Новая жизнь? Nekoglai

Pov. Коля

Я с силой ударил по рулю машины, осознанно понимая, что сейчас будет больно от этого. Да, я хотел этой боли, потому что только она смогла бы заглушить всё то, что я чувствую сейчас. Руку начало ломить от удара, но это было мелочью по сравнению с тем, что было внутри у меня. Всего лишь несколько минут назад я смешал с грязью все чувства своей девушки и сказал ей не лезть ко мне. Такое мог сказать только настоящий отморозок, в принципе, кем я и являюсь. Алиса всего лишь захотела этой чертовой правды, а я послал ее далеко и подальше. Я видел, как в ее глазах потух огонек и как она опустила руки. Она же ведь ещё что-то сказала про мою маму... Но это уже я выясню потом. Сейчас мне нужно разобраться с этой гребаной правдой!

Руки чесались просто невозможно, и хотелось выплеснуть всю свою злость на кого угодно, но тут я вспомнил что сегодня суббота и тут же набрал Ване.

– Вань, сегодня я ещё смогу приехать? – без приветствия спросил я, заводя мотор машины.

– Да, не вопрос, а ты чего весь на взводе? – услышал я ответ от него.

– Без лишних вопросов, я просто приеду и заберу свои деньги, – бросил я ему и рванул от дома девушки.

Алиса. Боже, если бы ты знала, что я держу внутри себя, ты бы давно сбежала от меня. Именно поэтому я и не рассказываю тебе ничего - я боюсь тебя потерять.

Парадокс, не правда ли? Ничего ей не говорить, но при этом терять ее все больше и больше. Я правда не хотел говорить ей такие гадости, но с моими нервами, увы, не все в порядке, так что я вылил на нее всю грязь, которую только можно.

Сейчас я ехал на бои, где хотел спустить весь свой пыл и получить так необходимые мне деньги. Мне всегда было очень жаль тех ребят, которые сильно страдали от моих или чьих-либо кулаков, но я не мог уйти оттуда.

Повторюсь - мне были очень нужны деньги. Деньги, которые мне нужно было завтра отдать ему, чтобы он не доставал мою семью. Чтобы он не прикасался к матери и к моему брату. Урод. Ненавижу его.

***

Прошел день, два, а Алиса так и не объявилась. Я ночевал и дневал рядом с ее домом, но не наблюдал никаких признаков жизни. Будто они все разом куда-то исчезли. Девушка не брала телефон, не отвечала на сообщения и даже сама мне не писала. Аня категорически отказывалась говорить мне, где она, но я попросил Ваню помочь мне как-нибудь в этом деле.

Сейчас я сидел в машине рядом с домом Алисы и ждал какого-либо продвижения. Кофе был совершенно не вкусным, а погода на улице мрачной как никогда. Тут у меня зазвонил телефон, и я без промедления взял трубку в надежде услышать хоть что-то воодушевляющее.

– Алло? – ответил я Ване, надеясь на хорошие новости.

– Короче, я все узнал, – быстро выпалил он. – Ты даже не представляешь, чего мне это стоило.

– Пожалуйста, давай ближе к делу. Я понял уже, что должен тебе.

– Хорошо, Алиса в Калининграде, – ответил он мне.

– Чего? Где? – не сразу сообразил я.

– В Калининграде, у нее там, вроде, сестра, – продолжил друг. – В общем, она уехала туда со всей семьёй на каникулы и вернётся только к учебе.

– Но почему она мне ничего не сказала?

– Потому что ты урод, Лебедев! – услышал я отдаленный Анин крик. – Она сбежала от тебя, потому что ей надоело биться головой об стену. Даже не пытайся звонить ей и писать.

– Какого хрена?! – взорвался я, снова ударив по рублю. – Почему она ничего не сказала?

– А кому ей нужно было говорить? – уже четче услышал я голос Ани. Видимо, она забрала телефон у друга. – Человеку, который сначала говорит, что любит ее, а потом, на следующий же день, просит отстать от него? Или человеку, который даже немного не может рассказать о себе?! Коля, Алиса не та девушка, которой будет достаточно твоих подарков, внимания и всех остальных прилагающихся удовольствий. Ей нужно доверие. Подумай об этом.

После этих слов я услышал гудки в трубке, которые свидетельствовали о том, что разговор для меня закончен и больше Аня не скажет ничего. Я бросил телефон на соседнее сиденье и запустил свою руку в волосы, больно потянув их, надеясь на то, что эта боль вернёт мне трезвость в мыслях. Мысли кружились в голове, и от этого становилось невыносимо тяжело сосредоточиться на чем-то одном. А ведь и правда, я сказал Алисе, что люблю, и на следующий же день поругался с ней.

Я закрыл глаза, вспоминая, какой счастливой она была тогда. Ее глаза, огонь, который горел в них, губы, на которых играла невероятная улыбка, и локоны, к которым хотелось прикасаться все больше и больше. Хотелось уткнуться носом в ее темные волосы и глубоко вдыхать их запах: цветов и фруктов - чтобы раствориться в ней. Ее губы сводили меня с ума, и я до сих пор не верю, что никто до меня никогда не дарил ей столько удовольствия. Она таяла в моих руках той ночью, а я готов был подарить ей что угодно, чтобы видеть ее потемневшие горящие желанием глаза и как она доверилась мне. Почти доверилась. Боже, когда я стал таким сопливым?

