Dark Paradise

Смерть опять отступила, не навсегда, лишь на определённый промежуток времени... Она прийдет в нужный час.
Тяжёлые веки не желали показывать мир. Их будто кто-то намеренно удерживал.
- Она поступила в больницу с ужасающими ранениям, - скорее всего этот успокаивающий голос принадлежал врачу. Или медбрату. Он был спокоен, но в воздухе витала тревога. И непрерывное , слишком частое для нормы, пикантен аппретов будто подтверждал ее
присутствие, - боюсь она не доживёт до заката. Примите мои соболезнования.
С кем он говорил? Кому сообщал о моей смерти?
Собственное дыхание заглушило все звуки. А веки плотно сомкнулись, унося сознание в тьму.
Мое падение сопроводил протяжный писк аппарата.

*****

Холодный ветер плавным поцелуем дотрагивался кожи покрытой мурашками. Я медленно открыла глаза которые резала невыносимая боль будто я прорыла всю ночь.
Мир будто стал другой. Кто-то включил, стоящий возле кровати на которой я лежала, тёплый свет торшера, что стал ярче премного его тусклого света. Может это просто мама сменила старую лампочку? Я плотнее закуталась в тонкое одеяло.
Гудящая пустота в голове не давала мыслям развивается. Я ничего не понимала. Ничего. Потерянным взглядом я обвела комнату тонувшую в полумраке. Стеллаж переполненный книгами, рабочий стол погрязший в множестве бумаг, дверь ведунах в ванную комнату... и настежь распахнутое окно. Я быстро встала с кровати, но сразу рухнула на колени.
- Чёрт!
Голова кружилась, ноги отказывались удерживать массу тела, а пол... Весь пол был в стопках потрёпанный томов. Удерживаясь за спинку кровати мне наконец удалось встать. Я взглянула вниз. Комната погрязла в книгах. Их было слишком много. Было видно с некоторым сборникам больше полувека, а некоторые лежали совсем новенькие лишь страницы покрыла лёгкая желтизна. Удерживаясь за стенку я медленно передвигала ноги пробираясь к окну. Ветер мерзким холодом ласкал оголенную кожу, что при свете луны стала совсем бледной. Я схватилась за ручку окна и уже хотела захлопнуть створки, но в пальцы врезалась нить и неумолима стала хлестать их. Испуганно подняв глаза я увидела яростно треплющийся аккуратно прикреплённый к нити кусок бумаги. Быстро схватив листок я захлопнула настежь раскрытое окно. В комнате стало совсем тихо, лишь мое сбивчивое дыхание прерывала покой молчания. Взгляд опустился на руки. Это было письмо!

« Моей горячо любимой Пенилопе! »

В этих словах была легко уловима насмешка. Будто автор письма рассказывает шутку. Вовсе не смешную, а ту, что жестока и сочится ядом.

« Они готовы были поспорить, что ты мертва. Эти стервятники только и ждали, что твоей смерти, дорогая. Но такие как ты... нет, они живут. Живут и наслаждаются, отравляя чужие судьбы.
Но ты не боишься, что следующая будет твоя?

Я буду ждать тебя на «Маскараде Теней».

Я скучал, Пени »

Леденящая дрожь опрокинула тело. Страх овладел мной. Выбежав из комнаты я побежала в попытках отыскать маму. В глазах стоял туман всему виной были слёзы. Не видя дороги я сбежала с массивной дубовой лестницы.
- Мама! - крик звонким эхом отвечал мне, - Мама! Мама, где ты?!
Ноги подогнулись тело рухнуло на пол. Слёзы ручейками скатывались с щёк. Так продолжалось пока, кто-то мягко не заключил мои плечи в тёплые объятия.
- Где ты была? - тихо, сквозь слёзы прошептала я.
В ответ была пустота. Не понимая, что происходит я подняла голову. И снова ужас накатил волной. Сверху вниз на меня смотрели голубые глаза, так похожие на мамины, но не ее. Мужчина был раза в два больше меня. С виду молод, ни стоило приглядеться и на висках темно-русых волос была заметна седина, в уголках глаз уже залегли морщинки. Испуганно отстранившись, зазвучал дрожащий голос.
- Кто вы? Что вам от меня надо? Где моя мать? Что вы с ней сделали?
Вопросы срывались с губ и их было невозможно остановить. Но голос подвёл, и тогда заговорил мужчина.
- Пен, все хорошо. - он говорил спокойным, размеренным голосом, - Ты меня не помнишь? Я - Ричард, брат твоей матери и твой дядя.
Мои брови все больше хмурились утопая в воспоминаниях, пытаясь вспомнить этого человека, а он продолжал.
- Помнишь? Когда ты была помладше, мы на все выходные уезжали на рыбалку или уходили в парк аттракционов и я в тайне от твоих родителей покупала тебе попкорн. Твоя мама после жутко злилась! - на лице Ричарда появилась тёплая улыбка, будто он скучал по воспоминаниям.
Ничего из этого я не помнила. Но ему в ответ молча кивала пытаясь выдавить улыбку словно эти воспоминания сохранились в моей хлипкой памяти.
- Что ты тут делаешь? - это прозвучало слишком грубо. Слишко! - Прости. Прости, пожалуйста! Возможно ты хочешь чаю? Может кофе? - в голове до сих пор стоял туман. Я не понимала, что говорю, но старалась говорить хоть что-то. Я предлагала ему это, хотя сама даже не знала где в доме кухня! Не говоря уже о том что есть ли в доме чай или кофе! Что со мной?!
Ричард помог мне встать и мы вместе направились на кухню. Видимо он намного лучше знал этот дом так как сразу нашёл правильное направление. Да, этот дом принадлежит моим родителям. И скорее всего раньше я тут жила судя по завалу в комнате, но к сожалению после потери памяти мне приходится выстраивать свою жизнь заново, используя хрупкие следы прошлого.

