мне нужна лишь ты
— Да где её носит, неужели так сложно ответить на звонок, — недовольно говорила Мози, нахаживая вперёд-назад по квартире.
Светловолосая в очередной раз набирала номер подруги, но в ответ слышала лишь одиночные гудки, которые со временем всё сильнее начинали выводить её из себя.
— Сука! — выкрикнула девушка, снова услышав голос автоответчика.
Когда светловолосая уже собиралась выезжать на поиски и стояла около входной двери, когда раздался звонок. Быстро отыскав телефон в карманах, Алина мгновенно ответила.
— Блять, тебе телефон для чего нужен?
— Боже, прости-прости, я правда не видела… Но я тебе сейчас расскажу то, после чего ты точно не будешь на меня злиться.
— Ну давай, Даш, удиви.
В ответ Алина получила полную тишину, которую вскоре разбавили тихие звуки шагов и наконец-то послышался шёпот.
— Мы поцеловались!
Услышав это, Мози сразу же улыбнулась, причём так сильно, что, казалось, у неё сведёт челюсть. Особо не выжидая, Алина ответила.
— Ахуеть, я просто в шоке, Даш. Ты не обижайся конечно, но я была уверена, что ты не сможешь с ней поговорить… Ну, я рада, очень рада, правда.
— Я сама рада, у меня сейчас бабочки в животе, но всё равно как-то это всё неправильно что-ли…
— Так, даже не думай об этом! Приедешь домой, поговорим.
— Слушай, тут такое дело, я сегодня не приеду.
— Ладно, я не удивлена… Стой, а ты че шёпотом разговариваешь?
— Я просто стесняюсь, не хочу, чтобы она услышала… — с покрасневшими от смущения щёчками, продолжала говорить Каплан.
Девушки ещё немного поговорили, хотя это был скорее волнительный монолог сероглазой. От переполняющей радости и смущения говорила она крайне быстро, поэтому разобрать слова было не просто. Получив слова поддержки от подруги, Даша быстро сбросила трубку. Всё это время она стояла в ванной, наматывая круги. Сотни мыслей крутились у неё в голове, она не могла перестать думать обо всём, что произошло. События недавнего прошлого просто не укладывались в голове, ей было сложно всё это принять, но она ощущала себя счастливой…
Спустя столько времени она наконец-то смогла вновь ощутить это давно забытое чувство, смогла найти человека, с которым она чувствует себя спокойно, которому она может открыться, не утаивая ничего. Посмотрев на своё отражение в зеркале, Каплан убедилась в своих мыслях, подняв взгляд на отражение серых глаз, ведь глаза — зеркало души .
Наконец-то светловолосая вышла из ванной и направилась в комнату. Но оказавшись там, девушка не заметила Виолетту. Волна тревоги мгновенно накрыла её с головой. А вдруг она ушла? Вдруг она испугалась и больше не захочет меня видеть?
Но эти мысли рассеял голос, доносящийся с кухни.
— Даш, иди сюда.
Всё это время Ви бродила по кухне: от плиты к раковине—от раковины к плите, усердно стараясь над своим кулинарным творением. В отличии от Даши, она совсем не волновалась и не боялась. Но тем не менее, у темноволосой были сомнения. А вдруг она для Даши лишь игрушка? Ведь в жизни нужно попробовать всё, кто знает, может у Каплан нет к ней искренних чувств. Именно об этом думала Малышенко, но пыталась отогнать все эти мысли и думать лишь о хорошем.
Как только Виолетта увидела светловолосую, то сразу же усадила её на стул. Покрутившись ещё пару минут у плиты, она наконец-то поставила тарелку на стол.
— Я сделала вафли, ты же их любишь, да? — С довольным лицом произнесла кареглазая.
— Очень люблю! Я удивлена, что ты запомнила, — всё ещё улыбаясь говорила девушка.
— Я ещё чай сделала с мятой и травами, должен быть вкусным, — тихо сказала темноволосая и поставила кружку перед девушкой.
Виолетта села напротив Каплан, захватив и себе порцию чая. Кухню наполнила давящая тишина, вызывающая сильный дискомфорт. Девушки так и продолжали молчать, уж слишком неловко было после случившегося… Но всё-таки, не выдержав, Ви стальным тоном произнесла:
— Мне кажется, что нам стоит об этом поговорить.
Даша заметно напряглась, побледнев, улыбка сразу же спала с её лица, а по горлу вниз прошелся едва заметный ком. Отложив тарелку в сторону, она лишь кивнула, ожидая речи Малышенко.
