хотя, он давно уже осел на дно, а само кофе остыло. Осознав это, она вылила его в раковину и поставила кружку на стол. Её силы, которые остались где-то там на дне, давно уже покинули девушку и даже споласкивать её как то не хотелось. «Пусть будет так» – подумала она и тихими шагами ушла в комнату, всё так же думая обо всём, что хоть как-то отвлекало её от непонятной тревоги внутри. Что-то не давало ей покоя, но она не знала, что именно.
Девушку, о которой сейчас идёт речь зовут Кан Мирэ. Милое лицо, фарфоровая кожа и совершенно несносный характер. Три её составляющие. Она представляла богатый слой населения, была хороша собой и остра на язык, но отнюдь не высокомерна, а совсем даже наоборот.
Всего две недели назад начался новый учебный год и девушка перешла в третий и последний класс старшей школы. Мирэ получала самые высокие оценки, но никогда не волновалась из-за учёбы. Ей никогда ни в чём не отказывали и всю жизнь она была любима и обожаема родителями. Честно признаться, у неё не было повода для беспричинной тревоги, но всё, что она ощущала на данный момент это тяжёлое и липкое чувство беспокойства, которое осело глубоко у неё внутри и не отпускало, а напротив, нарастало с каждой секундой, доводя до дрожи и будто смыкая холодные пальцы на горле.

– Что со мной происходит? Всё ведь хорошо.... – Мирэ села на край кровати и снова посмотрела в окно, в котором уже виднелись лучи восходящего солнца. – Сердце не на месте....

        Сердце болело. Такие вещи Мирэ чувствовала с самого детства, но если тогда она предполагала и догадывалась, то сейчас всё было как в тумане. Возможно, ещё не настал момент, чтобы она узнала об этом, но она боялась, что он может и не настать и она так и останется в неведении.
        Девушка встряхнула голову и запустила руки в волосы, шумно вздыхая. Разум спутался, но она взяла себя в руки и отогнала от себя все мысли, которые нещадно лезли к ней в душу. Надев наушники, она начала собираться в школу, дабы хоть как-то переключить внимание. Это её отвлекало. До выхода был ещё целый час и девушка не стала торопиться. Сыта она была...по горло, поэтому завтракать не хотелось. Она взяла с тумбочки деньги, которые мама оставляет каждый день перед уходом на работу и сложила их в кошелёк. «В школе поем» – проговорила вслух Мирэ и убрала кошелёк в сумку, заодно и сложила туда нужные тетради. Убрав сумку куда-то в сторону, кажется на не застеленную кровать, она села за трюмо и посмотрела на себя в большое зеркало. Ухмыльнулась своему отражению и распустила волосы, взбивая их руками. Внешне девочка была очень красива. Большие карие глаза, обрамляли пушистые ресницы, которым в детстве завидовали все девочки со двора. Пухлые губы, миниатюрная фигура и длинные каштановые волосы. Всю жизнь она считала свою внешность посредственной и не отличающейся особыми выдающимися качествами от всех остальных. У неё была низкая самооценка, которую она тщательно скрывала за хрупкой уверенностью.
        Как таковой заметный макияж в школу был запрещён, поэтому она лишь чуть чуть подкрасила глаза и немного блеска на губы. Волосы от природы были послушными и  заморачиваться с ними не пришлось, а школьная форма у всех была единой. Чёрная юбка, чёрный пиджак с эмблемой школы и белая блузка с бантиком на воротнике. Её утренняя рутина повторялась изо дня в день и ничем не отличалась друг от друга, поэтому она собралась довольно быстро и посмотрела на время. Оставалось ещё полчаса до выхода, но Мирэ решила выйти пораньше и не спеша дойти до школы. Жила она недалеко и всегда ходила пешком, игнорируя приставленных к ней родителями водителей премиум класса. Все уже давно смирились с её дубинноголовостью и не перечили. Всё равно ведь сделает по-своему. Это тоже была её отличительная черта характера – упрямство. Наглое и бесповоротное.
        Медленно и прерывисто наполняя свои лёгкие свежим воздухом, Мирэ шла по пустой улице, сбавив темп до минимума. Под ногами ощущался ледяной асфальт, холод которого пробивал даже через толстую подошву кожаных сапог, а румяные щёки обувал прохладный ветер. Она вытащила руки из кармана и натянула шарф повыше, дабы немножко согреться и не немного ускорила шаг, ведь по телу уже бежали мурашки. Каждый день она ходила этой дорогой, но почему то именно сегодня она казалось невыносимо длинной. Она не находила этому объяснение, а просто послушно шла, будто заставляя себя. Преодолев некоторое расстояние, перед глазами начали мелькать люди, озадаченные будничными хлопотами. Все чем-то занимались и складывалось ощущение, будто их ничего не заботило. Но ведь это не так. Из раздумий её вывели ворота школы, которые стеной выросли перед задумчивым лицом. А тревога всё не отпускала, но хотя бы стала тише.
        Первым уроком была математика. Несложный и возможно любимый предмет для Мирэ. Она его понимала и иногда изучением предмета занималась самостоятельно и делала успехи. Сворачивая в класс, она сперва остановилась у порога и окинула взглядом кабинет, прежде, чем пройти на своё место, рядом со своей лучшей подругой. Взбалмошной, но всё же хорошей. Пак Чэрин. Она была высокой стройной брюнеткой с длинными волосами и зелёными глазами, которая могла посадить на место одним взглядом, но учиться не любила совсем и училась с горем пополам, всё время ссорясь с учителями. Но несмотря на всё это она получала неплохие оценки. Должен же быть баланс во всём.

