Она стала спасением его души.

  И капли падают неслышно с глаз,
просто память держит на повторе разлуку.
Это не слёзы. Это осколки тех фраз,
что мы не сказали друг другу.  

- Открой свои глаза! Очнись же. – Дрожащим голосом мужчина лет тридцати молил лежащую у него на коленях девушку. Совсем юная. Кажется, только-только исполнилось восемнадцать. Ее некогда серая футболка теперь стала багровой. Распластанные без движения руки, еле движимая грудная клетка и приоткрытые губы, издающие свистящие звуки. Ему казалось, что это всего лишь иллюзия, игра воображения. Она все так же жива, все так же красива. Все так же «его».

- Мне страшно. – Прошептала вдруг девушка, еле слышно, почти беззвучно. Пальцы мужчины слегка сжали ее ладони, стараясь согреть, обхватить ее.

- О,черт, не бойся милая, помощь уже едет. Ты ведь сможешь немного подождать? Ты всегда меня ждала, ведь так? – Почти надрывно заговорил мужчина, по щеке скатилась слеза. – Не оставляй меня, слышишь? Я же не смогу без тебя.

Она слегка улыбнулась краешком губ. Он вспомнил их встречу пять лет назад. Тогда казалось это безумие, влюбиться в девчонку гораздо моложе себя. Чертову школьницу. Он не позволял себе смотреть на нее, говорить с ней, любить ее. Все было таким нереальным и противозаконным.

Тот день, когда их глаза впервые встретились, она запомнила на всю жизнь. С тех пор она не могла не смотреть на него, не говорить с ним, не любить его.

Если верить в сказки, то так начинается любовь. С искры в глазах, с электрического разряда от соприкосновения, от неловкой улыбки, до случайного поцелуя.

Где-то в самом дальнем, потайном уголке ее тогда еще детской души она знала, что он придет. Он будет не похож на тех мальчишек, что слонялись вокруг нее, не давая прохода. Он будет другим. Другим только для нее. Ее личная любовь и боль одновременно.

Он не хотел любить, не хотел чувствовать. Старался быть максимально грубым, отталкивая ее, делая больно, почти издеваясь над ее чувствами, ненавидя себя каждый чертов день.

После каждой их встречи она бежала в слезах домой. Встречалась с другими парнями, ходила на вечеринки, напивалась, гуляла по ночным улицам, но никак не могла выкинуть его из головы.

А он не мог выкинуть из головы ее. Следил за ней, тихо рыча, видя очередного сопляка рядом с ней. От злости гоняя по ночному городу и почти до изнеможения убиваясь в зале. Так проходили года. Он менялся, менялась она, но их чувства друг к другу оставались неизменны.

В день ее восемнадцатилетия он пришел к ней. Она впустила. Ту ночь они провели вдвоем. Он не хотел уходить, она не прогоняла. Лаская ее нежное тело руками, целуя ее тонкую кожу, он не мог больше находиться далеко, не хотел.

Он был красив, почти как бог. Короткая стрижка на темных волосах, карие манящие глаза, широкие плечи забитые татуировками, высокий, до чертиков идеальный.

 Он не мог выкинуть из головы ее зеленые глаза, пшеничного цвета длинные вьющиеся волосы, тонкие запястья, ключицы, эту белую почти фарфоровую кожу.

Они наслаждались друг другом, встречали рассветы и закаты. Он учил ее водить свою машину, а она показывала ему, как рисовать натюрморты. И казалось, что их счастье должно было продлиться вечно.

  Она стала для него спасением его души. Израненной, кровоточащей души.   

В одно такое раннее утро, возвращаясь с пробежки, она не увидела летящую на нее машину. Когда ее отбросило, а шины с визгом заскрипели, тащась по асфальту, он проснулся в своей квартире.

Что-то ёкнуло в его груди, тревожно он осмотрел комнату, в которой не обнаружил девушку. Выглянул в окно. В глазах все потемнело. На ватных ногах он сбежал по лестнице, кидаясь со всех ног на дорогу. К ней. Глаза защипало от слез. Он не мог ее потерять. Не мог.

В этот раз она не дождалась. Ее сердце остановилось прежде, чем успела приехать скорая.