Все из-за нее. Она делает меня другим. Она позволяет мне чувствовать то, что раньше было мне чуждым и диким. Я никогда никого не любил, кроме матери, конечно. И еще Сашки. Но я никогда не говорил им об этом, по крайней мере, я не помню этого. Для них я готов сделать, что угодно, что только в моих силах. И для нее я тоже должен сделать все. Я должен сказать правду, но черт... Это так сложно. О ней знает только Ваня и то потому, что он прошел со мной огонь и воду с самого детства. Он точно меня не кинет, никогда. А вот если я скажу это Алисе, то боюсь, что она не примет это и убежит.

Черт, это правда очень сложно!

***

– Кооль, – протянула девушка, еле держась на ногах. – Я знаю, что ты не бросишь меня здесь одну.

– Чего тебе надо, Кузнецова? – сухо бросил я ей, выходя из бара, где мы всей нашей дружной компанией решили собраться и отдохнуть.

Была уже пятница, а от Алисы не было ни слуху ни духу, а Аня все так же отказывалась мне что-либо говорить. Я запасся терпением и стал ждать девушку, чтобы поговорить с ней и рассказать все, что так долго держал в себе столько лет. Ребята позвали меня немного развеяться и отдохнуть, потому что в последнее время я постоянно был на взводе из-за сложившейся ситуации. Ваня сказал, что будет только он и, может быть, потом подтянется Аня, но в итоге пришло много людей, в том числе была и Кузнецова. Даже Макс пришел, который о наших сборах узнавал только по сообщениям, ведь он уже давно не учился с нами. Я уже высказал свое недовольство другу, но он лишь пожал плечами, мол, он ничего не знает об их приходе. Я немного посидел с ними, но чем больше они начинали выпивать, тем быстрее мне хотелось свалить оттуда.

Я наконец-то вышел из этого задымленного и пропахшего алкоголем помещения, чтобы поехать домой.

– Отвези меня, – произнесла девушка, сложив руки в мольбе.

Я посмотрел на нее и ухмыльнулся. Она была в очень короткой юбке, сапогах и куртке несмотря на то, что на улице уже был ноябрь, и погода совершенно не радовала теплом. Если бы так на улицу вышла Алиса, то я бы затащил ее обратно домой и заставил надеть что-то более подходящее по сезону. Например, спальный мешок, чтобы ей было тепло и чтобы на нее никто не смотрел. Я еще раз взглянул на Таню и удивился, как раньше мог быть с ней. В ней не было ничего, что могло бы зацепить или задержать на ней взгляд, кроме, груди большого размера, и то сейчас меня это начинало почему-то раздражать. Макияж был ярким и броским, а поведение вызывающим и грубым. Алиса же была полной противоположностью: нежная и милая, естественная и хрупкая.

Боже, как же я по ней скучаю.

– Так ты подкинешь меня или нет? – снова спросила она меня, потирая свои ладони, чтобы согреться.

Я бы с удовольствием отказался, потому что не хочу видеть совершенно никого рядом с собой, кроме Алисы, и не вдыхать ни чей другой аромат, кроме ее. Но если я не сделаю это, то Таня замерзнет тут и окоченеет напрочь.

– Только быстро, – ответил я ей и заметил, как она хитро улыбнулась, пока я открывал ей дверцу, чтобы она спокойно села.

Ее терпкие и противные духи тут же ударили в нос, и я уж пожалел, что буду чувствовать этот запах всю дорогу.

– Как скажешь, сладкий, – протянула она, а меня чуть не вырвало.

– Держи себя в руках, Кузнецова, –грубо ответил ей я и рванул с места, пытаясь как можно быстрее избавиться от нее.

– Раньше ты говорил иначе, – начала она, а я уже закатил глаза, не желая слушать ее пьяные бредни. – Раньше мы были ближе, чем сейчас. Раньше ты целовал меня, и мы вместе проводили время. А сейчас появилась эта... Алисочка, и всё поменялось.

– Ты заткнешься когда-нибудь или нет? – зло спросил я ее, уже захотев выкинуть ее из машины. – Если ты не замолчишь, то тут же окажешься на улице, понятно?

Девушка моментально надула губы и отвернулась от меня к окну так же, как и я отвернулся от нее, максимально стараясь не натыкаться на нее взглядом. Я крепко сжимал руками руль, пытаясь сосредоточиться на дороге. Меня воротило от аромата ее духов, от ее присутствия рядом со мной и от одной мысли о том, что нас мог кто-то увидеть и рассказать об этом Алисе. Она же как обычно все неправильно поймет. Я все же мельком посмотрел на Таню и увидел, что она уснула. Прекрасно, хоть до ее дома я побуду в тишине и в расслабленном состоянии. Я начал думать, как я уговорю Алису пойти со мной и обсудить все, как преподнесу ей всю правду в более мягком варианте, чтобы она не убежала от меня сию минуту. Голова кружилась от роя мыслей, не давая нормально сконцентрироваться на самых важных вопросах. Я не заметил, как подъехал к дому Тани, и глубоко вдохнул, чтобы собраться с силами и разбудить эту девушку.