— Даш, я, если честно, совсем не ожидала тех слов от тебя… Но я не соврала, когда сказала, что твои чувства взаимны. Я не хочу лить воду, единственное, что меня волнует, так это то, уверена ли ты в своих чувствах?
И без того серьёзное лицо Каплан стало ещё суровее, она надеялась не услышать этот вопрос, ведь ей самой сложно разобраться в своих чувствах. Но то, что она испытывала рядом с этой девушкой, говорило само за себя.
— Вил, я не хочу тебе врать и давать пустые обещания. Я никогда тебе не рассказывала об этом, но у меня была подруга, её звали Аня… Оказалось, что я ей нравилась, и это было взаимно, но, побоявшись порицания общества, мне пришлось ей отказать.. — на серьёзном лице девушки промелькнула тень грусти, она опустила глаза вниз, а голос стал заметно тише. Даше было тяжело вспоминать прошлое, но сделав небольшую паузу, собрав мысли в единое целое, она продолжила, — Мне не хотелось признавать, что я испытываю чувства к девушке, что я не такая, как большинство. И ты представить себе не можешь, как я жалела о том, что сделала. Я настрадалась на годы вперёд… И к чему я это говорю… Вил, я не хочу повторять старых ошибок, я не хочу терять человека, который мне дорог, которому я верю и с которым я чувствую себя счастливой.
Светловолосая произнесла это чуть ли не на одном дыхании. Её сердце билось безумно быстро, а ладошки вспотели от напряжения. Но она чувствовала облегчение, ведь наконец-то она смогла это сказать, смогла принять, что отрицала очень давно.
Виолетта не ответила ничего, лишь взяла девушку за руку и посмотрела на неё взглядом, от которого на теле появились мурашки, а дыхание перехватило.
Неловкость, которая всё это время витала в воздухе, просто испарилась. Остаток ночи девушки провели за разговорами и чаем с мятой и травами. Лишь ближе к трём часам они ложились спать. Несмотря на то, что обеим завтра нужно рано вставать, парочка не могла лечь раньше, и лишь сильная усталость заставила их это сделать.
— Спокойной ночи, бусинка, — тихо произнесла Виолетта, медленно заправляя выпавшую прядь волос за ухо Каплан.
— Сладких снов, — ещё тише произнесла Даша, нежно целуя девушку в щёку.
*** Неделю спустя ***
— Рони, ты просто не понимаешь! — в очередной раз выкрикивала негодующая Виолетта.
Короткостриженная лишь молчала и улыбалась, постоянно поправляя непослушную лямку своего рюкзака.
— Ронииии, ну она правда хорошая, я тебе клянусь.
— Вил, я ничего не имею против, просто немного побаиваюсь, понимаешь? — с явным беспокойством говорила светловолосая.
В ответ Малышенко лишь недовольно пнула лежащий неподалёку камень и ускорила шаг. Сегодня подруги решили провести время вместе, уж очень давно они не виделись и не общались. Свой путь они держали в ближайшее кафе, в котором раньше, к слову, никогда не были, но что ж поделать — их любимое место недавно закрыли. Наконец дойдя до места, кареглазая с нетерпением открыла дверь и буквально залетела внутрь, сразу же располагаясь за первым попавшимся столиком.
— Ну и где официанты ходят, я не пойму, — явно с уже испорченным настроением пробубнила темноволосая.
— Вил, ну не дуйся ты на меня, я же просто волнуюсь за тебя, — как можно доброжелательнее произнесла Рони, после чего взяла Ви за руку.
В это время к ним двигался официант, а точнее официантка. Молодая светловолосая девушка, настроение которой, явно было не из лучших. У неё была приятная внешность, а на лбу виднелась татуировка с полумесяцем.
— Добрый день, вы уже выбрали что-нибудь? — даже не поднимая глаз, спросила девушка.
— О, Даша, привет, — чуть ли не впервые за день улыбнувшись, сказала Малышенко.
— Ой, Виолетта, приветик.
Внимание светоловолосой сразу же привлекла рука, лежащая поверх руки Виолетты. Эта картина вызвала неприятное чувство, злость или что-то подобное… Стоп. Неужели она ревнует?
Девушки быстро определились с заказом, после чего Даша удалилась.
— Это она? — с удивлённым выражением лица спросила Рони.
— Да, ну как тебе?
— Слушай, а она красивая.
— Красивая, так ещё и моя! — победно улыбнулась Виолетта, наконец убирая свою руку.
Некоторое время подруги молчали, лишь изредка обменивались короткими фразами. Но Рони решила нарушить тишину.
