Часть 4
С того момента его голос всюду меня преследовал...Наваждение какое-то, думала я. Идя по шумному школьному коридору, я могла расслышать сквозь гомон и топот его бархатистый тембр и даже негромкий смех... Что это??? Этим вопросом я задавалась наедине с самой собой, никто даже не подозревал о моем состоянии.
Если вы влюблялись, будучи школьниками, то наверняка помните, как радостно идти на уроки, если там ОН!) В школу я летела на крылья!!! Сразу входя в вестибюль, бросала взгляд на крючок в раздевалке. Если его куртка не висела, уныло плелась на урок и весь день тянулся нудно и долго... Если же видела знакомый желтый рукав, выглядывающий из-за остальных, никого не было счастливее меня....Однако, встречаясь в школьном коридоре, я отводила глаза и готова была провалиться сквозь землю.
С каждым днем я все острее понимала, что мне интересно узнавать его: что он за человек и чем живет. Собирать информацию было непросто. Мало кого интересовала его персона. Подружка как-то высказалась в его адрес: «Какой-то он мутный... На дискотеки не ходит, на уроках не бесится вместе со всеми, сидит себе, чиркает чего-то в тетрадке...»
Но кое-что я все же узнала. Его семья переехала из Украины. Их перетянули родственники, пообещавшие работу и счастливую жизнь. Они купили домик в соседнем поселке, в 4 км от нас, маленьком и ничем не примечательном. Там не было даже школы. Детей оттуда каждый день привозил и увозил школьный автобус. Работать было негде, жить пришлось на деньги, вырученные за продажу имущества на Украине, жили они небогато. Платон одевался в джинсы не по размеру, дешевенький свитерок и старые кроссовки... Но все чистое и выглаженное.
Очень хорошо запомнила один момент, связанный с одеждой. Шли выпускные экзамены в 9 классе. Мы сдавали изложение по русскому языку. Все толпились в коридоре в томительном ожидании начала экзамена. Девчонки оживленно щебетали, а мальчишки бесились, впрочем, как обычно. И тут подъезжает автобус с учениками. Из него выходит Платон... Мне кажется, все взгляды в тот момент были прикованы к нему одному. Ну а я, уже влюбившаяся а тот момент окончательно и бесповоротно, просто опешила от неожиданности... Не знаю, откуда у его родителей нашлись деньги, но на нем были строгий костюм с белоснежной рубашкой. Ничего особенного, конечно, но дело не в том, ЧТО было надето, а КАК это все на нем сидело...
И вот что с людьми одежда делает: вскоре я стала свидетельницей разговора одноклассниц, где с удивлением услышала, что он не скелет, как они говорили раньше, а подтянутый, не каланча, а высокий. « И шрам у него очень симпатичный, он мужественный такой»...- мечтательно заметила Светка. Тогда я не придала значения ее тону.
Любила я безответно. Точнее, я и не искала взаимности. Я упивалась чувством, захлестнувшим меня... Ни переживаний, ни слез, ни страданий, только безграничное чувство счастья! Как будто я стояла на пороге таинственного взрослого мира и зная, что мне не составит труда войти в этот мир, не спешила прощаться с детством и с первыми чувствами ... Никогда больше я не испытывала ничего подобного.
Мне не хотелось ничего сверхъестественного. Только видеть его, пусть издалека, слышать его голос и знать, что он здоров и счастлив... Но чувства требовали выхода и тогда я стала писать стихи...
Люблю так долго, то боюсь,
Уж не сошла ли я с ума?..
Девятый месяц в сердце грусть,
Девятый месяц жду тебя.
Любовь я как дитя носила.
Но не под сердцем - в нем самом.
Скажи же мне, какая сила
В чудесном голосе твоем?..
И девять месяцев в томленьи,
Чем кончится мной данный срок?
Произойдет любви рожденье
Иль буду слезы лить в платок?..
Я не замечала ничего и никого вокруг себя ( этакий влюбленный пингвин), пока на выпускном Светка не шепнула мне доверчиво: «А знаешь, я с девчонками поспорила, что охмурю Тошу за летние каникулы...»