– Эй, просыпайся, – громко сказал я ей, но она лишь что-то невнятно пробубнила и отвернулась от меня.

Прекрасно. Я что, нянька ей? Я подвинулся к ней чуть ближе, чтобы дотронуться до нее.

– Вставай давай, мне нужно ехать, – еще громче произнес я, наклоняясь к ней и тряся за плечо.

Слава богу, это подействовало, и она тут же открыла глаза. Я был слишком близко к ней, и она моментально успела вцепиться в меня своими руками.

– Что ты творишь?! – крикнул я ей, пытаясь скинуть ее руки со своих плеч. – Кузнецова отпусти меня!

– Ну подожди, куда ты бежишь от меня, – прошептала она, а от запаха перегара, исходящего от нее, мне стало противно. Алиса никогда бы не позволила себе так выглядеть и вести себя таким образом. – Помнишь, как нам было хорошо? Помнишь, как мы проводили ночи? Все же было прекрасно! Пошли ко мне, повторим это.

– Ты откуда упала?! – взорвался я и все же смог убрать ее руки с себя, крепко их держа в области своего зрения. – Ты забыла что ли, что у меня девушка есть? На хер ты мне нужна!

– Раньше тебя никогда не останавливало наличие нескольких девушек сразу, – промурлыкала она, пододвигаясь ко мне еще ближе. – Что же поменялось сейчас?

– Я поменялся, Кузнецова, – сухо бросил я ей, не собираясь дальше с ней разговаривать. – А теперь выметайся отсюда.

– Да почему ты такой стал?! – тоже взорвалась она в ответ, вырывая свои руки из моих. – Все эта сучка Алиса, которая испортила тебя! Как раньше было хорошо - никаких обязательств, охереный секс по ночам, совместное время на вечеринках, а сейчас появилась она, и все поменялось! Ты стал проводить время только с ней, забыл о своих друзьях и обо мне. Эта шлюшка и правда охренела, раз решила, что имеет право так поступать с тобой.

– Еще раз ты назовешь ее шлюхой или сукой, – прошипел я, понимая, что меня трясет только от одних таких слов в сторону моей девушки. – То я за себя не ручаюсь.

– Что же ты сделаешь? – ухмыльнулась Таня и придвинулась еще ближе ко мне. – Неужели ударишь меня? О, так ты не забывай, что мы оба любили жестче.

И после своих слов ее губы накрыли мои, а руки крепко обхватили мои плечи, не позволяя мне вырваться из ее цепких объятий. Ее губы были холодными и жесткими, и Танин язык пытался протиснуться ко мне в рот.
Первые секунды я совершенно не понимал, что произошло и вел себя, словно кукла в руках умелого кукловода, но потом я понял, что передо мной точно не Алиса, и тут же начал отстраняться от Тани. Эта змея крепко держала меня, надеясь на продолжение, но я точно был уверен, что мне этого не нужно. Я резко отодвинул ее от себя и как можно быстрее вышел из машины.

– Выметайся! – крикнул я ей, открывая дверцу авто с ее стороны.

– Ну что ты какой, – прохныкала она, лениво выходя из машины. – Я уверена, что тебе понравилось. Неужели эта Алисочка целуется лучше, чем я? А может она еще и ми...

– Твою мать, ты заткнешься уже или нет?! – заорал я на нее на всю улицу, ударив ладонью по машине, наплевав на то, что на ней может остаться след. -Ты достала меня! Сколько раз тебе сказать, что ты мне на хер не нужна, а? Ты мне противна, не попадайся мне на глаза! И если я узнаю или услышу, что ты как-то нелестно отзываешься о моей девушке, то не говори потом, что я тебя не предупреждал.

После моих слов наступила тишина, а глаза девушки забегали по моему лицу, словно ища какую-либо зацепку, которая скажет ей о том, что я сейчас блефую и стоит ей снова начать меня целовать, то я тут же сдамся. Но такого она не могла найти - сейчас я был честен с ней как никогда. Прежнего меня уже нет.

– Что ж, – произнесла она слишком уверенным голос. – Посмотрим, что из этого выйдет. Но помни одну вещь - я знаю тебя, как никто другой, и когда эта Алисочка  кинет тебя, испугавшись тебя настоящего, я готова буду принять тебя обратно.

С этими словами она гордо ушла от меня, а я снова погрузился в мысли, которые были еще хуже прежних. Ее слова почему-то прочно засели у меня в голове, пустив росток новым сомнениям. Таня была права - Алиса испугается меня настоящего. Ну, или я разрушу ее. Либо мы будем вместе и она будет ломаться все больше и больше, либо она сама уйдет от меня. И как бы я не хотел быть с ней, мне придется отпустить ее.

Я расскажу ей все и позволю уйти. Так будет лучше для нас обоих.
___________________________________________

Ещё 7 глав и конец...