— Стой, ты не знала, что она тут работает?
— Ну… Нет, а что такого?
— Ну вы вроде знакомы ещё до всего этого были, а ты не знаешь даже этого?
Этот вопрос заставил Малышенко задуматься. А ведь правда — они достаточно долгое время знакомы, а она толком ничего не знает о Каплан, хотя той она рассказала обо всей своей жизни. Единственное, что она знает о ней, так это о ситуации с Аней, о родителях и отношениях с Кириллом, но ведь этого мало… Она не знает об этой девушке почти ничего, Виолетта даже не думывалась о том, где именно работает Даша, а лишь знала, что где-то в кафе официанткой.
После долгих размышлений было принято серьёзное решение поговорить об этом с Каплан и решить эту небольшую проблему.
Остаток дня девушки гуляли по городу, обсуждая всевозможные темы, которые накопились за время, пока они не общались. Рони проводила Ви до дома, и, попрощавшись, они разошлись.
Ближайший час для кареглазой прошёл крайне скучно. Всё это время она сидела в телефоне, пыталась найти что-то интересное, ожидая Каплан. Наконец-то послышался стук в дверь, после которого Виолетта сразу вскочила с кровати и побежала встречать Дашу.
— Привет ещё раз, — сказала светловолосая и чмокнула девушку.
Зайдя в квариру, Даша устало сбросила сумку и разулась, после чего прошла на кухню. Выпив стакан воды, светловолосая добрела до комнаты и рухнула на кровать, раскидывая руки в стороны. Малышенко медленно прошла к дверному проёму, но резко остановилась.
— Как же я усталааааа.
Не дождавшись хоть какого-то ответа, Каплан немного приподнялась и посмотрела на темноволосую, которая стояла с крайне серьёзным лицом.
— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Даша, сразу же поднимаясь с кровати.
— Даш, я хотела с тобой поговорить.
Виолетта присела на край постели и взглянула на Каплан, которая переняла её серьёзный настрой и сидела с каменным лицом.
— Я просто сегодня поняла, что даже не знала места, где ты работаешь, да и в целом я почти ничего о тебе не знаю… Я хочу знать о тебе всё, понимаешь? Хочу знать твои мечты, увлечения и интересы, твоё прошлое и желания на будущее.
Светловолосая нервно выдохнула, было ясно, что она ожидала чего-то ужасного, но слава богу, всё хорошо.
— Спрашивай что хочешь, я расскажу тебе всё.
— Какой у тебя любимый цвет?— светловолосая точно не ожидала таких глупых вопросов, поэтому сквозь смех, но она постаралась ответить.
— Серьёзно? Ммм, ну тут я сама не знаю. Люблю абсолютно все цвета на самом деле… Хотя нет, все, кроме розового, вот его я ненавижу!
— Тут я с тобой согласна… Ладно, так… Есть ли у тебя мечта?
Даша ненадолго задумалась, но спустя пару минут на её лице снова появилась улыбка, и она заговорила:
— Я бы хотела путешествовать, побывать везде, где только можно, это, наверное, моя самая главная мечта.
Виолетта явно оценила такой ответ, улыбнувшись в ответ. Ей было важно знать всё об этой девушке, даже самые незначительные мелочи.
Ближайшие пару часов они разговаривали, ну как, по большей части говорила Каплан, но Ви была очень хорошим слушателем. Но, конечно, вскоре девушки устали, да и, наверное, Виолетта узнала всё, что только можно было, так что дальше диалог продолжился на довольно отдалённые темы. Светловолосая удобно устроилась на коленях Малышенко, которая не так удобно сидела на кровати, оперевшись об спинку, перебирая светлые пряди.
— Слушай, Ви, а что это за девушка сегодня с тобой была?
— А, это Рони, моя подружка со школы.
— Понятно, — слегка недовольным тоном произнесла Даша.
— Стой, ты что ревнуешь? — подскочив на месте произнесла кареглазая.
— Нет конечно, вы же просто подруги.
— Ты точно ревнуешь.
— Нет, не ревную.
— Ревнуешь!
Между девушками завязалась шуточная драка, которую Малышенко успешно остановила, перехватив руки светловолосой. Их лица были близко, слишком близко. Виолетта отпустила руки девушки и медленно приближалась к ней всё ближе. Когда расстояние между ними было совсем мизерное, кареглазая тихо прошептала:
— Ты можешь не ревновать, мне нужна лишь ты.
После этих слов темноволосая прильнула к губам девушки, аккуратно положив руки ей на шею. Этот поцелуй был наполнен нежностью и заботой, он был доказательством её слов.