Новая жизнь

Что такое страх? Это адреналин, текущий по венам. Это мерзкое существо, сковывающее тебя в свои цепи. Страх движет людьми во многих дерьмовых поступках. Страх — это то, что люди предпочитают скрыть от постороннего взгляда. Страх - последнее, что я запомнила перед тем, как отключиться. Я чувствовала его каждой клеточкой своего тела. Я чувствовала свой страх и страх тех ублюдков, что толкнули меня на дорогу. Он парализовывает, не позволяет даже слово вымолвить. Он обступает тебя со всех сторон, не позволяя проанализировать ситуацию. Я боялась, что это мой последний день. Боялась, что больше не увижу свою семью и не узнаю засранца, лишившего меня этой семьи. Но у судьбы на меня свои планы, раз я ещё могу дышать.

Ко мне в палату заходит незнакомая молодая женщина со светлыми волосами, собранными в ракушку. Темно-зеленый брючный костюм идеально подчеркивает её фигуру, строгие черты лица внушают страх. Но увидев меня, её полные губы из плотной линии превратились в ласковую улыбку, а глаза засветились теплом и нежностью. Именно зелень её глаз, блестящая в лучах солнца, практически кричит, что внушаемый страх лишь напускное безумство.

Она садится на стул около кровати и берет меня за руку. Не говорит ни слова, изучая меня. Вблизи её глаза оказались не просто зелеными, а такими же хамелеонами, как и мои. Вкрапления серого и карего выглядят словно мазки неуклюжего художника. Эта женщина удивительно похожа на меня.

Пикающий аппарат рядом с кроватью показывает ритм моего скачущего пульса. Странная незнакомка, очнувшись от сна, встаёт и подходит ближе. Она ласково гладит меня по щеке, стирая выкатившуюся слезу. Даже не знаю почему я плачу.

- Ничего не бойся, милая моя. Я поняла, что ты будешь самой сильной сразу же, как ты родилась. Но тебе пока рано сюда, возвращайся домой, дочь.

Она быстро щёлкает меня по носу, и картинка испаряется, погружая меня в темноту страха. Неужели я всё-таки умерла? Это была моя мама?

Медленно разлепляю веки с тихим стоном. В висках пульсирует, а глаза начинает резать яркий свет. В горле будто кошки нагадили. Хочется пить. Кто-то нежно сжимает мою руку, поднося к моим губам трубочку. Спасительные капли попадают мне в рот. Не успеваю напиться, как трубочка исчезает, а я снова засыпаю.

Сквозь сознание доносятся какие-то голоса, но я не могу разобрать их. Они все слились воедино, вызывая дикую боль. Пытаюсь снова вернуться обратно, но мне не дают. Будто бабочка в стеклянной банке, по которой мне приходится стучать, чтобы попасть домой. Снова страх липкими щупальцами обволакивает меня изнутри.

А как же та женщина? Неужели я действительно увидела маму? Говорят, когда ты умираешь, то видишь свет в конце тоннеля темноты. Но я не видела ничего даже близко похожего. Я вижу лишь бескрайнее море темноты и страха, которое поглощает тебя сразу же, как только ты попытаешься всплыть на поверхность. Сцепив зубы, я пытаюсь вновь и вновь, не позволяя темноте забрать меня. Я не могу сейчас умереть. Не вот так.

И у меня получается. Я снова слышу писк аппарата и запах медикаментов. Чувствую, как кто-то держит меня за руку, не позволяя упасть снова в темноту. Но у этого человека не получается меня удержать на поверхности и я снова падаю.

Знаете это ощущение, когда ты чувствуешь, что лежишь на кровати, и начинаешь резко куда-то падать, просыпаясь от страха в поту? В колледже мы изучали сонный паралич, но я никогда не думала, что почувствую его на себе. От этого каждое падение в темноту ощущается ещё острее. Ещё страшнее. Я не знаю, что со мной. Я не знаю, смогу ли вообще проснуться. Или может, я действительно уже умерла, и моя душа пытается освободиться?