– Ты сегодня какая-то грустная, где моя Мирэ?

– Чэрин, а где домашка по математике?

– Даже мою маму так не заботит моя учёба, как тебя.

– И поэтому ты такая бестолочь?

– Йа, помереть захотела? Я сделала домашку. – Чэрин сделала лицо, которое так и кричало о её гордости собой

– То то я думаю, почему на улице так холодно. – победная улыбка Чэрин тут же сползла с её лица и она обиженно отвернулась к окну, – Ну ладно, прости, хочешь конфетку?

– .... – брюнетка молча вытянула руку и забрала конфету из рук Мирэ, а через секунду повернулась обратно, – Так то лучше.

        Улыбаясь слишком милой Чэрин, девушка повернулась назад, заостряя внимание на пустой парте, которая пустовала с начала учебного года, уже около двух недель. Она нахмурилась и отвернулась, переведя взгляд на только что зашедшего учителя.

– Хан....Айщ, опять его нет на месте. Кто хорошо с ним общается, передайте, что я не буду персонально объяснять ему программу. Хочет завалить экзамены, пусть валит. – учитель Мун озадаченно листал какие-то бумажки, изредка поглядывая на класс, исподлобья.

        После слов учителя, взор всех присутствующих в классе был обращён в сторону той самой пустующей парты, в самом конце кабинета. За ней всегда сидел Хан Джехён. Беспризорник и хулиган школы, который бывало пропускал уроки, плохо учился и совершенно не имел чувства стыда. От него за версту веяло холодом, но в то же время в глазах горел живой огонь. Он был нахален и дерзок, а отличительной чертой этого грубияна ещё было то, что на его лице всегда красовалась наглая ухмылка, даже, когда его отчитывали за плохое поведение или выгоняли из класса. Учителя знали, что он способный мальчик, но заставить его учиться не получалось ни у кого.
        Через два месяца ему исполнится 18 лет. 27 апреля. Он на год старше Мирэ. Джехён был кареглазым и темноволосым мальчиком, со смуглой кожей. Он был довольно высоким, носил серьгу в ухе и нараспашку ворот рубашки, оголяя ключицы, а от школьной формы у него был лишь пиджак. Внизу он носил обычные джинсы со старыми потёртыми кедами. Весь его образ так и кричал о его хулиганской натуре. Парень жил в бедном районе, добирался в школу на автобусе и никогда не ходил в столовую. Он всё время куда-то пропадал и не имел друзей в школе. Более того, на него боялись даже взглянуть, а о том, чтобы заговорить не могло быть и речи. Он не был изгоем, просто был одиночкой. Учителя догадывались о его знаниях, когда после очередной контрольной он первый сдавал бланк с правильными ответами, при этом ничего не делая на уроках. Особенно это проявлялось в точных науках. Заподозрив неладное, они сажали его за учительский стол и следили, но и тут не проканало. Он писал контрольные лучше всех, но из-за плохих оценок в обычные дни, когда он не был готов, забывал тетради, или просто не приходил на занятие, ему не ставили хорошие оценки. Он относился к этому безразлично...или делал вид. Никто не мог его понять.
        Бывали моменты, когда на его лице красовались следы от недавно заживших ссадин и побоев. Его вызывали к директору и пытались узнать причину, на что он лишь отшучивался или говорил, что подрался. Его ругали и он уже было соглашался со словами о дисциплине и его дурном характере и подтверждал, что такого больше не повторится. Но как только Джехён переступал порог кабинета директора, он будто брал свои слова назад. Он лишь делал вид, что согласился с ними. В этом деле ему не было равных.
До окончания средней школы всё было хорошо. Он учился как все, был радостным и счастливым подростком. Но в одночасье всё рухнуло и в корне поменялось. Где-то внутри. В старшую школу Джехён пришёл другим человеком. С его лица исчезла улыбка, горящие детские глаза потухли и стали безразличными, а интерес к жизни и вовсе пропал. Он стал отчуждённым и никто не догадывался, что творится у него внутри. И только он знал, что каждый день на его сердце появлялись глубокие раны, которые не могут затянуться и по сей день.

