Глава 1 - Призрачный век
Прошло пятьсот лет.
Мир, который когда-то был знаком Насте, исчез, оставив после себя выжженную оболочку памяти. Люди больше не умирали так, как раньше. Болезни уступили место технологиям, старость — модификациям. Но не это было страшно. Страшно было то, что новорождённые больше не кричали.
Их глаза были пустыми.
Душа — исчезнувшая формальность. Жизнь — не больше чем биологический процесс, лишённый смысла. Никто не знал, когда это началось. Но Настя знала.
Это началось тогда, когда она победила Смерть.
Сидя на краю обрыва, где когда-то стоял город, стёртый временем, Настя смотрела в пустоту. В её взгляде была вечность. За спиной — пять веков боли, одиночества и бессонных ночей. Мир сменил эпоху, но не она. Её кожа оставалась безупречно юной, как и в тот день, когда она впервые приняла силу Смерти.
— Ты всё ещё ждёшь его? — раздался голос.
Настя не обернулась. Это был призрак. Лишь тень прошлого. Иногда он приходил, чтобы напомнить ей: она всё ещё человек.
— Он больше не вернётся, — сказала она. — Я знаю это.
Призрак Кирилла подошёл ближе. Его руки — иллюзия. Его улыбка — рана.
— Тогда зачем ты продолжаешь жить?
Настя не знала ответа.
Её бессмертие больше не казалось чудом. Оно стало клеткой, и ключ от неё давно выбросили. Люди преклонялись перед ней как перед богиней. Учёные пытались извлечь из неё секрет вечной жизни. Но никто не знал, что она каждый день мечтает умереть. По-настоящему.
Настя встала. Ветер трепал её волосы, время шло сквозь неё, не трогая ни одного органа, ни одной клетки.
Она направилась вглубь разрушенного храма, когда услышала знакомый хруст под ногами — череп. Человеческий. Здесь раньше хоронили души.
Теперь тут было пусто.
Смерть ушла из этого мира.
И тогда — впервые за 500 лет — она почувствовала что-то новое. Не тревогу. Не страх. Это было предчувствие.
В ночи, среди руин, зажёгся одинокий огонёк. В воздухе повис шёпот. Он был словно эхо других миров, чужих реальностей, где ещё была Смерть. Где ещё была жизнь.
— Анастасия...
Это был не Кирилл. Это был кто-то другой. Глубже. Древнее. Забытое.
Смерть приходила снова.
...Голос не был голосом — он был всем. Он прошёлся сквозь ткани реальности, пробежался по позвоночнику Насти, сжал сердце стальными кольцами.
Она оглянулась.
В воздухе колебалась фигура. Высокая, одетая в чёрное, с лицом, лишённым черт. Оно не было лицом — просто пустота, как след от вырезанного куска реальности. Из неё исходил мрак — не мрак зла, нет, — мрак Истины.
Смерть. Но не та, что стала частью Насти.
Это была другая Смерть.
— Ты долго не вмешивалась, Анастасия Киричук, — произнесла она. — Но ты ведь чувствуешь, не так ли? Баланс сломлен. И ты — его причина.
Настя шагнула назад. Пустота заколебалась под её ногами.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты спасла жизнь. Ты уничтожила смерть. Ты забрала меня. — Голос звучал спокойно, но за каждым словом стояло безвременье. — А теперь рождаются пустые. Младенцы без душ. Умирающие без перехода. Миллионы застряли. Мир между мирами переполнен.
Настя почувствовала, как её тело вздрагивает. Она не плакала веками. Но сейчас, впервые, по щеке скатилась слеза.
— Я просто хотела спасти его. Я хотела, чтобы он жил... хоть кто-то из нас...
Смерть приблизилась. Пелена между мирами задрожала.
— Ты отдала миру жизнь. А теперь верни мне смерть.
Настя сделала шаг вперёд.
— Кирилл... он... где он?
— Он между. Ни здесь, ни там. И только ты можешь найти его. Но путь туда лежит через Ад Пустых, Анастасия. Мир, где души забыли, что они души. Где боги мертвы. Где надежда — это преступление.
Настя медленно кивнула. Пальцы дрожали. Сердце билось, как в последний раз.
— Я пойду. Я спущусь в это место. Даже если я останусь там навсегда. Я найду его.
Смерть не ответила.
Но она раскрыла перед Настей путь.
Чёрный, будто ткань самого времени, разверзся тоннель в ничто. И в нём пульсировали тысячи голосов. Плач младенцев. Крики заблудших. Шепот ушедших.
А за её спиной снова прозвучал призрачный голос Кирилла:
— Если ты спустишься туда — назад не будет...
Настя шагнула вперёд. Мир, в который ступила Настя, не имел формы.
Он не имел времени.
Он не имел даже цвета — только иное восприятие, будто сама реальность была выброшена в кислоту и оставлена гнить.
Под ногами — не земля, а шевелящаяся плоть, будто собранная из душ. Она пульсировала, содрогалась под её весом, издавая глухие всхлипы, похожие на то, как плачут мёртвые младенцы.
Из тьмы на краю поля зрения выныривали лицевины — не лица, не черепа, а искажённые эмоции. Настя шла мимо страха, который смотрел, как ребёнок тонет в кипящем молоке; мимо боли, что вытекала из глаз; мимо безмолвия, которое кричало, не издавая звука.
Каждый шаг вглубь сопровождался голосами. Они шептали ей:
— Ты не должна была выжить.
— Ты украла жизнь.
— Ты — смерть, притворившаяся человеком.
— Верни его... или прими его участь.
Настя сжала кулаки. Руки тряслись, но она шла.
Где-то впереди — его душа. Кирилл.
Но путь становился всё безумнее.
⸻
Она прошла через поле забытых мёртвых — тысячи тел, подвешенных за позвоночники, медленно вращающиеся в тишине. Их глаза следили за ней. Один из них шепнул:
— Я был врачом. Мне не дали умереть. Я здесь уже сто лет... Ты виновата...
Затем она подошла к реке крови, через которую нельзя было переправиться вплавь. Берега кишели созданиями — безликими, но узнаваемыми: они носили фрагменты лиц тех, кого Настя знала при жизни.
Один из них носил её собственную улыбку.
Он закричал:
— ТЫ УБИЛА СМЕРТЬ. ТЫ СОЗДАЛА ЭТО!
— НАСТЯ, СДЕЛАЙ ПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР!
Настя схватила лезвие, выросшее из воздуха, и разрезала себе ладонь — капля крови упала в реку, и мост сложился сам из её боли. Она шла по нему, а каждый шаг ожигал.
⸻
И когда наконец появилась первая башня Пустых, она увидела над ней небо. Но оно не было небом. Это был череп, гигантский, треснувший, с глазницами, в которых горели тысячи взглядов умерших детей.
На его лбу было написано:
«СЛИШКОМ ПОЗДНО. ОН ТУТ.»
Настя, дрожащая, сделала последний шаг.
И в этот миг... она услышала смех.
Не злой.
Безумный.
Из стены вылезла фигура, похожая на Кирилла, но не он. Искривлённая, сломанная, с глазами, что смотрели сквозь. Он шептал:
— Ты спустилась за мной?
— А если я уже не я?..
Настя открыла рот, но сзади послышался треск костей.
Смерть наблюдала.
— Началось, — произнесла она. — Теперь ты увидишь, что значит спасти того, кто был предназначен для другого конца...