Но я совершенно не хочу умирать. Снова пытаюсь разбить этот купол. Я должна. Я ещё не всё закончила. Отчаяние начинает постепенно наступать на пятки, показывая, что силы на исходе. Последняя попытка. Я обязана всплыть.

Снова слышу писк аппарата. Сознание не позволяет мне прийти в себя. Этот звук начинает сводить меня с ума. Я ощущаю свой пульс где-то в ушах, желающий, чтобы я упала обратно. Но нельзя. Ни за что больше не вернусь туда. Приложив все оставшиеся силы, пытаюсь открыть глаза, но пока не выходит. Получается лишь немного пошевелить рукой, вызывая острую боль где-то в районе локтя. Но меня снова накрывает чья-то тёплая рука, блокируя движения. В глаза снова ударяет резкий свет, а голова начинает кружиться. Снова тихие разговоры. Я слышу голос Марго, что-то рассказывающей.

Воспоминания волной накрывают меня. Вечеринка, сон, буйство гормонов, знахарка, толчок и темнота. Темнота, от которой хотелось кричать во весь голос. Сейчас же всё какое-то серое. Больше нет темноты, лишь серый фон с прыгающими яркими точками. Но, по крайней мере, теперь я понимаю, что не умерла. Судя по писку аппаратов и затекшему телу, я в больнице. Осталось лишь прийти в себя, что у меня с трудом получается.

Веки стали пунцовыми. Я могу лишь приоткрыть их, но уже нет такого яркого света. Я вижу лишь сумрак комнаты, освещенной лишь лунным светом из огромного окна. Прохожу взглядом по палате и понимаю, что мне удалось. Я действительно смогла вернуться обратно. Снова пытаюсь пошевелиться. Онемение по всему телу начинает превращаться в легкие покалывания, что уже не может не радовать. В руке торчит катетер, из-за которого я чувствовала ту боль. Сколько времени я провела без сознания, что все так болит?

- Дюймовочка, в следующий раз возвращай мои игрушки на место по первой же просьбе. Не заставляй меня больше искать тебя, - раздаётся голос из темноты. Замечаю в углу комнаты тень, что надвигается на меня с тихим шорохом.

- Не обещаю, тигрёнок, мне слишком сильно нравятся твои конфетки, - словно со стороны слышу свой голос. Чужой, хриплый и болезненный. - Что произошло?

- Какие-то ослы врезались в тебя сзади, и ты решила, что полететь под фуру будет хорошее решение. Но ты быстро восстановишься. Врачи сказали, что у тебя был разрыв селезёнки и очень большая потеря крови. Селезёнку пришлось удалить, поэтому тебе будет очень больно двигаться первое время. Помимо этого, только сотрясение и ушибы. Так что ещё легко отделалась.

Так, ладно, это действительно не самые плохие расклады.

- Сколько я уже здесь?

- Пара дней. Врачи накачивали тебя снотворным, чтобы организм быстрее восстановился.

Хрипло хмыкаю. Значит вот почему я не могла спокойно очнуться. Благодаря им, пришлось пройти целое путешествие по возвращению в собственное сознание.

- Дюймовочка, поспи ещё. Ночь только наступила, но тебе утром понадобится очень много сил. Твоя Марго сущий дьявол, я её еле выгнал сегодня, чтобы она перестала третировать персонал клиники о твоем состоянии. Я уже жалею, что оповестил её вообще.

Артём усаживается на край кровати и просто смотрит. Но от этой пронзительной, морской стрелы вовсе не хочется прятаться. В нём нет ни капли осуждения, хотя велика вероятность, что его машину уже не восстановить. Наоборот, он словно ласкает свои взглядом, успокаивает и уверяет, что мне хватит сил на то, чтобы встать на ноги. Мы не говорим ни слова, они и не нужны сейчас. За него уже всё сказали его мешки под глазами, отросшая щетина и помятая одежда.