– Учитель Мун, но ведь он ни с кем не общается. Он такой, странный ведь... – выскочка класса решил выделиться снова и покрутил пальцем у виска, описывая прогульщика

– Меня не волнует. Из под земли достаньте мне его. Староста....

– Да, господин Мун....

– От тебя никакой пользы. Живо за табелем успеваемости вашего класса. Бегом. – староста ретировалась из класса, под гнетущим взглядом господина Муна, – Так. Кан Мирэ.

– Присутствует.

– После уроков зайди в учительскую.

– Х...хорошо. – Мирэ была в растерянности, но не смогла вымолвить и слова против, поэтому молча сглотнула и продолжила листать учебник. Тон учителя был не злым, но грубым и выражал некую обеспокоенность, так что, спорить с ним не хотелось.

– Зачем он тебя зовёт? – Чэрин удивлённо огруглила свои и без того большие глаза, наклонившись к Мирэ

– Не знаю, но надеюсь, что я не получу по бошке....

После всех уроков, Мирэ, как и планировалось, точнее, как планировал господин Мун, направилась в учительскую. Она была озадачена поставленным ребром фактом и честно, догадывалась, зачем её звали туда. Может и не полностью, но отголоски правильного ответа закрадывались у неё в мыслях.

– Господин Мун, вызывали? – он копался в каких-то бумажках и даже не обращал внимание на неё, рукой указав на стоящий перед ним стул

– Да, Мирэ, входи.

– Что-то серьёзное, господин Мун?

– По глазам вижу, что догадываешься. – это было удивительно, учитывая, что он даже не поднял на неё свой взгляд, а может он понял это по её утвердительному вопросу

– Немного.

– Ладно, не буду томить. Джехён не появляется в школе уже вторую неделю. Он и раньше пропадал, но чтобы на такой большой срок никогда....

– Вы знаете где он?

– Я знаю, где он находится большинство времени вне дома, но, чтобы его не подставлять, я не могу к нему заявиться. Я уже сказал руководству, что не в курсе. Его мать сказала, что дома он появляется редко. И на мои звонки не отвечает больше, паршивец. Мирэ, на тебя можно положиться, поэтому попробуй уговорить его снова взяться за учёбу, пожалуйста. Ты его одноклассница и может он не будет от тебя бегать. Я подозреваю, что у него что-то случилось. Не хочу, чтобы у него были проблемы. Надо помочь ему раньше, чем всё примет крутой оборот.

– Мы не общаемся, господин Мун. – эти слова прозвучали с ноткой горечи и печали, на что мужчина только лукаво улыбнулся, будто что-то скрывает, – Но я постараюсь. – мужчина благодарно кивнул

– Спасибо, Мирэ, можешь идти.