Ричард молча трудился у столешницы пока я стеклянным взглядом наблюдала за методично удаляющимися птицами на хмуром небе. Он с тихим стуком поставил передо мной чашку.
- Что это?
- Обыкновенный чай. - он заглянул мне в глаза, - Не стоит тревожится.
Я набрала в лёгкие воздух собираясь ответить, и тихо выдохнула не найдя слов. Ричард сел на против меня. Мне до сих пор был чужд этот человек, как незнакомец резко и бесцеремонно ворвавшийся в вашу жизнь. Мне однозначно это не нравилось.
- А где мама? - робко спросила я.
Он быстро изменился в лице. Былая безмятежность глаз и мягкая улыбка губ исчезли их заменили погрустневший взор и глубокая морщина меж бровей. По коже пробежали мурашки от такого зрелища. Оно заставило меня насторожится. Голос на задворках сознания кричал, что сейчас мне разорвут сердце на мелкие клочья. Но крик был слишком тихий.
- В тот вечер... - он подставил пальцы под упавшую голову. Теперь он рассматривал массивный дубовый стол, - произошла страшная авария. - Ричард опять замолчал выдерживая долгую паузу, - Тогда...
Но телефонный звонок не дал ему договорить.
- Прости, я сейчас.
Телефон я нашла на первой лестничной ступеньке.
Неизвестный номер.
- Я слушаю.
- Здравствуйте, вы Пенелопа Фавр Де Поль? Вас беспокоит главная больница Хизерхол.
- Да - дрожащим голосом ответила я, - это я.
- Мы соболезнуем вашей утрате. Когда вы сможете посетить морг для церемонии захоронения тела?
- Что? Прошу прощения, о чем вы?
- Вы Пенелопа?
- Да. - теперь я совсем запуталось. Что залепил происходи?!
- Ваша мать погибла вчера ночью в аварии на мосте Голден стрит.
Телефон выпал из моих рук, голова упала на мраморную лестницу на камень закапала кровь. Меня оглушил звон в ушах. Я чувствовала горячие ручейки слез которые перемешивались с кровью. И чувствовала как что-то внутри меня ломается. Это было невыносимо больно. Осознание. Я вдруг поняла, что осталась одна. До этого жизнь проходила в тумане, а теперь... я совсем ничего не понимаю. Это был конец.
Из дверного проема на меня смотрел Ричард.
- Боюсь, вам лучше уйти. - На меня волной накатили воспоминания.

Мир кажется огромным, а я в нем крупица. Меня держит на руках молодой человек. У него красивые рыжие волосы и так много веснушек. Все улыбаются. Мама, папа, мужчина держаний мена на руках и девушка, что стоит позади. У неё красивые светлые локоны и изумрудное развивающиеся на ветру платье
- Ричард, опусти Пенелопу, а то она совсем с рук не слезет. - строго, но с улыбкой обращается к мужчине моя мама.

Эта сказка наполненная любовью и заботой резко оборвалась. Холодный мрамор, кровь смешавшаяся с слезами, ужасная боль в груди и пугающаяся пустота в голове. Я поднимаю взгляд на незнакомца.
- Кто вы?
- Мне жаль. Ты так молода. - он лететь меня решительным взглядом - Но за грехи отцов, платят их дети. - он сделал маленькую паузу - Дабы этого не повторялась впредь.
- Я не понимаю! О чем вы говорите?! - мой голос сорвался на крик.
Он не ответи. Кинулся на меня, как зверь. Я успела убрать голову, когда в миллиметрах от моего лица в мрамор врезались... Боже, это клыки!
- Что здесь, черт возьми, происходит! - выдохнула я вглядываясь в его расширенные зрачки. А после быстро вскочила и побежала на кухню. С ужасающим звуком он вырвал клыки из ступени, мраморные осколки со стуком попадали на пол. Он ринулся ко мне, но в руках у меня уже был нож, который так же быстро оказался в его сердце.
- Молода, но жестока не хуже родителей. - Он городи это с горькой усмешкой. А после развёл руки по сторонам показывая нож в сердце и зловеще прошептал - Но меня это не убьёт!
Какая же я дура! Он вампир! Ну конечно! Клыки, неуязвимость...
Не успела усмешка сойти с его лица, как я вырвала нож из его груди и схватившись за лезвие вонзила в свежую рану деревянную рукоять. Глаза его расширились, а из рта потекла алая кровь. Массивное тело с глухим стуком упало и вокруг него стало расползаться кровавое пятно. Мои ноги тоже подкосились, но ухватившись за дерево стола, я медленна опустилась на пол. Рана от лезвия на ладно пульсировала. Слишком глубокая. Но кожа начала срастаться. Быть не может!
Я не пережила ту ночь. А когда меня... воскресили я уже не была вампиром. Не была. Но как это возможно...