Тысячи маленьких мурашек пробегает по коже, когда он пересаживается в кресло рядом с кроватью и берет меня за руку. Не знаю, что происходило пока я спала, но ему точно неплохо досталось. Свободной рукой кладу его голову рядом, поглаживая каштановую шевелюру. Не знаю, что ждать от следующего дня, но сейчас мне хорошо и тепло, даже сквозь боль в каждой мышце, пока он рядом. Мы не так долго знакомы и совершенно не знаем друг друга. Но именно сейчас и именно с ним мне хорошо. Всё уходит на второй план, позволяя немного расслабиться. Я точно знаю, что ничего больше не произойдет пока он рядом.

Удивительно, что он нашел Марго и даже вынес все её экзекуции. Всякий раз, когда я болела, она превращалась в курицу наседку. Я люблю её, но даже меня она порой утомляла. А тут, моя первая авария и сразу с травмами. Я и в правду могла умереть от потери крови. Мне страшно представить в какую фурию Марго превратилась в этот момент. Даже у Алексея не всегда хватало сил, чтобы остановить эту лавину. А Артём всё это выдержал. Так что этот мужчина определенно хорош в своей выдержке, раз ещё находится здесь и даже смог её выгнать отсюда. Это шокирует и одновременно восхищает.

Благодаря тому, что Марго никто не мог остановить, я очень долгое время не понимала себя и своих возможностей. Когда меня только привезли из детдома, где меня рекомендовали, как умного и талантливого ребенка, Марго с самого начала навешала на меня ярлыки своих ожиданий. Нет, я не виню её. И сейчас даже понимаю причины её поведения, но тогда это казалось чем-то катастрофическим. Взрослому человеку бывает достаточно тяжело оправдывать чьи-то мысли, а ребёнку так и подавно. Хоть Алексей и пытался тормозить её пыл, но как можно остановить женщину, которая всю жизнь мечтала о дочери? Женщину, которая не может иметь своих детей? Она и так была лишена возможности воспитывать карапуза, вот и отыгрывалась на мне по-своему. Они могли взять кого-то другого из дома малютки, но не смогли пройти мимо девочки, буквально упавшей им под колёса.

В тот вечер они приехали смотреть на мою соседку по комнате - Иру. Но вновь благодаря тем самым чужим ожиданиям по отношению к ребенку, сверстники меня люто ненавидели. Ребята гоняли меня по всему двору, поочерёдно кидая в меня мячи. А баскетбольные мячи бьют очень больно, смею заметить. Один из них как раз попал мне в голову. Я потеряла равновесие и рухнула прямо на дорогу. Ещё бы немного и меня бы задавила одна из коллекционных конфеток Алексея. Так, Ира осталась за бортом, а оформление опекунства надо мной началось в тот же день.

И вот, я встречаю человека, который в состоянии защитить мой покой. Только вопрос: надо ли оно ему? Потому что я уже ничего не понимаю. Артём мне сразу понравился как мужчина, но при этом я не имею представления о том, какой он человек. Что если я себе все это выдумала? Что если он здесь по просьбе Ромы или Анны? Или у меня просто уже начался ПТСР на фоне всего происходящего?

Тяжело жить, не понимая себя. Очень тяжело. Единственное, что я знаю о себе точно так это то, что мне действительно нравится медицина, куда меня отправили приёмные родители. И нравятся спортивные машины, приносящие адреналин от быстрой и качественной езды. Но что я из себя представляю без этого? Кто я вообще в этой жизни?

Мои мысли прерывает открывающаяся дверь. Стоит только отвлечься от своих утопичных мыслей, как можно заметить, что уже настало утро, а мы всё ещё лежим в той же позе, и я всё ещё поглаживаю голову Артёма. В палату тихо крадётся Марго. Хотя, я даже не удивлена, что она пришла ко мне даже раньше медперсонала с обходом. В этом вся Марго, мне остаётся лишь принять как данность.

Только глянув на то, как я всё ещё поглаживаю волосы Артёма, до сих пор полулежащего в кресле, она лишь широко улыбается. Также тихо проходит к столику и меняет стоящие там цветы на свежие. Только Марго знает, насколько сильно я обожаю диантусы. Всё моё взросление сопровождалось именно этими цветами, потому что она ставила их везде после нашего первого совместного похода в цветочный.