        Мун Сынён был их учителем математики и классным руководителем. Жёсткий, беспристрастный, но справедливый мужчина средних лет. Выглядел младше своего возраста. Всегда был ухожен. Имел поседевшие виски, но это была больше изюминка и прибавляла ему брутальность. Носил всегда чёрную рубашку, с закатанными рукавами и очки. Был узнаваем, его нельзя было ни с кем спутать. Его не боялись, но всегда хотели выслужиться перед ним. Уважали.
        На улице уже смеркалось, но почему то стало значительно теплее, чем было утром, после недавно прошедшего дождя. Мирэ посмотрела на небо. Уже начали появляться звёзды. С каждой минутой становилось всё темнее, ведь на часах уже было семь часов вечера. Немного переведя дух, девушка вышла из школы.
        К её сожалению, Мирэ наконец приняла тот факт, что леденящая тревога была связана с этим парнем. Обычно она не предвещала ничего хорошего и от этого было страшнее всего. Она не хотела в это верить до последнего и надеялась, что все её догадки это всего лишь результат её беспокойства и с ним всё хорошо. Но, несмотря на всё это, остаётся открытым вопрос: Почему же она волновалась о нём? Она не понимала сама...Ну, если быть точнее, не хотела понимать.
Мирэ знала, где живёт Джехён и немного погодя, пока стемнеет, она направилась в сторону его дома, чтобы уж точно застать его. Со стороны могло показаться, что она решила пойти к нему только из-за слов учителя, но нет. Она хотела пойти сама к нему, но посчитала это странным и бросила затею. А теперь, пока она шла, её одолевал панический страх. Тело покрылось мурашками, а ноги стали ватными, будто на том конце улицы её ждёт что-то неминуемо страшное и дело было совсем не в том, что она переступила порог опасного района, а в нём абсолютно каждый сантиметр был пропитан криминалом. Её душу леденило совсем не это. Тот из-за кого она рискнула прийти сюда, вот истинная причина её робости, растерянности, трепета....от мыслей о встречи с этим парнем, её сердце начинало биться чаще.
Внезапно раздался телефонный звонок. Это была её мама.

– Да, мамуль...

– Доченька, ты как? Всё хорошо? Что-то ты не звонишь, мы с папой волнуемся.

– Мамуль, всё хорошо, я немного задержусь, мне нужно сходит к Чэрин, забрать у неё
конспекты.

– Ну почему ты не вызвала такси, солнышко?

– Мамуль, ну тут идти два шага.

– Ну ладно, я не буду мешать. Смотри аккуратнее, хорошо? Обязательно звони.

Мама сбросила, а Мирэ мысленно ударила себя по голове за враньё. Лгала она просто ужасно, удивительно, что мама вообще поверила ей. С родителями у неё всегда были тёплые и доверительные отношения, но говорить, куда она пошла, всё таки не стала. Она поберегла нервы родителей и предупредила Чэрин на всякий случай, если вдруг она встретит вместо Джехёна кого-то другого. Хотя, учитель тоже не говорил ей идти к нему домой, это была её личная инициатива. Так было надёжнее всего пересечься с ним. Её то он не станет избегать.
Она пришла к пункту назначения. Уже было довольно поздно. Дом был старый, обветшалый и серый. Будто там давно никто не жил. Но в самом последнем окне, видимо, комната которого находилась поодаль от ворот, горел свет. Тусклый и блёклый. А на стенах напротив мелькали тени. Видимо дома всё таки кто-то был, но она не думала стучать, дабы не нарушать чей-то покой, в такое, довольно позднее время суток. Она решила подождать. Время было только без четверти восемь.
Она осмотрелась вокруг. Ни души. Медленно выдохнула, прикрыв глаза, но её всё же выдавали трясущиеся руки. Блуждать одной по сумрачным улицам было не самой лучшей идеей. Мирэ облокотилась об стену спиной и села на корточки, всё так же с закрытыми глазами, но когда до её ушей стали доноситься чьи-то голоса и смех, она вскочила и не придумала ничего лучше, чем стоять и смотреть вглубь тёмной и беспросветной улицы. И тут её осенило. Оказывается фонари работали только через каждые два дома и в промежутках между ними хоть глаз выколи. Это была самая долгая минута в её жизни, до того, как голоса превратились в силуэты.
Линз на глазах не было, зрение подводило, а руки от страха не могли найти в сумке ничего, чтобы помогло ей в этой ситуации. Она безрезультатно вглядывалась в кромешную тьму, сощурив глаза и только в пяти метрах от неё она узнала знакомое очертание. Это был Джехён, в компании друзей, которые громко смеялись и матерились на весь Сеул, не боясь кого-то разбудить. Кто-то курил, кто-то держал в руках банку пива, но все они были в школьной форме....разной форме. Из разных школ. Все, кроме Джехёна.
Приближаясь к девушке, они были озадачены, разглядев, кто перед ними, но, к счастью для неё, у них были манеры. Они поняли по её бледному лицу, что напугали бедную, поэтому синхронно замолчали и спрятали запрещёнку за пазуху, но самый наглый из них улыбнулся, бесстыдно продолжая разглядывать девушку с ног до головы.