Поменяв цветы, она вновь широко мне улыбается, подмигивает и выходит из комнаты. Я почти уверена, что она снова пошла третировать медперсонал. Теперь, зная, что пошёл уже третий день моего пребывания здесь, мне становится их искренне жаль. Но, к сожалению, в нашей профессии без сумасшедших родственников вообще никуда, поэтому я решила пойти дальше в косметологию.

Следом за упорхнувшей Марго в палату влетает подозрительно довольный Рома, громко стукнув дверью. Настолько громко, что Артём спросонья подскакивает и закрывает меня собой. А вот это уже довольно интересно. Либо у него слишком сильно развиты инстинкты защитника, либо появляется вероятность, что не настолько уж я себя и накрутила.

- О, так вот ты где, помятый засранец. А я уже планировал поисковых собак выпускать, - весело тараторя, Рома занимает кресло, в котором спал Тёма. - А ты, бедовая заноза, в следующий раз постарайся не издеваться так над нашими нервами. Я еле отговорил маму приезжать сюда.

Смерив моего брата раздражённым взглядом, Артём направляется к кофемашине, стоящей в другом углу комнаты. Вот это сервис. Ночью я даже не заметила её. Хотя могла бы не удивляться, что меня поселили не в обычной больнице, зная как Марго любит тратить деньги.

- Ну, так как, заноза, расскажешь, что произошло и как ты попала под фуру?

- Судя по всему, авария не была случайностью. Я помню, что стояла на светофоре, когда сзади в меня на полной скорость влетела другая машина. Поэтому я вылетела на проезжую часть, а после - куда-то в сторону. И тогда ко мне подошли двое. Я не видела ни машины, ни их лиц. Только слышала голоса. Один предлагал меня добить, а второй его остановил словами о том, что хватит сломанной машины. Кстати, раз уж я скоро действительно стану чрезвычайно богата, то смогу себе позволить заменить твою конфетку на целую, - заканчиваю свою речь, понимая, что машина вряд ли теперь подлежит восстановлению.

Артём лишь промолчал, смерив меня взглядом, полным ярости. Казалось, что его синие глаза превратились в кусочки льда, метающие молнии.

Марго, высокая женщина с усталым, но строгим взглядом, вошла в палату, словно вихрь перемен, спасающий меня от этого яростного взгляда. Её появление заставило Тёму и Рому переглянуться.

- Ваше время вышло. Я хочу побыть с дочерью наедине.

Тёма хотел было возразить, но Марго не дала ему и шанса. В её голосе звучал такой авторитет, что спорить было бессмысленно. Рома, чувствуя назревающий конфликт, потянул друга за рукав, понимая, что лучше не обострять ситуацию. Оставшись наедине со мной, Марго присела на край кровати и взяла мою руку в свою. В ее глазах промелькнула нежность, словно маска строгости на мгновение спала.

- Как ты, моя девочка? - прошептала она, сжимая мою ладонь.

- Всё хорошо, если не считать всех затёкших конечностей и грядущих проблем с иммунитетом. Лучше скажи, когда меня смогут выпустить из этого мракобесия?

- Тебе придётся потерпеть это, как ты сказала, мракобесие ещё минимум дня три. Потом я заберу тебя домой и поставлю на ноги, - усмехнувшись, покачала головой Марго

- Ты же понимаешь, что я все равно всё сделаю по-своему?

Видимо, Марго никогда не сможет отпустить свой контроль во всём, а я не смогу снова слепо следовать всем советам. Мы обе стараемся ослабить хватку, но не всегда выходит. В подростковом возрасте мы часто с ней ругались по мелочам. Но сейчас действительно стараемся прийти к компромиссу. Я вижу, как ей тяжело всё это даётся, поэтому ещё больше начинаю ценить её усилия. Особенно, когда мне удалось отправить её отдыхать после короткого разговора.

Теперь остаётся понять почему я здесь и что делать дальше со своей жизнью. Почему врезались именно в меня? И я ли была целью? Вряд ли именно меня хотели добить в той машине. Моя личность никогда не была настолько важной, чтобы организовывать на меня покушение. Я уверена, что это не просто пьяный водитель въехал. Что-то определенно происходит, осталось только понять, что именно. Кому нужна смерть Артёма? Кому он перешёл дорогу и должна ли я вообще об этом знать? Не успеваю даже развить мысли, как в палату входит Артём. На этот раз переодетый и свежий. Ещё бы круги под глазами так легко убирались.

- Я надеюсь, что ты пришёл, чтобы всё объяснить, тигрёнок.

Я подняла глаза на него, пытаясь найти хоть какой-то ответ в его взгляде. Но он был непроницаем, спокоен, как будто все это было обыденностью. А может, для него так и было? Может, он привык к такому повороту событий, к угрозам и опасностям. Но я - нет. Я не привыкла к такому. Единственным моим пристанищем в жизни всегда было лишь спокойствие и тишина.

- Хорошо, тогда прошу покинуть мою обитель до тех пор, пока не будешь готов рассказать, что это было. Я уверена, что искали не меня, и заслуживаю знать правду как минимум, потому что из-за них лишилась органа, - сказала я и отвернулась к окну. Этот несносный мужчина снова промолчал и все-таки вышел из палаты.

Провести остаток дня снова в своих мыслях казалось сущей пыткой. Мне уже даже начинает казаться, что ПТСР всё-таки не обошел меня стороной. Такой мужчина, как Артём, не может доводить себя до такого состояния просто из вежливости или чего-то ещё. Его явно гложет вина. Получается, и здесь я тоже не цель, ради которой он старается. Только я не понимаю почему его хотят наказать и за что. В каком мире он живёт? Слишком много вопросов и ни одного ответа. Расклады пока не прельщают совершенно.

Состояние полной апатии медленно подкрадывается ко мне снова. Я даже не знаю, что меня больше обижает: тот факт, что Артём не хочет со мной поделиться информацией, или, что я ему не интересна.

- Солнышко, ты как? - заверещала Крис, залетая в палату уже вечером.

Крис плюхнулась на кресло рядом с кроватью, сгребла мою руку в свои и принялась рассматривать, словно ювелир бриллиант. Её нахмуренные брови, обычно взлетающие ввысь от неугомонной энергии, сейчас выражали неприкрытую тревогу. Мне пришлось полчаса объяснять ей что меня ждет и насколько сильно эти травмы могут повлиять на мою жизнь. Старалась обходить всю терминологию, потому что Крис начинала каждый раз громко возмущаться от непонимания. К нам даже пару раз заглядывали медсестры, чтобы укоризненно помахать наманикюренными пальчиками.

Мы долго сидели и разговаривали обо всём на свете. Смеялись и плакали. Думаю, этот яркий человечек станет моей подругой. Впервые за долгое время я почувствовала себя не одинокой. До этого я была словно в вакууме, окружённая болью и страхом. Теперь же появился лучик надежды, тёплый огонёк дружбы, который обещал осветить мою жизнь, ведь у меня никогда не было близких подруг. Ни одну из окружавших меня девушек, я не могла полноценно назвать подругой. Женщины сами по себе коварный народ. Всю мою жизнь меня окружали только змеи, пытающиеся отравить своим ядом. Многим не нравилось, что у меня есть мозг и характер, чтобы не молчать, когда они кусают. А кусать они могут больно, в этом я уже успела убедиться, когда одна из них решила увести моего парня.

Когда Крис ушла, я закрыла глаза, представляя нашу будущую дружбу. Прогулки по парку, посиделки в кафе, разговоры до рассвета. Может быть, мы даже будем учиться в одном университете, снимать квартиру. Мечты, такие простые и такие важные. Раньше все мои мечты казались чем-то невыполнимым. Но со временем начинали обретать свои силуэты и формы, что не могло меня не радовать. Главной из них была возможность иметь хорошую подругу рядом. И кто же знал, что с новостями о семье, я смогу получить шанс на дружбу?

-----------

ПТСР-  Тяжёлое психическое состояние, возникающее в результате единичных или повторяющихся событий, оказывающих сверхмощное негативное воздействие на психику индивида. Травматичность события тесно связана с ощущением собственной беспомощности из-за невозможности эффективно действовать в опасной ситуации.