– Привет. – потерянно произнёс Джехён

– Привет. – Мирэ отвела взгляд от пристальных глаз парня

– В наших краях не водятся такие красотки. Ты часом не заблудилась? – самый наглый так бы и продолжил сверкать своими зубами, но заметил на себе суровый взгляд Джехёна, после чего замолчал и потупил глаза в пол

– Парни, вы идите, я завтра всё отдам....

– Ладно, Джей, не будем мешать, брат. – самый высокий из них похлопал Джехёна по плечу и улыбнулся, кинув короткий взгляд на Мирэ

Парни попрощались с ним и направились в ту же сторону, откуда пришли, всё так же громко хохоча, но в этот раз они изредка оборачивались, шепча что-то друг другу на ухо. Джехён был немного смущён, но всё же начал разговор.

– Почему гуляешь в такое время одна? Не уверен, что ты чисто случайно сюда забрела. – цепкий и острый как бритва взгляд был полон уверенности

– Я не гуляю, я пришла к тебе. – прямолинейность Мирэ его обескуражила, но она сама не понимала, что говорила, просто лепила в лоб, как учила её мама

– Да? Я думал к моей бабушке. – он по-доброму улыбнулся

– Ты всегда ёрничаешь?

– Нет, только с тобой. – Мирэ будто перекрыли воздух от таких наглых слов и она покраснела, – Зачем ты пришла ко мне? – он засунул руки в карманы джинс и посмотрела под ноги, будто избегая её пристального взгляда

– Тебя ищут.... – Мирэ самой стало неловко от этой фразы. Как её не говори, она всё равно оставалась какой-то унизительной.

– Пусть встанут в очередь. – он безразлично скинул рюкзак с плеча

– Я пришла сюда, чтобы помочь тебе.

– Здесь опасно. Давай я вызову тебе такси и езжай домой от греха подальше.

– Нет, я не уйду, пока ты не пообещаешь, что пойдёшь на занятия.

– Ну ну.

– У тебя что-то случилось, Джехён?

– Нет, всё хорошо. – он устало опустил голову

– Не хочу совать свой нос в твою жизнь, может для тебя это больная тема. Но ты понимаешь, что на следующий год тебе сдавать экзамены? Из-за твоих прогулов тебя могут исключить. Я хочу тебе помочь.

– Я не хочу никого впутывать в свои проблемы....тем более тебя. Тебе не следовало рисковать собой ради меня. Звучит пафосно и жалобно, самому противно, но это правда.

– Я сама так решила!

Джехён усмехнулся и пошёл к воротам, но сделав несколько шагов, он остановился и обессилено вздохнул, сложив руки в замок на затылке.

– Упрямая. – это было единственное слово, которое произнёс парень, распахнув ворота

– Ты тоже! – крикнула ему вслед Мирэ и начала озираться по сторонам

– У меня нет другого выхода... – приговаривал он, выгоняя мотоцикл, – Садись, отвезу тебя домой.

– Тебе ведь ещё нет восемнадцати?! А вдруг тебя кто-нибудь поймает? Полицейские, например.

– В этот район не заглядывают даже собаки бродячие, а ты хочешь, чтобы полицейские тратили время на местных....Им пофиг, хоть на тракторе выезжай.

– Я боюсь.

– Не бойся, никто тебя не поймает....

– Нет, я боюсь кататься на мотоцикле....точнее упасть с него. – она отошла на пару шагов

– Не бойся, я этом деле шарю. – Джехён протянул руку, сидя на мотоцикле, но Мирэ сделала ещё один шаг назад

– Всё будет хорошо. Иди сюда. – Джехён слез и подошёл к ней. Он аккуратно взял Мирэ за руку и подтянул к себе, усаживая её на мотоцикл. Он надел на неё свой шлем и улыбнулся с того, как мило она выглядит в нём. Мирэ посмотрела на него и улыбнулась в ответ, от чего оба были смущены. Внутри стало разливаться тепло. Медленное, тягучее, но очень сладкое. Она решила довериться ему. Впервые в жизни довериться кому-то.

– Держись. – Мирэ схватила его за края куртки и зажмурила глаза, крепко сжав кулаки

– Нееет, погоди, так не пойдёт. Обними меня.

– Что? – Мирэ растерянно убрала руки

– Так я буду уверен, что ты в безопасности.
– Мирэ осторожно обвила руками крепкий торс парня. Кровь хлынула к щекам.

– Так?

– Да. Крепко держишься?

– Да. – Джехён улыбнулся, чувствуя прерывистое дыхание девушки и двинулся в путь по ночному Сеулу

        Парень ехал не торопясь и не прибавлял скорость, стараясь не напугать девушку. Но Мирэ уже было не страшно и она наслаждалась потоком ветра, который развивал её выбивающиеся из под шлема волосы, улыбалась и крепко держалась за Джехёна, будто боялась его потерять.
Все дороги были пусты, как на заказ. Мимо мелькали ночные огни города, высокие здания, со светом в окнах, в которых мелькали люди, яркие вывески магазинов, влюблённые пары, ночью была особая атмосфера. Она выглядит иначе. Ночь придаёт блеск звёздам, а время будто останавливается и идут только часы. Джехён чуть поддался назад, заставляя Мирэ сильнее прижаться к нему. Это был очень трогательный момент. Ещё полчаса назад они был просто одноклассниками, но сейчас они будто за мгновение стали ближе. И ощутили это оба. Впервые за долгое время молодые люди почувствовали себя живыми...рядом друг с другом.
        Когда он довёз её до дома, было уже начало десятого. Родители даже и не думали отчитывать Мирэ, это было видно по их лицам, которые прилипли к окну на втором этаже, из-за чуть чуть приоткрытой шторы, увидев дочь с парнем. Мирэ как-то не подумала о том, как будет объяснять это, но сейчас её голова была забита совсем другим.

– Родители не будут ругаться?

– Не думаю. – они улыбнулись друг другу, – Ну так что, завтра ты будешь в школе? – улыбка медленно исчезла с его лица

– Больше не гуляй одна, Мирэ. На улицах много всяких придурков. – Джехён развернулся и быстрым шагом направился к мотоциклу. Он уехал. А Мирэ осталась смотреть ему вслед. Она вдруг почувствовала как внутри что-то рухнуло. Будто её жестоко обманули. С одной стороны он ей ничего не обещал, но с другой подпустил к себе очень близко и уехал даже не попрощавшись.

– Доченька, кто был этот мальчик? – лукаво спросила мама, спускаясь с лестницы, как только Мирэ вошла в двери дома. Она не хотела расстраивать родителей, поэтому улыбнулась

– Одноклассник, мамуль. Меня попросили помочь ему с учёбой, за это он отвёз меня домой.

– Надо было пригласить его на чай.

– Он спешил. – Мирэ грустно вспомнила об этом

– Ладно, не расстраивайся, идём ужинать. – от проницательного взгляда мамы не скрылась даже печаль Мирэ

На часах уже было далеко за полночь. После вкусного ужина и разговоров с родителями, Мирэ поднялась к себе в комнату и сделала уроки, параллельно ведя диалог с Чэрин по видеосвязи. Когда пришло время ложиться, сон, к сожалению, никак не приходил и она просто лежала на кровати, уставившись в потолок. Так прошёл час, два....
«Тем более тебя» всю ночь эти слова отголосками звучали в голове Мирэ. Она не могла уснуть. Образ парня четко отпечатался в её голове и все попытки переключить мысли на что-то другое оказались тщетны. Под гнётом собственных мыслей под утро она начала проваливаться в сон.
В школе она была ватная и пропускала мимо ушей всё, что говорила Чэрин. Она снова посмотрела назад, парта была пуста. Она перестала на что-то надеяться и перевела свои думки на учёбу.

«Звонок на урок»

– Здравствуйте. Присаживайтесь. – учитель Го открыл журнал и хотел провести перекличку, как вдруг раздался стук в дверь

– Да да, входите.

– Здравствуйте, извините за опоздание, можно войти....